Прогноз

Прежде чем говорить о показаниях к оперативному лечению холелитиаза, надо знать, чего можно достигнуть при лечении внутренними средствами и уметь, насколько это возможно, предвидеть (предсказать) дальнейшее течение встретившейся формы или проявления этой болезни. Желчнокаменная болезнь тянется годами и потому говорить о том, каков при ней вообще прогноз, нельзя, ибо слишком разнообразны осложняющие течение ее воспалительные процессы и слишком различны конечные исходы их. Поэтому и взгляды врачей на серьезность холелитиаза часто весьма неодинаковы, смотря по тем случаям, с которыми им приходилось больше всего встречаться. Так, напр., если взять врача—терапевта, хирурга

и врача много или исключительно практикующего на курортах и спросить их насчет прогноза при холелитиазе, то наверное услышим от них разные мнения. Хирург скажет, что болезнь эта очень тяжелая и серьезная, курортный врач будет утверждать, что желчные камни совсем не опасны и дают отличный прогноз, а больничный врач заметит, что при холелитиазе бывают иногда, конечно, серьезные осложнения, но что в огромном большинстве случаев болезнь оканчивается благоприятно. И все трое будут, в сущности говоря, правы, ибо могут говорить так на основании личного, иногда очень большого опыта. Почему же такая разница во взглядах? Да исключительно потому, что врачи эти встречались с больными в различные периоды течения холелитиаза. Курортный врач видел у себя больных большей частью в периоде затишья, когда они приезжают отдохнуть и попить „целебной" воды с профилактической целью или страдают легонькими обострениями холецистита, потому что больные с тяжелыми формами, с высокой температурой или с закупоркой желчного протока обыкновенно на курорты не ездят. Отсюда создается впечатление о несерьезности холелитиаза. Хирургу, наоборот, встречаются почти исключительно тяжелые, осложненные случаи холелитиаза, которые попадают к нему от терапевта, убедившегося, что внутреннее лечение более не помогает, или же больные сами ищут операции, изверившись на личном опыте в пользе лекарств. Наконец, хирург убеждается в серьезности болезни еще на основании патолого-анатомических изменений, находимых во время операции, тогда как курортный врач часто по окончании сезона больше вовсе не видит своих больных, уехавших как это часто бывает, в очень хорошем состоянии. В наилучших, пожалуй, условиях находится терапевт-практик, особенно если он работает еще в каком-либо больничном учреждении. Тогда пред его глазами могут проходить больные в различные периоды течения болезни и с разнообразными осложнениями, потому что в больничных учреждениях больные с более тяжелыми формами холецистита, закупорками протоков, холангитами и т. п., пока что по традиции, все еще направляются сначала в терапевтические отделения.

Процент смертности получается тоже очень различный: на курортах он исчисляется в десятых долях процента; у хирургов процент смертности (Korte, Kehr, Kocher) в среднем около 3, а в тяжелых случаях доходит и до 15—18%. Терапевты дают очень разнообразные цифры, но в общем отмечают, что процент смертности при холелитиазе очень невелик. Это однако не совсем верно и зависит опять-таки от того, что не все случаи наблюдаются достаточно долго и тщательно. Если же долго следить за больными или брать статистические данные исключительно из клинического, resp. больничного, материала, то. получаются цифры, не позволяющие ставить слишком благоприятного прогноза при холелитиазе. В этом отношении интересна статистика Binder'a¹ (Binder. Berliner Klin. Wochenschr. 1902.), который, проследив в течение 12 лет 96 больных, нашел, что около 11% из них погибло от осложнений холелитиаза; из них семеро умерло от перитонита посте прободения желчного пузыря и трое—от сепсиса при закупорках камнями желчного протока. Naunyn, приводя 150 прослеженных в клинике случаев, указывает, что из этого числа больных умерло 20 человек от последствий холецистита и холангита, свищей, перфораций в брюшную полость, абсцессов печени и осложнений раком. Это составляет уже 15% смертности.

У Тальквиста (Talquist) на 102 больных умерло в течение шести лет 9% и у Ягуттиса (Jaguttis) умерло тоже 9%. По Лику (Liесk), статистики неоперированных больных дают 15% смертности (1932).

Наконец, если взять во внимание статистические выкладки Rie-del`я, по которым в Германии больных желчнокаменной болезнью около 2 млн. людей, так как на каждом 10 вскрытии находят желчные камни, то опять можно прийти к заключению о невинности желчных камней, ибо проявляется эта болезнь только у 100 000 человек, т. е. всего в 5% случаев, остальные же 1900 000 являются только носителями желчных камней, т. е. болезнь находится в так называемом скрытом виде. Но если взять те сто тысяч больных, у которых желчнокаменная болезнь проявляется клинически, то у них процент смертности будет равняться уже шести (Кehr). Что же касается различных форм холелитиаза, то, по Kehr'y, острейший холецистит с сепсисом или перфорацией желчного пузыря дает около 100% смертности, холецистит с острым некрозом поджелудочной железы 75%, камни в желчном протоке и холангит 50%, гнойные скопления в пузыре 30%, язвенный холецистит около 10% и, наконец, водянка пузыря 1% смертности. Я не буду утверждать, что цифры, приводимые Riedel'eм и Keh-r'ом, не подлежат критике и представляют нечто абсолютно точное, но они вполне подтверждают высказанную вначале мысль, что предсказание при желчнокаменной болезни должно быть всегда строго индивидуализировано применительно к каждому случаю.

ВНУТРЕННЕЕ ЛЕЧЕНИЕ ХОЛЕЛИТИАЗА

Внутреннее лечение холелитиаза исключительно симптоматическое и сводится к успокоению болей и уменьшению воспалительных процессов в желчных путях. Что же касается растворения или изгнания камней при помощи различных лекарств, то, как я говорил уже об этом в III главе, все попытки в этом направления не имели, да и впредь вряд ли будут иметь успех. Желчные камни, если они благодаря своей более значительной величине не проходят по нормальным желчным путям или через патологические со-устия, могут быть удалены только хирургической операцией. Таким образом, все лечение желчнокаменной болезни внутренними средствами в лучшем случае может быть направлено с успехом только к тому, чтобы успокоить боли, устранить инфекцию и перевести

болезнь в скрытое состояние, — в период затишья. Когда это удается, и если периоды затишья все более и более удлиняются при лечении, то и больной и врач почитают себя счастливыми. Между тем, предрасполагающие причины, атония пузыря, камни, остатки воспалительного процесса и даже инфекционный материал часто остаются в желчном пузыре или протоках и дают потом повод к новому обострению. Симптоматическое, внутреннее лечение дает однако часто прекрасные результаты и может быть расчленено на профилактическое лечение, уменьшающее частоту и силу приступов, т. е. переводящее болезнь в скрытое состояние, и лечение, направленное на самые приступы.

Профилактическое лечение

Так как наиболее важным этиологическим моментом для появления желчных камней и развития в пузыре инфекции является застой желчи, то надо стремиться прежде всего устранять все причины, способствующие такому застою. Поэтому профилактически ¹(Для предупреждения повторения приступов.) больным надо указывать на то, что всякое сдавление в области печени вредно, а потому и должно быть воспрещено ношение узких корсетов, и стягивание живота поясами, ремнями для поддерживания брюк, тесемками от юбок и т. п. Таким путем устраняется непосредственное давление на область пузырного протока и шейки пузыря и не стесняются движения диафрагмы, имеющие важное значение для оттока желчи. Должны быть также устранены физические напряжения, тряская езда и т. п. и вообще установлен покойный образ жизни. Энтероптоз и особенно гепатоптоз может также вызвать механическим путем (изгиб или перегиб d. nystici) застой желчи. Наконец, хронические запоры и все причины, вызывающие застой крови в печени, вызывают и застой желчи.

Устраняя по возможности все эти причины, мы устраняем до известной степени и застой желчи в пузыре и протоках. Путем массажа живота, дыхательной гимнастики и регулярным опорожнением кишечника достигается уменьшение застоев в печени; при энтероптозе назначается поддерживающий переднюю стенку живота пояс-бандаж, который должен быть однако устроен так чтобы оказывать противодавление внутренностям только снизу и спереди. Для этой цели, кроме поддерживающего живот пояса-бандажа, может служить обыкновенный дамский корсет с так называемой прямой планшеткой. Во всяком случае, как бы ни был устроен бандаж и как бы он ни назывался, он должен поддерживать переднюю стенку живота снизу и спереди и не сдавливать живота в области печени. Затем нужно рекомендовать частые (каждые 1¹/₂ —2 часа), но не обильные приемы пищи² (За прием пищи считать и чай.), так как несомненно, что они являются лучшим желчегонным средством, превосходящим во много раз все пока назначаемые с этой целью лекарства. Что касается характера пищи, то она дожна быть смешанной, не жирной и не острой и содержать некоторое количество белковых веществ, так как последние весьма способствуют секреции желчи. Во время приступа и после него не следует есть ничего жареного, копченого и острого. Мясо, курицу, рыбу можно давать только в разварном виде. Свежее сливочное масло разрешается до 50,0 в сутки.

Преобладающей должна быть легко усвояемая углеводистая пища: сахар, белый пшеничный хлеб, каши (манная), кисели, компоты, фруктовый сок и т. п., избегать кофе. Особенно следует избегать пищи, содержащей много холестерина, как то: яичных желтков, бараньего жира, мозгов и т. п. Количество питья должно быть увеличено, так как наблюдения над больными с желчными свищами с несомненностью показывают, что приемы внутрь больших количеств жидкости разжижают желчь и увеличивают суточное ее количество.

Борьба с инфекцией

Все меры, способствующие правильному и энергичному желчеотделению, являются и лучшими мерами для борьбы с инфекцией желчных путей. Я напомню только о том, что в кишечном конце желчного протока почти всегда находятся микробы, но благодаря току желчи они не поднимаются вверх и не инфицируют желчных путей. Однако, в виду того, что микробы попадают в желчные пути из кишечника, надо у всех желчнокаменных больных следить особенно внимательно за желудочно-кишечным трактом и возможно быстро устранять возникающие там катаральные процессы. При наличии инфекции в желчных путях можно давать внутрь различные дезинфицирующие средства. Одним из таких средств, заслуживающих особенного внимания, является уротропин, который хорошо переходит в желчь. Я несколько раз давал больным с желчными свищами уротропин, и всякий раз исследование выделявшейся желчи обнаруживало в ней присутствие этого средства. Поэтому при инфекции желчных путей я охотнее всего назначаю уротропин от 2 до 3 г pro die порциями по 0,5.¹ (До сих пор охотно назначают также салициловые и бензойные препараты и прованское масло.) Другим часто применяемым при желчнокаменной болезни лекарством является ртуть в виде каломеля, а за последнее время славится хологен Glaser'a, состоящий, главным образом, из ртути, подофилина и камфоры. Это лекарство дается в форме таблеток за №№ 1, 2 и 3 по специальному расписанию и обещает излечение от желчнокаменной болезни. На самом же деле оно в лучшем случае обладает некоторыми дезинфицирующими и слабительными свойствами. ² (Также noвидимому более полезны для изобретателей, чем для больных и другие желчегонные и камнерастворяющие средства как-то: холелизин, овогал, проби-лин, холотонон, билисольвол и т. п.) Еще более важна при наличии воспалительных явлений соответствующая диэта—бессолевое питание, имеющее противовоспалительное влияние (Лапп и Неуффер—Lapp и Neuffer). ¹ (Diethatik bei chirurgischen Erkrankungen. 1932, Springer, Wien-Berlin.)

Лечение минеральными водами

Но самым главным целебным средством при желчнокаменной болезни, профилактически в периоде затишья и при хронических рецидивирующих холециститах, являются минеральные воды. Воды эти углекисло-щелочные, щелочно-земельные или щелочно-соляные. На первом месте стоит общепризнанный Карлсбад, затем идут источники Vichy, Neuenahr, Kissingen и наши русские воды: Боржом, Славянский источник, Эссентуки № 17, Ижевский источник и Буровая № 16 из нового Железноводского источника.² (Бурмин. Врач, 1917, стр. 472.) Наши щелочные воды, как Славянский источник, Боржом, следует давать больным с нормальной или повышенной кислотностью желудочного сока; для больных с пониженной кислотностью подходит более Ессентуки № 17.

Прежде считали, что воды эти растворяют желчные камни и изгоняют их .³ (Может быть некоторые врачи думают так и теперь.) Но в настоящее время взгляд на действие вод в общем изменился: полагают, что воды могут только успокоить воспалительный процесс и перевести желчнокаменную болезнь в скрытое состояние, а также вызвать улучшение и в попутно заболевающих органах, как-то: желудке, duodeni, печени или поджелудочной железе. Все эти воды, большей или меньшей щелочности, пьются теплыми и даже горячими, а издавна известно, что теплые щелочные растворы великолепно действуют на катары слизистых оболочек. При желчнокаменной болезни мы, как правило, встречаемся с различными степенями катара слизистых оболочек желчных путей (холециститами и холангитами) и попутно катаральными явлениями со стороны желудка и кишок. Поэтому неудивительно, что воды эти, способствуя излечению катара слизистых оболочек, оказывают часто столь же благоприятное влияние и на течение желчнокаменной болезни. Кроме того, воды действуют еще послабляющим и разжижающим желчь образом и этим способствуют уменьшению застойных явлений в самой печени.

Полагать, что воды могут изгонять камни — по меньшей мере наивно (Кроме того стремиться изгонять камни из желчного пузыря абсурдно, ибо вышедшие из пузыря камни попадают в желчный проток и большею частью там остаются; камни же в протоках в общем гораздо опаснее камней в пузыре.). Камни, закупоривающие протоки, сидят в них так крепко, что часто даже на вырезанном при операции препарате их не удается выпихнуть из протока ни пальцем, ни зондом, ни давлением тока воды из городского водопровода, как это пробовал делать напр. Kehr. Тому, кто все еще верит в то, что минеральные воды вымывают камни, надо почаще ходить на операции к хирургам и на полученных после операции препаратах пузырей с камнями пробовать проталкивать последние через пузырный проток. Желчные камни (очень маленькие) начинают выходить после лечения минеральными водами так же, как нередко и без употребления вод, если диаметр камней более или менее соответствует нормальному просвету протоков, а просвет этот делается нормальным после исчезновения воспалительной набухлости слизистой последних. Как указано было выше, желчные камни иногда распадаются самопроизвольно; имеются также указания на то, что распад камней наступает после лечения на курортах. Но это никак нельзя считать излечением от болезни, ибо из распавшихся 1—2 больших камней образуется много малых, которые должны (?) пройти потом в кишку с приступами колик.

При выведении камней важно не столько само давление в желчных путях, которое не так велико по опытам Haidenhain'a и нередко равно даже нулю по опытам Burcker'a, сколько продолжительность его, благодаря чему могут постепенно растягиваться податливые стенки протоков. Песок и очень мелкие камни проходят, возможно, под влиянием лишь одних сокращений мускулатуры и току желчи. Но у папиллы камни со среднюю горошину (более 3 мм в диаметре) уже прочно застревают и никакое давление, никакие воды не в состоянии выгнать их в кишку. Если же сравнительно большие камни выходят, в конце концов, с испражнениями, то нужно помнить, что они попали в кишки или благодаря краевому омертвению папиллы, или через какое-либо патологическое соустие.

Грязелечение

Параллельно с лечением водами, на курортах применяют горячие грязевые лепешки на область печени (спереди и сзади) при существующих еще болях или опухоли пузыря и, особенно, при перихолециститах и подозреваемых спайках. Смотря по состоянию больного, лепешку держат от 1/2 часа до часа, а температура ее колеблется от 40° до 45° С. После применения лепешки больной должен полежать еще некоторое время. Вообще больные с подострыми воспалительными процессами должны много лежать и на курортах, как бы они делали это у себя дома. Количество грязевых сеансов зависит от общего состояния и состояния сердца больного и колеблется от 10 до 20. Это лечение дает часто превосходные результаты (полное исчезновение симптомов).

Лечение острого приступа

При остром приступе колик на первом плане стоят боли и другие воспалительные явления, и лечение их покоем и теплом занимает главное место. Больные укладываются в постель и на область печени, при менее сильных болях, кладется согревающий компресс, а при более сильных — горячие припарки, мешки с горячей водой,

термоткань или какие-либо другие грелки. Тепло в огромном большинстве случаев очень хорошо переносится больными и облегчает их. Нередко больные, чувствующие приближение приступа, сами, до появления еще болей, обкладывают себя горячими бутылками, и случается, что этим предупреждают развитие приступа. В редких случаях больные предпочитают теплу — холод (лед). Это наблюдается, повидимому, как и при аппендиците, в тех случаях, когда приступ протекает со значительным воспалением (гиперемией) брюшинного покрова.

Но при желчной колике редко удается обойтись применением одного тепла, настолько сильны бывают большею частью боли. Поэтому для устранения последних приходится прибегать к наркотическим и лучше всего к подкожной инъекции морфия. Если нет идиосинкразии к морфию, то при приступе колик лучше сразу впрыснуть порядочную дозу (0,02). Если почему-либо нельзя делать подкожных инъекций, то следует назначать морфий в суппозиториях (тоже — 0,02), так как принятый внутрь он может быть легко извергнут рвотой. Для уменьшения рвоты, к морфию хорошо прибавлять атропин или белладонну. Если же морфий совершенно не переносится больными, приходится обращаться к опию или пантопону. Пантопон тоже действует гораздо лучше при инъекциях (0,02 pro dosi), чем при приеме внутрь. К сожалению ни опий, ни пантопон, не говоря уже о кодеине, не действуют так верно и энергично, как морфий ¹ (Другие препараты морфия, как героин, дионин и т. п., тоже редко приносят пользу.). К морфию же больные привыкают, требуют все больших и больших доз и делаются, наконец, морфинистами. Больные, часто страдающие печеночными коликами, чувствуют иногда приближение приступа, но, сделав во-время впрыскивание морфия, предупреждают его. По прекращении особо острых болей хороший эффект дают пилюли из смеси белладонны и папаверина (Extr. Bellad. Pulvis Fol. Bell. aa. 0,2—0,4; Papaverini 0,5; Extr. et suс. liquir. q. s. ut. f. pil № 60. По 2 пилюли в сутки).

Отлично действует также холефлавин—Choleflavin—Rosengart (Munch, med. Wochenschrift, № 50. 1925). По этому автору, папаверин в этом препарате открывает сфинктер; мятное масло в комбинации с подофилином — сильное желчегонное, а трипафлавин действует, как быстро всасывающееся дезинфицирующее вещество.

По окончании приступа колик надо лечить еще и другие воспалительные явления со стороны желчного пузыря, которые очень часто сопутствуют приступу или даже вызывают его. Для этого и после окончания приступа больным следует оставаться в постели и применять тепло на область печени до полного исчезновения болезненности на месте желчного пузыря и опухоли его, если таковая появлялась и до падения температуры. Внутрь очень хорошо назначать горячий Боржом, Muhlbrunnen или Vichy по 3/4—1 стакану натощак и к вечеру. Эти приемы минеральной воды продолжают 3—4 недели под ряд.

Пикантная, кислая и жирная пища устраняется, конечно, из обихода больного, но очень уменьшать количества приемов пищи не следует, помня, что пища — лучшее желчегонное средство. Поэтому следует больному давать есть часто (каждые 3—4 часа). Таким образом, внутреннее лечение острого приступа колик довольно стереотипно и сводится к покою, применению тепла на область печени и морфия под кожу. Само собой разумеется, что нужно следить и за сердечной деятельностью и в случае надобности давать возбуждающие средства, а также заботиться об опорожнении кишечника.

Если острый приступ протекает с желтухой, которая остается и по миновании его, то следует продолжать вышеописанное лечение покоем, минеральными водами и теплом; жиры из пищи надо исключить по возможности совершенно. Непроходимость желчного протока зависит часто от воспалительной набухлости слизистой вокруг камня и может исчезнуть с уменьшением воспаления или с прохождением камня. Однако, как увидим ниже, при хронической закупорке желчного протока не следует выжидать слишком долго с. операцией, даже при вполне хорошем самочувствии больных, так как длительная желтуха очень вредно влияет на состав крови и функции печени, что особенно важно в виду возможной операции в будущем.

При более или менее постоянных болях в печени с легкой желтухой или без нее, бывающих изредка коликах и, особенно, появляющихся уже после эктомии (гепатит, холангит), приносят пользу промывания duodeni тонким зондом по Мельцер-Лиону.

Забегая несколько вперед, скажу еще о температуре, которая сопровождает приступы желчной колики. На мой взгляд, повышенная температура всегда инфекционного происхождения, но при слабой вирулентности инфекции температура быстро падает с концом приступа, а при более вирулентной остается на некоторое время повышенной и после приступа. В таких случаях можно назначать внутрь салипирин, аспирин, пирамидон и т. п. Но если температура не падает и лихорадка принимает тип интермитти-рующий или постоянный (febris continua), то лучше поскорее бросить внутреннюю терапию и взяться за скальпель, ибо такому больному начинают уже угрожать и холангит, и абсцессы печени, и прободение желчного пузыря, и, наконец, общий сепсис.

Здесь при упомянутых воспалительных процессах следует проводить и диэтетическое лечение, назначая антифлогистическое и обезвоживающее питание.

Итак, что же может дать внутреннее медикаментозное и диэтетическое лечение желчнокаменной болезни? Оно может во многих случаях (Кэр считает в 80%) благополучно закончить острый приступ колик и перевести болезнь в скрытую форму, латентное состояние, коротко сказать — справиться временнно с инфекцией. Это, конечно, очень много, но далеко не все: это лечение не радикальное, потому что в огромном большинстве случаев все же остаются желчные камни, микроорганизмы и воспалительные изменения в стенках желчного пузыря. Радикальным лечением может быть названо только то, при котором из желчных путей совершенно устраняются инфекция и все камни, а сами пути приводятся постепенно в нормальное состояние. На такое название „радикального" может претендовать, главным образом, лечение оперативное. Этому лечению и приходится подвергать в тех случаях (по Kehr'y, около 20% больных), когда проявившаяся желчнокаменная болезнь не подается внутренней терапии. Из сказанного видно, что во всех тех случаях, в которых болезнь не удается перевести в скрытое состояние и колики все повторяются, приходится прибегать к операции. Таким образом, от рода инфекции, ее вирулентности и продолжительности, а также от влияния ее на общее состояние больного и местно на печень и желчные пути зависят показания к внутреннему или хирургическому лечению. Вопрос о наличии желчных камней не имеет большого значения для показаний к оперативному лечению, так как, во-первых, мы не имеем вполне верных средств, чтобы их всегда диагносцировать и, во-вторых, опасность для жизни больного создают не камни, а инфекция, попадающая в желчные пути. Иконников¹ (Труды Госпит. хирург, клиники проф. Федорова 1908 г. СПБ. Том II, ч. 2, стр. 37.) дает хорошую общую формулу для показаний к оперативному лечению холелитиаза. „Ввиду того, пишет он, что при желчных камнях — даже в случаях самого доброкачественного течения — болезнь неожиданно может принять самый дурной оборот и потребовать неотложного хирургическаго вмешательства, нельзя категорически определить, какие случаи ее подлежат внутреннему лечению; было бы правильнее относить литиаз, когда он выходит из скрытой формы, к заболеваниям хирургическим, допускающим в некоторых случаях возможность ждать с операцией". Этот взгляд, высказанный почти 30 лет назад, был особенно важен в то время, когда почти обычным лозунгом терапевтов было ждать с операцией, пока не наступят угрожающие жизни явления. Правда, и теперь еще малое, по сравнению со статистиками иностранных хирургов, число операций на желчных путях у нас объясняется приблизительно тем же отношением наших терапевтов к холелитиазу, но я думаю, что хирургическая помощь при желчнокаменной болезни достигла уже такой степени совершенства, что врачи, удерживающие своих больных от операций, делают это или вследствие полного незнакомства своего с хирургической литературой, или из-за неуверенности в своем диагнозе „желчных камней". Еще С. П. Боткин, со свойственным талантливым людям даром предвидения, писал: „если бы диагностика наша была вернее, то я убежден, что оперативное пособие делалось бы гораздо чаще, и немалый процент тяжело-больных был бы спасен. Поэтому в тех случаях, где в диагнозе нет сомнения, при приступах тяжелых и часто повторяющихся или явлениях, угрожающих смертельным исходом, оперативное пособие может быть смело рекомендовано".

Это говорил Боткин много лет назад, когда хирургия желчных путей только нарождалась, а насколько бы он расширил теперь, при расцвете ее, показания к оперативному вмешательству!

Да, Боткин был прав, говоря, что неуверенность в диагнозе мешает приступить к операции, так как и теперь некоторые из хирургов требуют не только клинического, но и точного патолого-анатомического диагноза. Но нам не нужен диагноз „желчных камней". С полной уверенностью его не всегда можно поставить и сейчас в большинстве случаев. Никогда не надо упускать из вида, что приступы колик и при камнях и без них одинаковы по симптомам и что поэтому их невозможно отличить друг от друга. Кроме того, случаи колик без камней встречаются вовсе нередко. Так напр., на своем только материале я наблюдал почти в 9% случаев самые типичные припадки „желчнокаменной" колики, где потом при операции никаких камней не оказалось; серьезные же, включительно до язв, изменения стенок желчного пузыря находили нередко.

В настоящее время огромное большинство хирургов и часть терапевтов и патолого-анатомов соглашается с тем, что при заболеваниях желчных путей не так важны и опасны камни, как сопутствующая им инфекция. Инфекция вызывает разнообразные формы воспаления желчного пузыря, протоков и печени; с нею, а не с камнями должны, главным образом, одинаково бороться и терапевты и хирурги, научившись во-время диагносцировать ее локализацию и вирулентность. От вирулентности же инфекции и степени затруднения оттока желчи по крупным протокам зависят и патолого-анатомические изменения в желчном пузыре и протоках, называемые холециститами, холедохитами, холангитами и т. п. Нельзя не согласиться с Кеhr'ом, когда он говорит, что показания к оперативному вмешательству при желчнокаменной болезни основываются на точном патолого-анатомическом диагнозе в каждом данном случае. Я тоже и уже давно держусь такого взгляда и не только по отношению к желчнокаменной болезни. Я всегда демонстрирую на лекциях патолого-анатомические препараты органов,, добытых при операциях (почки, желчные пузыри, части желудка или кишек и т. п.) и стараюсь демонстрацией этих препаратов лучше фиксировать в умах слушателей зависимость наблюдаемых у больных клинических симптомов от тех или других патолого-анатомических изменений. Без этого, представления о патолого-ана-томической картине невозможны ни точный диагноз, ни правильное показание к операции, ни даже выбор наилучшего разреза для доступа к больному органу. Я согласен также с Kerh'oм, что те патологические картины, которые преставляют себе при холелитиазе многие из врачей, весьма отличаются от тех, которые находят потом при операциях, и думаю, что врачи-терапевты гораздо чаще направляли бы больных к хирургу, если бы присутствовали всегда на операциях у своих желчнокаменных больных.

Перехожу теперь к показаниям для оперативного вмешательства при различных формах желчнокаменной болезни.

Показания при хроническом холецистите

При хроническом холецистите показания к операции являются в зависимости от того, как часто появляются приступы колик и как долго они продолжаются; наступает ли полный период затишья после приступа, или в области пузыря все же еще не вполне исчезают боли и опухоль. Если приступы протекают с высокой температурой, ознобами, желтухой, длятся многими часами, часто повторяются и истощают больного, то в таких случаях операция является, конечно, показанной. Напротив, подлежат внутреннему лечению те больные, у которых быстро и легко заканчиваются колики и наступают продолжительные периоды полного затишья. Если удается наблюдать или точно узнать из анамнеза об отхожде-ниях желчных камней с испражнениями или со рвотой, то это тоже может играть свою роль в показаниях для операции. Так, напр., отхождение большого камня, после чего наступает ясное улучшение в состоянии больного, говорит против операции, так как большею частью очень большие камни бывают, одиночны и отходят через соустия, через которые потом могут отойти, если бы они оказались, и маленькие камни. Часто повторяющиеся колики с отхождением маленьких фасеточных камней позволяют предполагать присутствие в желчных путях многих десятков и сотен камней, а постоянные приступы без выхождения камней указывают на камни, которые по своей величине не могут выйти через протоки. ¹ (Но это могут быть приступы и без камней.) И в том, и в другом случае имеются показания к оперативному вмешательству. Нет сомнения, что многие случаи хронического (рецидивирующего) холецистита можно целыми месяцами и годами лечить всякими медикаментами и притти к заключению о необходимости операции только тогда, когда приступы колик все продолжаются, и болезнь не проявляет наклонности перейти в скрытый период. Нередко колики исчезают и делаются реже и слабее, но взамен их появляются постоянные боли или чувство давления в области желчного пузыря, которые больше чем колики беспокоят и надоедают больным: наступает падение в весе и, кроме того, присоединяются расстройства со стороны желудка и кишек. Это постоянное чувство давления или болей указывает на хроническую инфекцию желчного пузыря, может быть даже на язвенный холецистит. В таких случаях не следует очень долго медлить с операцией, хотя бы больные и не лихорадили и не удавалось ощупать желчного пузыря.

Если в промежутках между, хотя бы легкими, приступами желчный пузырь остается увеличенным и болезненным при давлении, то это указывает на хроническую закупорку ducti cystici и требует, по моему мнению, оперативного вмешательства.

Показания при остром холецистите

Поставить показания для операции при остром холецистите несомненно труднее и для этого от хирурга требуется уже более опытности. Он должен предусмотреть, как пойдет дальше воспалительный процесс: имеет ли он наклонность к обратному развитию, или наоборот, больному грозит опасность перитонита, прорыва пузыря или септического холангита? К сожалению, объективные данные исследования не всегда достаточны для выяснения вопроса. Как я упоминал уже выше, упругий, растянутый и болезненный пузырь часто далеко не так опасен, как маленький, сморщенный, не прощупываемый через брюшные стенки. Флегмонозно-воспаленная и утолщенная стенка растянутого пузыря бывает прочнее и менее угрожает перфорацией, чем стенка хронически сморщенного и местами изъязвленного, когда в нем вдруг повышается давление от возникшего обострения воспалительного процесса. Температура тоже не имеет здесь решающего значения, так как, во-первых, больных не всегда возможно наблюдать достаточно долгое время; а во-вторых, как раз при очень тяжелых, гангренозных формах, особенно у стариков, температура иногда почти не повышается. Поэтому в иных случаях при остром холецистите хирург находится приблизительно в таком же положении, как и при остром аппендиците. Но разница, и не малая, заключается в том, что перфорация и возникновение перитонита при остром аппендиците бывают несравненно чаще и неизмеримо опаснее, чем при остром холецистите, потому что при последнем имеется гораздо больше благоприятных условий для локализации местного процесса. Таким образом, если нет налицо ясных явлений перфорации желчного пузыря или более распространенного перитонита, ¹ (В случае таких явлений к операции приступают немедленно.) показания для операции надо искать в общих явлениях, вызываемых инфекцией. Вот здесь-то на первом месте, как и при. аппендиците, крайне важными являются изменения со стороны пульса. Если пульс остается медленным и изменяется соответственно с температурой, то можно ждать окончания процесса. Если же при той же температуре и малом ухудшении местных явлений пульс быстро и значительно учащается (до 100—120 и более ударов в минуту), то это всегда указывает на тяжелую инфекцию и более распространенное воспаление брюшины, требующие почти всегда хирургического вмешательства. Во всяком случае при остром холецистите бывают иногда такие моменты, когда хирург должен находиться, так сказать, в вооруженном нейтралитете, т. е. быть готовым, если понадобится, немедленно приступить к операции.

Последнее обстоятельство надо тоже принимать во внимание при показаниях к операции, и потому у больного, лежащего в лечебном заведении, где все готово для экстренной операции, возможно выжидать дольше, чем у больного, находящегося у себя дома, если там ничего не приготовлено для лапаротомии.

Взгляды хирургов на операцию при остром холецистите все еще различны.

Мауо, Moynihan, Riedel, Riese, Nordmann, Kirschner стоят за раннюю операцию при каждом случае острого холецистита, как это теперь принято большинством для острого аппендицита. Kehr защищает другую точку зрения. И здесь, как всегда, очень решительно Kehr говорит: nach meiner Meinung ist die Forderung der Fruhoperation weder wissenschaftlich gerechtfertig noch praktisch durchfuhrbar. Он справедливо замечает далее, что процент смертности после операций после первого приступа (1—2°/о) мало отличается от смертности (2—3°/о) при более поздних операциях. Между тем, если оперировать во время приступа колик, нужно, если хотят сделать радикальную операцию, удалить желчный пузырь и во многих случаях дренировать и протоки. Если же делать такие радикальные операции, а не только холецистостомию, которой большей частью ограничивались при острых случаях, то процент смертности будет гораздо выше. Нельзя не отказать в логичности и следующему соображению Kehr'а: мы знаем, говорит он, что желчнокаменная болезнь имеет большую наклонность переходит в скрытое течение, которое и наступает в 8О% случаев. Поэтому, если мы будем оперировать всех больных при первом приступе колик, то в 80% случаев мы будем оперировать напрасно. Это было бы не так худо, если бы операция была совершенно безопасна, но на самом деле она дает по крайней мере 2% смертности. Я вполне разделяю этот взгляд Kehr'а, считаю, что холецистит в клиническом отношении далеко не то же, что аппендицит, и думаю, что в данном случае comparaison n'est pas raison.

Большей частью острый холецистит заканчивается в течение нескольких дней выздоровлением при обычном лечении покоем, теплом или льдом и т. п.: боли исчезают, увеличенный пузырь сокращается и температура, если она была повышена, падает. Такие случаи подлежат и в дальнейшем всецело внутренней терапии. Другое дело, если острый холецистит затягивается, несмотря на лечение: местные воспалительные явления не уменьшаются, опухоль пузыря не исчезает, температура не падает, общее самочувствие ухудшается и появляется учащение пульса. Тогда можно думать о нагноении в пузыре и по соседству с ним и операцию откладывать не приходится.

В настоящее время мы имеем уже большие, основанные на сотнях и тысячах оперированных случаев, статистики, позволяющие делать выводы и уточнять показания. Так Гоц (Hotz — 1923) на основании сборной статистики немецких хирургов (12 144 операции) дает 9,2% общей смертности при операциях на желчных путях и приходит к заключению, что 1) операции до сорокалетнего возраста много безопаснее и 2) что операции, сделанные во время приступа, дают смертность вдвое больше, чем сделанные в интервале (периоде затишья). Рекомендуется делать ранние операции,-т. е. у более молодых людей и вскоре после начала болезни, ибо

у таких больных гораздо реже наблюдаются рецидивы. С последним однако далеко не согласны все авторы. Так например, Гюк (Нueсk —1927), на основании тщательно изученного материала Ростокской клиники, считает, что возвраты колик наблюдаются одинаково часто после ранних и поздних операций.

Кмент (Kment) на 250 операций в интервале имел 2,04% смертности и на 175 в остром периоде 14,5%. Зигмунд (Sieg-mund) на 580 операций—смертность 1,38% при операциях в интервале и 13,73% в остром периоде. Я избегал по возможности и продолжаю избегать операций во время приступа холецистита и думаю, что поэтому имею отдельные сотни операций почти без смертности (1%).

Если резюмировать теперь в общем показания для оперативного вмешательства при остром холецистите, то можно сказать, что операции могут подлежать все по первоначалу уже тяжелые случаи с упорными знобами, высокой температурой, частым пульсом и плохим общим состоянием; все тяжелые обострения хронического рецидивирующего холецистита, если они затягиваются,, несмотря на постельное содержание больного и правильное лечение.

Острое ¹ (Острую эмпиему не так то легко отличить от гнойного холецистита, который вовсе не требует немедленной операции.) и хроническое скопления гноя (эмпиема) в желчном пузыре подлежат исключительно оперативному лечению.

При первичной водянке желчного пузыря операция показана тогда, когда опухоль мешает больному или дает болезненные ощущения, потому что на исход холецистита в асептическую водянку можно смотреть только до известной степени, как на самоисцеление.

Показания при острой закупорке желчного протока

Желтуха и увеличение печени сами по себе не служат показанием к операции, так как могут зависеть или от набухания в области головки pancreatis при остром холецистите, или, что бывает гораздо чаще, от закупорки d. choledochi.

Острая закупорка желчного протока по большей части не по-казует немедленную операцию, так как вначале закупорка может зависеть не столько от камня, сколько от острого набухания слизистой протока (choledоchitis acuta), которое обыкновенно проходит при выжидательном лечении. Если же начинается гнойное воспаление или инфекционный процесс поднимается выше и присоединяется острый гнойный холангит, то надо быстро решаться на операцию. В редких случаях приходится оперировать рано и при острой закупорке, если она сразу начинается очень бурно, с септическими явлениями и перитонитом.

При хроническом холангите, который может протекать и без желтухи и без колик, надо оперировать, как только он начинает давать интермиттирующие повышение температуры и знобы.

При хронической закупорке желчного протока операция обязательна.

Показания при хронической закупорке желчного протока

Возможно, что такое заявление покажется слишком категоричным, тем более что терапевты сейчас-же укажут на случаи, когда желтуха при хронической закупорке исчезала бесследно, и больные выздоравливали. И я наблюдал подобные случаи, но все-таки скажу, что операции и при них не была бы излишней, потому что такие больные поправляются только благодаря счастливой случайности: камень выходит большею частью или через какое-либо соустие или благодаря краевому омертвению папиллы, а часто даже остается в протоке; желтуха же проходит от перемещения камня или от уменьшения набухлости слизистой. Такой больной выздоравливает, стало быть, или с большей опасностью для своей жизни (случайно — удачное образование соустия), или все-таки не освобождается от своей болезни (если остался камень). Поэтому на хроническую закупорку желчного протока надо смотреть, как на заболевание весьма серьезное, так как при закупорке камнем больному постоянно угрожает гнойный или септический холангит, а при раке протоков или головки поджелудочной железы — тяжелая холемия. Рассчитывать же на счастливую случайность, когда можно верно помочь операцией, хирург не имеет права, и нельзя в виду этого утверждать, что хроническая закупорка желчного протока малосерьезное заболевание и что ее нужно лечить, главным образом, выжидательно. Я видел двух больных, у которых пули застряли в толще сердечной мышцы, и оба они остались живы без всякой операции. Но я не буду на основании этих случаев говорить, что огнестрельные ранения сердца не опасны и что их надо лечить непременно мирным путем.

Почему-то считалось общепринятым при закупорке d. chloledochi выжидать 6 и даже 8 недель и после того уже, если не проходит желтуха, приступать к операции. По одному из последних руководств по терапии (Моhr—Staehelin) можно ждать с операцией три месяца. Правда, мне случалось оперировать больных и после шестимесячной желтухи и, к удивлению моему, они иногда поправлялись, но это не правило, а редкие исключения. Я не могу разделять такого взгляда. Отравление желчью выражается губительно уже гораздо раньше, и через 3 и даже две недели после наступления желтухи иногда резко понижается свертываемость крови и нарушается функция печени. Чем дольше ждать, тем больше будет понижение свертываемости крови и изменяться печень, а стало быть, явятся и лишние, серьезные причины для будущей

неудачной операции. Наконец, чем дольше длится желтуха, тем более слабеет и хиреет больной, лишается аппетита и падает сердечная деятельность. Мне кажется, что за это 6-недельное выжидание держатся, главным образом, потому, что далеко не всегда уверены в причине хронической закупорки d. chloledochi. Я же думаю, что сомнение насчет причины закупорки желчного протока, пожалуй, скорее должно побуждать к лапаротомии, потому что оперируя рано, даже при раке, мы имеем все-таки хоть какой-нибудь шанс сделать радикальную операцию. Поэтому, полагая, что операция при хронической закупорке желчного протока менее опасна, чем выжидательное лечение, я считаю лапаротомию показанной всегда, кроме тех случаев конечно, где имеются какие-либо общие противопоказания. Оперировать можно, как только установлен диагноз, но если уже нужно непременно назначить срок для выжидания, то я скажу, во-первых, что чем меньше выжидать, тем лучше, в тех случаях, когда желтуха развилась без воспалительных явлений, v, во-вторых, оперировать через 2—3 недели после исчезновения воспалительных явлений, если желтуха появилась после острой закупорки желчного протока. Наконец, если при хронической закупорке d. chloledochi начинает повышаться температура, то это указывает на восходящий холангит и заставляет спешить с операцией.

Итак, при холелитиазе приходится иногда немедленно приступать к операции, а иногда и откладывать ее на многие месяцы и даже целые годы. Надо только знать, как протекает болезнь в каждом данном случае и стремиться поэтому к возможно точной патолого-анатомической диагностике. Без точного диагноза оперировать не следует. Если же такой диагноз невозможен, то только упорные болезненные явления или жизненные показания могут побудить к лапаротомии.

В общих же чертах возможно установить следующие абсолютные показания для оперативного лечения холелитиазиса; операции подлежат:

1) все случаи холециститов и холангитов, осложненные нагнои-тельными процессами или сепсисом,

2) гнойные скопления в полости желчного пузыря—острые и хронические.

3) хронические закупорки желчного протока,

4) те случаи холелитиаза, где в промежутках между приступами колик не восстанавливается вполне здоровье больных.

В остальных случаях показания не так определенны и зависят от взгляда хирурга. Так, напр., я не буду оперировать обязательна при каждом остром приступе холецистита или при каждом раке пузыря, но могу найти иногда показания к оперативному вмешательству и при легких приступах холецистита, если они удручают больного и не скоро поддаются внутренней терапии. По моему мнению, правильнее всего считать каждый случай холелитиаза подлежащим по крайней мере Хирургическому наблюдению или консультации с хирургом, как это принято теперь по отношению к заболеваниям почек и аппендициту. Благодаря этому скорее всего можно получать хорошие результаты, приступая свое временно к операции, так как несомненно, что только удаление камней и устранение инфекции быстро и верно излечивают больных.

В заключение привожу слова Kocher'a, которыми можно руководствоваться при относительных показаниях к оперативному вмешательству при холелитиазе. „Мы не идем так далеко, говорит Kocher, чтобы сказать, что камни принадлежат хирургу; они принадлежат прежде всего пациенту и, если он предпочитает оставить их и пить к тому же Карслбадскую воду — это его право ... Если пациент предпочитает получать камни при муках и болях, — это тоже его частное удовольствие; но хирург имеет право сказать пациенту с камнями, что он скоро и верно мог бы избавиться от своего страдания при операции и скорее и вернее предохраниться от позднейшей опасности, чем при всяком другом лечении". К этому я прибавил бы, что хирург обязан указать также больному и на то, что "холелитиаз болезнь серьезная, дающая не так редко тяжелые и даже угрожающие жизни осложнения. Поступая так и разъясняя больному, конечно, в общих чертах, выгоды операции и возможные при ней осложнения, хирург снимает с себя нравственную ответственность в случае печального исхода, так как и при легких случаях холелитиаза смертность при операциях колеблется от 2 до 3%.

Противопоказания

Сказав о показаниях к операции, придется упомянуть вкратце и о противопоказаниях.

Противопоказания эти заключаются, главным образом, в общем состоянии больного и состоянии отдельных внутренних его органов. На первом месте стоят, конечно, сердце и сосуды. Поэтому у больных, страдающих кроме холелитиаза, миокардитом, артериосклерозом, эмфиземой, хроническим бронхитом, нефритом, тяжелым диабетом и у больных очень тучных надо очень серьезно взвесить все шансы pro et contra прежде чем решиться на операцию. Возраст не играет очень большой роли, что же касается пола, то женщин легче оперировать, и они несомненно гораздо лучше переносят операцию. При жизненных показаниях к операции, как напр, при септическом холангите, перфорациях желчного пузыря, гнойниках печени или по соседству с нею и т. п. нет никаких противопоказаний, если только состояние больного не окончательно безнадежно.

По отношению к сердцу и диабету надо еще помнить, что как расстройства сердечной деятельности, так и сахар в моче могут появиться в результате самой желчнокаменной болезни и служат в таких случаях даже показанием к операции.

Еще С. П. Боткин указывал на расстройства сердечной деятельности при приступах печеночной колики и думал, что на этой почве может развиться даже грудная жаба. Thies¹ (loc cit 1914.) тоже наблюдал сердцебиения при холелитиазе в 73,3°/о случаев, a Riesmann (Berlin. Klin. Wochenschr. 1912 g. 78.) в 11% на 56 случаев) выслушивал сердечные шумы, которые появлялись только во время приступов колик. Поэтому подобные расстройства сердечной деятельности могут служить скорее до известной степени показанием к операции, так как имеется уже достаточно наблюдений, когда описанные сердечные явления проходили после операции или отхождения камней после приступа. Скорее всего операция противопоказана при жирном, расширенном, с глухими тонами сердце (cor lassum). При резко выраженном артериосклерозе, лучше, если возможно, тоже избегать операции. Что же касается сахара, то присутствие его в моче у холелитиа-тиков может зависеть от попутного заболевания поджелудочной железы. Поэтому, если имеются указания на такое заболевание, можно ожидать даже улучшения после операции на желчных путях. Описаны случаи, когда после удаления желчных камней из мочи исчезал сахар, доходивший до 7%. Конечно, в таких случаях нужно предварительно проводить инсулинотерапию.

содержание .. 1 2 3 4 5 6 7 8 ..

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

ПРОГНОЗ, ВНУТРЕННЕЕ ЛЕЧЕНИЕ И ПОКАЗАНИЯ К ОПЕРАТИВНОМУ ЛЕЧЕНИЮ ПРИ ЖЕЛЧНОКАМЕННОЙ БОЛЕЗНИ

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

ПРОГНОЗ, ВНУТРЕННЕЕ ЛЕЧЕНИЕ И ПОКАЗАНИЯ К ОПЕРАТИВНОМУ ЛЕЧЕНИЮ ПРИ ЖЕЛЧНО­КАМЕННОЙ БОЛЕЗНИ

ПРОГНОЗ, ВНУТРЕННЕЕ ЛЕЧЕНИЕ И ПОКАЗАНИЯ К ОПЕРАТИВНОМУ ЛЕЧЕНИЮ ПРИ ЖЕЛЧНОКАМЕННОЙ БОЛЕЗНИ