СЕКЦИЯ 13
НАРУШЕНИЯ РИТМА СЕРДЦА
1092 _____________
Однако его роль достаточно велика среди пред-
ставленных факторов риска развития больших
кардиальных событий.
В работе J. Perkiomaki и соавторов (2001) на
протяжении 10-летнего проспективного на-
блюдения 330 пациентов в возрасте старше
65 лет увеличение дисперсии
Q–Tc >70 мс обус-
ловливало рост общей смертности (OR=1,38;
95% ДИ=1,02–1,86), ранней коронарной смер-
ти (OR=2,7; 95% ДИ=1,29–5,73), а в комбина-
ции с показателями ГЛЖ риск развития ранней
коронарной смерти резко возрастал (OR=16,52;
95% ДИ=3,37–80,89).
Результаты 6-летнего исследования AIREX
(1999), включавшего 605 пациентов в острый пе-
риод ИМ, осложненного СН, свидетельствуют,
что увеличенная дисперсия интервала
dQ–Tс
(>100 мс) при однофакторном (OR=1,07; 95%
ДИ=1,03–1,10; p=0,001) и многофакторном
(OR=1,05; 95% ДИ=1,01–1,09; p=0,022) анали-
зах может быть независимым предиктором риска
общей смертности, но с низкой чувствительно-
стью данного ЭКГ-маркера, что ограничивает
его применение для стратификации риска паци-
ентов с разными формами ИБС с желудочковы-
ми аритмиями.
В табл. 2.5 показана прогностическая значи-
мость интервала
Q–Tc ≥440 мс и dQ–Tc ≥50 мс
для оценки вероятности развития больших коро-
нарных событий на протяжении 4 лет.
Таблица 2.5
Чувствительность, специфичность,
прогностическая значимость Q–Tc
и dQ–Tc для оценки вероятности
развития больших кардиальных событий
(кардиальной смерти, ИМ)
на протяжении 4 лет
Пока-
затель
Чув-
стви-
тель-
ность,
%
Спец и-
фич-
ность,
%
Положи-
тельная
прогности-
ческая зна-
чимость, %
Отрица-
тельная
прогно-
стическая
значи-
мость, %
Q–Tc
≥440 мс
31
92
56
80
dQ–Tc
≥50 мс
18
91
70
46
Полученные результаты свидетельствуют о
необходимости наиболее раннего выявления
факторов риска, использования интервала
Q–Tc
и его дисперсии для стратификации риска боль-
ных стенокардией напряжения I–III ФК с желу-
дочковыми аритмиями.
ИНТЕРВАЛ
Q‒T,
ЕГО ДИСПЕРСИЯ
И ВАРИАБЕЛЬНОСТЬ
СЕРДЕЧНОГО РИТМА
Снижение адаптации интервала
Q–T к суточ-
ным изменениям ЧСС рассматривается как па-
тология и ассоциируется с повышенным риском
развития фибрилляции желудочков. Следует от-
метить, что у больных с трансплантированным
сердцем и редуцированием вегетативных влия-
ний на сердце разницы между дневной и ночной
динамикой интервала
Q–T не выявлено. Инфор-
мация относительно длительности адаптации
Q–T к ЧСС (Q–T/R–R) может также служить
неинвазивным маркером нарушений автоном-
ной регуляции сердца. Увеличение
Q–T/R–R
у больных в постинфарктный период отражает
склонность к желудочковой тахикардии. У па-
циентов с фибрилляцией желудочков в анамнезе
без органической патологии, несмотря на нор-
мальные показатели вариабельности сердечного
ритма, отмечают увеличение
dQ–T и Q–T/R–R,
особенно ночью и утром.
Сниженная вариабельность ритма сердца
является индикатором изменения вегетативной
иннервации сердца, что может обусловливать
внезапное начало желудочковых аритмий, но не
является специфическим маркером аритмоген-
ного субстрата. И наоборот, удлиненный
Q–Tc,
отражающий замедленную и асинхронную ре-
поляризацию миокарда желудочков, и увели-
ченная дисперсия
dQ–Tc, отражающая негомо-
генную желудочковую реполяризацию, является
электрофизиологическим субстратом появления
триггерной активнос ти вследствие ранних следо-
вых деполяризаций и возникновения механизма
re-entry, и, как следствие, появления желудочко-
вых аритмий.
РОЛЬ ЛЕКАРСТВЕННЫХ
СРЕДСТВ В ВОЗНИКНОВЕНИИ
ПРИОБРЕТЕННОГО
СИНДРОМА УДЛИНЕННОГО
ИНТЕРВАЛА
Q‒T
Объем потребления лекарственных средств
в
экономически развитых странах постоян-
но увеличивается, вместе с тем появляется все
больше сообщений о кардиотоксичности пре-
паратов разных фармакотерапевтических групп.
Список лекарственных препаратов, применение
которых может привести к удлинению интерва-
ла
Q–T, представлен в табл. 2.6.