|
|
|
содержание .. 18 19 20 21 ..
Всех нас объединяла любовь к хирургии, стремление к новому.
Так, уже в конце 50)х — начале 60)х годов мы овладели эндотрахе)
альным наркозом с применением миорелаксантов, и, хотя не было в
то время у нас специалистов)анестезиологов, хорошее обезболива)
ние позволяло выполнять большие операции. Мы часто посещали
заседания Московского общества хирургов, получали там совре)
менную информацию. Интересные дискуссии между известными
хирургами позволяли лучше понять тенденции в развитии хирур)
гии и применять на практике многие новшества. И теперь, спустя
много десятилетий, я с удовольствием посещаю заседания общест)
ва, имею возможность не только слушать, но и выступать, расска)
зывать о своем опыте, участвовать в дискуссиях. Московское хи)
рургическое общество — прекрасная школа для хирургов всех
возрастов и положений, и я, являясь членом общества с 1963 г.,
ревниво отношусь к участию в его заседаниях своих сотрудников.
Избрание меня почетным членом Московского общества хирургов
рассматриваю как высокую честь и не скрываю, что горжусь этим.
И должен признаться, что всегда испытываю волнение, когда прихо)
дится выступать с докладом на заседании общества хирургов, при)
чем гораздо большее, чем на многих других научных заседаниях.
В 1956 г. я неожиданно был делегирован на I Всероссийскую кон)
ференцию хирургов, которая проходила в г. Куйбышеве (Самаре).
Основной проблемой было обсуждение острого аппендицита.
Впервые услышал доклады известных хирургов А. Н. Бакулева,
А. А. Вишневского, Д. А. Арапова, Б. А. Петрова, А. М. Аминева и
других. Сама конференция, общение со столь известными хирур)
гами произвели на меня большое впечатление, и я осознал всю
важность и пользу больших научных форумов. С того времени
прошло почти полвека, я был участником и нередко докладчиком
на многих крупных научных форумах и считаю их очень важной
формой научного и профессионального общения.
После смерти П. Л. Сельцовского заведовал кафедрой профессор
Н. И. Махов, опытный хирург, высокообразованный ученый. Инте)
рес к научному анализу не пропадал, и я в эти годы опубликовал
несколько работ в крупных журналах, в основном по различным
вопросам травматологии.
В 1965 г. заведовать кафедрой стал профессор Степан Иванович
Бабичев, назначенный ректором нашего института. Ученик Б. В. Пе)
235
тровского, прошедший неплохую административную школу в ка)
честве помощника министра здравоохранения, хирург достаточно
большого диапазона, он сразу вызвал у меня симпатии. Через год
я принял его предложение перейти в клинику на должность стар)
шего научного сотрудника. В этом же, 1966 г., кафедра перешла в
клиническую больницу № 50, где было четыре хирургических
отделения, в т.ч. и торакальное. Все последующие годы я был ку)
ратором одного из хирургических отделений, и по заведенному
порядку все основные диагностические и тактические решения
заведующий отделением согласовывал со мной. Значительно рас)
ширился круг операций. Гастрэктомия при раке, пластические
операции на пищеводе при ахалазии и раке, удаление кист средо)
стения, резекции легкого, брюшно)промежностная экстирпация
прямой кишки, которую мы выполняли одновременно двумя бри)
гадами и многие другие операции стало возможно выполнять при
наличии хороших анестезиологической и реанимационной служб.
Быстро овладел методикой наложения механического шва с при)
менением отечественных сшивающих аппаратов, что заметно об)
легчало операции. По научному плану мне был поручен раздел
пластических операций по замещению кишечным трансплантатом
резецированного пищевода и удаленного желудка. Многие наши
попытки замещать удаленный пищевод свободным тонкокишеч)
ным трансплантатом, с сосудистым анастомозом с внутренней
грудной артерией и веной, к сожалению, заканчивались неудачей.
Эти длящиеся по пять)шесть часов операции отнимали много сил
не только физических, но и моральных. А вот замещение транс)
плантатом на сосудистой ножке резецированной нижней трети
пищевода и проксимального отдела желудка у больных кардиаль)
ным раком пошло довольно успешно, из 16 оперированных потеря)
ли только одного. Эту проблему Степан Иванович предложил мне
в качестве темы докторской диссертации. Подготовленный обзор
литературы, почти все разделы, много рисунков и рентгеновских
снимков до сих пор хранятся в папке.
Причиной отказа от завершения работы послужил мой доклад
на совместном заседании хирургического общества и онкологов.
Основными возражениями последних были нецелесообразность
усложнения операции, хотя онкологическая ее сущность не меня)
лась и продолжительность жизни пациентов редко превышала
трех лет. Конечно, мнение онкологов можно было и не учитывать,
тем более что функциональный эффект операции, избавлявшей
пациентов от рефлюкс)эзофагита, сомнений не вызывал. Несколь)
ко работ, излагающих наш опыт, были опубликованы в крупных
отечественных журналах в Польше и в Германии, но по непонят)
ной для самого себя причине я потерял интерес к этой работе.
Шел 1973 год. У меня накапливался интересный материал по га)
стродуоденальным кровотечениям, удалось наладить селектив)
ную ангиографию чревного ствола и его ветвей. Имелись интерес)
ные данные о кровообращении в стенке обескровленного желудка
и влиянии кровопотери на печеночный кровоток, получили новые
данные о влиянии кровопотери на заживление желудочных анас)
томозов и показатели иммунного статуса. Мы стали пропагандиро)
вать и применять более активную хирургическую тактику при яз)
венных кровотечениях, заметно уменьшилась послеоперационная
летальность. О результатах исследований сообщалось в журналь)
ных публикациях и докладах на крупных хирургических фору)
мах. Все эти материалы легли в основу докторской диссертации,
которая была защищена в декабре 1979 г.
К этому времени я уже восемь лет был доцентом кафедры. Мно)
го времени уходило на лекции и практические занятия со студен)
тами, работа на общественных началах в научном отделе институ)
та и руководство отделом научной информации тоже требовали
внимания. Должен сказать, что занятия с будущими стоматолога)
ми, когда многие считают, что такая дисциплина, как хирургия, им
не нужна, проводить нелегко. Нужно немало терпения, выдумки,
чтобы увлечь студентов. Но более всего их покоряет искренняя
любовь к своей специальности и умение показать ее практическую
важность. Кроме того, студенты ценят хорошую образованность
преподавателя, выходящую за рамки специальности. Долго можно
перечислять качества, необходимые для завоевания авторитета у
студентов. Нужно только не допускать панибратства, не делать
ненужных поблажек.
У меня остались теплые воспоминания о многих студентах из
групп, в которых я вел занятия. И всегда с удовольствием общаюсь
с бывшими своими учениками, которые стали хорошими специали)
стами, горжусь тем, что И. Ю. Лебеденко, Э. М. Кузьмина, Т. И. Ва)
вилова, Л. А. Дмитриева стали профессорами, заведуют кафедрами
237
в нашем университете. И когда порой приходится обращаться к сво)
им бывшим ученикам в качестве пациента, я всегда спокоен и ухо)
жу от них с чувством глубокой благодарности и радости, что мои
труды не пропали напрасно.
Вообще со стоматологами за многие годы совместной работы
у меня сложились добрые отношения. Я очень рад, что многолет)
ний декан стоматологического факультета профессор Гарри Ми)
хайлович Барер всегда с большим пониманием относится к необхо)
димости широкого врачебного образования стоматологов и поддер)
живает клинические кафедры. Наша кафедра всегда пользуется
большим уважением сотрудников университета, мне много раз
приходилось оперировать сотрудников и их близких. Эта тради)
ция сохраняется и теперь, когда кафедрой заведует М. Д. Дибиров.
В начале 70)х годов мы начали осваивать различные виды ваго)
томии при гастродуоденальных язвах. О результатах наших работ
по хирургическому лечению язвенной болезни и ее осложнений
(прежде всего кровоточащих язв) сообщалось в докладах на VI Все)
российском съезде хирургов в Воронеже, ХХIХ и ХХ Всесоюзных
съездах в Киеве и Минске, на многих крупных научных конферен)
циях. Благодаря этому я принимал активное участие в работе Ас)
социации гастроэнтерологов, которой руководили такие крупные
специалисты, как академик Ф. Н. Комаров и позднее академик
В. Т. Ивашкин, меня избрали членом правления этой ассоциации.
Частые встречи с гастроэнтерологами, участие в их научных кон)
ференциях позволили мне лучше понять место хирургического
лечения многих гастроэнтерологических заболеваний. К сожале)
нию, не все хирурги тесно контактируют с гастроэнтерологами, и это
не способствует лучшему взаимопониманию.
Я продолжал много оперировать, не оставлял дежурства по не)
отложной хирургии. В 1981 г. меня избрали на должность профес)
сора кафедры, и груз обязанностей, возложенных на меня Степа)
ном Ивановичем, все увеличивался. В 1984 г. ректорат института
принял решение перевести С. И. Бабичева на должность профес)
сора)консультанта, и я стал заведующим кафедрой. Степан Ива)
нович оставил за собой руководство подразделением, которое мно)
гие годы занималось разработкой хирургического лечения брон)
хиальной астмы. Это очень интересное направление вызывало
много споров среди специалистов. Сам я никогда этой проблемой
не занимался, но многие годы видел и оперированных больных,
и сами операции (вначале речь шла об удалении каротидного узла,
а затем стали выполняться операции денервации корня легкого и
грудная симпатэктомия). Приходилось участвовать в обсуждении
различных вопросов, касающихся этой проблемы, и я не стал бы
столь категорично отрицать этот способ лечения. Дело в том, что
операциям подвергались пациенты, использовавшие уже все из)
вестные и доступные им способы лечения, а отдаленные резуль)
таты операций были достаточно удовлетворительны. После ухо)
да Степана Ивановича это направление на кафедре не развива)
лось.
Основным направлением научных исследований оставалось хи)
рургическое лечение язвенной болезни, глубже стали заниматься
желчно)каменной болезнью и ее осложнениями, острым панкреа)
титом, опухолевой толстокишечной непроходимостью. Стали ши)
роко пользоваться ультразвуковым исследованием и малоинва)
зивными вмешательствами под его контролем при остром холеци)
стите, кистах печени и поджелудочной железы и абсцессах брюш)
ной полости. Что касается хирургии язвенной болезни, то широкое
увлечение ваготомией постепенно уступило место разумному при)
менению этой операции, особенно стволовой ваготомии при про)
бодных пилородуоденальных язвах. Наши сравнительные иссле)
дования убедили в полезности этой операции, которая, не влияя на
непосредственные результаты, существенно улучшает отдален)
ные, прежде всего, резко уменьшая число рецидивов. Приписыва)
емые стволовой ваготомии различные диспептические наруше)
ния, по нашим данным, преувеличены. При этой операции самое
главное полностью пересечь оба ствола блуждающих нервов, и не
только пересечь, но и иссечь на протяжении 4—5 мм с обязатель)
ным гистологическим подтверждением полноты ваготомии. Наши
данные убедительно показали, что там, где не было такой верифи)
кации, отдаленные результаты приближались к таковым при про)
стом ушивании перфоративной язвы. Еще более важна тщатель)
ность операции при селективной ваготомии. Убежден, что разоча)
рование хирургов в этой операции во многом связано с ее дискре)
дитацией, обусловленной вольным или невольным отступлением
от строгих правил ее выполнения, и отсутствием интраоперацион)
ной рН)метрии, которая позволяет проконтролировать истинное
239
подавление кислотопродукции. Мне кажется, что в дискредитации
этой операции виновны сами хирурги, которые стали выполнять
ее без достаточной подготовки и строгого соблюдения всех требо)
ваний.
Вспоминаю, что мною уважаемый академик А. А. Шалимов с
гордостью говорил на одной из конференций, что у него в Украине
селективную проксимальную ваготомию делают во всех районных
больницах. А академик М. И. Кузин, будучи главным хирургом
Минздрава СССР, требовал выполнять эту операцию во всех хи)
рургических отделениях и любил утверждать, что селективную
ваготомию делают во всем мире, кроме африканских стран и Рос)
сии. Естественно, что при таком подходе число рецидивов язвен)
ной болезни росло с каждым годом и эта операция была полностью
дискредитирована.
Между тем тщательное ее выполнение и по строгим и обоснован)
ным показаниям, и в специализированных хирургических отделе)
ниях, и хорошо обученными хирургами, и со строгим рН)метриче)
ским и морфологическим контролем позволяет сохранить вагото)
мию в арсенале средств хирургического лечения осложненных
язв. Естественно, что неосложненные язвы должны лечить гастро)
энтерологи, имея широкий арсенал эффективных лекарственных
препаратов. Но это возможно при широкой доступности этих пре)
паратов, грамотности врачей и достаточно высокой медицинской
культуре населения, чего нам, к сожалению, еще не хватает.
Одним из приоритетных направлений деятельности стало со)
вершенствование лечения перитонита, начали работу с новыми
антибиотиками широкого спектра, изучали роль иммунного стату)
са и возможности иммунной коррекции при различных видах аб)
доминальной инфекции. В этих исследованиях большую роль сыг)
рала лаборатория иммунологии, оставшаяся от группы по изуче)
нию бронхиальной астмы, и ее руководитель Зоя Ивановна Сав)
ченко, ставшая доктором медицинских наук. Много сил вложила в
развитие этого направления пришедшая на кафедру хирург Нана
Николаевна Хачатрян, которая довольно быстро защитила канди)
датскую, а затем и докторскую диссертацию, стала доцентом, а по)
том и профессором кафедры.
Наши работы о механизмах иммунных нарушений и их корре)
кции были с интересом восприняты не только клиницистами, но
и теоретиками. Расширились контакты с различными специалис)
тами, занимающимися многими аспектами хирургической инфек)
ции и роли антибактериальной терапии. Участие в конференциях
и съездах, посвященных роли антибиотиков и их рациональному
использованию, в т.ч. и в международных, активное сотрудничест)
во с крупными фирмами)производителями новых эффективных
антибактериальных препаратов и средств иммунной коррекции
существенно расширили возможности наших исследований, сде)
лали их результаты более известными. Так получилось, что в бо)
лее зрелом возрасте и на более серьезной основе я вернулся к
очень важной и интересной теме, начатой в молодые годы. К сожа)
лению, многие врачи продолжают пренебрегать рациональной ан)
тибиотикотерапией. Нужно признать, что причина этого — не
только недостаточное понимание этой проблемы врачами, но
и объективные трудности. Прежде всего они связаны с непонима)
нием многими руководителями лечебных учреждений того факта,
что обоснованное и строго контролируемое использование многих
дорогостоящих антибиотиков обходится гораздо дешевле бесконт)
рольного применения приобретаемых больничными аптеками ме)
нее дорогих препаратов. Мы своими исследованиями и публикаци)
ями вместе с другими авторитетными специалистами продолжаем
пропагандировать эти истины фармакоэкономики. По этой причи)
не я позволил себе опубликовать в этой книге главу своей канди)
датской диссертации, в которой еще 45 лет назад были изложены
некоторые направления этой важной проблемы.
Я стал часто бывать со своими сотрудниками на крупных хирур)
гических и смежных научных конференциях, где мы выступали с
докладами и участвовали в дискуссиях. Благодаря этому возника)
ли более близкие отношения с известными хирургами не только из
Москвы и Ленинграда, но и из многих регионов России, Украины,
Белоруссии, республик Кавказа и Закавказья, Средней Азии. За
многие годы общения сложились добрые отношения с М. П. Вилян)
ским и его учеником А. А. Чумаковым в Ярославле; П. Я. Сандако)
вым в Перми; А. Г. Бебуришвили в Волгограде; И. А. Ерюхиным,
М. В. Гриневым, С. Ф. Багненко, Н. А. Майстренко, А. Е. Борисовым
в Петербурге; В. Н. Черновым и М. А. Черкасовым в Ростове)на)
Дону; Е. С. Карашуровым в Петрозаводске; М. Н. Прудковым в
Екатеринбурге; В. И. Булыниным в Воронеже; А. В. Афендуловым
241
в Липецке; Ю. С. Винником в Красноярске и многими другими, пе)
речисление которых займет не одну страницу. Общение с этими
людьми доставляет не только профессиональный интерес, но и чи)
сто человеческую радость.
Примером этого служат наши отношения с Марком Петровичем
Вилянским, которые возникли на почве общих интересов по ис)
пользованию компьютерного программирования при составлении
историй болезни. Мы стали чаще общаться, даже провели вместе с
женой по его приглашению несколько дней в Ярославле. Там я сде)
лал доклад на заседании местного общества хирургов и у нас была
прекрасная, как теперь говорят, культурная программа. Марк Пе)
трович отвез нас в некрасовскую Карабиху, Ростов Великий, по)
знакомил с Толгским монастырем, а один из его сотрудников, впос)
ледствии профессор В. Проценко, большой знаток истории Яро)
славля, целый день показывал нам исторические места города. По)
бывали мы и на спектакле в Театре им. Волкова.
В последующие годы я много раз бывал в Ярославле, очень люб)
лю этот город, дружу с его хирургами и в каждый приезд стараюсь
посетить могилу Марка Петровича, а с его учеником и преемником
на кафедре профессором А. А. Чумаковым и его сотрудниками
поддерживаю самые теплые отношения.
На нашей кафедре более десяти лет существовал курс усовер)
шенствования врачей по неотложной хирургии, созданный внача)
ле для хирургов Московской области. Постепенно мы начали про)
водить выездные циклы и в других городах: Белгороде, Братске,
Махачкале, Пятигорске. Многие годы я поддерживаю отношения с
интересным человеком — доктором медицинских наук В. Л. Око)
ловым из Пятигорска, который собирает сведения обо всех россий)
ских хирургах, имеющих звание профессора. За последние годы
он издал несколько книг не только по истории хирургии Кавказ)
ских минеральных вод, но и справочники с информацией обо всех
крупнейших хирургах России, а также другие работы об извест)
ных отечественных хирургах. В. Л. Околов заслуживает нашей
большой благодарности.
Хочу отметить, что на меня положительно влияло общение со
многими известными московскими хирургами моего и более позд)
них поколений. Это прежде всего Виктор Сергеевич Савельев, от)
ношения с которым я ценю очень высоко. И хотя мы с ним одногод)
ки, считаю его своим учителем, ибо за долгие годы общения на)
учился у него очень многому, получил много полезных советов и
всегда пользовался его моральной поддержкой. В его высокой на)
дежности убеждался неоднократно, но особенно запомнил случай,
когда приехал к нему за советом по поводу необходимости принять
важное кадровое решение. Виктор Сергеевич тогда согласился с
моими сомнениями, и это было для меня очень важно. Но еще важ)
нее был ранний телефонный звонок на следующее утро, когда он
сказал, что дал мне неверный совет, т.к. не имел в тот момент пол)
ной информации. Тем самым Виктор Сергеевич уберег меня от
принятия решения, которое могло принести мне много неприятно)
стей. Эту честность, принципиальность в отношениях я ценю в нем
очень высоко.
Виктор Сергеевич по праву считается наиболее авторитетным
из современных отечественных хирургов, его многогранная науч)
ная и лечебная деятельность и огромная созидательная энергия
наряду с удивительной доброжелательностью привлекают к нему
людей всех возрастов и положений. И я все эти годы очень дорожу
добрыми с ним отношениями.
С Владимиром Дмитриевичем Федоровым нас связывает еще
студенчество (он окончил институт на несколько лет позднее). Ак)
тивнее мы стали сотрудничать в годы, когда он стал директором
Института хирургии им. А. В. Вишневского, чаще общаемся на за)
седаниях хирургического общества, различных научных мероприя)
тиях. Внешне очень сдержанный, он никогда не позволяет пани)
братства даже со своими сверстниками и всегда привлекает своей
собранностью и четкостью мышления. В последние годы мне при)
шлось несколько раз под его руководством составлять и реализо)
вывать научную программу крупных хирургических форумов,
проводимых в Москве с большими медицинскими выставками.
Кроме составления тематической программы необходимо было по)
добрать не менее 35—40 докладчиков — известных специалистов,
способных в течение 20—25 минут сделать концептуальный до)
клад по интересной теме. Причем доклад должен быть понятен
всем слушателям, которых ежегодно бывает не менее 400—500 че)
ловек. Эти конференции всегда удавалось провести интересно и
эффективно. Книга Владимира Дмитриевича «Жизнь хирурга»
очень близка мне своим отношением к общему для нас периоду
243
учебы в институте, к нашей специальности, учителям и сотрудни)
кам. Под ее впечатлением я написал рецензию, опубликованную в
журнале «Хирургия», и признаюсь, что книга эта повлияла на мое
желание написать этот краткий очерк собственной жизни. Я очень
сожалею, что Владимир Дмитриевич поторопился уйти с должно)
сти главного хирурга Минздрава, т.к. эта должность удачно соче)
талась с руководством Институтом хирургии, который остается
неформальным центром для многих хирургов страны.
Интересные отношения связывают меня с Александром Сергее)
вичем Ермоловым. Мы познакомились будучи доцентами, когда я
приехал к его шефу Юлию Ефимовичу Березову советоваться по
поводу темы своей докторской диссертации. Возможно, мысли,
высказанные Юлием Ефимовичем, незаурядным человеком и вы)
сокообразованным хирургом, сыграли определенную роль в том,
что я решил не продолжать работу над диссертацией по пластике
пищевода. В дальнейшем с Александром Сергеевичем мы встре)
чались при разных обстоятельствах в разное время, но тесные
отношения возникли после его назначения директором НИИ им.
А. В. Склифосовского, т.е. более десяти лет назад. Об этом институ)
те и положении дел в нем я имел представление, т.к. незадолго до
назначения нового директора был членом большой комиссии Мин)
здрава по проверке этого учреждения. Поскольку мне было пору)
чено проверять и написать справку о состоянии хирургической
службы, я познакомился с тогдашними руководителями хирурги)
ческих отделений — профессорами Н. С. Утешевым, Н. Н. Каниш)
ным, М. М. Абакумовым и Г. В. Пахомовой. Помню, что просил их
быть со мной максимально откровенными и обещал не обращать по)
лученные сведения во вред кому)либо. Это помогло мне представить
справку о реальном положении дел в институте, которое в тот пери)
од оставляло желать лучшего. С того времени у меня остались с эти)
ми очень уважаемыми хирургами добрые отношения в плане и про)
фессиональном, и человеческом.
А. С. Ермолов, став директором, добился многих позитивных пе)
ремен в жизни института, способствовал значительному росту ав)
торитета этого учреждения. Меня же он привлек к более тесному
сотрудничеству, введя в состав проблемной комиссии по неотлож)
ной хирургии и сделав членом диссертационного совета. Мы обща)
емся довольно часто с ним как с главным хирургом Москвы, а так)
же на ежегодных выездных пленумах нашей проблемной комис)
сии, которые проходят обычно в различных городах России. Инте)
ресны и ежегодные заседания комиссии, состав которой по иници)
ативе Александра Сергеевича расширен благодаря привлечению
известных хирургов из регионов. Аналитический отчет о научных
исследованиях по неотложной хирургии в Российской Федерации
традиционно делает ученый секретарь комиссии Т. А. Стрелин)
ская, которую я помню еще по студенческим годам (училась она
позднее на несколько лет). Эти отчеты очень поучительны, всегда
вызывают интересную дискуссию и, главное, дают четкое пред)
ставление о том, что делается в различных регионах. Отчеты пред)
ставляют большой интерес и помогают при планировании науч)
ных исследований.
Разнообразная позитивная деятельность Александра Сергееви)
ча вызывает у меня большое к нему уважение, и я ценю наши до)
брые отношения.
Многие годы сотрудничества связывают меня с Эдуардом Израи)
левичем Гальпериным, ярким представителем московской хирур)
гической школы, одним из известных специалистов в области хи)
рургии печени, желчевыводящих путей и поджелудочной железы.
Он по праву был основателем и являлся многие годы президентом
Российской ассоциации гепатобилиарной хирургии, которая офи)
циально входит в Европейскую ассоциацию НРВJ. Его работы по
реконструктивной билиарной хирургии, оригинальному способу
хирургического лечения сахарного диабета и многие другие снис)
кали ему заслуженную известность и уважение. Организованные
под его руководством ежегодные конференции хирургов)гепатоло)
гов России и стран СНГ привлекают большое количество опытных
и молодых хирургов. По своей структуре и содержанию эти конфе)
ренции очень содержательны, и я горжусь тем, что не только уча)
ствовал почти во всех из них, но нередко председательствовал на
отдельных заседаниях и выступал с докладами. Созданный им
журнал «Анналы хирургической гепатологии», редактором кото)
рого Эдуард Израилевич является, — издание очень содержатель)
ное и пользуется широкой известностью. Личные встречи, а также
совместное участие в заседаниях правления ассоциации, обсужде)
ние многих материалов перед их публикацией всегда оставляют
чувство удовлетворения и обогащают профессионально.
245
Мне всегда был близок рано ушедший из жизни В. М. Буянов. У нас
также были общие научные интересы. Взаимные профессиональные
и чисто человеческие интересы объединяют меня со многими мос)
ковскими хирургами, среди которых В. Н. Гостищев, А. М. Шулут)
ко, М. М. Абакумов, И. И. Затевахин, М. В. Данилов, В. А. Вишнев)
ский, А. М. Светухин, А. Г. Кригер, В. А. Кубышкин, Н. А. Ефименко,
П. Г. Брюсов, С. Г. Шаповальянц, В. И. Малярчук, А. П. Чадаев и мно)
гие другие.
Тесные отношения связывают меня с Сергеем Ивановичем Еме)
льяновым, который заведует кафедрой общей хирургии в нашем
университете и является организатором и президентом Россий)
ской ассоциации эндоскопической хирургии. Почти одновременно
с этой ассоциацией возникла идея создания в Академии медико)
технических наук отделения эндовидеохирургии, и президиум
академии назначил меня его председателем. Совместная работа
этих двух родственных объединений во многом способствовала
развитию эндоскопической хирургии как современного перспек)
тивного направления. Действительными членами Академии ме)
дико)технических наук стали многие члены ассоциации. И преж)
де всего такие прекрасные хирурги, как профессора В. П. Сажин,
А. Е. Борисов, С. Г. Шаповальянц, А. Г. Бебуришвили, О. Э. Луце)
вич, М. И. Прудков, Д. М. Шулутко.
Говоря об Ассоциации эндоскопической хирургии, нужно упо)
мянуть об Андрее Владимировиче Федорове, который является ее
бессменным генеральным секретарем, одним из главных спонсо)
ров и организатором. Вынужденный уйти из практической хирур)
гии из)за аллергии на некоторые препараты, он возглавил россий)
ское отделение известного производителя хирургических инстру)
ментов и аппаратуры, прежде всего эндоскопической, — фирмы
Auto Suture (теперь после объединения с другими производства)
ми — Тусо). Очень коммуникабельный человек, способный органи)
затор, он не оставляет научно)исследовательской деятельности,
успешно защитил докторскую диссертацию и одновременно с ос)
новной работой стал профессором кафедры общей хирургии в на)
шем университете. Среди многих его положительных качеств счи)
таю наиболее важным то, что, являясь руководителем крупней)
шей международной фирмы хирургических инструментов, он
много внимания уделяет развитию аналогичных отечественных
содержание .. 18 19 20 21 ..
|
|
|