Тира: «Его устройство и вид таковы. Первые, потрудившиеся, над источником, окруживши его
восьмигранною башнею, вывели эту башню на значительную высоту и краям ее по углам при-
дали форму фиалов на высоте, равной площади луга, на высоте же сводов, устроивши стоки в
форме желобов, сделали так, что вода, стесненная со всех сторон, льется каскадами и, журча и
шумя, орошает прилегающие к источнику луга многочисленными ручьями» (Cap. 8). Вообще
весьма часто на протяжении «Сказания...» Иоанн Фока демонстрирует умение менять манеру
изображения предмета в зависимости от конкретной авторской задачи. Его литературное мас-
терство, как и художественная значительность «Сказания...», не подлежит сомнению.
Необходимо отметить, что Иоанн Фока — человек весьма широких взглядов и крити-
ческого ума. Без сомнения, он — ортодоксальный православный христианин, совершающий
паломничество с благочестивыми целями. Но в то же время он начисто лишен религиозного
фанатизма. Без малейшей неприязни говорит он о представителях других исповеданий — са-
маритянах, армянах-монофиситах, католиках. О католическом епископе Иерусалима он отзы-
вается с одобрением и уважением в связи с тем, что последний приказал установить в Вифле-
емском храме, построенном на средства Мануила I Комнина, портреты этого византийского
императора (Cap. 27). С симпатией пишет Иоанн Фока о существовании на горе Фавор латин-
ского и греческого монастырей. Иоанн Фока, несомненно, сторонник взаимной религиозной
терпимости, по крайней мере между христианами разных толков. Широта его взглядов прояв-
ляется и в литературных пристрастиях. Конечно, чаще всего, в «Сказании» Иоанна Фоки цити-
руется Библия. Несомненно, его знакомство с сочинениями отцов церкви. Но Фока знает и ан-
тичную литературу, например Иосифа Флавия, и, что может показаться совсем удивительным,
в описании благочестивого паломничества однажды прямо ссылается на Ахилла Татия — ав-
тора популярного в древности любовного романа «Левкиппа и Клитофонт»! (Cap. 6). Наконец,
Иоанн Фока с большой осторожностью и даже скепсисом относится к распространенным хри-
стианским легендам. В этом плане показательно его вполне логичное рассуждение о так назы-
ваемой «башне Давида» в Иерусалиме: «Это огромнейшая башня, и хотя все в Иерусалиме
признают ее Давидовой, но мне думается, что можно сомневаться в этом с достаточным осно-
ванием. Иосиф повествует, что Давидова башня была из белого тесаного {357} камня; храм же
и другие две башни были построены после Иродом во имя Фасаила и Мариамны; а эта по-
строена из обыкновенного камня. И может быть ныне видимая возведена на фундаменте древ-
нейшей башни» (Cap. 14). Рационализм, свойственный Иоанну Фоке и не изменяющий ему да-
же тогда, когда речь заходит о христианских святынях,— редкостное качество для христиани-
на-пилигрима.
Благодаря широте своего кругозора, Иоанн Фока зафиксировал в «Сказании...» целый
ряд фактов исторического, географического, этнографического характера, не имеющих цер-
ковно-аитикварного значения, но представляющих большой интерес для современной науки.
Это — данные о монастырском хозяйстве обителей по берегам р. Иордан (Cap. 20), о периоди-
ческих эпидемиях, происходящих из-за скученности населения в г. Птолемаиде (Cap. 9), о сек-
те ассасинов (Фока именует их «хасиссиями, Cap. 3) и т. д. Великолепны описания некоторых
памятников искусства, особенно фресковой живописи «дома Иосифа» в Назарете (Cap. 10) и
«пещеры Рождества Христова» в Вифлееме (Cap. 27). Отличаясь подробностью и четкостью,
они способны по художественным достоинствам соперничать с экфрасисами профессиональ-
ных византийских писателей.
Таким образом, «Сказание» Иоанна Фоки представляет собой заметное явление визан-
тийской литературы и крупное достижение жанра «итинерарий пилигрима». Как мы видим, от
средневизантийской эпохи до нас дошли лишь два его образца (не считая компилятивного
«Жития Константина и Елены»). На основе всего двух источников невозможно, конечно, опре-
деленно говорить о прогрессе или регрессе в эволюции жанра. Ясно лишь, что сочинение Ио-
анна Фоки по всем параметрам превосходит записки Епифания. Следует отметить и другое:
«Сказание» Иоанна Фоки по своей структуре и содержанию ближе к ранним латиноязычным
запискам пилигримов, в которых, действительно, описывается путь до Иерусалима и далее к
Мертвому морю и возвращение назад. Иногда (хотя и не часто) Иоанн Фока даже указывает
расстояния между отдельными упоминаемыми пунктами (в стадиях, в днях пути). В этом пла-
не его «Сказание», как будто определенно не предназначенное быть руководством для палом-
ников в Святую землю, с бóльшим успехом может быть использовано как итинерарий, чем