НЕВРОЗЫ И ИХ ЛЕЧЕНИЕ (А.М. Свядощ)

военных лет. Клетки мозга освободились от возбуждения, вызванного этими
переживаниями. События эти теперь для вас безразличны (или „вы их забыли").
Вы совершенно спокойны. Избавились вы и от дрожания (или припадков или
другого болезненного симптома). Теперь вы вновь такой, каким были до
болезни, и всю жизнь будете здоровы».

При лечении наркокатарзисом применяется описанная выше техника

внушения в состоянии наркотического сна. При этом в отличие от лечения во
время сна гипнотического обычно требуется в большей мере оживлять
психотравмирующие события. Так, например, в приведенном выше наблюдении
еще внушают: «Трещат зенитки... Появился вражеский самолет... Свист
бомбы...» и т. д.

Большое значение катарзису придается при лечении «психодрамой» по

Moreno.  При этом методе либо больные объединяются в специальные группы
для   того,   чтобы   каждый   из   участников   группы   на   сцене   драматически
воспроизвел   пережитое   им   психотравмировавшее   событие   и   таким   образом
отреагировал   его,   либо   с   этой   же   целью   присутствовал   на   постановке
специальных лечебных пьес, в которых затрагиваются подобные переживания.
Для   этого  Denes  был   организован   специальный   театр,   в   котором
профессиональные   актеры   разыгрывали   ряд   одноактных   пьес   (например,
«Психопат», «Невроз страха»). Широкого распространения методы эти не по-
лучили,   хотя   само   по   себе   применение   игровых   методов   психотерапии,
очищенное от спекулятивных построений, и заслуживает внимания. Удачным
примером   такого   применения   является   имаготерапия   (от   лат.  imago  —   во-
ображение) по И. Е. Вольперту. Больному неврозом предлагается выбрать себе
героя,   которому   он   хотел   бы   подражать,   и   далее   представлять   себе,   что   он
играет роль этого героя — вести себя так, как вел бы его герой в этой ситуации.

Во время среды 5 февраля 1936 г. при обсуждении экспериментальной фобии

глубины у собаки, вызванной у нее в станке «истязанием» тормозного процесса
(опыты М. К. Петровой), И. П. Павлов отметил следующее: «Такая фобия может
существовать месяц с лишним, если вы за это время не ставите собаку в станок.
Но   если   вы   поставили   собаку   в   станок,   а   в   станке   она   быстро   впадает   в
гипнотическое состояние, то довольно повторить этот опыт 1—2 раза для того,
чтобы фобия исчезла... Дальше собака, на месяц переведенная в собачник, спит
в собачнике, а сон — это торможение. Почему же сон ее не излечивает от фобии
и   почему   особое   значение   торможение   получает   только   в  станке,   когда   там
происходит тормозное, сонное гипнотическое состояние? Как это понять? Ясно,
что когда собака в станке приходит в гипнотическое состояние, то возникающее
торможение   ассоциируется   со   всей   обстановкой   и   встречается   специально   с
тяжелым   состоянием   этого   пункта.   Тогда   происходит   полезное   между   ними
взаимодействие. Я думаю, что в этом вся соль и заключается. Требуется встреча
этого общего торможения со специальным состоянием «больного пункта». Это,
конечно,   очень   важный   практический   факт.   Когда   в   клинике   торможение
выступает в качестве лечебного средства, то, конечно, для анализа деталей это
нужно учитывать»

Таким образом, по мнению И. П. Павлова, торможение, наступающее во

время сна, иногда приводит к излечению только в том случае, если в это время
имеющийся «больной пункт» находится не в обычном, а «в специальном
состоянии», если в это время к нему «прикасаются», вызывая в нем «тяжелое
состояние». Что при этом происходит в «больном пункте», каков механизм

Павловские среды, т. III, 1949, стр. 386—387.

возникающего взаимодействия между ними, остается неясным. При лечении
гипно- и наркокатарзисом возможно, что, помимо механизма отреагирования,
играет роль и «встреча общего торможения со специальным состоянием
больного пункта».

В состоянии алкогольного опьянения у больных неврозами иногда спонтанно

возникают наплывы воспоминаний о психотравмирующих событиях с бурной
эмоциональной реакцией. Однако к выздоровлению это обычно не ведет.
Видимо, одного «отреагирования» и «встречи торможения со специальным
состоянием больного пункта» в этих случаях недостаточно. Несомненно, что
большую роль в достижении терапевтического эффекта играет сопутствующее
лечению внушение — прямое и косвенное («после отреагирования болезненные
симптомы исчезнут»).

Следует учесть, что у больных истерией истинной причиной болезни,

делающей   истерический   симптом   «условно   приятным   или   желательным»   и
ведущей  к его фиксации, часто  является не та психическая  травма, которую
больной   считает   причиной   болезни   (например,   фронтовые   переживания),   а
нынешняя, актуальная ситуация, порождающая «бегство в болезнь». Бурная же
эмоциональная   реакция   при   упоминании   об   этой   мнимой   причине   болезни
носит   театральный   характер   и   должна   как   бы   подчеркнуть,   что   заболевание
вызвано именно ею, и тем самым вызвать к себе сочувствие и «оправдать» бо-
лезнь.   Лечение   таких   больных   проводится   в   соответствии   с   общими
принципами терапии истерии.

Лечение катарзисом очень широко применялось во время второй мировой

войны   под   названием   наркосинтеза   в   английской   и   американской   армиях   и
являлось   официально   признанным   и   рекомендованным   методом   лечения
«военных неврозов». И в мирное время метод этот может быть использован в
сочетании   с   лечением   убеждением,   внушением   и   каузальной   терапией   при
истерии,   неврозе   навязчивых   состояний,   неврозе   страха,   а   также
неврастенических нарушениях функции внутренних органов, т. е. в тех случаях,
когда в генезе заболевания играют роль «неотреагированные» переживания.

Метод «интенсивного перевоспитания» по Венсану,
«внезапного нападения врасплох» по Кауфману
и «насильственных упражнений» по Кереру.
Протрептика

В начале первой мировой войны во всех воевавших странах для лечения

больных с истерическими симптомами широко применялись «мягкие»,
«щадящие» физиотерапевтические процедуры. Больных с истерическими пара-
личами лечили так же, как больных с органически обусловленными параличами
— «нежными» физиотерапевтическими процедурами, сочетая их с
уговариванием больного, что ему «лучше», что болезнь его «проходит». Однако
тысячи этих больных месяцами лечились без эффекта. Неуспех этих методов
привел к поискам других способов лечения.

В 1916 г. во Франции Vincent предложил метод купирования истерических

симптомов за один сеанс — при помощи внушения в сочетании с действием
сильной, болевой дозы электрического тока и насильственными упражнениями.
Он назвал его методом «интенсивного перевоспитания» (reeducation intensive) и
полагал, что таким путем можно заставить больного «отказаться» от своего

истерического симптома.

В том же году аналогичный метод предложил Kaufmann в Германии и назвал

его   методом   «внезапного   нападения   врасплох»  (Überrümfelungmethode).  При
этом методе больному предварительно внушалось, что выздоровление у него
наступит   сразу   же,   как   только   на   него   окажет   «лечебное   действие»
электрический   ток.   Далее   больного   с   истерическим   симптомом   (обычно
истерическим   параличом)   укладывали   на   стол   и   внезапно   ударяли   сильным
электрическим током, вызывающим резкое болевое ощущение. В тот момент,
когда больной был потрясен неожиданным ударом тока, повелительным топом
требовали, чтобы он начал двигать парализованной конечностью под команду
врача, одновременно внушая, что он может это делать.

Первоначально для лечения Kaufmann применял синусоидальный ток, однако

после того, как в литературе появились сообщения о 10 смертельных исходах
при лечении по этому методу, синусоидальный ток был заменен фарадическим.
Смертельные исходы от применения его в литературе не описаны.  Kaufmann
считал   свой   метод   противопоказанным   по   отношению   к   свежезаболевшим
больным,   поддающимся   другим   методам   лечения,   а   также   к   истощенным   и
больным с вазомоторными расстройствами.

Kehrer модифицировал метод Кауфмана, начиная сеанс лечения не с

вызывания   «психического   шока»   болевыми   дозами   тока,   а   с   выполнения
активных движений подкоманду («насильственных упражнений» — Gewaltoder
Zwangsexerzieren).  И   только   в   случае   крайней   необходимости,   подобно
наезднику, прибегающему к шпорам, применялся болезненный гальванический
ток.   Основу   лечения  Kehrer  усматривал   во   внушении,   относя   за   его   счет
действие электрического тока и «насильственных упражнений».

Фактически Vincent, Kaufmann и Kehrer исходили из ошибочной

предпосылки, согласно которой больного с истерическим симптомом нужно
«заставить отказаться от болезненных симптомов», сломив его «злую волю».
Вся предлагаемая ими процедура нередко создавала у больных представление о
том, что их болезнь рассматривается врачами как проявление недостаточного
желания выздороветь. Мучительные болевые дозы электрического тока и
«насильственные упражнения» при этом иногда расценивались больными как
наказание и порождали внутреннее сопротивление лечению, что в значительной
мере снижало ценность указанных методов. Эффективность не всегда высока.
Так, И. М. Фейгин из 8 больных с упорными истерическими моносимптомами,
лечившихся по Кауфману—Кереру, достиг положительных результатов лишь у
трех.

Горячими сторонниками указанных методов являются Е. Kretschmer (1949) и

W. Kretschmer (1959). Первый предложил называть их протрептикой (от греч.
protreро — вести вперед коня под уздцы) и отнести к ней все методы лечения,
основанные на сильных сенсорных и словесных раздражениях, вызывающих у
больного неприятный аффект и сразу же купирующих невротический симптом.

В основе действия, по Е. Kretschmer, лежит примитивная реакция, которая

избавляет от невротического симптома и переводит «онтогенетически древнюю
гипобулическую»   реакцию   в   волевую.   Отсюда,   по   его   мнению,   для   лечения
истерических   моносимптомов   («конверсионной   истерии»)   рекомендуются
методы, напоминающие дрессировку животных — резкое болевое воздействие,
команда, насильственные упражнения по Кауфману — Кереру. Возможно, что
возникающий при этих методах лечебный эффект объясняется возникновением
«сильной   волны   возбуждения»,   идущей   из   подкорки   и   ведущей,   по   И.   П.

Павлову, к «смыванию тормозных пунктов», лежащих в основе истерических
симптомов.

ДИЕТОТЕРАПИЯ

При неврозах какой-либо специальной диеты не требуется. Рекомендуется

пища, соответствующая вкусу больного. Очень важно, чтобы больные получали
достаточное количество полноценной пищи, богатой витаминами. Усиленное
питание, если оно не противопоказано по каким-либо причинам, например из-за
нарушения обмена веществ, обычно улучшает физическое состояние больного и
благотворно сказывается на состоянии его нервной системы.

Это дало основание некоторым авторам, например Weir-Mitschell,

рекомендовать усиленное питание (откармливание) в качестве важного
элемента терапии. Однако при этом лечение давало эффект лишь в сочетании с
терапией убеждением и внушением, а также изоляцией больного от домашней
среды.

Dubois при лечении больных убеждением также широко применял

диетотерапию, в частности молочную диету. Она входила как элемент в систему
лечения  убеждением и внушением (см. приведенные выше примеры  Dubois).
Dejerine  и  Gaukler  при   этом   назначали   больному   первоначально   по   стакану
молока каждый час 12 раз в день, постепенно повышая дозу, и через неделю
доходили до 4—5 л молока в день, удерживаясь на этом количестве в течение
нескольких недель. Больные быстро значительно прибавляли в весе. Некоторые
авторы   широко   пользовались   назначением   молочной   диеты   в   течение   лишь
первых  6  дней   лечения.  Усиленное   питание   особенно   показано   при  лечении
истощенных больных с неврозами.

Диетотерапия играет важную вспомогательную роль при лечении больных

неврозами. Она может являться существенным элементом в системе лечения
больного   психотерапией   и   сочетаться   с   соответствующим   косвенным
внушением   и   убеждением.   Так,   например,   назначая   истощенному   больному
курс   усиленного   потребления   фруктов   (винограда,   яблок,   апельсинов   и
лимонов), очень важно убеждать больного и внушать ему, что именно данный
курс   для   него   полезен,   подробно   описать   его   лечебное   действие,   детально
указать, как должна проводиться диета. Назначая лечение виноградом, нужно
описать его действие и указать: «Есть первый раз по 100 г винограда 8 раз в
день, начиная с 8 часов утра, каждые 2 часа и увеличивать дозу каждый день на
25 г на прием, дойдя до 400 г на прием и т. д. При этом указывают больному,
что   тревожащие   его   нарушения   со   стороны   нервной   системы   полностью
прекратятся».

Откармливание в качестве основного метода лечения рекомендуется

Leonhard  (1963) при  anorexia nervosa,  в частности при юношеском исхудании.
Больного помещают в стационар и указывают, что в течение первой недели ему
дадут   возможность   постепенно   привыкнуть   к   употреблению   нормальных
количеств пищи, после чего ему будут давать есть столько, сколько здоровым
людям.   Медицинской   сестре   поручается   в   случае   отказа   больного   съесть
необходимое количество кормить его с ложечки, насильно и в крайнем случае
прибегать к угрозе кормления через зонд. Разрешается есть не спеша. Иногда
одно   кормление   длится   до   2   часов   и   пищу   за   это   время   подогревают.   Не
разрешается   оставлять   что-либо   несъеденным   на   тарелке.   Со   2—3-го   дня
обычно   достаточно   одного   присутствия   сестры,   чтобы   больной   ел.   Со   2-й
недели   лечения   больной   начинает   съедать   обычную   порцию   здорового

человека. Тогда контроль за едой ослабляется и через 2—3 недели пребывания в
стационаре больной выписывается. Ему разрешается есть, сколько он захочет,
но предлагается следить за весом и каждые 2 недели показываться врачу. Одна
из больных Leon-hard, девочка 14 лет, весившая при росте 160 см 31 кг, после 3
месяцев лечения стала весить 49 кг. Проведенное до того лечение преднизоном,
инсулином, витаминами, пепсином и т. п. эффекта не давало.

Сочетание диетотерапии с лечением внушением и убеждением в той или

иной мере с успехом может быть применено при лечении всех форм неврозов,
особенно истерии и неврастении, в частности в тех случаях, когда у больных
имеются диспепсические нарушения условно-рефлекторного генеза.

ЛЕЧЕНИЕ ОТДЫХОМ И ПОКОЕМ.
САНАТОРНО-КУРОРТНОЕ И ФИЗИО-
ТЕРАПЕВТИЧЕСКОЕ ЛЕЧЕНИЕ.
ЛЕЧЕБНАЯ ФИЗИЧЕСКАЯ КУЛЬТУРА

Отдых и покой наряду с достаточным естественным сном являются ценными

терапевтическими средствами при лечении неврозов, ведут к восстановлению
силы нервных процессов и являются одним из основных методов при лечении
неврастении   и   шоковых   неврозов.   При   других   неврозах   отдых   и   покой
представляют собой ценные вспомогательные средства. Они улучшают общее
состояние   больного,   однако   часто   оказываются   недостаточными   для
наступления   выздоровления,   если   не   сочетаются   с   теми   или   иными   видами
психотерапии.

Лечение отдыхом и покоем нередко ведет к ухудшению состояния больных

неврозами, так как привычная обстановка труда отвлекает их от болезненных
переживаний. Некоторые больные отмечают, что, когда им предоставляют
отдых и покой и они остаются «наедине со своими мыслями», состояние их
ухудшается.

Сказанное по поводу лечения отдыхом и покоем относится и к санаторно-

курортному   лечению.   В   тех   случаях,   когда   пребывание   на   курорте   или   в
санатории   временно   удаляет   больного   от   действия   психотравмирующих
раздражителей (например, выводит из тяжелой семейной обстановки), а также
порождает у больного новые интересы в связи с пребыванием в новой обста-
новке,   может   наступить   значительное   улучшение   или   полное   прекращение
болезненных   симптомов.   Однако   они   обычно   возобновляются,   как   только
больной   возвращается   в   старую   психотравмирующую   ситуацию.   Санаторно-
курортное   лечение   приносит   особенно   большую   пользу   больным   неврозами,
если   до   него   эффективно   применялись   другие   методы,   главным   образом
психотерапия   и   достигнуто   либо   устранение   болезненных   симптомов,   либо
прекращение   действия   психотравмирующих   раздражителей,   либо   изменение
отношения больного к этим раздражителям. Тогда пребывание в санатории или
на   курорте   для   улучшения   общего   состояния   больного   и   закрепления
достигнутых терапевтических результатов весьма эффективно.

Больные неврозами (включая астенические состояния соматогенного генеза

— А. С), судя по отчетным данным некоторых курортов, составляют до 30—
40% общего числа больных (Н. С. Четвериков), пользующихся санаторным
лечением. По Л. Н. Канавец, процент больных с ведущим диагнозом невроза на
некоторых курортах даже превышает 40.

Однако санаторно-курортное лечение дает эффект не при всех формах

неврозов в равной мере. Оно не показано, как мы увидим, при истерических
моносимптомах,   например   истерических   параличах.   При   неврозе   навязчивых
состояний,   психастении   и   неврозе   страха   оно,   с   одной   стороны,   может
устранять   сопутствующую   основному   заболеванию   астению,   тем   самым
способствуя   улучшению   общего   самочувствия   и   некоторому   уменьшению
навязчивости  и страхов,  с другой — иногда приводить к их усилению,  если
больной ничем не занят, ничем не отвлечен от болезненных переживаний. К
полной ликвидации навязчивости или страха оно обычно не ведет.

В основном на курортах лечатся больные неврастенией, включая так

называемые неврозы внутренних органов и половой сферы, а также больные с
астеническими  состояниями  соматогенного  генеза.  Главную  роль тут  играют
отдых и общеукрепляющее  действие  достаточного  сна, регулярного питания,
климатических и бальнеологических факторов, а также психотерапевтическое
воздействие   новой   ситуации   и   различных   процедур.   Поэтому   оказалось,   что
лечение   неврозов   может   быть   с   успехом   проведено   в   домах   отдыха   и
санаториях как на местных, так и на южных курортах.

Приходится учитывать, что в жаркое время года на юг нельзя посылать

больных неврозами, которые плохо переносят жару.

При посылке больных на отдаленные от места жительства курорты нельзя

игнорировать,   как   отмечает   П.   М.   Поспелов,   и   возможное   отрицательное
влияние   на   их   организм   разницы   поясов   времени,   влажности   и   баромет-
рического  давления.   «Больной  организм,  вырванный  из   привычных  для  него
климатических   условий,—   пишет   он,—   вынужден   в   течение   ряда   дней
адаптироваться   к   новым   условиям,   что   часто   приводит   к   обострению   пато-
логического   процесса.   По   возвращении   с   курорта   организм   вынужден
приспосабливаться к прежним, ставшими для него новыми, условиям внешней
среды. Все это может значительно снизить эффективность лечения на курортах,
отдаленных от места жительства».

В достижении терапевтического эффекта большое значение имеет сама

организация   санаторно-курортного   лечения,   а   также   отношения,
складывающиеся  на курорте между больным и окружающими. Переживания,
порождающие  положительные  эмоции  (например,  чувство радости, интереса)
оказывают благотворное действие и, наоборот, порождающие чувство досады,
скуки — неблаготворное влияние на течение болезни. Пребывание в санатории
или на курорте открывает широкие возможности проведения психотерапии.

В первые дни пребывания на курорте обычно рекомендуется предоставлять

больному максимальный отдых и лишь после этого вовлекать его в активную
жизнь санатория.

Из климатотерапевтических процедур широко применяются воздушные и

солнечные ванны.

Благоприятное влияние на больных неврастенией оказывает сон на берегу

моря   на   открытом   воздухе.   В   лечебном   действии   при   этом   играет   роль
вдыхание чистого морского воздуха, содержащего кальций, магний, бром, йод,
фосфор и другие элементы, а также ионизация воздуха в результате распыления
морской   воды   и   повышенное   содержание   озона,   особенно   ночью   (Б.   В.
Лихтерман и Б. Ф. Зимовский). Чем более резко выражена астения, тем менее
интенсивными должны быть применяемые климатические факторы. Так, по Л.
И.   Канавец,   при   гипертонической   форме   неврастении   рекомендуются   сол-
нечные (от 5 до 30—40 калорий) и воздушные ванны при температуре не ниже

18° продолжительностью от 20 минут до 1 ½ часов, купания в море или пресных
водоемах от 5 до 15 минут при температуре не менее 17°. При ги-постенической
форме неврастении солнечные ванны не рекомендуются: показаны только
воздушные ванны (желательно с рассеянной солнечной радиацией) 5—30 минут
при температуре воздуха не ниже 20°, морские ванны с переходом от окунания
к купанию в море до 5—7 минут при температуре воды не ниже 20°.

При назначении бальнеологических процедур больным неврозами важно

учитывать,   что   сероводородные   и   радоновые   ванны   оказывают   в   основном
успокаивающее действие на высшую нервную деятельность, снижают нервную
возбудимость,   углекислые   же   ванны   (например,   нарзанные),   наоборот,
обладают   свойством   усиливать   процессы   возбуждения,   оказывают
тонизирующее влияние.

По Л. Н. Канавец, при гиперстенической форме неврастении, особенно при

наличии сопутствующих неврологических болей, рекомендуются радоновые
ванны концентрации 100—150 единиц Махе, температуры 37—35° и
продолжительностью от 10 до 15—20 минут 3—4 раза в неделю, 14—16 на курс
лечения, а при наличии сопутствующих вегетативно-сосудистых нарушений —
сероводородные ванны (концентрация H2S 100 мг/л, на курс 12—14 процедур).

При переходной форме неврастении и невротических реакциях после 2—3

вступительных пресных ванн назначают ванны: хвойные (10—12 процедур на
курс лечения), радоновые (концентрация 100 единиц Махе при сопутствующих
болях, на курс 10—12 процедур), сероводородные (концентрация H2S 50—100
мг/л при сопутствующих вегетативно-сосудистых нарушениях).

При гипостенической форме неврастении показаны хвойные ванны, при

сопутствующих   невралгических   болях—   радоновые   (концентрация   до   100
единиц   Махе,   на   курс   не   более   10   процедур),   преобладании   вегетативно-
сосудистых нарушений — сероводородные (концентрация H2S не выше 50 мг/л,
на   курс   8—10   процедур),   вялым,   несколько   заторможенным   больным   —
углекислые (на курс 8—10 процедур). Максимальный терапевтический эффект
нередко наступает не сразу, а лишь через 1 — 1 ½ месяца после лечения.

Учитывая, что радоновые ванны оказывают, хотя и весьма слабое,

кратковременное, но все же радиоактивное действие, назначать их следует с
осторожностью, особенно при соматогенных астенических состояниях.
Беременным женщинам, детям, лицам с лейкопенией, а также больным
стенокардией они противопоказаны.

При санаторно-курортном лечении больных гиперстенической формой

неврастении   наилучший   эффект   дает   сочетание   воздушных   ванн,   солнечных
облучений и активных движений (гребля, прогулки, физические упражнения), у
больных  гипостенической   формой  —  «верандное  лечение»,   т.  е.   длительное,
спокойное лежание на открытых верандах в одежде, а зимой в мешках. А. В.
Гервер   при   лечении   углекислыми   (нарзанными)   ваннами   в   Кисловодске
больных возбудимой — «эретической» — формой невроза наблюдал ухудшение
у 32%, состояние без перемен — у 39% и улучшение — лишь у 29% больных.
При лечении тормозной («торпидной») формой улучшение наступило у 86%.

Больным неврастенией показано пребывание в домах отдыха и на курортах

не только в теплый сезон, но и в зимнее время года, особенно в средней полосе
России (Подмосковье, Карельский перешеек, Прибалтика и др.). Пребывание на
зимних горных курортах у больных неврозами нередко вызывает обострение
симптоматики в течение первых 2—3 недель (Königstein), поэтому направлять
их на лечение на эти курорты менее чем на 3—4 недели нецелесообразно.

Различные «мягкие» электропроцедуры при лечении неврозов не имеют

самостоятельного   значения.   Они   могут   быть   использованы   при   лечении
косвенным   внушением   или   другими   видами   психотерапии   в   качестве   вспо-
могательного   средства   или   как   симптоматические   средства.   Так,   при
астенических и депрессивных состояниях могут быть рекомендованы и общие
световые   ванны,   общая   дарсонвализация.   В   качестве   электросуггестивных
процедур   при   лечении   истерии   могут   быть   применены   статический   душ   и
гальванизация воротниковой зоны.

Лечебная физическая культура — лечебная гимнастика, утренняя

гигиеническая гимнастика, пешеходные прогулки, плаванье, игры могут найти
широкое применение при неврозах. Особенно в комплексе психотера-
певтического воздействия.

НЕКОТОРЫЕ ВИДЫ
МЕДИКАМЕНТОЗНОЙ ТЕРАПИИ.
ЛЕЧЕНИЕ ПСИХОТРОПНЫМИ
СРЕДСТВАМИ

Медикаментозные вещества являются важным вспомогательным средством

при лечении неврозов психотерапией и всегда применяются в сочетании с ней.
Большое значение они имеют при лечении астении и эмоциональных
расстройств (страх, тревога) соматогенного генеза, способствующих
возникновению невроза.

Оценка эффективности фармакологического действия медикаментозных

веществ   при   неврозах   иногда   весьма   затруднительна,   так   как   применение
плацебо даже по двойному слепому методу (когда ни врач, ни больной не знает,
дается больному лекарственное вещество или плацебо), как указывалось, дает
хороший   терапевтический   эффект   у   20—40%   больных   неврозами   благодаря
сопутствующему   внушению,   спонтанно   наступившему   во   время   лечения
изменению   отношения   больного   к   психотравмирующей   ситуации   или   ее
разрядке и тому подобным причинам.

При лечении больных неврозами следует учитывать возможность

возникновения   привычки   к   употреблению   тех   или   иных   медикаментов,
например  анальгетиков, снотворных, нейролептиков, стимуляторов, а иногда и
развития   токсикомании,   т.   е.   патологического   влечения   к   их   применению
(привыкания).   Некоторым   больным   с   ипохондрической   установкой,   а   также
страдающим   истерией   в   то   время,   когда   выход   из   психотравмирующей
ситуации   ими   не   найден,   нередко   «не   помогают»   любые   медикаментозные
средства   и   лечебные   мероприятия.   Последние   либо   кратковременно   и
незначительно   улучшают   самочувствие   больного,   либо   совсем   не   дают   по-
ложительного эффекта, а лишь ухудшают самочувствие. При лечении больных
неврозами в этих случаях решающая роль принадлежит психотерапии.

Исследования И. П. Павлова и его учеников показали, что мощными

средствами лечения экспериментальных неврозов у животных, помимо отдыха
и   тренировки,   могут   являться   лекарственные   вещества   и   в   первую   очередь
препараты брома и кофеина. «Бром,— писал И. П. Павлов,— имеет специальное
отношение   не   к   раздражительному   процессу,   его   снижая,   как   обычно   при-
нималось,   а   к   тормозному,   его   усиливая,   его   тонизируя.   Он   оказался
могущественным   регулятором   и   восстановителем   нарушений   нервной

деятельности,   но   при   непременном   и   существеннейшем   условии
соответственной и точной дозировки его по типам и состояниям нервной си-
стемы.   При   сильном   типе   и   при   достаточно   еще   сильном   состоянии   надо
употреблять   на   собаках   большие   дозы,   до   2—5   г   в   сутки,   а   при   слабых
обязательно   спускаться   до   сантиграммов   и   даже   миллиграммов.   Такое
бромирование   в   течение   недели—двух   иногда   уже   бывало   достаточно   для
радикального излечения хронического экспериментального невроза». Однако в
случаях изолированного заболевания пунктов, как указывал И. П. Павлов, бром
оказывался недействительным.

Работы М. К. Петровой и многих других исследователей показали, что бром

способствует концентрации тормозного процесса. В связи с этим он вторично,
по   механизму   положительной   индукции,   способствует   усилению   и
концентрации   возбудительного   процесса.   Действие   брома   зависит   от
концентрации его в крови. После прекращения приема брома он первоначально,
как показали исследования М. А. Усиевича и Л. М. Георгиевой, выделяется из
организма довольно быстро; далее выделение его растягивается на несколько
недель.   Выделение   брома   зависит   от   имеющегося   в   организме   количества
хлористого   натрия.   Если   количество   его   в   организме   увеличивается,
усиливается   выделение   с   мочой   вместе   с   поваренной   солью   и   брома,   и
наоборот. Поэтому малосолевая или бессолевая диета способствует замедлению
выделения брома из организма.

При лечении больных неврастенией хорошие результаты наблюдали Б. Н.

Бирман и В. А. Зигель при строго индивидуализированном подборе дозировки
брома:   для   некоторых   больных   оказались   оптимальными   малые   дозы   брома
(0,25—0,5% растворы), для других — средние дозы (1—2% растворы). С. Н.
Доценко   и   Б.   Я.   Первомайский   рекомендуют   назначать   больным   гипер-
стенической формой неврастении бромистый натрий примерно от 0,5 до  I  г в
сутки.   Оптимальной   считается   та   доза,   которая   снижает   количество
многословных речевых реакций при словесном эксперименте. Б. Н. Бирман при
лечении   больных  неврастенией   с   успехом   применял   также  комбинированное
лечение бромом и кофеином.

В. М. Шпак предлагает для подбора индивидуальной дозы назначать бром и кофеин в виде

микстуры по 1 столовой ложке 4 раза в день, при этом первые 5 дней давать малые дозы брома и
кофеина и далее каждые 5 дней дозу увеличивать. Оптимальной следует считать дозу, которая
вызовет улучшение состояния, и давать ее 1—2 месяца. Дозировка: бромистого натрия 0,2 г,
далее 0,4, 1, 2, 3, 4, 5 и 20 г, кофеин-безоат натрия 0,02 г, далее 0,1, 0,5, 1, 2, 3, 4 и 8 г, воды
дистиллированной 300 мл. Таким образом, первую пятидневку больной получает на прием
брома 0,01 г, и кофеина 0,001 г; далее доза может быть постепенно увеличена до 0,5 г брома и
0,4 г кофеина на прием.

Много ценного для лечения неврозов дало открытие психотропных

фармакологических средств. В настоящее время число их превышает 500 и все
продолжает увеличиваться. Почти все они в той или иной мере использовались
для лечения неврозов, поэтому число работ на данную тему чрезвычайно
возросло (часть этих работ носит рекламный характер).

Из психотропных медикаментов в терапии неврозов шире всего стали

применяться транквилизаторы, нейролептики, антидепрессанты и стимуляторы.

Транквилизаторы («успокоители»), или атарактики (от лат. ataraxia —

невозмутимость духа, душевный покой), характеризуются тем, что уменьшают
эмоциональную напряженность, чувство тревоги, страха. Тем самым они не
только устраняют тягостные симптомы, но и делают больного более доступным
психотерапии. Обладают эти средства также легким гипотензивным свойством

и усиливают действие снотворных, а также облегчают наступление сна и
делают его более глубоким и продолжительным, способствуя восстановлению
сил больного.

К транквилизаторам относятся мепротан (он же андаксин — Венгрия,

мепробамат,   экванил,   мильтаун),   триоксазин   (Венгрия),   либриум   (Англия,
США,   ФРГ,   он   же   элиниум—Польша),   френквел   (США,   Франция,   Италия),
амизил  (СССР), он же суватил  (США, Англия), паразан  (Бельгия,  Франция),
ковантин (Австрия, Франция), суврен (США), костин (США), валиум (Франция,
он   же   седуксен   —   Венгрия),   эзукос   и   др.   По   химическому   строению   они
отличаются   друг   от   друга,   однако   по   своему   действию   весьма   близки.
Противопоказаний  к  применению   не  имеют  и почти  не  вызывают  побочных
явлений,   за   исключением   мепротана,   френквела   и   либ-риума,   при   которых
изредка   наблюдаются   аллергические   реакции,   и   обливона,   вызывающего
снижение количества сахара в крови.

В больших дозах транквилизаторы могут первое время вызывать чувство

сонливости, вялости, разбитости, легкой тошноты. В дальнейшем явления эти
проходят. В некоторых случаях отмечается появление сухости во рту, которая
исчезает   с   уменьшением   дозы.   В   общем   препараты   эти   не   нарушают
работоспособности.   В   литературе   имеются   указания   на   то,   что   лишь   к
андаксину   и   либриуму   возможно   привыкание.   Применение   психотропных
средств,   в   том   числе   транквилизаторов,   в   первые   3   месяца   беременности
нежелательно ввиду еще недостаточной их изученности и возможного влияния
на   зародыш.   Поскольку   транквилизаторы   снижают   активность   внимания   и
замедляют   время   реакции,   назначать   их   водителям   транспорта   следует   с
большой осторожностью.

Мы в нашей практике чаще всего применяли андаксин, триоксазин, либриум

и эзукос. Первый назначается / в таблетках по 0,2 г 1—-2 таблетки 3—4 раза в
день, обычно в течение нескольких недель. В случае необходимости доза может
быть увеличена до 2—3 г, т. е. 10—-15 таблеток в сутки. Препарат хорошо
переносится и может даваться под наблюдением врача в течение нескольких
месяцев. При прекращении лечения дозу уменьшают постепенно. Триоксазин
назначается аналогичным образом в таблетках по 0,3 г; максимальная суточная
доза 3 г. Большинство наших больных, применявших оба препарата, отдавало
предпочтение андаксину, отмечая, что он оказывает более сильное
успокаивающее и снотворное действие, чем триоксазин, не вызывая при этом
никаких неприятных ощущений.

Андаксин в отличие от триоксазина является миорелаксантом центрального

действия.   Он   вызывает   легкое   расслабление   поперечнополосатых   мышц,
блокируя   вставочные   нейроны   спинного   мозга,   таламуса   и   гипоталамуса.
Полагают, что андаксин снижает возбудимость зрительного бугра, в который
поступают экстеро- и интероцептивные импульсы, и благодаря этому оказывает
влияние   на   эмоциональную   сферу;   угнетает   лимбическую   систему
(миндалины);   на   вегетативные   центры   и   ретикулярную   формацию   заметного
действия не оказывает.

Близкое к андаксину, но более выраженное седативное действие оказывает

либриум (элениум) и валиум (седуксен). Они назначаются, начиная от 1
таблетки либриума (10 мг) или валиума (5 мг). Ежедневно дозу повышают на 1
—2 таблетки и дают в среднем 30—100 мг либриума или 15—50 мг валиума.
Описано применение либриума в дозах до 800 мг в сутки, однако при лечении
неврозов нередко достаточно 10—30 мг в сутки. Оба препарата оказывают,

помимо всего, противосудорожное действие и в дозе 1 мг/кг (для либриума)
снижают   частоту   припадков,   в   том   числе   малых,   примерно   у   50%   больных
эпилепсией. Хронические заболевания печени не являются противопоказанием
к   применению   этих   препаратов.   Либриум   плохо   сочетается   с   барбитуратами
(люминалом и др.), а также алкоголем. Иногда, по данным М. Ш. Вольфа, он
вызывает, особенно у женщин старше 45 лет, астению с адинамией, дизартрию,
нарушения сна и дизурические явления в первые дни приема даже в дозах 5—20
мг в сутки, поэтому перед сном желательно его не назначать. Осложнения эти
держатся   до   5—15   дней   после   отмены   препарата.   Изредка   нарушается
менструальный цикл.

Эзукос (Бельгия, Dixysazine) по действию лежит между мепробаматом

(андаксином)   и   нозинаном.   Соматических   противопоказаний   не   имеет.
Экстрапирамидные расстройства возникают редко и бывают слабо выражены.
Суточная  доза для взрослого 25—75 мг (при дозе свыше 50 мг применять с
осторожностью, хотя некоторые авторы давали до 300 мг препарата в сутки).
При   первом   приеме   для   выяснения   индивидуальной   чувствительности
желательно назначение малой дозы (12,5 мг) один раз в сутки. Детям от 1 года
до 5 лет рекомендуется 5—15 мг, от 5 до 12 лет— 10—30 мг в сутки (1 мг на 1
кг веса), старше 12 лет — доза взрослого. Как показали наблюдения, сделанные
в   нашей   клинике   (М.   Г.   Шиналиев),   препарат   уменьшает   чувство   тревоги   и
улучшает сон. Побочных явлений нами не наблюдалось.

Суточные дозы: френквела 20—300 мг, амизила 1 — 10 мг, ковантина 50—

400 мг, ностина 450—1200 мг, обливона 250—500 мг, листика 200—800 мг.

Применение транквилизаторов в качестве симптоматического средства

показано   в   тех   случаях,   когда   неврозы   протекают   с   чувством   тревоги,
эмоциональной напряженности,  нарушением сна или легкой депрессией. Эти
препараты   с   успехом   могут   быть   применены   при   неврастении
(гиперстенической форме), истерии, шоковом неврозе (неврозе испуга), неврозе
ожидания страха (большие дозы), фобиях. Надо сказать, что при неврозе страха
и тяжелых криптогенных фобиях они обычно полностью не устраняют страх, а
лишь уменьшают его и делают больного более доступным психотерапии.

Ряд зарубежных авторов отмечают, что при лечении навязчивых состояний, в

том числе фобий, особенно эффективен либриум. Некоторыми авторами это не
подтверждается. По нашим наблюдениям, либриум эффективен при состояниях
тревоги, навязчивостях и невротических депрессиях. Л. И. Головань наблюдал
хорошие результаты от его применения при лечении явлений навязчивости у
больных шизофренией. Больные получали курс лечения либриумом перорально,
начиная с 10 мг 2—3 раза в день с постепенным наращиванием суточной дозы в
течение 7—12 дней до 80—120 мг (в некоторых случаях до 150—200 мг).
Лечение максимальными дозами проводилось от 4 до 6 недель с последующим
постепенным снижением. Полный курс лечения продолжался от 4 до 12 недель.
По окончании курса большинство больных находилось на поддерживающей
терапии либриумом (20—40 мг в сутки).

Триоксазин показан при ангионеврозах, либриум — при диэнцефальных

кризах и ejaculatio praecox (10— 30 мг в сутки), амизил — при навязчивых
состояниях.

Навряд ли найдется медикамент из группы транквилизаторов, о котором бы

не писалось, что он якобы излечивает чуть ли не 70—80% больных неврозами, в
том числе страдающих тяжелыми фобиями. Однако одно применение этих
медикаментов при всей их ценности само по себе в огромном большинстве

случаев недостаточно для достижения выздоровления, если при этом не
применяется психотерапия. В качестве вспомогательного средства,
облегчающего ее проведение, во многих случаях роль их неоценима. Высока их
эффективность также при лечении неврозоподобных состояний соматогенного
генеза, сочетающемся с терапией основного заболевания.

Более сильное успокаивающее действие, чем транквилизаторы, оказывают

нейролептики.   Из   них   чаще   всего   для   лечения   неврозов   применяются
производные   фенотиазина   —   аминазин   (он   же   хлорпромазин,   ларгактил,
мегафен,   плегомазин)   и,   реже,   стелазин   (Англия,   США),   нозинан   (Франция,
Бельгия, Италия), алкалоид раувольфии, резерпин (он же серпазил), тиоридазин
(мелерил   —   Латинская   Америка,   меллерил   —   Швейцария,   меллериал   —
Бельгия,   мелларил   —   Канада,   сонапакс   —   Польша).   В   основном   они
используются в психиатрической практике для лечения шизофрении и других
психозов (длительное курсовое лечение большими дозами).

Аминазин является сильным седативным средством. Он оказывает

тормозящее   влияние   на   ретикулярную   формацию   и   обладает
адренолитическими свойствами. Ослабляет силу раздражительного процесса и
усиливает   различные   виды   торможения,   потенцирует   действие   сно-1ворных,
понижает   артериальное   давление   и   температуру   тела,   дает   противорвотный
эффект.  Однако после его приема нередко  отмечаются  побочные явления  —
сердцебиение,  сухость во рту, ощущение  физической  слабости,  вялости.  Это
может привести к ухудшению самочувствия и при недостаточном знакомстве с
действием препарата — к отказу от лечения. Кроме того, он имеет ряд про-
тивопоказаний к применению (болезни печени, почек, выраженная гипотония,
склонность   к   тромбоэмболическим   заболеваниям).   При   длительном   приеме
больших доз могут возникнуть явления общей скованности — паркинсонизма
(исчезают   с   уменьшением   дозы),   а   также   изредка   депрессия   (аминазиновая),
аменорея.

В психиатрической практике при лечении, например, шизофрении аминазин

применяется месяцами по 300— 800 мг в сутки и выше. При этом у больных в
первую очередь исчезает двигательное возбуждение, далее эмоциональная
напряженность, в последнюю очередь нарушения мышления, в частности
бредовые идеи. Применять аминазин в таких больших дозах можно лишь после
тщательного знакомства с инструкцией.

Для общеуспокаивающего действия при лечении неврозов аминазин чаще

всего   применяют   в   малых   дозах   —   25—50   мг   2   раза   в   день   (после   еды)   в
течение   10—15   дней.   Одновременно   с   аминазином   могут   назначаться
препараты   брома,   глюкозы,   витамины.   При   упорной   неврастенической
бессоннице, не поддающейся другим методам лечения, показано применение на
ночь малых доз аминазина (50—100 мг) в сочетании с барбитуратами (амитал-
натрием, мединалом в дозе 0,2—0,3 мг). Т. А. Невзорова рекомендует в этих
случаях сочетание аминазина (25—50 мг) внутрь с димедролом по 0,05— 0,1 г
на ночь (димедрол предотвращает развитие аллергических реакций).

При астенических, ипохондрических и депрессивных состояниях у больных

неврозами аминазин не показан, так как усиливает мышечную слабость,
вызывает неприятные ощущения и не улучшает настроения. Дачей аминазина (в
течение 1—4 недель внутримышечно), особенно в сочетании с внушением,
иногда удается устранить истерические гиперкинезы, припадки, рвоту; при этом
большую роль играет сопутствующая лечению психотерапия.

После купирования истерического симптома, особенно если больной не

нашел выхода из психотравмирующей ситуации, нередко возникает чувство
тревоги, напряженности, а иногда рецидив старого или новое проявление
болезни. Это, как показывают наши наблюдения, может быть предотвращено
дачей аминазина или транквилизаторов за несколько дней до, либо сразу же
после устранения истерического симптома.

Курсовое лечение аминазином (2—3 недели по 200— 300 мг в сутки) в

сочетании   с   психотерапевтическим   воздействием   может   быть  рекомендовано
при лечении истерических психозов. Г. В. Морозов наблюдал положительные
результаты   курсового   лечения   аминазином   истерического   ступора,
протекающего   с   явлениями   симпатикотонии   и   частыми
десинхронизированными колебаниями на электроэнцефалограмме. При ступоре
же   с   медленной   фоновой   электрической   активностью   мозга   и   выраженной
ваготонией курсовое лечение аминазином оказывалось менее эффективным.

Фобии физиогенного генеза, в частности, являющиеся симптомом

гипертонической   болезни,   неплохо   поддаются   лечению   аминазином
(резерпином),   а   также   транквилизаторами.   Тяжелые   навязчивые   состояния,
включая   криптогенные   фобии   и   затяжные   неврозы   страха,   в   большинстве
случаев   не   исчезают   даже   при   даче   больших   доз   аминазина   (300—800  мг   в
сутки   в   течение   2—4   месяцев).   Отмечается   лишь   временное   уменьшение
чувства   напряженности   и   в   связи   с   этим   ослабление   явлений   навязчивости.
Иногда   фобия,   не   поддавшаяся   действию   одних   нейролептиков,   может
значительно   ослабеть   или   совсем   исчезнуть   под   влиянием   других
нейролептических  средств. Так,  тяжелый страх загрязнения,  державшийся  на
протяжении   ряда   лет   и   вызвавший   в   последнее   время   полную   потерю
трудоспособности,   не   поддавался   массивному   курсу   лечения   аминазином,
однако значительно ослабился (больная смогла выписаться из психиатрической
больницы и приступить к работе) после 2-месячного лечения стелазином (20—
30 мг в сутки).

Стелазин применяется в дозе, приблизительно в 10 раз меньшей, чем

аминазин, т. е. по действию 10 мг стелазина примерно равны 100 мг аминазина.
При лечении неврозов чаще всего применяют в сутки 3—10 мг стелазина, для
купирования истерического возбуждения и при частых истерических припадках
— 20—30 мг в сутки с последующим снижением суточной дозы до 10—15 мг. В
отличие от аминазина стелазин не снижает половой активности и нередко
вызывает легкую эйфорию. Противопоказания и возможные осложнения те же,
что и при лечении аминазином. В психиатрической практике стелазин особенно
показан при лечении затяжных форм шизофрении.

В отличие от аминазина нозинан оказывает не только седативное, но и

антидепрессивное действие. В связи с этим он стал применяться при лечении
хронических   меланхолических   и   тревожно-депрессивных   состояний
(среднесуточные дозы 200—400 мг). Некоторые авторы предлагают начинать
лечение прямо с этих доз и в особо резистентных случаях повышать суточную
дозу   до   600—800   мг,   другие   —   начинать   лечение   с   маленьких   доз   (25   мг).
Первые 2 дня при лечении важно соблюдать постельный режим во избежание
ортостатического   коллапса.   По   нашим   наблюдениям,   препарат   нередко   дает
положительный эффект при неврозах страха и фобиях (суточная доза 50—100
мг)   даже   тогда,   когда   другие   нейролептики   и   транквилизаторы   не   снимают
тревогу.

Резерпин широко применяется в качестве гипотензивного средства при

лечении гипертонической болезни. Вместе с тем он оказывает седативное

действие,   уменьшая   чувство   тревоги   и   эмоциональной   напряженности.
Резерпин   дает   ваготонический   эффект,   вероятно,   благодаря   стимуляции
подкорковых   парасимпатических   центров,   тогда   как   аминазин   способствует
центральному торможению симпатической активности. Количество серотонина,
норадреналина   и   адреналина   в   мозгу   и   других   тканях   уменьшается   под
влиянием резерпина, в то время как выделение с мочой продуктов их распада
увеличивается.

В качестве общеуспокаивающего средства при лечении неврозов применяют

малые дозы резерпина — начиная с 0,25 мг 2—3 раза в день и до 0,5—1 мг 3—4
раза в день. Они обычно не вызывают побочных явлений (скованности,
депрессии). В отличие от аминазина действие резерпина наступает медленно
(через 7—8 дней). Мы при лечении неврозов резерпин предпочитали аминазину
лишь при наличии сопутствующей гипертонии, в остальных же случаях обычно
применяли аминазин.

Тиоридазин (меллерил) влияет на психопатологическую симптоматику

подобно аминазину, но в более слабой степени. В психиатрической практике
применяется в дозах от 25 до 600 мг в сутки в течение ряда месяцев и считается
малотоксичным   препаратом.   Он   обладает   резко   выраженным   влиянием   на
сексуальные функции. Так, 300 мг меллерила, по наблюдениям Kamm, купиро-
вали явлением нимфомании у 2 больных и назначение в течение 4 лет доз в 100
мг   в   сутки   позволило   удерживать   половое   влечение   на   нормальном   уровне.
Меллерил   действует   аналогично   тораколюмбальной   ганглиоэктомии.
Поперечнополосатая мускулатура полового члена иннервируется спинальными
нервами, так что при малых дозах эрекция, как правило, не страдает. Таким
образом,   оказалось,  что   меллерил  в  драже  уже   в малых  дозах   (25—100  мг),
принятых   за   1—3   часа   до   полового   акта,   обладает   способностью   тормозить
наступление эякуляции у мужчины, в связи с чем может быть использован для
лечения преждевременной эякуляции.

Doepfmer лечил меллерилом 5 больных с преждевременной эякуляцией. Первому было

назначено 50 мг меллерила (2 драже) за 2 часа до полового акта Эякуляция стала нормальной.
Больной вместо 50 мг стал принимать по 25 мг меллерила в течение ряда недель. Эякуляция
оставалась нормальной все это время, а также после прекращения приема лекарства. У 4 других
больных прием за 1

—2 часа до половой близости 50—100 мг меллерила позволил избавиться

от преждевременной эякуляции.

Дальнейшие наблюдения показали, что меллерил замедляет наступление

эякуляции   только   в   период   приема   и   последействием   не   обладает.
Положительные   результаты   наблюдаются   примерно   у   двух   третей   больных
преждевременной эякуляцией. У одной четверти больных отмечаются те или
иные   побочные   эффекты   —   сухость   во   рту,   вялость,   сонливость,   адинамия,
светобоязнь,  нарушение  аккомодации   зрения.   Со стороны  половой  сферы  —
исчезновение оргазма, ослабление либидо и эрекции. С уменьшением приема
лекарства явления эти проходят. Во избежание этих эффектов Р. А. Зачепицкий
назначал препарат по 25 мг 2—3 раза в день (последний раз за 30—40 мин. до
предполагаемого полового акта) в течение 1—2 месяцев. Повышение последней
дозы до 50 мг в его наблюдениях часто вызывало общую вялость и ослабление
эрекции. Очевидно доза должна быть индивидуализирована. В упорных случаях
преждевременной  эякуляции  получение  с помощью этого  препарата  хотя бы
временного эффекта имеет большое психотерапевтическое значение.

Антидепрессивные (тимолептические) вещества обладают свойством

устранять пониженное настроение. Из них наиболее эффективен и безвреден

имизин   (он   же   тофранил   —   Франция,   США;   мелипрамин   —   Венгрия,
имипрамин).   Имизин   усиливает   процессы   возбуждения   и   в   нервной   системе
(энергизатор),   в   том   числе   пищевые   реакции   и   половое   влечение   (изредка,
наоборот,   угнетает   его),   вызывает   тахикардию,   оказывает   легкое
атропиноподобное   действие,   вероятно   вследствие   сенсибилизации
адренергических   синапсов   ретикулярной   формации.   При   приеме   имизина
иногда отмечается сухость во рту и повышенная потливость, бессонница (легко
устраняется уменьшением или отменой вечерней дозы, а также снотворными). В
редких   случаях   при   передозировке   могут   возникать   гипоманиакальные   и
маниакальные   состояния.   Они   исчезают   при   снижении   дозы   или   отмене
препарата. Противопоказаниями являются сердечно-сосудистая декомпенсация,
инфекционные   болезни,   болезни   печени,   почек,   глаукома   и   расстройство
мозгового кровообращения. Имизин не показан возбужденным больным (если
возбуждение не представляет собой проявление легкой ажитации, связанной с
депрессией). У здоровых людей этот препарат часто вызывает чувство слабости,
разбитости.

Некоторые авторы считают, что имизин может устранять депрессию любой

этиологии.   Нам   это   кажется   маловероятным.   Бесспорно,   что   чем   ближе
депрессия к типичной циркулярной, тем эффективнее действие имизина. Лучше
всего с его помощью устраняется тоска, являющаяся симптомом маниакально-
депрессивного психоза, которая иногда протекает с жалобами на чувство лени,
пустоты   в   голове,   повышенной   утомляемости   и   сопровождается
ипохондрическими   идеями   или   явлениями   навязчивости.   Она   может   быть
ошибочно принята за неврастению, невроз страха или навязчивых состояний.
Лечение  таких  заболеваний  имизином  весьма эффективно. При истинном  же
неврозе   навязчивых   состояний,   а   также   неврозе   страха   оно   в   большинстве
случаев   малоуспешно,   Роль   эндогенного   компонента   в   генезе   тоски,   даже
наступившей после действия психической травмы, иногда определить трудно.
Во   всяком   случае,   применение   имизина   при   невротических   симптомах,
связанных   с   чувством   тоски   (особенно   одновременно   с   психотерапией)
показано.

Имизин можно назначать в таблетках по 25 мг на прием, начиная с 75 мг в

первые сутки, увеличивают дозу на 25 мг в сутки, доходя до 150—200 мг, а в
некоторых случаях до 300 мг в сутки. Стараются подобрать минимальную дозу,
которая устраняет тоску, и на ней держат больного примерно неделю, после
чего   дозу   начинают   постепенно   снижать   до   50—100   мг   в   сутки.
Поддерживающую   дозу   можно   давать   ряд   недель   или   месяцев.   Действие
имизина не всегда сказывается в первые дни приема — иногда лишь после 1—2
недель   от   начала   лечения.   Депрессивную   фазу   маниакально-депрессивного
психоза   имизин   не   укорачивает,   а   лишь   устраняет   ее   симптомы,   пока   его
принимают.   При   прекращении   приема   лекарства   (выделяются   из   организма
через сутки) или уменьшении дозы, если фаза не кончилась, депрессия может
возобновиться   и   привести   к   суицидальной   попытке.   Как   долго   в
действительности   длится   фаза,—   сказать   трудно   (чаще   всего   не   меньше
предыдущей),   поэтому   отменять   препарат   следует   постепенно,   наблюдая   за
больным,   и   если   при   снижении   дозы   вновь   наметятся   признаки   депрессии,
нужно продолжить лечение хотя бы еще в течение нескольких недоль, и так до
предполагаемого окончания фазы.

При лечении невротических депрессий мы назначали имизин, начиная с 25

мг в сутки. Часто достаточно было 50—75 мг для достижения терапевтического

эффекта. Тревожным или плохо спящим больным целесообразно проводить
комбинированное лечение — утром и днем имизин, вечером аминазин или
транквилизаторы.

Помимо имизина, из антидепрессантов могут быть применены ингибиторы

моноаминоксидазы   (МАО).   Они   угнетают   активность   этого   фермента,   тем
самым тормозят расщепление в мозгу серотонина, адреналина, норадреналина и
допамина,   благодаря   чему   повышают   настроение.   К   ним   относятся   катрон
(Дания), ипразид (СССР), ниамид (он же нуредал — Венгрия), трансамин и др.
Первые два имеют ряд противопоказаний и могут давать тяжелые осложнения.
Оба   последних   менее   токсичны,   оказывают   мягкое   антидепрессивное   и
стимулирующее   действие   и   поэтому   могут   найти   применение   в   терапии
неврозов.   Ценно   то,   что   нуредал,   помимо   того,   оказывает   еще   и
анальгезирующее   действие   — прекращает  или  смягчает   даже  очень  сильные
боли (при стенокардии, невралгиях, неоперабельном  раке) в течение первых,
иногда   2—3,   суток.   Суточная   доза   —   от   25   до   100   мг   (при   эндогенных
депрессиях   —   до   200—300   мг).   Ингибиторы   МАО   несовместимы   с
симпатомиметическими веществами (эфедрин, амфетамин и др.) и с имизином
(тофранилом).   Их   можно  назначать   не   раньше   чем   через   1—2   недели   после
прекращения  приема  имизина.  Во время лечения  из пищи нужно исключить
сыр, бобы и алкоголь. Трансамин не следует сочетать со стелазином.

К стимуляторам относятся вещества, способные усиливать процессы

возбуждения в центральной нервной системе и ослаблять действие снотворных
и нейролептиков. Они уменьшают чувство утомления и вызывают ощущение
бодрости,   прилива   сил,   временно   повышают   умственную   и   физическую
работоспособность и препятствуют наступлению сна, поэтому принимать их во
второй половине дня не рекомендуется. Назначать указанные вещества следует
с   осторожностью,   так   как   они   используют   как   бы   резервные   возможности
организма, не устраняя потребность в нормальном отдыхе и сне. Кроме того,
может   наступить   привыкание,   особенно   у   неустойчивых   психопатических
личностей.

Физиологическое действие их во многом сходно с таковыми кофеина и

отчасти   адреналина,   также   обладающих   стимулирующими   свойствами.   Из
стимуляторов шире других применяется фенамин (он же бензедрин — США,
амфетамин, симпатин, всего более 50 названий) по 5—10 мг 1—2 раза в день,
первитин по 3 мг 1—2 раза в день, пиридрол (он же мератран) по 1—2,5 мг 2—3
раза   в   день,   меридрил,   он   же   риталин   (США,   Англия,   Франция,   ФРГ),
центедрин (Венгрия) по 3 мг 1—2 раза в день. Последний нередко используется
в   психиатрической   практике   для   уменьшения   вялости   при   депрессии,
вызванной нейролептическими средствами. В некоторых зарубежных странах
свободная   продажа   этих   веществ   и   широкая   коммерческая   реклама,
восхваляющая   их   действие,   привели   к   появлению   большого   числа   лиц,
страдающих привыканием к этим медикаментам. В СССР отпуск их в аптеках
проводится с такими же ограничениями, как наркотиков.

Мы сравнительно редко пользуемся ими при лечении неврозов и применяем

их   главным   образом   для   временной   активации   больных   с
астеноипохондрическими жалобами, а также при неврологических депрессиях и
астениях,   не   вызванных   истощением;   при   этом   сочетаем   их   назначение   с
активирующей   психотерапией.   Предпочитаем   при   астенических   состояниях,
помимо   общеукрепляющих   средств   (глюкоза,   фитин,   гематоген,   витамины),
назначать такие тонизирующие препараты, как женьшень (T-rae Ginsengi) по 15

НЕВРОЗЫ И ИХ ЛЕЧЕНИЕ (А.М. Свядощ) - часть 16