Человек и животные (Дмитриев Юрий) - часть 19

А какую пищу

для человеческой

фантазии дал ка-

шалот, пойманный

в 1577 году в устье

реки Шельды!

неизвестные существа. Почти пят-

надцать лет прошло после возвра-

щения «Зибоги», а на трубочки

никто не обратил внимания. Впро-

чем, это можно, очевидно, объяс-

нить тем, что очень уж невзрачный

вид был у трубочек и их обитателей.

И только опытный ученый понял:

перед ним что-то необычное.

М. Коллери тщательно изучил

находку и убедился, что не ошибся.

В 1914 году он опубликовал резуль-

таты своих исследований. Но слиш-

ком мало данных было у француз-

ского ученого. Коллери так и не

установил природу загадочного су-

щества. Он только описал его и дал

ему звучное название — «зибогли-

нум». Первая часть этого слова —

название корабля, привезшего в

Европу животных, второе — «ли-

нум» — по-латыни означает «нить».

Действительно, извлеченное из труб-

ки животное оказалось необычайно

длинным и тонким, почти нитевид-

ным.

Небольшая статья Коллери оста-

лась незамеченной и скоро была за-

быта.

Прошло восемнадцать лет.

Летом 1932 года советское экспе-

диционное судно «Гагара» работа-

ло в Охотском море. На судне на-

ходился молодой ученый Павел Ва-

сильевич Ушаков. Однажды трал,

опущенный на глубину трех с поло-

виной километров, доставил на па-

лубу корабля тонкие, длиной санти-

метров в пятнадцать, черновато-бу-

рые трубки. В них находились

странные животные с пучками

длинных щупалец на передней час-

ти тела. Они чем-то напоминали тех,

которых описал Коллери, и в то же

время сильно от них отличались.

К тому же зибоглинумы были вы-

ловлены вблизи Индонезии, а эти

в Охотском море. Ушаков решил,

что перед ним представитель так

называемых многощетинковых чер-

вей, некоторые виды которых жи-

вут в защитных трубках. Очевидно,

это был какой-то новый вид. Не яс-

но только, какое место ему сле-

довало занять в ряду подобных

червей.

Ушаков решил проконсультиро-

ваться с известным шведским уче-

ным Иоганссоном и послал ему из

своей находки два экземпляра.

Каково же было удивление зооло-

гов, когда Иоганссон, тщательно

изучив находку Ушакова, пришел

к выводу, что это животное ника-

кого отношения к червям не имеет.

Мало того, Иоганссон утверждал,

что «черви», найденные Ушаковым,

не входят ни в один из известных

классов. Это что-то новое. И швед-

ский ученый назвал найденных в

Охотском море животных «погоно-

форами». В переводе на русский

язык это означает «носящие боро-

ду». Таким названием животные

были обязаны своим щупальцам на

передней части тела. Они действи-

тельно напоминали малярную

кисть или бороду.

Итак, оказалось, что животные,

найденные Ушаковым, представи-

тели особого класса. Но все-таки

что же это за животные, ни Иоганс-

сон, ни другие ученые сказать не

могли.

Прошло ровно полвека со време-

ни плавания «Зибоги». В 1949 году

в строй вступило новое советское

исследовательское судно «Ви-

тязь» — большой красивый корабль

в 5600 тонн водоизмещением, с

мощной машиной, с лабораториями,

оборудованными по последнему сло-

ву техники. В первой же экспеди-

ции «Витязя» участвовал Артемий

Васильевич Иванов. Он отправился

на поиски погонофоры. Иванов уже

хорошо изучил этих животных, вер-

нее, изучил все, что возможно,—

десять с лишним лет назад Ушаков

передал ему материалы по погоно-

форам. Но для ответа на вопрос:

что же это за животные, материа-

лов было недостаточно. И вот —

экспедиция...

На «Витязе» много приспособле-

ний для ловли животных: и могу-

чие 12- и 22-тонные лебедки, на ба-

рабаны которых наматываются по

14 километров стального троса, и

различные планктонные сетки для

сбора одноклеточных водорослей,

крошечных рачков, личинок, и гро-

мадные пелагические сетки для ло-

ва глубоководных рыб.

И конечно, тралы и драги — при-

способления для сбора бентоса —

животных, обитающих на дне моря.

Эти тралы — сетяные мешки на тя-

желых рамах, и драги — тоже меш-

ки с металлическими, но еще более

тяжелыми рамами, снабженными

острыми, зарывающимися в грунт

ножами, были главной надеждой

ученого. И они не обманули на-

дежд: в юго-восточной части Охот-

ского моря, в тех самых местах, где

семнадцать лет назад П. В. Ушаков

добыл своих удивительных живот-

ных, с глубины 4 тысячи метров

вновь были подняты погонофоры!

А вскоре в тех же местах были

найдены и зибоглинумы. Да, конеч-

но, они отличались от погонофор:

у зибоглинумов одно щупальце,

Никому (и не только в древние времена) не могло прийти, в голову, что

самые удивительные существа — совсем невзрачные на вид погонофоры,

живущие в морях и океанах.

а у погонофор — много, целая боро-

да. И все-таки — Иванов уже пред-

полагал это и раньше, а теперь

предположение начало переходить

в уверенность — и погонофоры и зи-

боглинумы — одни и те же живот-

ные!

Однако для того, чтоб это дока-

зать, фактов все еще было недоста-

точно. И Иванов продолжал их со-

бирать.

Вскоре погонофор начали нахо-

дить и в других местах, а однажды

«Витязь» обнаружил сплошной ко-

вер из этих животных на глубине

всего 150 метров.

Вернувшись из экспедиции, Ива-

нов занялся тщательным изучением

собранного материала. А «Витязь»,

отправляясь в очередную экспеди-

цию, каждый раз привозил учено-

му всё новые и новые материалы.

Теперь погонофор стали находить

во многих морях и океанах.

Не раз еще Иванов сам отправ-

лялся в экспедиции, чтоб на месте

проверить правильность своих вы-

водов, а затем — снова и снова —

кропотливая работа в лаборато-

рии.

Изучение погонофор заняло мно-

го лет. Но вот наступил наконец

такой день, когда ученый мог под-

робно и точно рассказать всему ми-

ру, что такое погонофоры.

Если бы водолаз, аквалангист

или ныряльщик попал в то место,

где обитают погонофоры, он вряд

ли заметил бы их. А если бы и за-

метил, не обратил бы на них вни-

мания: слишком уж невзрачны эти

животные. Длина их колеблется от

5 до 35 сантиметров, а толщина —

от 2 до десятых долей миллиметра.

Тоненькое слабое тельце находится

в цилиндрической защитной трубке

из рогового вещества, которое пого-

нофор сам образует. Трубка всегда

длиннее самого животного — от

20 сантиметров у самого маленько-

го до 150 у самого крупного из най-

денных. Большая часть трубки под-

нимается вертикально над поверх-

ностью грунта, нижняя часть зары-

та в ил. Действительно, не красав-

цы эти погонофоры. Существа дли-

ною, в среднем, с крупную ящери-

цу, а толщиной — с булавку! Но

внешность, как известно, бывает об-

манчива, и невзрачные существа

часто бывают очень интересными.

Вытащенные со дна моря, извле-

ченные из трубки и изученные, по-

гонофоры доказали это.

Нитевидное или шнуровидное те-

ло погонофор состоит из трех отде-

лов. Первые два — короткие, а тре-

тий, задний,— длинный. На этом

третьем отделе находятся многочис-

ленные сосочки, при помощи кото-

рых погонофор довольно быстро пе-

редвигается внутри трубки, то вы-

совываясь наружу, то уходя глубо-

ко внутрь. А на переднем отделе

погонофора находится «борода» —

венчик щупалец. Их может быть и

сто, и двести, и больше. Может

быть и одно щупальце. Дело в том,

что у некоторых погонофор щупаль-

ца срастаются. Тогда их становится

гораздо меньше. А иногда сраста-

ются все щупальца, превращаясь

в один. Вот таких погонофор с од-

ним щупальцем и описал Коллери,

дав им название зибоглинумы. Ве-

роятно, одно щупальце у зибогли-

нума и «борода» у погонофор и вве-

ли в заблуждение зоологов, решив-

ших, что это разные животные.

Но если причудлива внешность

погонофор, то внутреннее строение

их поистине удивительно. В тонень-

ком, как ниточка, теле имеется хо-

рошо развитая мускулатура, у по-

гонофор есть мозг — продольный

спинной ствол, кровеносные сосуды,

наполненные красной кровью, мус-

кулистое сердце. Нет у погонофор

только желудка и кишечника, нет

у него и рта.

Науке известны животные, у ко-

торых нет кишечника. Например,

некоторые паразиты, находящиеся

в теле других животных. Но суще-

ство, которое живет свободно и не

имеет рта и кишечника,— явление

совершенно непонятное. К тому же

у погонофор имеются щупальца.

Зачем они?

Кораллы, морские черви, мшан-

ки — все животные, имеющие щу-

пальца, используют их для улавли-

вания пищи, которую отправляют

через ротовое отверстие в кишеч-

ник. Но погонофор не только ки-

шечника — он даже рта не имеет.

Для чего же щупальца?!

И вот выяснилось: и ртом, и же-

лудком, и кишечником у погонофор

служат сами щупальца. Это откры-

тие противоречило всем существую-

щим до сего времени представле-

ниям о способах питания живот-

ных. И тем не менее это было так.

Щупальца погонофор покрыты с

внутренней стороны длинными и

очень тонкими ворсинками, в кото-

рых проходят кровеносные сосуды,

соединенные с сосудами щупалец.

Голодные погонофоры вытягивают

щупальца вверх, образуя как бы

цилиндр со щелями, а ворсинки

внутри цилиндра переплетаются в

виде густой сетки. (Погонофоры, у

которых одно щупальце, закручи-

вают его в виде тугой спирали.)

Сквозь этот цилиндр или спираль

проходит вода. Мелкие организмы

задерживаются в сетке из ворсинок,

а вода выходит через щели. Когда

пищи — крошечных животных и

растений — накапливается доста-

точно, погонофор уходит в защит-

ную трубку и начинает выделять

пищевой фермент — вещество, раст-

воряющее и как бы перевариваю-

щее пищу. Переваренная, так ска-

зать «обработанная», пища через те

же щупальца всасывается в орга-

низм.

Загадка питания погонофор была

решена. Но главное все-таки заклю-

чалось не в этом.

Ученым известно, что зародыш

часто обнаруживает сходство со

своими отдаленными предками.

С развитием зародыша эти черты

сходства постепенно исчезают, и

взрослое животное может их вовсе

не иметь. Поэтому очень важно бы-

ло проследить зародышевое разви-

тие погонофор. Но как это сделать?

Ведь погонофоры обычно живут на

глубине от 2 до 10 километров и

лишь отдельные виды обитают на

мелководье. И тут на помощь уче-

ному пришла сама природа. Оказы-

вается, яйца самка откладывает в

верхнем конце трубочки, а сама

уходит в ее нижний конец. Яйца

зреют в трубке до тех пор, пока не

появляются молодые погонофоры.

Тогда они выходят из трубки и по-

селяются рядом с матерью.

И вот А. В. Иванов среди множе-

ства выловленных в разное время

трубок с животными стал отбирать

такие, в которых находились опло-

дотворенные яйца и зародыши на

разных стадиях развития. В конце

концов ему удалось изучить все ста-

дии развития погонофор. И тут воз-

никла новая проблема — куда же

отнести этих животных?

Писатель-фантаст, человек с яр-

ким воображением, может нарисо-

вать нам необыкновенное живот-

ное. И если он опишет это выдуман-

ное им животное достаточно под-

робно, опытный ученый, даже зная,

что такого животного не существу-

ет, все-таки отнесет его к какому-

нибудь определенному типу, уже

известному науке. Это объяснить

просто: человеческое воображение

оперирует знакомыми представле-

ниями и понятиями. Так, описывая

фантастическое животное, человек

соединит в одно части разных жи-

вотных, но все равно части уже из-

вестные — голову, конечности, кры-

лья, плавники и так далее. Полу-

чится неизвестное животное, но со-

стоящее из известных частей.

И вдруг, оказывается, существует

животное, которого не нарисует да-

же самое безудержное воображение.

Без ног, без крыльев, без плавни-

ков, даже без головы и кишечника!

Примитивное существо. Но оно име-

ет сердце, мозг, кровеносную и нерв-

ную систему, то есть явные призна-

ки высших животных.

Куда же его отнести, к какому

классу? Оказывается, оно не под-

ходит ни к одному из классов. Оно

даже не может быть отнесено ни к

одному из типов, на которые уче-

ные разделяют всех существующих

и существовавших когда-либо на

земле животных! Погонофоры обра-

зовали новый тип.

Но выяснилось, что и это еще не

всё. Чтоб реальнее представить себе

и показать другим развитие жизни

на Земле, ученые рисуют генеалоги-

ческое «дерево». Его «корень» —

простейшие организмы, давшие на-

чало развитию животных на нашей

планете. По мере совершенствова-

ния животных на «дереве» появля-

ются всё новые и новые «ветви».

Однако не все было ясно на этом

«дереве». Один из самых сущест-

венных пробелов был как раз в том

месте, откуда поднимались «ветви»,

показывающие развитие некоторых

высших животных. И вот наблюде-

ния за развитием зародыша пого-

нофор показали, что погонофо-

ры — близкие родственники того

не известного науке существа, от

которого произошли многие высшие

животные, в том числе и позвоноч-

ные. Значит, изучение погонофор

дает возможность судить об отда-

ленных предках позвоночных жи-

вотных.

Вот почему открытие погонофор,

по всеобщему мнению ученых,—

крупнейшее открытие зоологии в

нашем веке.

ПОСЛЕСЛОВИЕ К ПРЕДЫДУЩЕЙ

И ПРЕДИСЛОВИЕ К СЛЕДУЮЩЕЙ ГЛАВЕ

так, XX век — век атомной энергии

и космических полетов — явился и веком удивительных открытий в
зоологии.

В основном открываются, конечно, мелкие животные. Но ведь имен-

но в XX веке ученые узнали о самом крупном после слона наземном
млекопитающем — белом носороге.

Именно в XX веке стало известно о гигантских варанах и гигантских

гориллах.

А в 1957 году японские ученые сообщили о новом виде кита!
Список найденных в последнее десятилетие крупных животных, не

известных ранее науке, перевалил уже за полсотни.

Но XX век — это еще и век «вторично открытых» животных. Яркий

пример тому — кистеперая рыба. О том, что она существовала на Зем-
ле, ученые знали. Но считали ее вымершей пятьдесят миллионов лет
назад. И вдруг — она жива!

И это далеко не единственный пример.

Диблера — маленького сумчатого обитателя Австралии, последний

раз видели около ста лет назад. Да и то случайно. Считалось, что зве-
рек вымер. И вдруг — живой диблер! Своим появлением зверек доста-

вил немало хлопот ученым. Во-первых — сам факт нахождения живого
диблера. Во-вторых, он был не просто найден — он был пойман в тот

момент, когда лакомился нектаром цветов. А до этого все были убежде-
ны, что диблер — хищник и питается мелкими птицами и зверьками.

Пришлось изучать «похороненного» зверька заново. Оказывается,

он вовсе не вымер.

Доказательством тому явились еще несколько зверьков, пойманных

в ловушки. Выяснилось также, что во время засухи эти зверьки прихо-
дят на цветы пить росу и нектар. А по окончании засухи тоже приходят

к цветам, но на этот раз для того, чтоб ловить насекомых, которые

вьются над растениями.

Не менее интересны «открытия» считавшихся вымершими птиц.
В середине нашего века американский ученый Роберт Мэрфи иссле-

довал небольшие островки, затерявшиеся в океане. Неожиданно он на-
ткнулся на гнезда с птенцами. Летавшие тут же взрослые птицы очень

напоминали бермудского буревестника. Думали, что эта птица уничто-

жена еще в начале XVII века. Но оказывается, нет! Бермудский буре-

вестник «воскрес» — он гнездился на скалах маленьких островов, и Ро-
берту Мэрфи удалось разыскать около 20 гнезд буревестника. И не

только гнезд — ему удалось поймать и окольцевать молодых птиц.

Еще неожиданнее и любопытнее история вымерших и «воскресших»

такахе — древних обитателей Новой Зеландии.

Птица эта, правда, не такая древняя, как кистеперая рыба, но до-

статочно «старая», чтоб никто из европейцев не мог ее увидеть. Толь-
ко по рассказам местных жителей ученые могли представить себе эту

большую, красивую, хорошо бегающую, но не способную летать

птицу.

Но вот в середине прошлого века охотники на тюленей случайно

поймали необычную птицу: у нее был толстый ярко-красный клюв и та-
кие же ярко-красные сильные ноги; шея, грудь, бока — фиолетово-го-
лубые, голова и горло — сине-черные, спина — оливково-зеленая, крылья

и хвост — синие. Как потом выяснилось, это была вымершая несколько

столетий назад такахе!

Позднее поймали еще несколько таких же птиц. Но это были послед-

ние экземпляры редкой птицы. Сколько ни бились потом исследова-

тели, им не удалось найти даже следов такахе.

Значит, эта птица действительно вымерла, решили ученые. Но врач

и натуралист-любитель Джиофри Орбелл продолжал искать такахе.

Дважды он предпринимал экспедиции в непроходимые горные леса.

И вот в 1948 году птица такахе «воскресла»: в районе озера Те-Анау,

расположенного в горах и окруженного густыми лесами, Орбелл об-
наружил поселение птиц. Упрямый человек и страстный натуралист

доказал, что такахе существуют: он насчитал около 100 птиц, исследо-

вал 30 гнезд!

Открытия продолжаются. Натуралисты и путешественники подни-

маются высоко в горы, проникают в непроходимые дебри, опускаются
в морские глубины. И ежегодно в специальных журналах и книгах по-
являются сообщения, описывается около десяти тысяч новых видов
и подвидов животных.

Правда, в действительности новых видов открывается гораздо мень-

ше. Нередко ученые принимают незначительные изменения, которые
обнаруживают у животного, за признак нового вида и объявляют о
его открытии.

Можно понять нетерпение ученого и радость, которую он испыты-

вает, открыв новый вид. Однако нередко такая поспешность продикто-
вана желанием произвести сенсацию.

Бывают и другие причины ошибок — нехватка материала, недоста-

ток фактов. Впрочем, ошибки ли?

В 1949 году немецкий ученый Крумбигель опубликовал сообщение

об открытии им нового вида и даже рода волков. В течение нескольких

лет он изучал шкуру странного животного. Шкуру эту привезли из

Южной Америки, и долгое время никто не мог определить, кому она

принадлежала.

Крумбигель сравнивал ее со шкурами других волков, изучал черепа

волков, убитых в Андах, где, по словам охотника, продавшего шкуру,

этот зверь также был убит. В конце концов Крумбигель решил заявить
о существовании нового вида и рода волков — горного гривистого
волка.

Но описывать животное и предъявлять его науке только по одной

шкуре (и по рассказам о том, что видели еще три подобных шкуры),

да по черепу рискованно. У представителей собачьей и волчьей породы

очень часты помеси, и многие ученые решили, что Крумбигель ошибся,

приняв одичавшую собаку за новый вид волка.

Ошибся немецкий ученый или нет, будет признано его открытие или

не будет, покажет время. И если в руки ученых попадет подобное жи-
вотное, все станет ясно.

Обыкновенный волк с необыкновенной шкурой? Возможно!
Новый вид волка? Тоже возможно!
Время покажет, кто ошибался.
Но если время докажет правоту одних или оправдает скептицизм

других, то ничто не оправдает фальсификаторов науки. А такие есть.
Они часто носят научные звания, почетные титулы, они не гонятся за
сенсациями — фальсификация нужна для других целей.

Немецкие фашисты считали себя особой, высшей расой — арийской,

призванной господствовать над всеми остальными народами, и не могли
себе позволить происходить от тех же предков, что и неарийцы. А как
быть, где достать нового предка?