Человек и животные (Дмитриев Юрий) - часть 17

ных скептически, не верящих, что

такое животное есть. (А может

быть, тут какая-то путаница и

имеется в виду сумчатый волк, ко-

торого иногда из-за полос на боках

называют сумчатым тигром, хотя

это совершенно неверно.)

Но так или иначе, закрыть спи-

сок кошачьих пока нельзя. Зато

можно пополнить. И очень интерес-

ным представителем.

В 1967 году весь научный мир об-

летела удивительная весть: в Япо-

нии, на острове Ириомота, обнару-

жен неизвестный вид и даже род

кошки!

О существовании на острове не-

обычных диких кошек слухи ходи-

ли давно. Но кто мог предположить,

что речь идет о действительно ди-

ких и действительно необычных

кошках!

Ведь Япония так густо заселена,

что трудно поверить в существова-

ние там какого-либо неизвестного

дикого животного. В крайнем слу-

чае это могли быть одичавшие до-

машние кошки. Но дикие — это

что-то невероятное...

Однако японский ученый и писа-

тель Юукио Тагава решил прове-

рить слухи. Местные жители охот-

но помогали ему. Прошло немного

времени, и ученым всего мира ста-

ло известно еще об одном замеча-

тельном зоологическом открытии

нашего века — о дикой кошке, един-

ственной представительнице нового

рода (!) семейства кошачьих.

Еще совсем недавно у нашей до-

машней кошки было 36 родственни-

ков, о существовании которых до-

подлинно известно. Теперь мы зна-

ем точно — их 37.

Ну, а что еще нам предстоит

узнать?

Три неожиданных открытия:

в магазине, в кино, в кладовке

Ученые знают сейчас примерно

восемь с половиной тысяч видов

птиц. Одни птицы были известны

людям очень давно и быстро попа-

ли в поле зрения ученых. Другие —

жители труднодоступных лесов,

болот или гор — стали известны

сравнительно недавно. Одних птиц

узнавали и открывали довольно

легко; чтоб открыть других, при-

ходилось отправляться в далекие и

опасные путешествия. И это естест-

венно. Но бывало и иначе...

Как-то летним днем 1937 го-

да американский ученый-орнитолог

Хачизук проходил мимо небольшо-

го магазинчика, расположенного

на одной из улиц Сан-Франциско.

Хачизук никогда не заходил в этот

магазин, хотя в других подобных

бывал: в них продавали птичьи

клетки, корм для птиц и, конечно

же, самих птиц.

Ученый зашел в магазин. Здесь

было все так же, как и в других

магазинах: те же клетки, те же

птицы. И вдруг... Ученый даже не

поверил глазам: в одной из клеток

прыгали по жердочкам несколько

совершенно незнакомых ему птиц.

Точнее, птицы эти были похожи на

зябликов и в то же время отлича-

лись от всех известных птиц этого

рода! Владелец магазина очень уди-

вился, увидев, как заволновался во-

шедший. Еще больше он удивился,

когда вошедший очень нервно стал

спрашивать, как называются эти

птицы и откуда они. Действительно,

странный человек! Ведь каждый

год этих птичек сотнями привозят

в Сан-Франциско из Манилы, с Фи-

липпинских островов. Владелец

магазина решил, что посетитель

совершенно незнаком с птицами,

иначе он должен был бы знать, что

пичуг этих уже давно держат

в клетках любители, есть они и в

зоопарках.

Но когда странный посетитель

магазина немедленно купил всех

подобных птиц, которые были в ма-

газине, торговец совсем растерялся.

Уж не сумасшедший ли этот моло-

дой человек?

А Хачизук выбежал из магази-

на, не чувствуя под собой ног. Он

торопился проверить предположе-

ние, торопился выяснить, не ошибся

ли он. Слишком уж было невероят-

но: новый, неизвестный ученым

вид птиц — в клетках у сотен лю-

бителей, в зоопарках!

Но он не ошибся — это действи-

тельно был новый вид зяблика. Вме-

сте с другим ученым — Делаку-

ром — Хачизук тщательно изучил

филиппинского зяблика, и вско-

ре эта птичка заняла свое место

в списке птиц, уже известных на-

уке.

Хачизук открыл филиппинского

зяблика случайно, но в магазин,

торгующий певчими птицами, его

привело профессиональное любо-

пытство. А вот доктор И. Крумби-

гель в тот день, когда сделал откры-

тие, наоборот, хотел отдохнуть от

своих профессиональных занятий и

развлечься. И решил пойти в кино,

тем более что фильм об Антаркти-

де, снятый американской экспеди-

цией, ему давно хотелось посмот-

реть. Из зрительного зала доктор

Крумбигель вышел очень взвол-

нованный : только что на экране он

увидал пингвинов. Пингвинов он,

конечно, видел и раньше. И не толь-

ко на экране. Он прекрасно знал

Дронт. Живым мы его уже никогда не

увидим.

этих птиц, знал все семнадцать ви-

дов. Но птицы, которых он видел

сейчас на экране, не могли быть

отнесены ни к одному из этих сем-

надцати видов.

Значит... значит новый вид, во-

семнадцатый?

Ни участники экспедиции, ни

ее руководитель адмирал Р. Бэрд

ни о чем не догадывались. Пинг-

вины?

Да, их было много. Да, их снима-

ли, и фильм можно увидеть на

экране. И не только: их можно уви-

деть в зоопарке в Новой Зеландии.

Да, именно в Новозеландский зоо-

парк проданы привезенные из Ан-

тарктиды пингвины.

Новый вид?

Это была сенсация. И не только

потому, что этот новый вид открыт,

но и потому, что он был открыт

в 1947 году в кинозале в Герма-

нии, в то время как американские

Обычно птицы высиживают птенцов. А папа-пингвин «выстоял» своего наследника: много

дней держал он яйцо между лапами, не опуская на снег, согревая его своим телом.

и новозеландские ученые имели

в тысячу раз больше возможностей

сделать это.

Описание новых видов птиц —

замечательное явление в зоологии,

однако не такое уж редкое. О прош-

лых веках и говорить нечего, но да-

же в нашем веке обнаружено не-

сколько десятков новых видов птиц.

А зоолог Мольтони нашел в 1938 го-

ду в Эфиопии птицу, для которой

даже пришлось установить специ-

альное семейство — ни к одному из

уже существующих семейств она не

подходила: это было что-то среднее

между вороной и скворцом. У такой

необыкновенной птицы и название

должно бы быть необыкновенное.

И Мольтони назвал ее «заваттари-

орнис».

И птица, которую открыл

Джеймс Чэпин, принадлежала не к

новому роду, а к новому семейству!

А нашел он ее в кладовке.

В 1936 году доктор Чэпин при-

ехал из Америки в Бельгию, чтоб

поработать в одном из бельгийских

музеев. Ученого интересовали пти-

цы Африки. Имея уже богатый ма-

териал, собранный в экспедициях,

он хотел дополнить свою будущую

книгу материалами, имеющимися

в музее. Чэпин был человеком лю-

бопытным, он тщательно осмотрел

весь музей, все хранилища и, нако-

нец, добрался до кладовой, где

находились совершенно ненужные

или испорченные экспонаты. Тем

не менее американский ученый ре-

шил осмотреть и их. В одном из

шкафов он нашел чучела необыч-

ных птиц. Едва взглянув на них,

Чэпин забыл обо всем на свете,

и лишь одно воспоминание ярко

всплыло в памяти, оттеснив все

остальные.

А вот и сам наследник!

Двадцать с лишним лет назад он,

тогда еще молодой ученый, был в

экспедиции в Африке. Среди про-

чих экспонатов члены экспедиции

привезли на родину коллекцию го-

ловных уборов местных жителей.

Разглядывая украшавшие эти убо-

ры перья, ученые обнаружили сре-

ди них несколько таких, которые

не могли принадлежать ни одной

из известных науке птиц. Чьи это

перья, не знали даже самые круп-

ные орнитологи страны.

И вот сейчас он держал в руках

чучела птиц, на которых были те

же перья. Но что это за птицы?

Если верить этикеткам, то чучела

молодых павлинов. Да, но в музее

собраны экспонаты, относящиеся

только к африканской фауне. А пав-

лины, как известно, в Африке не

живут. Да и не похожи они на пав-

линов! Впрочем, они не похожи ни

на одну из африканских птиц. Это

и ввело в заблуждение работников

музея: получив лет двадцать пять

назад чучела, они, знатоки Афри-

ки, решили, что это не африкан-

ские птицы. А раз так, птицы их не

заинтересовали и чучела были от-

правлены в кладовую.

Чэпин вылетел в Африку. Уче-

ный мир был взбудоражен и с не-

терпением ждал результатов поезд-

ки Чэпина. Ждать пришлось недол-

го: необыкновенные птицы оказа-

лись довольно заурядными, в Кон-

го их хорошо знали местные жите-

ли. Они не очень-то и скрывались,

громко кричали по ночам, шумно

взлетали. К тому же мясо их было

очень вкусное. И местные жители

охотились на них.

Так почему же птица ускользну-

ла от внимания ученых? На этот во-

прос никто не мог ответить. Не от-

ветил на него и Чэпин. Впрочем, он

его и не очень занимал. Его интере-

совала сама птица. Да, это оказал-

ся павлин, хотя и непохожий на

индийского. Однако если и те и дру-

гие птицы — павлины, значит, они

родственники? Да, и не просто род-

ственники — африканский павлин

оказался отдаленным предком ин-

дийского, он гораздо «старше», чем

индийский. Однако индийского зна-

ли все, а африканского — никто.

Что ж, в жизни бывает и такое.

Между изучением загадочных пе-

рьев, привезенных Чэпином из Аф-

рики, и открытием их «хозяев» —

африканских павлинов — прошло

немногим более двух десятилетий.

А ведь в музеях до сих пор хранят-

ся перья еще неизвестных птиц. Эти

перья хранятся много десятилетий,

и очень возможно, что где-то в не-

проходимых лесах Южной Амери-

ки или Африки, а может и не в та-

ких уж непроходимых, летают или

бегают не известные еще ученым

«хозяева» этих перьев.

Во всяком случае, орнитологи

считают, что на Земле живет не

меньше сотни не известных науке

видов птиц. Не меньше! А может

быть, и гораздо больше.

А драконы все-таки есть!

Есть! Правда, вначале в этом был

уверен лишь один человек, да и то

очень далекий от зоологии. Зоологи

же, до которых доходили рассказы

о существовании на островах Ин-

донезийского архипелага страшных

драконов, относились к этим рас-

сказам скептически. И в самом де-

ле: как можно поверить в сущест-

вование шестиметровых чудовищ,

обладающих колоссальной силой,

пожирающих в один присест каба-

на, да к тому же изрыгающих из

пасти огонь!

Конечно, открытия окапи и ги-

гантского носорога, гигантской го-

риллы и других животных, сделан-

ные уже в начале нашего века, мог-

ли бы заставить ученых более вни-

мательно прислушаться к расска-

зам местных жителей. Но ученые

считали эти рассказы уж слишком

фантастическими.

И вот в 1912 году весть о суще-

ствовании драконов пришла уже не

от местных жителей, а от европей-

ца, первого европейца, увидевшего

этих чудовищ своими собственны-

ми глазами. Это был летчик гол-

ландской авиации, потерпевший

аварию и долгое время находив-

шийся на маленьком острове Комо-

до. Вернувшись на остров Яву, он

в рапорте сообщил о виденных им

на острове Комодо гигантских яще-

рах, или драконах. В основном, он

повторял рассказы местных жите-

лей, уже известные ученым. Но

если ученые не верили в существо-

вание драконов, то чего же требо-

вать от военных? И начальство лет-

чика, сообщившего в рапорте о дра-

конах, резонно рассудило: если бы

существовали такие драконы, то о

них должны были бы знать ученые.

А если ученые о них не знают, то

военным тем более знать о них не

надо.

Но летчик был так упорен в сво-

их рассказах, что возникло даже

подозрение: а не помешался ли он

в результате перенесенных трудно-

стей и опасностей? И его чуть не

отправили в сумасшедший дом.

И только один человек внима-

тельно отнесся к услышанному. Это

был директор музея на Яве майор

П. Оуенс — страстный натуралист,

мечтатель и трезвый исследователь.

И майор пишет письмо своему дру-

гу — офицеру голландской армии

Ван-Штейну, живущему на одном

из островов в сравнительной близо-

сти от Комодо. Оуенс просит Ван-

Штейна посетить Комодо и прове-

рить, насколько это можно, рассказ

летчика. Ван-Штейн, правда, не

сразу, но выполняет просьбу друга

и убеждается в его правоте. Одна-

ко Ван-Штейн понимает: если он

расскажет об увиденном, не под-

крепив рассказ фактическими дока-

зательствами, его тоже примут за

сумасшедшего. Чтобы этого не про-

изошло, он убивает двух драконов

и шкуры их посылает Оуенсу.

Теперь уже самые закоренелые

скептики верят: легендарное чудо-

вище существует. Правда, Оуенс,

описавший в научном журнале дра-

конов, доказал, что это — всего лишь

гигантские вараны, родственники

уже хорошо известных науке яще-

ров, обитающих в жарких районах

Западного полушария. Но вели-

чина! Ван-Штейн прислал Оуенсу

шкуры далеко не самых крупных

драконов, но и они были почти

трехметровой длины.

Сообщение Оуенса наделало пе-

реполох в ученом мире. На остров

Комодо срочно стали посылаться

экспедиции. Сенсационные сообще-

ния не сходили со страниц газет. Но

началась первая мировая война, и

людям стало не до драконов.

Мировая бойня, унесшая милли-

оны жизней, причинившая огром-

ное горе десяткам миллионов лю-

дей, принесла огромные барыши

тем, кто посылал солдат умирать.

Пушечные и стальные короли, ин-

тенданты-жулики и авантюристы

жирели на крови своих сограждан.

Появились скороспелые богачи, не

знавшие, куда девать деньги. Пре-

сыщенные богачи, их жены и доче-

ри жаждали чего-то необыкновен-

ного и за это необыкновенное гото-

вы были платить любые деньги.

А что может быть необыкновен-

нее сумочек или туфель из шку-

ры совсем недавно открытого дра-

кона?!

И китайские дельцы уже в

1915 году снаряжают на остров

охотничьи экспедиции. Они знают:

несколько сот убитых драконов —

Слева — уникальная фото-

графия дракона с острова

Комодо, справа — старин-

ная гравюра, изображаю-

щая схватку с драконом.

это огромный барыш. Может быть,

целое состояние! Но китайским

купцам не удалось разбогатеть на

драконах, а дочерям и женам мил-

лионеров не пришлось поражать

публику необычными туфлями и

сумками; к счастью для науки,

шкура комодских варанов оказа-

лась не подходящей для выделки.

И о драконах снова забывают.

Через несколько лет после окон-

чания первой мировой войны о ко-

модском драконе заговорили вновь.

Интерес к нему в научном мире

вспыхнул с еще большей силой. Де-

ло в том, что ученые установили:

комодский дракон-варан — точная

копия варанов, некогда живших в

Австралии. Скелеты чудовищ, най-

денных в Австралии, подтвержда-

ют это. Но австралийский варан

жил 60 миллионов лет назад, а дра-

кон на Комодо живет и сейчас.

И сразу возникает множество, ка-

залось бы, неразрешимых вопросов.

Например, такие: австралийский

варан вымер 50—60 миллионов лет

назад, а остров Комодо и два сосед-

них, на которых тоже обнаружили

варанов,— вулканического проис-

хождения и образовались гораздо

позже. Но даже если допустить

мысль, что некоторое количество

этих гигантских ящеров дожило до

того времени, когда появился ост-

ров Комодо, то каким образом они

попали на остров? Вплавь, преодо-

лев огромное расстояние и бурное

течение, которое характерно для

морей этих мест?

Искать ответы на эти и многие

другие вопросы можно было лишь

после того, как станут досконально

изучены «драконы Комодо» — так

их почти официально теперь назы-

вали.

Но все экспедиции, которые

организовывались, ограничивались

в лучшем случае тем, что фотогра-

фировали и описывали драконов,

добывали их шкуры и скелеты и ло-

вили несколько экземпляров для

зоопарков.

Серьезно, по-настоящему изучать

дракона Комодо начал почти через

полвека после его открытия — в

1959 году — французский ученый

Пьер Пфеффер, а наиболее полно

дракон был изучен в 1962 году, ко-

гда на острове Комодо работали со-

ветские ученые под руководством

Е. А. Малеева.

И вот через полвека не только

подтвердилось многое из того, что

считалось фантазией местных жи-

телей, а было сделано еще немало

интересных открытий.

Увидев впервые дракона, ученые

поняли, откуда появилась легенда

о чудовищах, изрыгающих из пас-

ти огонь: длинный, яркий, раздво-

енный на конце язык, который по-

стоянно высовывает варан и ко-

торым ощупывает встречающиеся

предметы, действительно издали

напоминает язычок огня. Ну, а у

страха глаза велики, и маленький

«язычок огня» в сознании перепу-

ганных людей превращался в бу-

шующее пламя.

Возможно, страхом порождены

рассказы и о размерах чудовища —

семи-десятиметровых драконов уче-

ные не встречали. Но ящер в три

метра длиной, его громадная голо-

ва, блестящие на солнце глаза, ви-

сящие на шее тяжелые складки ко-

жи, да и сама кожа, покрытая кос-

тяными пластинками, огромный

хвост и сравнительно длинные, тол-

стые ноги, мощные челюсти, снаб-

женные двадцатью шестью острыми

трех-четырехсантиметровыми зуба-

ми,— все это очень напоминает од-

ного из вымерших много миллионов

лет назад доисторических гигантов.