Человек и животные (Дмитриев Юрий) - часть 6

не переселялись, конечно, и другие

насекомые, несмотря на решение

судей.) Часть Европы тогда была

разделена на крошечные княжест-

ва, которые постоянно воевали друг

с другом. В это время как раз нача-

лась война двух феодалов, войска

прошли по земле, отведенной для

жуков, и адвокат срочно опротесто-

вал решение суда: место стало не-

пригодным для насекомых.

Не менее гуманны были и про-

цессы над крысами. Французский

адвокат Бартолми-Шасоне сделал

себе карьеру на защите крыс и мы-

шей. В 1480 году он выиграл про-

цесс, заявив на суде, что его подза-

щитные не могли явиться, потому

что местожительства их слишком

разбросаны: они живут во многих

деревнях, а сами жилища мышей —

глубокие норки, и естественно, что,

находясь в них, мыши не узнали

о вызове в суд.

Суд постановил объявить о вы-

зове мышей по всем деревням. Од-

нако мыши снова на суд не яви-

лись. Адвокат опять выгородил их,

заявив, что мышам трудно прийти:

им нужно пробираться через леса

и овраги, ручьи и болота, к тому

же на каждом шагу их подстере-

гают враги — кошки, лисы, совы.

Наконец, он произнес пламенную

речь, доказывая, что нельзя обви-

нить всех огулом, а необходимо

установить индивидуально вину

каждой мыши. А так как это было

невозможно, то дело пришлось пре-

кратить.

Правда, не всегда адвокату уда-

валось отстоять своих подзащит-

ных. Иногда крыс и мышей приго-

варивали к выселению. Но всегда

суд выдавал им охранные грамоты,

дабы их не съели по дороге кошки.

Даже в XVIII веке еще продол-

жались «гражданские процессы»

над животными. Так, в 1713 году в

Бразилии судили термитов, которые

растащили муку и подточили дере-

вянные столбы в погребах монасты-

ря. Организованный по всем прави-

лам — с обвинением и защитой —

суд вынес постановление о том, что

термиты должны покинуть монас-

тырь и переселиться на специально

отведенное им поле. Однако терми-

ты не послушались. И монахи от-

ступили: ведь термиты, как и лю-

ди, созданы богом и служат ему!

Значит, и трогать их нельзя.

Все это относится к процессам

«гражданским». В «уголовных»

процессах судьи были не так гуман-

ны — большинство обвиняемых по-

падало на виселицу или на костер.

С начала XII по XVII век только

во Франции было вынесено около

ста смертных приговоров живот-

ным. Судили животных и в Ита-

лии, и в Германии, и в Англии, и в

Голландии, и в Швеции, и в Швей-

царии. Вот несколько примеров.

В XIII веке во Франции свинья

была приговорена к повешению за

то, что съела свой приплод.

В 1268 году осужден был поро-

сенок, нанесший увечья ребенку.

В 1314 году бык за нападение на

человека был приговорен к пове-

шению.

В 1389 году казнили лошадь,

убившую человека.

В 1442 году в Цюрихе судили вол-

ка. Его привезли на суд в клетке и

установили на центральной площа-

ди, где состоялся суд. Волк обви-

нялся в убийстве двух девочек.

У него нашлись горячие защитни-

ки. Тем не менее он был осужден

и казнен.

В XV веке судили жеребца по об-

винению в лености и вспыльчиво-

сти. По решению суда он был убит

дубиной.

В 1796 году в Германии заживо

закопали в землю быка, обвиненно-

го в том, что якобы из-за него на-

чался падеж скота.

Список этот можно было бы во

много раз увеличить.

Были и другие меры наказания:

животных отлучали от церкви. Так,

например, поступил епископ ло-

заннский в 1120 году, отлучив от

церкви гусениц и полевых мышей,

не пожелавших подчиниться приго-

вору суда, а через год он отлучил и

мух, проникших в церковь. Вели-

кий Викарий в 1584 и 1585 годах

проклял гусениц, появившихся в

его епархии.

Животные выступали на судах

не только в качестве ответчиков.

Ведь они же считались мыслящими

существами. Значит, они вполне

могли быть и свидетелями.

Если, например, человек подвер-

гался нападению грабителей в сво-

ем доме и никто из людей, кроме

него самого, не мог засвидетельст-

вовать этого, потерпевший в качест-

ве свидетеля мог привести в суд

кошку, собаку или петуха.

Правда, свидетели-животные тут

же могли превратиться в обвиняе-

мых. Если суд устанавливал, что

они, будучи очевидцами преступле-

ния, не позвали на помощь кри-

ками, их жестоко наказывали, ча-

ще всего казнили. Нередко перед

казнью животных пытали раска-

ленным железом, кнутом и про-

чими изощренными орудиями пы-

ток средневековых инквизиторов.

И крики истязаемых животных

считались их признанием.

Впрочем, наказывали, пытали и

судили не всех животных.

В некоторых странах быки, же-

ребцы и овцы пользовались особым

покровительством. Если им не раз-

решалось официально топтать по-

севы, то и к ответственности их за

это не привлекали. Хозяин погуб-

ленных посевов даже не мог предъ-

явить иск хозяину животных.

Единственно, что разрешалось по-

страдавшему — это взять хворости-

ну и прогнать потравщиков с поля

или огорода.

Но если гуси, куры или утки бы-

ли уличены в подобных же деяниях,

они немедленно представали перед

судом и жестоко наказывались.

Однако в других странах суди-

ли за потраву и лошадей и коров.

Обычно их казнили, а мясо шло в

пользу суда.

Церковь в средние века уделяла

много внимания животным, о них

велись долгие «ученые» споры. Од-

ни придерживались мнения, что

животные — божьи создания, что у

них «бессмертная душа», другие,

подобно итальянскому кардиналу

Роберто Баллармино, не верили в

их загробную жизнь и поэтому

очень жалели животных, которым

суждено жить лишь на земле, тре-

тьи придерживались мнения фран-

цузского монаха Бонжо, считав-

шего, что животные — это черти.

ПОСЛЕСЛОВИЕ К ПРЕДЫДУЩЕЙ

И ПРЕДИСЛОВИЕ К СЛЕДУЮЩЕЙ ГЛАВЕ

рошли века, тысячелетия. Человече-

ство повзрослело, поумнело. И поклонение животным теперь кажется
смешным. Но если вдуматься, если присмотреться, не увидим ли мы
сейчас следы давно ушедшего культа животных или ненависти к ним?

Речь идет, конечно, не о племенах, для которых охотничья магия — не
вчерашний, а сегодняшний день, не о племенах, находящихся на низ-
ких ступенях цивилизации.

Группа ученых, руководимая американским профессором Э. Кол-

дуэлом, опросила 150 тысяч человек — жителей 18 стран. Выло уста-

новлено, что, во-первых, в этих странах существует не менее четырех

тысяч примет-суеверий и, во-вторых, из каждых десяти опрошенных
только трое категорически заявили, что абсолютно не верят в приме-
ты. Четверо из каждого десятка признались, что хоть и понимают всю

бессмысленность предрассудков, все-таки склонны верить в них.

Не случайно в сознание людей очень прочно и очень надолго вошли

поверия о животных и суеверия, связанные с ними: слишком большую
роль играли животные в жизни человека и слишком непонятны они

были для него.

Однако внимательное изучение наскальной живописи древних людей

показало, что они неплохо знали и повадки и даже анатомию живот-
ных, на которых охотились. И позы изображенных на стенах пещер
животных очень естественны, и «раны», нанесенные им, наверняка
смертельны. Конечно, нельзя говорить, что кроманьонцы целились в

сердце животного — они не имели представления о его существовании.
Но многолетний охотничий опыт подсказывал им, что наносить смер-
тельный удар надо под лопатку.

Опыт помог нашим предкам изучить повадки и характер живот-

ных — ведь иначе они не могли бы ни выследить, ни подкараулить
зверя, чтоб заманить его в ловчую яму или выгнать на сидящих в за-
саде охотников. Раскопки стоянок древнего человека показывают,

какое большое место в его «рационе» занимало мясо птиц, зверей, рыб.

В так называемых кухонных кучах всегда обнаруживают большое ко-
личество костей животных.

Неандерталец, живший 100 — 40 тысячелетий назад, сначала селился

под открытым небом. Но с севера наступали ледники, становилось
холоднее, и люди вынуждены были искать укрытые места для своих
стоянок. Они еще не умели строить хижины и единственное, что мог-

ли найти — это пещеры. Но пещеры, как правило, оказывались уже за-
нятыми — в них жили могучие саблезубые тигры и пещерные медведи,
львы и гиены. С огромным трудом отвоевывали себе пещеры люди,
вооруженные каменными топорами и дротиками. Правда, это было в
их руках достаточно мощное оружие. Но оно не помогло бы в борьбе
с могучими животными, если бы люди не знали их повадок.

А охотничья магия! Ведь она тоже построена на прекрасном знании

повадок и поведения животных. Например, исполнители «танца анти-
лоп», на которых готовилась охота, прекрасно подражали движениям
этих животных.

Затем появился культ животных. И опять-таки многие животные

стали священными, стали почитаться потому, что люди знали их образ

жизни, знали их повадки и пользу, которую они приносят. (Конечно,

далеко не все было правильно в представлении людей, но сейчас речь

идет лишь о правильных оценках животных.)

В древнеегипетских рукописях, дошедших до нас, есть немало упо-

минаний о животных, причем очень точных. В одной из рукописей,
так называемом папирусе Эберса, написанном примерно 2500 лет
назад, говорится, например, о том, что мясная муха развивается из ли-
чинки, а лягушка — из головастика.

А разве могли бы китайцы выращивать еще 2000 лет назад тутовых

шелкопрядов, не зная их образа жизни, повадок, привычек?

С развитием скотоводства увеличиваются и знания людей о живот-

ных. И очень возможно, что некоторые пастухи были большими знато-
ками поведения коров или овец, так же как охотники прекрасно зна-

ли тех животных, за которыми охотились. Но ни эти пастухи, ни эти
охотники еще не были зоологами, так же как их знания еще не были

наукой. Для того чтобы знания отдельных людей стали наукой, они

должны были быть организованы, приведены в порядок. Ведь наука —

это систематизированные знания.

Я ОСМЕЛЮСЬ УТВЕРЖДАТЬ,

ЧТО ИЗ ВСЕХ ЗНАНИЙ НАИБОЛЕЕ

ПОЛЕЗНО ДЛЯ НАС ЗНАНИЕ

ПРИРОДЫ, ЕЕ ЗАКОНОВ.

Ламарх

...ИЩЕМ ТОЛЬКО ИСТИНЫ,

НАСКОЛЬКО НАМ УМ ПОЗВОЛЯЕТ

ЕЕ ОБНАРУЖИТЬ.

Ч. Дарвин

II

ЧЕЛОВЕК
УЗНАЕТ И ИЗУЧАЕТ

Великий грек и знатный римлянин

Знания, которыми располагал

первобытный человек, не мешали

ему верить в животных-духов, в то-

темов, не мешали ему заниматься

магией. Наблюдения и знания, ко-

торыми располагали древние егип-

тяне, не мешали им обожествлять

животных, создавать самые необыч-

ные легенды о них и непоколебимо

верить в эти легенды. И человек,

впервые систематизировавший зна-

ния людей о животных, человек,

положивший начало науке зооло-

гии, тоже, конечно, не был свободен

от многих и многих ошибок и оши-

бочных представлений об окружаю-

щем его мире, свойственных его

времени. Да и средства, которыми

располагал этот человек, были

очень и очень ограниченны — ведь

жил он почти две с половиной ты-

сячи лет назад. Точнее — с 384 по

322 год до нашей эры.

Аристотель — одна из крупней-

ших фигур в истории человечества.

Аристотель знал всё: философию,

логику, историю, физику, зоологию.

Из 62 прожитых лет он 45 отдал

науке, написав около 300 сочине-

ний. К сожалению, дошли до нас

немногие, но среди уцелевших книг

19 посвящены животному миру, а

в 10 из них даны описания 454 раз-

ных животных. «История живот-

ных» — так Аристотель назвал свой

труд — была, конечно, очень и

очень несовершенна, конечно, она

содержала множество ошибок. Но

сам факт появления такой «Исто-

рии», где, кроме описания живот-

ных, приводились к тому же и наб-

людения за некоторыми из них, где

делались попытки классификации

животного мира и даже имелись

определенные выводы и обобще-

ния,— огромная заслуга Аристоте-

ля, большой шаг вперед в развитии

познаний о животном мире.

«История животных» — первый

дошедший до нас научный труд по

зоологии, в котором автор пользо-

вался не только своими наблюде-

ниями, но и фактами, накопленны-

ми до него. Конечно, вряд ли он

знал древнеегипетскую рукопись

«папирус Эберса», где говорится,

что лягушка развивается из голо-

вастика. Во всяком случае, сам

Аристотель уделяет лягушке очень

мало внимания. И говорит о ней

только как о примере самозарож-

дения

1

.

Но безусловно, он был знаком с

трудами своих предшественников

и современников, таких, как Гиппо-

крат, изучавший анатомию, таких,

как Эмпедокл, утверждавший, что

чешуя рыб, перья птиц и волосы

зверей — схожие образования; та-

ких, как великий философ древно-

сти Платон, сделавший попытку

рассказать об изменении животно-

го мира.

Однако используя работы дру-

гих, Аристотель все-таки в основ-

ном надеялся на себя. И у него для

этого были основания. Ну хотя бы

такое: ни один ученый до Аристо-

теля и ни один его современник

не имели возможности получать

из далеких стран, причем доволь-

но регулярно, животных и расте-

ния. А Аристотелю знаменитый

______________________

1

 Теорию самозарождения Аристотель

принимал. «В природе переход от неоду-

шевленных веществ к живым совершается

столь нечувствительно, что нельзя прове-

сти грань между этими двумя группа-

ми»,— писал великий грек. Лягушки и

угри, по мнению Аристотеля, зарождаются

из ила.

полководец древности Александр

Македонский присылал из своих

походов по Персии, Средней Азии,

Индии подарки — животных и рас-

тения. Александр считал себя мно-

гим обязанным Аристотелю.

Жизнь Аристотеля совпала с

огромными изменениями в Древней

Греции. Афины, будучи некогда мо-

гучей морской державой, пришли в

упадок, и афинскую «республику»

сменила македонская монархия.

Македония, гористая область на

северо-западе Греции, была и бед-

нее и развита была слабее, чем дру-

гие области Греции. Но, воспользо-

вавшись тем, что страну раздирали

противоречия и междоусобицы, ма-

кедонцы решили подчинить себе

все области. Македонскому царю

Филиппу II удалось этого добиться.

И Македония начинает быстро воз-

вышаться, богатеть, превращается

из скотоводческо-земледельческого

в торговое государство. Успешному

развитию торговли мешало, одна-

ко, другое могучее государство —

Персия, господствовавшая на Эгей-

ском море.

Сын Филиппа II, Александр Ма-

кедонский, не только уничтожил со-

перницу — он создал огромную Ма-

кедонскую державу, которая про-

стиралась на восток до Индии и Аф-

ганистана, на запад — до Сицилии.

И возможно, в какой-то степени по-

мог ему в этом Аристотель.

Александр с детства мечтал о во-

инских подвигах, тщательно гото-

вился к будущим войнам и завое-

ваниям. Он не признавал ничего,

кроме мечей и лат, коней и сраже-

ний. Но отец его понимал: чтоб

стать владыкой всей Греции, мало

знать только воинское дело, надо

быть образованным человеком и ум-

ным политиком. А для этого буду-

щему царю требовался подходящий

учитель.

В это время в Афинах жил Арис-

тотель.

Аристотель родился в городе Ста-

гире. Восемнадцатилетним юношей

приехал он в Афины, где существо-

вала тогда знаменитая «Академия»

Платона, и поступил в эту «Акаде-

мию». А через несколько лет имя

Аристотеля уже стало широко из-

вестно по всей Греции.

И царь Македонии пригласил

знаменитого ученого в качестве на-

ставника к своему сыну.

Филипп II не ошибся, пригласив

Аристотеля: ученый сумел заинте-

ресовать будущего царя науками, и

Александр Македонский стал од-

ним из образованнейших людей

своего времени, стал умным и тон-

ким политиком, создавшим в тече-

ние нескольких лет огромное госу-

дарство. Александр прекрасно дей-

ствовал мечом, но не меньше помог-

ли ему и знания и умение обра-

щаться с людьми. Завоевывая но-

вые страны, Александр иногда вспо-

минал своего мудрого наставника,

долгие прогулки с ним по тенистым

аллеям дворцового парка, их нето-

ропливые беседы; вспоминал, как

щедро делился с ним великий уче-

ный своими знаниями. И, преиспол-

ненный благодарности, посылал

учителю очередной подарок — рас-

тения или животных, которых не

было в Греции. Аристотель с вос-

торгом встречал подарки и тут же

садился за их изучение. Конечно,

Аристотель не забывал наблюдать

и описывать и тех животных, кото-

рых постоянно видел рядом с собою.

Хотя почему-то очень многих, ко-

торые были рядом и которых хоро-