Художественное творчество душевнобольных с давних времен привлекало
внимание психиатров. Первые публикации, посвященные изобразительному
творчеству больных, имеют более чем вековую давность (например, Симон).
Однако серьезное изучение этого вопроса началось лишь в 20-е годы
прошлого столетия с фундаментальных работ Принцхорна, основанных на
анализе нескольких тысяч произведений душевнобольных из лечебниц
Германии, Швейцарии, Австрии, Японии. Со временем многие известные
психиатры, такие как Крепелин, Блейлер, Бумке, Кречмер стали
коллекционировать и изучать художественные работы психически больных. В
России в 1926 г. вышла первая монография, посвященная этой теме, — книга
Карпова «Творчество душевнобольных и его влияние на развитие науки и
техники», где проблема творческих проявлений при психических
заболеваниях рассматривалась не только в медицинском, но и в
историческом, и биологическом аспектах. Карпов один из первых увидел
возможности рисования как средства лечения. В США изобразительные
средства в психотерапевтическом процессе впервые применил Левис в 1925
г. при анализе сновидений своих пациентов.
По мере развития, терапия с помощью изобразительного искусства в первой
половине XX в. постепенно отделялась от «лечения увлекающими занятиями»
(совр. «терапия занятостью»), известного со времен «Йоркширского
убежища» в Англии, парижского Бисетра и «домов помешанных» в Галле, в
силу все большего акцента на творческом самораскрытии в процессе этих
занятий.
Теоретические основы терапии с помощью изобразительного искусства
исходят из психоаналитических воззрений Фрейда, хотя сам Фрейд этим не
интересовался; аналитической психологии Юнга, который использовал
собственное рисование для подтверждения идеи о персональных и
универсальных символах; из динамической теории терапевтической помощи
графическим самовыражением Наумбург, которую считают пионером арттерапии
в США. В дальнейшем большое влияние на развитие арттерапии оказали
психотерапевты гуманистической направленности.
Термин «арттерапия» («art» — искусство, «arttherapy» — терапия
искусством) особенно распространен в странах английского языка и
означает чаще всего лечение пластическим изобразительным творчеством с
целью выражения своего психоэмоционального состояния. Впервые этот
термин был употреблен Хиллом в 1938 г. при описании своих занятий с
туберкулезными больными в санаториях. Затем этот термин стал применяться
ко всем видам терапевтических занятий искусством (музыкотерапия,
драматерапия, терапия танцем и т. д.), хотя многие специалисты считают
такое определение слишком широким и неточным. В отечественной
психотерапевтической литературе зачастую используются термины «изотерапия»
или «художественная терапия», однако они не тождественны англоязычному
аналогу и несколько сужают его смысл. Исторически сложилось так, что
специалисты по арттерапии служили помощниками психиатров и
психотерапевтов для уточнения диагноза или выбора способа лечения на
основе анализа рисунков пациентов. Постепенно арттерапевты приобрели
статус независимых специалистов. В 1969 г. была создана Американская
арттерапевтическая ассоциация, объединившая арттерапевтов-практиков.
Подобные ассоциации возникли позднее в Англии, Голландии, Японии,
России, и в настоящее время арттерапевты вносят свой вклад в изучение
личности и процесса психотерапии. Сегодня очевидна необходимость
использования в психотерапии такого мощного эмоционального фактора,
которым является искусство и творчество. Утверждение, что «арттерапия —
это продукт нашего века», правомерно.
В арттерапии пациентам предлагаются разнообразные занятия
изобразительного и художественно-прикладного характера (рисунок,
графика, живопись, скульптура, дизайн, мелкая пластика, резьба,
выжигание, чеканка, батик, гобелен, мозаика, фреска, витраж,
всевозможные поделки из меха, кожи, тканей и др.), которые направлены на
активизацию общения с психотерапевтом или в группе в целом для более
ясного, тонкого выражения своих переживаний, проблем, внутренних
противоречий, с одной стороны, а так же творческого самовыражения — с
другой. В настоящее время в арттерапию включаются и такие формы
творчества, как видео-арт, инсталляция, перформанс, компьютерное
творчество, где визуальный канал коммуникации играет ведущую роль.
Несмотря на достаточно большой фактический материал, арттерапия в
теоретическом отношении находится на стадии эмпирических обобщений. Нет
общепринятой теории, объясняющей целительное действие арттерапии, это
связанно со сложностью, многофакторностью относящихся к арттерапии
предпосылок и сравнительно коротким сроком ее научного изучения.
Обзор литературы по арттерапии свидетельствует о том, что это сборное
понятие, включающее множество разнообразных форм и методов. Поэтому не
существует общепризнанной классификации арттерапии. Кратохвил разделяет
арттерапию на сублимационную, деятельную и проективную, однако это
разделение основано на внешнем характере метода и касается только
экспрессивного компонента. Дельфино-Бейли выделяет 4 основных
направления в применении арттерапии:
1. Использование для лечения уже существующих произведений искусства
путем их анализа и интерпретации пациентом (пассивная арттерапия).
2. Побуждение пациентов к самостоятельному творчеству, при этом
творческий акт рассматривается как основной лечебный фактор (активная
арттерапия).
3. Одновременное использование первого и второго принципов.
4. Акцентирование роли самого психотерапевта, его взаимоотношений с
пациентом в процессе обучения его творчеству.
Классификация, приводимая в книге Хайкина «Художественное творчество
глазами врача», включает в себя роль эстетического компонента и
представления о лечебной направленности фактора и уровня адаптации, на
котором это действие проявляется.
1. Социально-личностный уровень адаптации: в основе адаптирующего
действия лежит неосознаваемая созидательная, гармонизирующая,
интегрирующая сила некоего эстетического и творческого начала,
заложенного в искусстве.
2. Личностно-ассоциативный уровень адаптации: облегчение, компенсация
достигаются за счет не столько эстетического действия, сколько
вследствие снижения напряжения, обусловленного отреагированием различных
конфликтных, гнетущих переживаний и их сублимации.
3. Ассоциативно-коммуникативный уровень адаптации: лечебное действие
арттерапии достигается подключением интеллектуальных операций (проекция,
обсуждение и осознание конфликта), облегчение психотерапевтических
контактов и доступа врача к психопатологическим переживаниям, не
требующим эстетического компонента, ибо результат достигается даже при
простейшем проективном изображении проблем.
4. Преимущественно социально-коммуникативный уровень адаптации: в
качестве адаптирующих используются прикладные возможности творчества —
арттерапия рассматривается упрощенно, как один из видов занятости,
вариант организации и времяпрепровождения, принципиально не отличающийся
от других аналогичных методов.
5. Физиологический уровень адаптации: учитывается физическое,
физиологическое, координационно-кинетическое влияние пластического
изобразительного творчества на организм и психику.
Каждый из элементов классификации допускает использование искусства и в
экспрессивном творческом варианте, когда творят сами больные, и в
импрессивном, когда используется восприятие уже готовых произведений
изобразительного творчества.
В мировой литературе существуют различные взгляды на лечебный механизм
арттерапии — креативистические представления, сублимативные,
проективные, арттерапия как занятость и др.
Согласно креативистическим представлениям, адаптационное воздействие
арттерапии на психику можно понимать в связи с самой сущностью
искусства. На первый план выдвигается вера в творческую основу человека,
мобилизация латентных творческих сил, которая сама по себе обладает
терапевтическим влиянием. Теоретическая основа этих представлений —
гуманистическое направление психологии, рассматривающее личность как
некое психологическое образование, в котором изначально существуют
духовные, альтруистические потребности, определяющие ее поведение. В
каждом человеке предполагается существование возможностей (скрытый
потенциал), которые можно освободить, мобилизовать для облегчении
самореализации личности, направить их на ее социальное и индивидуальное
интегрирование. Хотя латентные возможности всех людей различны, возможна
их активизация и развитие. Задача арттерапии — не сделать всех людей
художниками или скульпторами, а возбудить у индивидуума активность,
направленную на реализацию его предельных творческих возможностей. Упор
в терапии делают на творческую активность, на способность создавать и
побуждают пациента самостоятельно созидать.
Согласно взглядам Гольдштейна, творчество — это одно из средств
преодоления страха, возникающего в связи с конфликтом, формирующимся у
человека, поведением которого управляет стремление к реализации
личности. Творческие люди лучше концентрируют свою энергию, свои силы
для преодоления препятствий и решения внутренних и внешних конфликтов.
По мнению Маслоу, основным источником человеческой деятельности является
непрерывное стремление к самоактуализации и самовыражению, которое
имеется, однако, только у здоровых людей. У невротиков эта потребность
разрушена, отсутствует, и искусство может быть одним из способов ее
восстановления. Говоря о способах, ведущих к самоактуализации, Маслоу
указывает на мгновения высшего переживания красоты и экстаза. Задача
психотерапевта — помочь людям ощутить эти мгновения, создать условия для
их возникновения, научить пациента высвобождать подавленное, познавать
собственное Я. Сдерживание творческой силы является причиной неврозов, и
смысл психотерапии — в ее высвобождении, поэтому стимуляция творчества
может служить и психопрофилактическим средством.
Сторонники вышеописанных взглядов ставят во главу угла творчество не
просто как действие, процесс, а именно его эстетическую сторону, они
понимают интегрирующую роль искусства в том, что творческий процесс
снижает напряжение, ведущее к неврозу, и объективизирует внутренние
конфликты. Кононова, Анастази, Фолей используют
интегративно-креативистические возможности искусства как способы борьбы
с дезинтеграцией и беспорядочностью психики, средства влияния на
характер построения зрительных представлений, как способы регуляции и
реконструкции Эго при потере реальности.
С позиции адаптации арттерапия расценивается как интегрирующий
адаптационный механизм, предоставляющий человеку активную позицию в
отношении возможностей приспособления к среде, способствующей общей
гармонизации личности.
Широко распространены взгляды на арттерапию как на особую форму
отреагирования и сублимации. Художественная сублимация возникает тогда,
когда инстинктивный импульс человека заменяется визуальным,
художественно-образным представлением. Как полагают сторонники этой
концепции, творчество как одна из форм сублимации позволяет проявлять,
осознавать, а также выражать и тем самым отреагировать в искусстве
различные инстинктивные импульсы (сексуальные, агрессивные) и
эмоциональные состояния (депрессию, тоску, подавленность, страх, гнев,
неудовлетворенность и т. п.). Таким образом снижается опасность внешних
проявлений указанных переживаний в социально нежелательной деятельности.
Творчество рассматривается как средство максимального самовыражения,
позволяющее пациенту проявлять себя ярче, чем в письме или в речи, а
врачу обеспечивает прямой доступ к бессознательному. Кляйн рассматривает
рисование как компенсирующий акт, позволяющий больному подавить
брутальную агрессию. Некоторые исследователи считают рисование и лепку
средством снятия напряжения также за счет возврата к примитивным формам
функционирования и удовлетворения бессознательных желаний.
Осуществляется это путем сознательной творческой деятельности и
происходящей в процессе ее сублимации через выражение в символическом
виде внутренних конфликтов и неосознанных стремлений. Произведения
способствуют вытеснению, прорыву содержания комплексов в сознание и
переживанию сопутствующих им отрицательных эмоций. Это особенно важно
для больных, которые не могут «выговориться», выразить свои фантазии в
творчестве легче, чем о них рассказать. Фантазии, которые изображены на
бумаге, или выполнены в глине, нередко ускоряют и облегчают вербализацию
переживаний. В процессе работы ликвидируется или снижается защита,
которая есть при вербальном, привычном контакте, поэтому в результате
арттерапии больной правильнее и реальнее оценивает свои нарушения и
ощущения окружающего мира. Рисование, как и сновидение, снимает барьер
«эго-цензуры», затрудняющий словесное выражение бессознательных
конфликтных элементов. Творчество открывает путь к выражению
бессознательных идей и фантазий, которые проявляются в значимой для
пациента и необычной для всех остальных форме. Как один из вариантов
арттерапии используются зарисовки сновидений и возникающих во сне
чувств.
В практической работе врачи — сторонники сублимационного понимания
сущности арттерапии — предполагают создать такие условия, которые
позволили бы перевести асоциальные реакции больного в конструктивную
творческую деятельность. Считается целесообразным интенсифицировать
процесс, задавая специальные темы для творчества и обсуждая и
интерпретируя произведения больных.
Проективное рисование не является арттерапией в полном смысле этого
слова, поскольку здесь не ставится цель достижения эстетического
результата. В отличие от предыдущих направлений в работе с больными в
этом случае главное внимание уделяется отнюдь не процессу созидания.
Ведущим является целенаправленная ориентация психотерапевта на
проективный аспект процедуры и его сосредоточенность на информации.
Функция проективной терапии заключается в том, что проекция внутренних
представлений кристаллизуется и укрепляет в постоянной форме
воспоминания и фантазии. Арттерапия понимается в рамках «переноса»
отношений между пациентом и психотерапевтом, причем, если пациент не
понимает бессознательного содержания своей продукции, применяется
техника свободных ассоциаций.
Кратохвил рассматривает проективную арттерапию как предоставление
пациентам дополнительных средств, которые могут облегчить им выявление
сложной проблематики их состояний. В ходе проективной арттерапии должна
стимулироваться демонстрация чувств, отношений, состояний для того,
чтобы человек узнал, понял все эти чувства и преодолел их в себе.
Специфика проективного рисования заключается в том, что врач предлагает
больному сюжет проективного характера и потом обсуждает рисунки и
интерпретирует их.
При рассмотрении арттерапии как занятости предполагается, что
изобразительное творчество действует так же, как и другие подобные формы
работы с больными, что целеустремленная и плодотворная деятельность,
осуществляемая при арттерапии, является «оздоровляющим процессом»,
который ослабляет нарушения и объединяет здоровые реакции. В наиболее
простом варианте изобразительное творчество лишь отвлекает больных от их
болезненных переживаний. Особое значение придается коллективному
характеру занятий арттерапии. Им приписывается катализирующий и
коммуникативный эффект, способствующий улучшению самоощущения, пониманию
своей роли в обществе, собственного творческого потенциала и преодолению
трудностей самовыражения. Помимо того, что арттерапия является
интересной, эмоционально значимой формой занятости, она — еще и
дополнительный способ общения больных между собой. Совместное творчество
помогает пациенту познать мир другого человека, что облегчает социальную
адаптацию.
Физическое и физиологическое влияние арттерапии заключается в том, что
изобразительное творчество способствует улучшению координации,
восстановлению и более тонкому дифференцированию идеомоторных актов.
Нельзя недооценивать также непосредственное воздействие на организм
цвета, линий, формы. Работы де Фере открыли зависимость скорости
кровообращения и силы мускульных сокращений от цвета и освещения.
Например, в странах каллиграфического письма (Китай, Япония и др.) с
давних времен для лечения нервных потрясений применяется рисование
иероглифов. В настоящее время выяснилось, что при этом человек полностью
расслабляется и заметно снижается частота его пульса.
Следует остановиться на мнении тех, кто возражает против приписывания
арттерапии чрезмерного терапевтического эффекта и призывает к более
осторожной оценке ее полезности. Мадежска возражает против понимания
любого творческого акта как терапевтического на том основании, что
лечение предполагает «интеграцию» извне, то есть влияние, направленное
на пациента, в то время как при творчестве активность, наоборот, исходит
от самого больного. Против безоговорочного приписывания изобразительному
творчеству исцеляющих способностей возражает и Куби, который на примерах
жизнеописания известных художников указывает на то, что творческий и
невротический потенциалы реализуются сложным путем, и даже удачные
творческие проявления зачастую усиливают и усугубляют невротический
процесс, который, таким образом, не может быть оздоровляющим. Автор
считает, что в каждом случае отдельно надлежит анализировать причины
изменений, возникающих в процессе арттерапии, равно как и в случаях,
когда этих изменений не бывает, и оставлять открытым вопрос, почему
выражение бессознательных конфликтов в формах, которые официально
полезны, актуальны и даже красивы, не способствует решению этих
бессознательных конфликтов и не снижает разрушительных тенденций. Федерн
писал, что арттерапия при психозах может принести вред, поэтому врач
должен не выявлять комплексы, а стараться подавить или замедлить любые
спонтанные выражения бессознательного.
В целом показания к арттерапии достаточно обширны, тем более что ее
применение может «дозироваться» от относительно «поверхностной
занятости» до углубленного анализа скрытых индивидуальных переживаний.
Многоплановое воздействие искусства и творчества позволяет применять его
к пациентам разного возраста в самых широких диагностических пределах.
При рассмотрении показаний к арттерапии помимо клинической картины,
интенсивности переживаний и состояния эмоциональной сферы пациента
необходимо учитывать и его отношение и интерес к изобразительному
творчеству в преморбиде и во время болезни, подготовленность, интеллект
и многие другие факторы. Арттерапию можно применять на разных уровнях в
зависимости от степени вовлеченности пациента и роли, которую это
лечение выполняет: ее используют как основной и единственный метод
лечения, хотя чаще она выполняет синергические функции. Арттерапию можно
использовать как седативное средство при психомоторном возбуждении и
агрессивных тенденциях; она может выполнять функции отвлечения и
занятости, способна при социальной дезадаптации облегчить контакт и
помогать выявлять скрытые переживания. Она может также выполнять
активизирующие и адаптивные функции, оказывать и расслабляющее действие:
расслабление наступает после творческой активности при высвобождении
энергии снявшегося напряжения.
Что касается противопоказаний, то здесь может идти речь о состояниях, не
позволяющих больному определенное время усидеть за рабочим столом, или
когда больной мешает другим. Самыми трудными для психотерапевта являются
больные с выраженным психомоторным или маниакальным возбуждением, не
позволяющим им сосредоточить внимание на объекте действия. Также
противопоказанием являются расстройства сознания и тяжелые депрессивные
расстройства с уходом в себя.
Надо сказать, что некоторые авторы рекомендуют занятия арттерапии и в
качестве профилактического средства, как своеобразный способ обсуждения
эмоционального дискомфорта. Клумбиес и соавт. рекомендуют свободное
рисование при нарастающих расстройствах сна, а Порембески-Грау
использовала рисование и игры с красками в качестве
психопрофилактического метода «созидательного тренинга» на основании
концепции, согласно которой такие игры позволяют уменьшить стресс и
фрустрацию, вернуть ощущение собственной ценности, освободиться от
сомнений в своих способностях. Таким образом, можно сказать, что в
арттерапии важно выполнять одно основное условие: ее нельзя проводить
формально, только тогда она может быть целесообразной и эффективной при
активном психотерапевтическом содержании.
Арттерапию можно проводить с одним пациентом, с супругами, со всей
семьей, в коллективе и группе. Арттерапевт должен предоставить
участникам необходимые для художественного творчества материалы и
инструменты: наборы красок, карандашей, мелков, кисти, глину для лепки,
а также деревяшки, камни, лоскуты материи, бумагу. Можно предложить
пациентам самим приносить любые необходимые им материалы, тем самым
оказывать помощь группе. Место занятий должно быть хорошо освещенным и
таким, чтобы участники могли свободно передвигаться. Функции
арттерапевта достаточно сложны и меняются в зависимости от ситуации. Ему
необходимо владеть определенными навыками художественного и
декоративно-прикладного искусства, так как при проведении арттерапии
приходится не только рассказывать, но и показывать определенные
технические приемы художественного творчества. Арттерапевту требуются
систематические самостоятельные занятия художественным творчеством, что
позволяет ему лучше чувствовать и осознавать многие процессы, благодаря
которым в значительной мере реализуется психотерапевтический потенциал
метода. Он должен учитывать психическое состояние пациента, его
личностные особенности, подготовленность, интеллект и многие другие
факторы. Непосредственно участвует в совместной работе больных,
включается в общую беседу о проблемах пациентов, и поскольку его
зачастую воспринимают как члена группы, его присутствие не мешает
свободному общению и созданию доверительной, неавторитарной обстановки.
Арттерапевт участвует в развитии эстетических навыков у пациентов.
На первом этапе при занятиях арттерапией необходимо преодолеть
сопротивление, связанное с распространенным «комплексом неумения»,
смущением перед непривычным занятием. Это тесно связано с выработкой
установки на дальнейшее лечение, так как от степени личного участия,
активности больного, его вовлеченности в работу зависит эффективность
терапии. Следует пытаться заинтересовать больного происходящим,
адресуясь к его эмоциям, любознательности, интересам и склонностям,
предлагая ему полезную и увлекательную информацию, приглашая на
специальные теоретические беседы. Информативный этап работы включает
ознакомление больного с основами техники изобразительного искусства,
беседу о творчестве самых разных направлений и стилей, посещение музеев
и выставок. На этом этапе решаются вопросы социально-коммуникативного
характера. Необходимо помнить, что тактичное, мягкое поощрение,
обязательная похвала работы — искренняя, но ни в коей мере не
чрезмерная, интерес к работам каждого и стремление найти в произведении
повод для одобрения, будь то содержание, удачно найденный цвет, линия,
образ и т. д., обычно способствуют не только заинтересованности, но и
повышению самооценки, старательности и энтузиазму, вниманию к
собственной работе, увлеченности.
Совсем не обязательно придерживаться какого-либо жесткого, строго
определенного набора тем, соблюдая их последовательность. Темы
охватывают различные области жизни пациента или группы и являются лишь
ориентирами.
1. Собственное прошлое и настоящее: представление о себе; как я предстаю
перед окружающими; моя самая главная проблема; мое самое плохое
впечатление; я и моя болезнь; чего я боюсь; наша семья; мои родители;
мой главный недостаток и достоинство; я среди людей; что мне не нравится
в людях; кто я; я в виде животного; жизненный путь; мои сны.
2. Будущее, цели и абстрактные понятия: каким я бы хотел быть; жизнь без
болезни; кем бы я хотел быть; если бы я был чародеем; моя родина; три
желания; я через десять лет; любовь; ненависть; красота; добро; тоска;
свобода; сила; слабость; зависимость; независимость; женственность;
достоинство мужчины; концентрация; напряжение; страх; боль; желание.
3. Отношения в группе: наша группа; мое положение в группе; моя проблема
и отношения в группе; настроение по поводу сегодняшней встречи в группе;
группа в виде животных; группа в виде цирка; волшебник изменил группу;
группа в пустыне; встреча группы с бедуинами; группа воюет с драконом;
группа отправляется на бал-маскарад; наше королевство; что я людям даю и
чего я от них жду; портреты членов группы.
Предложение тем происходит различными путями. Степень предоставления
инициативы в группе зависит от этапа ее работы. На начальных этапах
работы группы более целесообразным является выдвижение тем
арттерапевтом, в дальнейшем активность предоставляется участникам
группы. Темы должны предлагаться в определенной последовательности,
учитывающей, во-первых естественное сопротивление пациентов, не умеющих
рисовать или лепить людей, и, во-вторых, первоочередные задачи группы.
Собственно формулировка темы не является самоцелью. Основным требованием
к теме является ее потенциальная способность быть катализатором
последующего обсуждения. В тех случаях, когда тема неудачна, пишет
Малколм, при обсуждении имеет место «летаргичность и вязкость» беседы.
Бывает, что даже «проверенная», «работающая» тема, предложенная в
неподходящий момент или без учета состава группы, становиться
неэффективной. Поэтому тема должна быть своевременной, вытекать из
общезначимых (но не «запретных», трудных для открытого обсуждения)
проблем и учитывать переживания конкретных членов группы, опираться на
изучение прошлого участников, ход группового процесса.
Когда пациент преодолевает сопротивление, что можно определить по
уменьшению формальности в работе, арттерапевт может приступить к
основному этапу работы, то есть непосредственному решению лечебных
задач. Необходимо помнить, что изобразительное творчество усиливает
действие словесного самовыражения. Рисунок, лепка, вышивка и др. — это
не просто более широкое раскрытие сообщаемого, но и документ, к которому
можно вернуться в будущем. Поэтому арттерапевт может советовать пациенту
записать важные мысли, которые возникли у него в ходе работы.
Преимущество арттерапии заключается в возможности более глубоко оценить
поведение пациентов, составить мнение, на каком этапе жизни находится
больной — в рисунках и поделках могут находить отражения не только
сиюминутные мысли, но и относящиеся к будущему и прошлому больного, — а
также в выявлении подавленных и скрытых переживаний, причем все это,
выраженное в изобразительной форме, может стать ярким дневником жизни и
лечения. В своей книге «Терапия творческим самовыражением» Бурно
отмечает не только диагностическую, но и, в основном, терапевтическую
ценность регулярного отражения своего жизненного пути в творчестве
больного. Ландгартен настоятельно рекомендует пациентам возвращаться к
своим старым работам «для усиления инсайта и уяснения динамики».
Считается важным и выявление индивидуальной символики каждого больного,
которая может выражать его стремления в разные моменты жизни. Юнг
отрицает целесообразность детального выяснения и обозначения смысла
изображенного самим арттерапевтом, предпочитая осторожное отношение к
пациенту на основании вчувствования в его работу.
Говоря об отношении больных к арттерапии, следует отметить, что хотя она
и популярна среди них, но здесь не приходится говорить о спонтанной
творческой активности. Такое отношение к изобразительному творчеству
можно рассматривать с точки зрения его влияния на терапевтический
процесс, поскольку успех во многом зависит от того, как больные
воспринимают эти занятия, что и определяет их эффективность.
Представления больных о положительном терапевтическом эффекте занятий
оказались во многом обусловлены положительными эмоциями от впечатления о
своих работах и общей установки больного на лечение. При значимой
установке искусство воспринимается как фактор саморегуляции и повышения
собственного творческого потенциала, а у больных со слабой установкой
эти виды активного воздействия теряют смысл саморегуляции при
одновременном снижении терапевтической ценности, приобретая лишь
значение услуг персонала.
В артгруппе и эстетические, и внеэстетические эффекты лечебного
воздействия тесно переплетаются с психотерапевтическими групповыми
эффектами, например возможностью большего коммуникативного воздействия
творчества на одну и ту же тему, катарсическим и катализирующим
влиянием, изменением самооценки и способностью к преодолению фрустраций.
Возможности лечебного рисования, лепки, вышивки и группы здесь
естественно и гармонично сочетаются, усиливая друг друга, образуя
рациональное единство и содержание. Артгруппу, в сущности, можно считать
вариантом групповой психотерапии, в котором изобразительное творчество
используется как основной инструмент, потенциально обеспечивающий
достижение определенного результата. Целесообразнее использовать в
практике только длительное лечение (иногда несколько занятий подряд),
прежде всего чтобы не упускать воздействия чистого творческого фактора.
Кроме того, длительная арттерапия, оставляя пациента наедине с проблемой
на более долгий срок, заставляет его глубже погрузиться в нее,
интенсивнее сконцентрироваться на проблеме, всесторонне анализируя ее и
добиваясь катарсиса. При длительной деятельности возрастает и групповое
общение, развивается чувство групповой сплоченности, солидарности.
Естественное сравнение работ побуждает каждого участника группы
прилагать сравнительно большие старания, заниматься с самоотдачей,
варьировать решение, для чего также необходимо время. При длительном
совместном творчестве лучше понимаются трудности соседа и легче
преодолеваются фрустрационные факторы. Группы обычно состоят из 8-10
человек. Активное участие в процессе является обязательным условием для
всех членов группы. Начало групповой работы обязательно предваряется
специальной беседой, в которой разъясняется смысл арттерапии для
функционирования группы и демонстрируются работы участников предыдущих
групп. Кроме того, на первых занятиях могут проводиться творческие игры,
направленные на возобновление знакомства с изобразительными материалами,
снижение напряжения. Постепенно процесс арттерапии перестает быть
проблемой, исчезает страх, уменьшаются возражения, связанные с
трудностью изображения, и в центре внимания оказывается не само
произведение, а его автор. Появляется аналитическое обсуждение,
связываемое с личностью автора, у больных возникают предположения по
задаваемым темам, серьезные и обобщающие оценки, эмоции.
Обсуждение работ происходит непосредственно после окончания рисования,
лепки, изготовления поделок. Дискуссия начинается с предложения
арттерапевта вдуматься, вчувствоваться в рисунок, изделие, чтобы понять,
что говорит этим автор. Арттерапевт может подключиться к обсуждению на
общих правах, но предпочтительно, особенно вначале, в форме вопросов к
интерпретирующим, так как интерпретации самого арттерапевта
воспринимаются остальными членами группы с ожиданием его «всезнания» и
могут сковывать, тормозить инициативу группы. Задачей арттерапевта при
обсуждении является стимуляция дискуссии и использование информации,
возникающей в ходе занятия не только из законченных работ, но и из
особенностей поведения членов группы.
Возможны несколько вариантов предъявления произведений для обсуждения:
1. Предъявление произведений арттерапевтом в целесообразной, по его
мнению, последовательности, так чтобы каждая следующая работа усиливала,
стимулировала обсуждение одной направленности.
2. Предъявление работ вслепую.
3. Выбор работы голосованием, в котором арттерапевт участвует на равных
правах с остальными членами группы, что дает арттерапевту возможность
сочетать спонтанную активность группы с терапевтическими целями.
4. Попарное обсуждение. При таком взаимном рецензировании выравнивается
активность членов группы, практически исключается полное неучастие
кого-либо в обсуждении, и есть возможность использовать взаимный интерес
группы друг к другу.
5. Одновременная экспозиция: работы всех авторов выставляются на стенде
или раскладываются на полу.
Контрольные вопросы
1. В появлении современной арттерапии существенное значение имели
следующие теоретические ее основы, кроме:
1) аналитической психологии Юнга;
2) теории научения;
3) динамической теории терапевтической помощи графическим самовыражением
(Наумберг);
4) психоаналитических воззрений Фрейда.
2. Основные цели арттерапии — все указанные кроме:
1) активизации общения пациента с психотерапевтом или
психотерапевтической группой в целом;
2) более тонкого выражения своих переживаний, проблем;
3) развития у больного способности стать художником, скульптором и др.;
4) высвобождения скрытого в каждом пациенте потенциала самореализации.