Гипертоническая энцефалопатия (Ганнушкина И.В.) - часть 2

в крови перед гипертоническим кризом, которая должна быть 
еще более высокой и существенно отличаться от физиологиче­
ской. 

Другая группа моделей острой артериальной гипертензии 

методически более трудоемкая, но ее достоинством является 
возможность получить прирост АД без введения каких-либо 
химических препаратов. Первая из них — сужение или даже 
перекрытие грудной аорты выше отхождения почечных артерий, 

имитирующее коарктацию аорты и повышение АД выше ее. 
Вариантом данной модели является перекрытие аорты в более 
высоких отделах, сразу же после отхождения брахиоцефальных 
артерий [Waltz A. G., Yamaguchi Т., 1970]. Хорошим аналогом 
этой модели следует считать эндоваскулярное закрытие просве­

та аорты баллоном-катетером, позволяющее без грубых трав­

матических процедур многократно воспроизводить острую арте­
риальную гипертензию головного конца тела у одного и того же 
животного [Митагвария Н. П. и др., 1976]. 

Эти модели позволили подтвердить, что резкое повышение 

АД вызывает СРА МК и его первичное увеличение. Нельзя, 

однако, и в этих моделях исключить влияний эндогенных вазо-

активных гормонов, прежде всего катёхоламинов и системы 
ренин — ангиотензин. При этом, подтверждая точку зрения 
S. Strandgaard и соавт. (1976) об отсутствии фармакологиче­

ского влияния ангиотензина на МК, которое было опосредовано 

через высокое АД, A. Agnoli и соавт. (1968), J. С. Jr. Greenfild, 
G. Т. Tindal (1968), С. Асаг и соавт. (1978) показали его пря­
мой вазоконстрикторный эффект при микроаппликациях па пи-

альные артерии. Правда, это влияние преодолевается гемодина-
мическими воздействиями на сосуды мозга при повышении АД, 
о чем выше было сказано. 

Избежать и этих возражений позволяет использованная в 

последние годы методика повышения внутрисосудистого давле­
ния в одном из полушарий мозга путем очень быстрого введения 

(за секунду) в одну из внутренних сонных артерий крысы через 

язычную артерию при перевязанных остальных ветвях сонных 
артерий 1 мл аутологичнои крови, полученной путем предвари­
тельного очень медленного (30-минутного) извлечения крови. 

В условиях этой модели были получены однозначные данные 

о СРА МК с его увеличением и вторичными процессами только 
в одном полушарии. Другое полушарие служило контролем, так 

как в нем не успевали происходить такие же острые гемодина-
мические сдвиги. Изучение изменений, происходящих в контроль­
ном полушарии, позволяло исключить влияние любых экзо- или 
эндогенных циркулирующих веществ. 

Вариантом этой же модели — острого повышения внутрисо­

судистого давления путем введения аутологичнои крови в одну 

из внутренних сонных артерий — является методика, использо­
ванная Т. Kuroiwa и соавт. (1985) на кроликах. Авторы вводили 
катетер через язычную артерию и тем самым получали возмож-

21 

ность перекрыть наружную сонную артерию и измерять давле­
ние в области бифуркации. Болюс аутологичной крови предва­
рительно медленно извлекали из бедренной артерии, в которой 
измеряли АД и брали образцы крови для определения рН и 
содержания газов крови. Аутологичную кровь вводили через 
катетер в общей сонной артерии в течение 20 с. Это время при­
ближает использованную модель ко многим другим, особенно 
к химически индуцированным гипертензиям. Особенностью-дан­
ной модели было исключительно высокое АД, под которым вво­
дили болюс собственной крови животного. Внутрисосудистое 

давление достигало 360—400 мм рт. ст., что ранее в литературе 

не было описано. Как известно, наиболее высокими цифрами 
АД бывают 280—290 мм рт. ст. 

Хотя АД на уровне 360—400 мм рт. ст. можно достичь толь­

ко механическим путем, вызываемые им сосудистые реакции 

должны носить характер резко усиленный, модельный. С этих 

позиций полученный авторами материал представляет большой 
интерес. По-видимому, при использовании таких моделей опы­

тов их результаты нельзя сравнивать по количественным харак­
теристикам, но развитие патологического процесса в ответ на 
такое повышение АД может дать представление о самых тяже­
лых проявлениях СРА МК, если данный механизм действитель­

но является ведущим патогенетическим фактором нарушений 
мозгового кровообращения при остром повышении АД. 

Вариантом этой же модели является использованная Z. Nagy 

(1979) методика получения острого повышения внутрисосуди-

стого давления путем внутрикаротидного введения под давле­
нием 300—340 мм рт. ст.,болюса изотонического раствора хло­
рида натрия. В этих опытах также было получено нарушение 
мозгового кровообращение только на стороне, кровоснабжение 
которой осуществлялось по артерии с механически повышенным 

давлением. 

Значение острого повышения АД для возникновения СРА 

МК в одном из полушарий мозга было отмечено также в опы­
тах с предварительной (перед повышением АД) перевязкой 
одной из общих сонных артерий. Защитный эффект от острого 
повышения АД на стороне закрытого сосуда получили у крыс 
В. Johansson (1976) и у кроликов Т. В. Галайда (1980). Если 

проходило некоторое время, достаточное для развития колла­

терального кровообращения, когда тонус сосудов мозга на сто­

роне перевязанной артерии мог снижаться (в наших опытах 
30 мин), то такое же повышение АД вызывало большее повреж­

дение сосудов мозга на стороне перевязки. Это подтвердило 

еще раз неблагоприятный эффект снижения тонуса сосудов 
мозга перед острым повышением АД. Такие же однозначные 

результаты гемодинамического воздействия повышения АД при 
сниженном тонусе сосудов мозга были обнаружены Т. В. Га-

лайдой в опытах на кроликах, у которых воспроизводили суже­

ние или извитость одной из сонных артерий. 

22 

Важную модель СРА МК получили I. Klatzo и соавт. (1984) 

и К.-А. Hossmann и соавт. (1982) на монгольских песчанках 
и кошках с рециркуляцией крови в течение 1—3 ч после ишемии 
мозга. Внезапное восстановление кровотока по предварительно 
закрытой артерии приводило к острому гемодинамическому по­
вреждению сосудистой системы мозга, хотя величина АД в этих 
условиях не превышала верхнюю границу ауторегуляции МК. 

Действительно, при получении временной ишемии мозга, осо­

бенно на монгольских песчанках, пользуются, как правило, за­
крытием одной или обеих общих сонных артерий на шее, продол­
жающимся какое-то ограниченное время, чаще всего в течение 

3—5 мин. За это время в ткани мозга происходят определенные 
метаболические изменения: снижение содержания макроергиче-
ских соединений, усиление анаэробного пути "окисления субстра­
тов с накоплением вследствие этого молочной кислоты, повреж­
дение многих ферментов, К- и Na-АФТазы с выходом калия из 

клеток во внеклеточное пространство, исчерпание пула глюкозы 
и другие энергетические изменения, приводящие затем к по­

вреждению остальных видов обмена (белкового, жирового и т. д.) 

и ишемическому изменению нервной ткани. Как стало ясно из 
работ последних лет, многие продукты измененного метаболиз­
ма нервной ткани вызывают снижение тонуса сосудов мозга 

(лактацидоз, накопление калия, аденозина). Этому же способ­

ствует снижение внутрисосудистого давления в бассейнах сосу­
дов с ослабленным кровотоком. Внезапное восстановление кро­

вотока в этих условиях по общим сонным артериям действи­

тельно приводит к резкому повышению внутрисосудистого дав­
ления (от крайне низких цифр до нормальных или даже не­

сколько более высоких, учитывая раздражение каротидного 
синуса, которое возникает при закрытии общей сонной артерии). 
При этом давление увеличивается в сосудах мозга со снижен­
ным исходным их тонусом. Именно в этих условиях рециркуля­
ции крови после периода ишемии удается наблюдать ряд фено­
менов, типичных для срыва реакции ауторегуляции МК у ее 
верхней границы, хотя, как было отмечено, формально АД мо­
жет не меняться. 

При этом увеличивается МК, повреждается проницаемость 

ГЭБ для белков крови, чего никогда не наблюдается при разви­
тии ишемии мозга без резкой рециркуляции. Установлено, что 
при «чистом» ишемическом повреждении мозга повышение про­
ницаемости ГЭБ может возникать не ранее чем через 3 сут. 

Мозговой кровоток при острой артериальной гипертензии. 

Состояние мозгового кровообращения при артериальной гипер­
тензии привлекало внимание исследователей еще в прошлом 

веке. Впервые в 1859 г. A. Kussmaul и A. Tenner предположили, 
что при повышении АД происходит спазм сосудов мозга, вызы­
вающий ишемическое повреждение нервной ткани. Противопо­
ложную точку зрения высказал L. Traube (1871). Он считал, 
что повышение АД приводит к перерастяжению мозговых арте-

23 

рий, отеку и вторичным ишемическим изменениям мозга. Как 
известно, обе точки зрения до настоящего времени обсуждаются, 

причем приверженцы каждой из них находят факты, как будто 

бы подтверждающие справедливость каждой из них. В конеч­
ном счете обе концепции подтверждают ишемическое поражение 
мозга. Однако с позиций спазма это поражение возникает пер­
вично и, следовательно, требует воздействия вазодилататорными 

препаратами. Согласно гипотезе о ведущей роли перерастяже­
ния сосудов мозга с последующим развитием отека, сдавления 
сосудистого русла мозга и его вторичной ишемии, терапия долж­
на быть направлена на ликвидацию отека мозга, а использова­
ние вазодилататоров не показано. Иными словами, ответ на 
вопрос о ведущей роли спазма сосудов мозга или их перерастя­
жения в патогенезе повреждения сосудов и ткани мозга высо­
ким АД носит не только академический характер. Решение дан 

ного вопроса влечет за собой весьма существенные заключение 
об истинном патогенезе этих изменений и в связи с тем или 
иным выводом — к терапевтическим рекомендациям, которые 
носят по существу альтернативный характер. 

О состоянии МК при повышении АД, как и при других его 

изменениях, можно судить, используя метод S. S. Kety и 

С. F. Schmidt (1945), основанный на принципе Фика и позво­
ляющий по артериовенозной разнице в концентрации индика­
тора определять МК как в одном, так и в обоих полушариях. 

Модификации метода измерения МК привели к тому, что в на­
стоящее время существуют способы его измерения в различных 
участках мозга (от 4—8 до 200 и более в каждом полушарии) 
с возможностью выделять МК серого и белого вещества. Еще 

более дискретные данные о МК в наименее мелких отделах моз­
га с объемом менее 1 мм

3

 получают с помощью так называе­

мого метода Н

2

-клиренса с использованием вживленных элект­

родов. При экспериментальных исследованиях у животных воз­
можности измерения МК в настоящее время позволяют его 
определять в микроскопически малых объемах и, таким обра­

зом, соотносить с функционированием отдельных «нейронных 
ансамблей». 

Наиболее полно принципы изучения сосудистой системы 

головного мозга человека обобщили Ю. Е. Москаленко и 
В. А. Хилько (1984). 

Основные данные, полученные с использованием различных 

методов измерения МК, заключались в установлении ауторегу-

ляции МК, т. е. его независимости от сдвигов АД. Первые ис­
следования сделал М. Fog (1934). Автор выявил изменения 
диаметра сосудов мозга через «окно» в черепе при изменении 
АД у животных. Однако данные об ауторегуляции МК у чело­
века впервые обобщены лишь в 1959 г. N. A. Lassen, который 

показал, что существует так называемая нижняя граница ауто­
регуляции МК. До тех пор пока снижение АД не достигнет 

определенного значения, различного в разных случаях и зави-

24 

сящего от ряда факторов, МК не меняется. При снижении АД 
ниже этой границы МК начинает «пассивно следовать» за АД, 

т. е. тоже снижаться. Наибольшим достижением 70-х годов было 
выявление верхней границы ауторегуляции МК, т. е. такой ве­
личины АД, прирост выше которого также влечет за собой 
пассивное изменение МК, т. е. его увеличение (рис. 3). Указан­
ное «пассивное следование» МК за АД, т. е. его снижение при 

падающем АД или, наоборот, его увеличение при повышении 
АД, в литературе получило название  с р ы в а  р е а к ц и и  а у т о ­
р е г у л я ц и и МК (breakthrough or breakdown). 

Величина прироста АД, при котором происходит СРА МК, 

в разных экспериментах неодинакова. Так, у собак, по данным 
В. Ekstrom-Jodal и соавт. (1971), в условиях нормокапнии СРА 
МК не возникает даже при повышении АД до 225 мм рт. ст., 

что достигалось пережатием аорты выше отхождения почечных 

артерий. Измерение МК в полушариях мозга методом внутри-
каротидного введения

 85

Кг не выявило каких-либо его сдвигов, 

т. е. ауторегуляция МК сохранялась. МК изменялся при про­
ведении той же процедуры — пережатии аорты, если опыты вы­

полнялись в условиях гиперкапнии. При умеренной гиперкапнии 
МК не изменялся при повышении АД до 150 мм рт. ст. Большее 

повышение АД сопровождалось увеличением МК, т. е. СРА МК. 
При более выраженной гиперкапнии (60 мм рт. ст.) СРА МК 
возникал уже при повышении АД всего до 125 мм рт. ст. 
S. Strandgaard и соавт. (1974) показали, что в условиях нормо­

капнии СРА МК может наступать у обезьян (бабуинов) при 
более низких цифрах АД (120—150 мм рт. ст.) или при повы­
шении среднего АД на 40% от исходного уровня. У обезьян 

(макака резус), согласно данным R. L. Grubb и соавт. (1973), 

СРА МК возникает при более высоких цифрах АД (около 

180 мм рт. ст.). Такие же достаточно высокие цифры АД (до 
160 мм рт. ст.) необходимы и для кошек, чтобы в условиях 

нормокапнии получить СРА МК [Масленников И. В., 1978; 
Митагвария Н. П., 1984; Mac Kenzie Е. Т. et al., 1976]. У крыс 

СРА МК также возникает при достаточно высоких цифрах АД 

25 

(около 180 мм рт. ст.) [Johansson В. et al., 1978]. В противо­

положность этому у кроликов СРА МК может возникать при до­
статочно больших колебаниях максимального повышения АД. 

По нашим данным, СРАМК у кроликов возникал при повышении 
АД выше 160 мм рт. ст. [Ганнушкина И. В. и др., 1973]. В экс­

периментах на кроликах Н. В. Dinsdale и соавт. (1974) получи­

ли СРА МК при очень высоких цифрах АД—'230 мм рт. ст. 

Объяснить эти различия в величине прироста АД, сопровож­
дающегося СРА МК, по-видимому, однозначно нельзя, поскольку 

в разных экспериментальных условиях могли быть некоторые 
трудно поддающиеся учету методические особенности. Кроме 
того, можно предположить, что у разных животных важную 
роль в развитии СРА МК при повышении АД до разных уровней 
может играть различная выраженность развития средней обо­
лочки артерий мозга. Согласно данным В. П. Шафрановой 

(1967), наименьшее значение индекса Карнегана обнаружива­

ется у кроликов, у которых СРА МК может возникать при мень­
шем приросте АД, чем у других животных (собак, кошек, крыс). 
Индекс Карнегана, как известно, является величиной, отражаю­
щей отношение толщины мышечной оболочки артерии к ее диа­
метру. Таким образом, он позволяет судить как бы о мощности 
ее среднего слоя. 

С о с т о я н и е  М К в  с е р о м и  б е л о м  в е щ е с т в е при 

констатации СРА МК в каждом конкретном случае оказывает­

ся различным. Во-первых, с помощью методов определения МК 
в отдельных областях, а не во всем мозге или его полушариях 

выявляется гетерогенная картина изменения МК. Мы впервые 
установили, что у одного животного обнаруживаются участки 
мозга как с увеличенным, так и с неизмененным МК [Ганнушки­

на И. В. и др., 1972]. Однако указанный факт гетерогенного 
изменения МК при повышении АД может быть выявлен только 
с помощью таких методов определения МК, которые позволяют 
его измерять в относительно малых объемах. Мы использовали 
метод Н

2

-клиренса с предварительно вживленными в разные 

отделы мозга 2—4 платиновыми электродами диаметром 200 мкм. 

Эксперименты позволили установить не менее трех основных 

вариантов состояния МК при остром повышении АД у кроли­
ков. Как уже отмечалось, в отдельных участках мозга МК не 
изменялся. Одновременно с этим было установлено, что в ответ 
на острое повышение АД в некоторых участках мозга локаль­

ный МК увеличивался на высоте прироста АД, но уже через 
6—8 мин локальный МК нормализовался. Такой тип реакции 
был достаточно частым. Однако наряду с нормализацией ло­
кального МК был отмечен еще один тип реакции: после фазы 
увеличения локального МК он оставался увеличенным или, на­
против, прогрессивно и резко уменьшался (ниже исходных ве­

личин вплоть до неизмеряемых). Как правило, менее выражен­

ные изменения МК мы регистрировали в белом веществе, где 
прирост МК мог составлять 40—50%. В сером веществе эти на-

26 

рушения были значительно большими и составляли, по нашим 

данным, 15—300%. 

Полностью подтвердили наши данные Н. П. Митагвария и 

соавт. (1977—1984), использовав модификацию метода Н

2

-кли-

ренса с помощью электрохимической генерации Н

2

 непосред­

ственно в исследуемый участок ткани мозга кошек. Эти авторы 
также выявили гетерогенное изменение МК в разных микро­
участках вещества мозга в ответ на изменение АД. Причем ока­
залось, что при повышении АД в разных участках мозга МК не 
меняется или же увеличивается, а затем нормализуется или 

держится на высоком уровне; в дальнейшем может быть зна­
чительное снижение МК (ниже исходного уровня). 

Весьма наглядно гетерогенность изменений МК при остром 

повышении АД выявляется при использовании различных моди­
фикаций авторадиографического определения локального МК 
на гистологических срезах мозга или в отдельных образцах, взя­

тых из различных участков вещества мозга. Различная степень 
гиперперфузии разных отделов мозга особенно четко была про­
слежена Н. В. Dinsdale и соавт. (1974), использовавшими анти­
пирин, меченный

 14

С, а также В. Johansson (1976), работавший 

с помощью антипирина, меченного

  1 2 5

1, или никотина битартра-

та, меченного

 3

Н [Suzuki T. et al., 1984], а также другими ав­

торами. Можно отметить, что увеличение локального МК чаще 
всего бывает исключительно высоким, превышающим исходные 
данные на 200%, а в остальных областях — в преоптической, 
в латеральном бледном шаре, в центральном сером веществе — 
более чем на 500%. 

Специальный анализ особенностей СРА МК в сером и белом 

веществе мозга, как это уже указывалось, позволил установить, 
что у кроликов в наших опытах СРА МК в сером веществе при­
водил к приросту МК на 15—300%, тогда как в подлежащем 
белом веществе он составлял 40—50%. В исследовании 
S. Strandgaard и соавт. (1975) с помощью внутриартериального 
введения

  ш

Х е и анализа кривых его выведения по составляю­

щим также было установлено, что прирост МК, т. е. СР МК при 
остром повышении АД, в основном происходит за счет серого 
вещества. В. Johansson (1974) получила большой разброс при­
роста МК в сером веществе мозга кошек (30—130%) при ост­
ром повышении АД и менее выраженное изменение МК в бе­

лом веществе. 

Трудность получения СРА МК в сосудах белого вещества мы 

объясняли тем, что артерии коры больших полушарий мозга, 
как более мелкие и короткие по сравнению с артериями белого 
вещества, имеют более тонкую мышечную оболочку, обладаю­
щую меньшей мощностью и ограниченной возможностью про­
тивостоять повышению внутрисосудистого давления при остром 
повышении АД [Ганнушкина И. В., Шафранова В. П., 1975]. 
Косвенным подтверждением этой точки зрения были наши дан­
ные, полученные в 1972, 1973 гг., а также результаты исследо-

27 

ваний В. Johansson (1975) и S. Strandgaard и соавт. (1975). 
Оказалось, что по мере развития гипертрофии мышечной обо­

лочки артерий у животных с хронической гипертензией СРА МК 

можно получить при повышении АД до более высоких цифр 

(см. ниже). 

Итак, данные литературы позволяют прийти к выводу о том, 

что наряду с нижней границей ауторегуляции МК существует 

и ее верхняя граница, для которой характерно АД около 

160 мм рт. ст. с некоторыми колебаниями в зависимости от вида 

экспериментальных животных и способа подъема АД с большей 

ранимостью сосудов коры больших полушарий по сравнению 
с другими областями мозга. 

Изучение реакции МК у человека с помощью специальных 

проб, повышающих АД, также показало наличие верхней гра­
ницы ауторегуляции МК. Так, N. Т. Mathew и соавт. (1975) 
отметили, что изменения МК возникают при подъеме АД, выз­
ванном введением арамина. L. Jr. McHenry и соавт. (1974) вы­

явили сохранность ауторегуляции у обследуемых при повыше­
нии АД на 32 мм рт. ст. с помощью метраминола. Исчезновение 
ауторегуляции у этих же лиц авторы обнаружили только при 

повышении АД не менее чем на 56 мм рт. ст. Интересно, что 
уже в первой работе по изучению СРА МК у человека Е. Skin-
hoj, S. Strandgaard (1973) показали увеличение МК при соот­
ветствующем приросте АД. Более того, авторы отметили четкое 
соответствие самочувствия больных величине прироста МК. При 

приросте МК на 75% больной не предъявлял никаких субъек­

тивных жалоб. Другой больной почувствовал легкую головную 

боль и недомогание при увеличении МК вдвое, вызванном по­
вышением АД с ПО до 164 мм рт. ст. Большой интерес пред­
ставлял третий больной, у которого приступы мигрени сопро­

вождались артериальной гипертензией с повышением АД до 

180/120 мм рт. ст. У этого больного МК был измерен на сле­

дующий день после типичного приступа мигрени с сильной го­

ловной болью и затемнением сознания. Оказалось, что МК у 
этого больного в 3 раза превышал его нормальные величины, 
составляя 140 мл/(100 мг-мин), и сопровождался лактацидозом 
ликвора (лактат 3,2 мМ, рН 7,16). У этого больного в ближай­

шие сутки МК резко снизился до 26 мл/(100 мг-мин), а внутри­
черепное давление повысилось до 21 см вод. ст. Таким образом, 
в целом мозге больного развились изменения МК, наблюдав­

шиеся нами у животных как третий тип, когда резкое уве­

личение МК вызывает образование отека мозга и при­

водит к вторичному снижению МК, т. е. вторичной ишемии 

мозга. 

Таким образом, повышение АД является основным фактором, 

вызывающим СРА МК. Поэтому необходимо рассмотреть н е-

к о т о р ы е  х а р а к т е р и с т и к и  и з м е н е н и я АД, влияю­
щие на этот процесс. В настоящее время среди них выделяют 
быстроту повышения, максимальную величину и степень приро-

28 

ста АД по сравнению с исходным уровнем, а также про­
должительность сохранения АД на высоких цифрах — 
«плато». 

Значение скорости прироста АД для развития СРА МК вы­

явили Е. Haggendal и В. Johansson (1972) в опытах на кошках 
с медленным ступенеобразным и быстрым повышением АД, 

когда каждый прирост АД в первом случае не превышал 20- -
40 мм рт. ст., а во втором — был не менее 80 мм рт. ст., хотя 
в целом АД повышали до одинаковых цифр — до 180— 
248 мм рт. ст. В данной работе для повышения АД внутривенно 
вводили арамин, а о СРА МК судили по повреждению прони­
цаемости ГЭБ для альбумина, меченного синим Эванса (способ 

общепринятый, ниже он будет рассмотрен). Оказалось, что ни в 
одном опыте с медленным повышением АД даже до исключи­
тельно высоких цифр не было обнаружено повреждения прони­
цаемости ГЭБ. В противоположность этому во всех опытах 
с быстрым и достаточно выраженным приростом АД наблюда­
лось повреждение проницаемости ГЭБ. Значение скорости по­

вышения АД подтвердили L. M. Auer (1977), Т. В. Галайда и 
Т. В.Рясина (1980), в частности для проницаемости ГЭБ для аль­

бумина, меченного синим Эванса. Эта работа позволила выявить 
четкую зависимость тяжести повреждения ГЭБ от величины 

повышения АД (рис. 4). Столь же четкая зависимость была 
установлена между тяжестью повреждения ГЭБ и скоростью 
прироста АД, рассчитанного в течение первых 20 с от начала 
повышения АД (рис. 5). Сопоставление двух подгрупп живот­
ных с менее выраженным (34—50 мм рт. ст.) и с более резким 
приростом АД (51—80 мм рт. ст.) за 20 с в нашей модели 

с внутривенным введением норадреналина позволило выявить, 
что действительно в первой подгруппе выход метки наблюдался 

у 50% животных. Во второй подгруппе количество случаев с вы­

ходом и без выхода метки достоверно различается (рис. 6). Из 
графиков видно также, что важную роль играют не только 

29 

величина и скорость прироста АД, но и его исходный уровень 
у разных животных. Согласно данным Т. В. Галайды, решаю­
щую роль играет максимальная величина АД, превышающая 
верхнюю границу ауторегуляции МК у здоровых животных. 
Самые незначительные признаки повреждения ГЭБ отмечались 
при АД 150—160 мм рт. ст. [Ганнушкина И. В. и др., 1974], 

тогда как при более высоких цифрах АД (175 мм рт. ст.) чаще 
возникали более тяжелые повреждения проницаемости ГЭБ. 
Проведенная работа также позволила установить весьма важ­
ное значение и достоверность продолжительности поддержания 

АД на высоком уровне, даже если этот уровень и скорость 
прироста АД не были очень высокими (рис. 7). Эта зависимость 
прослежена у двух групп животных, имевших разную продол­
жительность высокого АД при прочих равных характеристиках 

АД. В первой группе животных с более коротким плато (2— 
5 мин) повреждение проницаемости ГЭБ было отмечено у 5 из 

12. Во второй группе с более продолжительным плато (8— 

15 мин) повышение проницаемости ГЭБ было установлено у 

всех животных, однако дополнительное влияние могли оказы­
вать и высокие дозы норадреналина во время метаболической 
фазы его действия. 

Значение продолжительности поддержания АД на высоком 

уровне было четко прослежено также у обезьян (бабуинов), 

которым повышали АД внутривенным введением ангиотензина 

[Strandgaard S. et al., 1976]. В опытах было установлено, что 

если СРА МК (при 8—10-кратном его измерении путем внутри-
каротидного введения

 133

Хе) продолжался 10—50 мин, то при 

последующем снижении АД он возвращался к исходному уров-

30 

ню. У тех животных, у которых увеличенный МК вследствие 
СРА МК поддерживался в течение 60—114 мин, снижение АД 

до исходного уровня не сопровождалось нормализацией МК. 

Последний оставался таким же высоким или был даже выше, 
чем в период резко повышенного АД. При этом авторы отмеча­

ли, что сохранение гиперперфузии после нормализации АД на­
блюдалось только в сером веществе, так как определялось из­
менением выведения

 133

Хе по быстрой компоненте. Медленная 

компонента кривой выведения изотопа не меняла своего харак­

тера, т. е. и СРА МК, и последующие изменения кровотока про­

исходили в основном в сером, а не в белом веществе мозга. 

Итак, можно считать, что основное значение в механизме 

СРА МК должны иметь состояние и структура мышечной обо­

лочки артерий сопротивления и воздействия АД, которые влия­
ют на тонус артерий мозга. Именно все эти данные и представ­
ляют собой  ф а к т о р ы ,  в л и я ю щ и е  н а  т о н у с  с о с у д о в 
м о з г а и  п р е п я т с т в у ю щ и е  и л и  с п о с о б с т в у ю щ и е 
СРА МК у ее  в е р х н е й  г р а н и ц ы . В настоящее время 

все эти факторы могут быть представлены в виде трех основных 
групп: «механических» воздействий на кровоток и внутрисосуди-

стое давление, метаболических воздействий на тонус мозговых 
артерий и неврогенных влияний на него. 

В основу изучения так называемых механических воздейст­

вий на внутрисосудистое давление была положена, естественно, 
основная гипотеза о СРА МК у ее верхней границы, заключаю­
щаяся в том, что сосуды мозга по мере повышения АД активно 
сокращаются в соответствии с эффектом Остроумова — Бейлис­
са и тем самым предотвращают увеличение количества проте­

кающей по ним крови. Однако по достижении определенной 

границы прироста АД — верхней границы ауторегуляции — они 

начинают пассивно растягиваться в результате высокого АД 
и по сосудам мозга осуществляется увеличенный кровоток под 

более высоким, чем в норме, внутрисосудистым давлением. Од­
ной из проверок справедливости этой концепции, как уже от­
мечалось, были опыты В. Johansson (1976) с повышенным АД 

у крыс, которым предварительно перевязывали одну из общих 
сонных артерий. Эксперименты показали, что прирост АД на 
83 мм рт. ст. вызывает повреждение проницаемости ГЭБ только 
не стороне открытой общей сонной артерии и у некоторых жи­
вотных в срединной части другого полушария, непосредственно 
прилежащей к полушарию с открытой артерией. Таким обра­

зом, был сделан вывод о важной роли демпфирования прироста 
АД для того, чтобы избежать развития СРА МК при остром 
повышении АД. Фактически тот же защитный эффект перевяз­
ки одной из общих сонных артерий был получен у кроликов 

Т. В. Галайдой, отметившей выход альбумина, меченного синим 

Эванса, только на стороне открытой артерии (рис. 8). 

Воздействие различных миотропных препаратов на мышеч­

ный тонус сосудов мозга также показало весьма существенную 

31 

роль механического внутрисосудистого давления. Так, мы уста­
новили, что повышение АД с помощью норадреналина у кроли­
ков приводит к более тяжелым нарушениям мозгового крово­
обращения, если им предварительно снизить тонус сосудов 

мозга внутривенным введением папаверина или но-шпы. 
В. Johansson в 1976 г. подтвердила эти данные экспериментами 
на кошках, у которых также наблюдались более выраженные 
изменения проницаемости ГЭБ после повышения АД на фоне 
введения папаверина. И. В. Масленников (1978) отметил усу­
губление клинических проявлений резкого подъема АД не толь­

ко в опытах на животных, но и у больных во время гипертони­
ческого криза при введении папаверна в дозе 0,06—0,65 мг/кг 
в минуту с суммарной дозой препарата 1,5—4 мг/кг. По данным 

автора, инфузия папаверина приводила к значительному усиле­
нию головной боли, появлению или усилению чувства пульсации 
и тяжести в голове, тошноты и головокружения. Иногда это 
сопровождалось даже появлением медленных форм активности 

на ЭЭГ, что вынуждало прекращать введение препарата. В про­
тивоположность этим данным повышение тонуса сосудов мозга 
с помощью эуфиллина одновременно с его вазодилататорным 

влиянием на сосуды тела [Шафранова В. П., 1957] позволило 

нам получить защитный эффект препарата при резком повыше­
нии АД у кроликов [Шафранова В. П., Ганнушкина И. В., 

1975]. 

Группа воздействий на тонус сосудов мозга опосредованно 

через нормальный метаболизм нервной ткани была наиболее 
детально изучена в опытах с острым повышением АД, проводи­

мым при разном напряжении в артериальной крови СО

г

 и 0

2

. 

По данным В. Johansson (1976), отчетливый защитный эффект 
при повышении АД наблюдается при гипервентиляции возду­
хом. При снижении артериального С0

2

 до 15—23 мм рт. ст., 

когда возникает четкий вазоконстриктивный эффект со стороны 

сосудов мозга, даже очень большой прирост АД (на 100— 

120 мм рт. ст.) не вызывает более грубых изменений проницае-

Рис. 8. Преимущественное 
повреждение ГЭБ на стороне 
открытой общей сонной 
артерии при остром подъеме 
АД (схема). 

32 

Рис. 9. Интенсивность выхода метки при 
остром подъеме АД у контрольных животных 

(а), у животных с умеренной гипероксией (б), 

с гипероксией выше 300 мм рт. ст. (в) и с 
гиперкапнией (г). 

3-466 

мости ГЭБ для белков плазмы крови, чем у контрольных жи­
вотных, никогда не имевших такого большого и быстрого повы­

шения АД. Определенный защитный эффект отмечен и при 
умеренной гипероксии крови (рис. 9, а, б). Вместе с тем, 
согласно нашим данным, резкая гипероксия (Ро

2

 свыше 

300 мм рт. ст.) защитного эффекта уже не вызывает, так как, 

по-видимому, способствует усилению перекисного окисления 

липидов мембран, что дополнительно повышает проницае­

мость сосудов мозга. Интересно, что сама форма выхода аль­
бумина, меченного синим Эванса, при этом меняется и вместо 
четких округлых синих пятен в данных опытах мы наблюдали 

диффузное распространение метки вдоль всех сосудов мозга, 

включая и крупные ветви главных артерий мозга (рис. 9, в). 

Гиперкапния, как это уже отмечалось, при Рсо

2

 в пределах 

00—75 мм рт. ст. резко усугубляет повреждение проницаемости 

ГЭБ, поскольку так же как и папаверин, снижает исходный 

тонус сосудов мозга (рис. 9, г). 

Таким образом, можно считать, что предварительная вазо-

констрикция «делает сосуды мозга как бы более защищенными» 

от резкого повышения АД. Однако следует обратить внимание 

на одно весьма важное обстоятельство: у животных с предва­
рительно суженными артериями наблюдается более быстрое 
и более значительное повышение АД, чем у здоровых с нор­
мальным или даже сниженным исходным тонусом сосудов моз­
га. Следовательно, описанный феномен положительного влия­

ния гипервентиляции на повреждающее воздействие повышен­
ного АД нуждается еще в дальнейшем исследовании, и хотя 
сказанное и является весьма важным теоретическим положени­

ем, однако это вмешательство еще не может быть рекомендо­

вано для широкого клинического использования. Обобщение 
многочисленных данных литературы о влиянии гипер- и гипо-
капнии на границы ауторегуляции МК, у здоровых животных 
позволяет считать, что при этом происходит сдвиг границ ауто­
регуляции МК у се верхней границы вправо при гииоканнии 
и влево при гиперкапнии. Изменения напряжения газов крови 
вызывают сдвиг и нижней границы АР МК соответственно 
влево при гипокапнии и вправо при гиперкапнии (рис. 10), т. е. 

34 

гинокапния действительно как бы создает очень выгодные усло­
вия при резком повышении АД, тем более что н величина М1\ 
в пределах ауторегуляции при гипокапнии ниже, чем в норме. 

Ухудшающим влиянием при резком подъеме АД обладают 

и многие другие метаболические воздействия, снижающие тонус 
сосудов мозга. К их числу следует отнести сдвиг рН в кислую 
сторону не только за счет угольной кислоты, но и за счет не­
летучих кислот и прежде всего молочной, что характерно для 
многих патологических процессов в мозге при его травме, на­
рушениях мозгового кровообращения, опухолях, многих воспа­
лительных процессах. В 70-х годах появилось множество пуб­

ликаций, согласно которым СРА МК при остром повышении 
АД, как правило, сопровождает ишемию мозга [Waltz A. G., 

Yamaguchi Т., 1970J, когда даже небольшие изменения АД вы­

зывают «пассивное следование» МК за АД. В связи с этим 
в настоящее время четко сформулирован совет — следить не 
только за уровнем АД во время гипертонического криза у боль­
ных, но и избегать любых влияний, которые могут привести к 
гиперкапнии или сдвигу кислотно-основного равновесия в ткани 

мозга в кислую сторону. 

К большой  г р у п п е  ф а к т о р о в ,  м е н я ю щ и х  т о н у с 

с о с у д о в  м о з г а , согласно современным представлениям, 
относятся  р а з л и ч н ы е  н е й р о г е н н ы е  в л и я н и я . 

Еще 10—15 лет назад значение нейрогенных влияний на фи­

зиологические и патофизиологические процессы мозгового кро­

вообращения оставалось совершенно неясным. Вместе с тем 
именно в эти годы были получены многочисленные морфологи­
ческие данные о наличии различных типов иннервации сосудов 
мозга, причем не только эфферентной, но и афферентной. Смысл 
воздействий всех известных к настоящему времени типов иннер­
вации сосудов мозга выяснен недостаточно, однако уже сейчас 
можно назвать ряд обобщающих эту проблему в основном мор­

фологических монографий [Мотавкин П. А., Черток В. М., 1981]. 
Интересно, что наряду с описанием различных типов иннерва­

ции сосудов мозга П. А. Мотавкин и соавт. (1975) в серии ис­
следований приводят данные о существовании специальной груп­
пы клеток, расположенных непосредственно на сосудах и со­

держащих различные типы моноаминов — моноаминоцитов. 
Достижением последних лет, по-видимому, следует считать вы­

яснение влияния некоторых нейрогенных воздействий не столько 
па мозговое кровообращение как таковое, сколько на сдвиг 
границ ауторегуляции, в том числе на сдвиг верхней границы 
ауторегуляции, происходящий при остром повышении АД на 
фоне стимуляции или, напротив, на фоне блокады тех или иных 
нейрогенных воздействий. 

Так, в ряде работ с раздражением шейного симпатикуса бы­

ла установлена четкая возможность сдвига верхней границы 

ауторегуляции МК вправо, т. е. к более высоким цифрам АД, 
поскольку при этом тонус сосудов мозга повышался у кошек 

3* 

35 

[Bill Л., binder J., 1976]; у крыс [Edvinsson L. et al., 1976]; 

у бабуинов [Mac Kenzie E. T. et al., 1977; Boisvert D. J. P. et 
al., 1977]. Если раздражение симнатикуса можно отнести к про­
цедурам, обладающим защитным влиянием на МК при повыше­
нии АД, поскольку при этом повышается тонус артерий мозга 
и верхняя граница ауторегуляции сдвигается вправо, то денер-
вация шейного симпатикуса не оказывает заметного влияния 
на верхнюю границу ауторегуляции МК. Не удалось выявить 
никаких различий в изменениях МК при сдвигах АД у больных 

с полным травматическим разрушением высоких отделов спин­

ного мозга (на уровне С

4

—Cg) по сравнению с контрольными 

лицами и с одним больным, у которого было более низкое по­
вреждение спинного мозга (на уровне TY-:i) [Nanda R. et al., 

1976]. Авторы использовали ингаляционную технику введения 

133

Хе с расчетом кривых выведения изотопа но 2-минутному 

методу и пришли к выводу, что механизмы, обеспечивающие 
ауторегуляцию МК при изменениях АД, не зависят от контроля 
шейного симпатического узла. Действительно, при хрониче­

ской симпатической депервации не удалось выявить каких-
либо влияний па ауторегуляцию МК [Waltz A. G. ct al., 1971], 
на ее нижнюю [Eklof S. ct al., 1971] и верхнюю границы 

[Strandgaard S. et al., 1974]. У больных со спонтанной хрони­

ческой прогрессивной автономной денервациеи (при синдроме 
Шая — Дрейджера) было обнаружено как повреждение меха­
низмов ауторегуляции МК [Gotoh F. et al., 1971; Shinohara Y., 
Gotoh F. G., 1975], так и отсутствие каких-либо ее изменений 

[Skinhoj E. et al., 1971]. Как уже отмечалось, стимуляция сим­

патического нерва, например при растяжении мочевого пузыря 
у больных, как это показал Е. Skinhoj (1972), приводит к так 
называемому истинному эндогенному повышению АД, но ауто-
регуляция МК при этом не страдает. 

Если в отношении влияний симпатической нервной системы 

на МК и верхнюю и нижнюю границы его ауторегуляции в ли­

тературе начинает складываться определенное представление, 
то нейрогепные холинергические влияния изучены значительно 
меньше. Новыми данными относительно нейрогенных влияний 
на МК являются исследования М. Е. Raichle и соавт. (1976, 

1980), показавшие наличие центральной адренергической иннер­

вации сосудов мозга, осуществляющей реципрокные влияния 

на МК и проницаемость ГЭБ по отношению к воде, на чем мы 
специально остановимся при обсуждении проблемы проницае­

мости ГЭБ для разных компонентов плазмы крови. 

Итак, подводя итог современным представлениям о состоя­

нии МК при остром повышении АД, необходимо отметить ряд 
положений. Во-первых, можно считать твердо установленным 
факт гетерогенного изменения МК в разных отделах мозга. 
Именно это положение побудило нас поставить вопрос о нали­
чии более и менее «уязвимых» участков в сосудистой системе 
мозга при остром повышении АД. Следует при этом отметить, 

36