Литература (с ответами). Всероссийская олимпиада школьников в Москве (2020-2009 год)

1. Как объяснить, что автор свел вместе людей и собак в этом рассказе?

Приведите примеры произведений о собаках.

2. Два персонажа - писателя: как объяснить их присутствие, в чём их

сходство и, возможно, различие? Знакомо ли Вам их творчество?

О Грине сказано, что он «очень добр», - можно ли так же сказать об

авторе-повествователе?

3. Прокомментируйте антитезы

(противопоставления) и параллели

(сопоставления на основе близости) в этом рассказе, приведите

примеры из текста.

4. Как меняется интонация рассказчика в этом произведении?

5. Убедителен ли рассказ? Сочувствуете ли Вы последней строке -

обращению к читателю?

Не забудьте перенести Ваши ответы в бланк работы

Всероссийская олимпиада школьников 2014-2015 гг.

Вариант 2. ИНТЕРПРЕТАЦИЯ ПОЭТИЧЕСКОГО ТЕКСТА

Аполлон Григорьев (1822-1864)

ДВЕ СУДЬБЫ

Лежала общая на них

Печать проклятья иль избранья,

И одинаковый у них

В груди таился червь страданья.

Хранить в несбыточные дни

Надежду гордую до гроба

С рожденья их осуждены

Они равно, казалось, оба.

Но шутка ль рока то была -

Не остроумная нимало,-

Как он, горда, больна и зла,

Она его не понимала.

Они расстались... Умер он,

До смерти мученик недуга,

И где-то там, под небом юга,

Под сенью гор похоронён.

А ей послал, как он предрек,

Скупой на все, дающий вволю,

Чего не просят, мудрый рок

Благополучнейшую долю:

Своя семья, известный круг

Своих, которые играли

По грошу в преферанс, супруг,

Всю жизнь не ведавший печали,

Романов враг, халата друг,-

Ей жизнь цветами украшали.

А все казалось, что порой

Ей было душно, было жарко,

Что на щеках горел так ярко

Румянец грешный и больной,

Что жаждой прежних, странных снов

Болезненно сияли очи,

Что не одной бессонной ночи

Вы б доискались в ней следов.

(1844)

Как Вы понимаете смысл названия стихотворения?

Какие особенности стиля, речи Вы видите? Объясните

выбор

лексических средств.

Какие художественные приёмы Вы видите? Объясните их

функцию в этом стихотворении. Каков образный ряд

стихотворения?

Не забудьте перенести Ваши ответы в бланк работы

Всероссийская олимпиада школьников 2014-2015 гг.

ВСЕРОССИЙСКАЯ ОЛИМПИАДА ШКОЛЬНИКОВ

ПО ЛИТЕРАТУРЕ. 2014-2015 г.

МУНИЦИПАЛЬНЫЙ ЭТАП. 9 КЛАСС

Часть I. ТВОРЧЕСКОЕ ЗАДАНИЕ (30 баллов)

Вы организатор выставки

«Театральный реквизит в комедии

Н.В. Гоголя “Ревизор”» в Театральном музее имени А.А. Бахрушина.

1. Напишите, как бы Вы разместили на витрине следующие экспонаты:

коробка из-под шляпы городничего, голубое и палевое платья,

чемодан Хлестакова, веревочка. Составьте текст для экскурсовода,

который связывал бы все эти предметы между собой и объяснил их

назначение в комедии Гоголя.

2. Продолжите ряд экспонатов, выбрав значимые предметы из комедии,

покажите хорошее знание текста.

3. Какие предметы, описанные Гоголем в комедии, было бы

невозможно сделать экспонатами музея?

Максимальный балл за ответ на первые два вопроса - до 12 баллов

каждый, третий вопрос - 6 баллов.

Дополнительные баллы могут быть даны за указание фамилий актёров,

которые в XIX-ХХ вв. играли в театральных постановках роль

Хлестакова: по 1 баллу за каждую фамилию.

Не забудьте перенести Ваши ответы в бланк работы

Всероссийская олимпиада школьников 2014-2015 гг.

Часть II (40 баллов)

Выберите ОДИН из предложенных вариантов

Вариант 1. ЦЕЛОСТНЫЙ АНАЛИЗ ПРОЗАИЧЕСКОГО ТЕКСТА

Василий Шукшин (1929-1974)

ЭКЗАМЕН

- Почему опоздали? - строго спросил профессор.

- Знаете… извините, пожалуйста… прямо с работы… срочный заказ

был… - Студент - рослый парняга с простым хорошим лицом - стоял

в дверях аудитории, не решаясь пройти дальше. Глаза у парня правдивые

и неглупые.

- Берите билет. Номер?

- Семнадцать.

- Что там?

- «Слово о полку Игореве» - первый вопрос. Второй…

- Хороший билет.

- Профессору стало немного стыдно за свою

строгость. - Готовьтесь.

Студент склонился над бумагой, задумался.

Некоторое время профессор наблюдал за ним. Перед его глазами за его

длинную жизнь прошла не одна тысяча таких вот парней; он привык думать

о них коротко - студент. А ведь ни один из этой многотысячной армии не

походил на другого даже отдалённо. Все разные.

«Всё меняется. Древние профессора могли называть себя учителями, ибо

имели учеников. А сегодня мы только профессора», - подумал профессор.

- Вопросов ко мне нет?

- Нет. Ничего.

Профессор отошёл к окну. Закурил. Хотел додумать эту мысль

о древних профессорах, но вместо этого стал внимательно наблюдать за

улицей.

Вечерело. Улица жила обычной жизнью - шумела. Проехал трамвай. На

повороте с его дуги посыпались красные искры. Перед семафором скопилось

множество автомобилей; семафор подмигнул им, и они все сразу ринулись

по улице. По тротуарам шли люди. Торопились. И машины торопились,

и люди торопились.

«Люди всегда будут торопиться. Будут перемещаться со сверхзвуковой

скоростью и всё равно будут торопиться. Куда всё это устремляется?..»

- Кхм… - Студент пошевелился.

- Готовы? Давайте. - Профессор отвернулся от окна. - Слушаю.

Студент держал в толстых грубых пальцах узкую полоску бумаги -

билет; билет мелко дрожал.

Не забудьте перенести Ваши ответы в бланк работы

Всероссийская олимпиада школьников 2014-2015 гг.

«Волнуется, - понял профессор. - Ничего, поволнуйся».

- «Слово о полку Игореве» - это великое произведение, - начал студент.

- Это… шедевр… Относится к концу двенадцатого века… кхэ… Автор

выразил здесь чаяния…

Глядя на парня, на его крепкое, строгой чеканки лицо, профессор

почему-то подумал, что автор

«Слова» был юноша… совсем-совсем

молодой.

- … Князья были разобщены, и… В общем, Русь была разобщена,

и когда половцы напали на Русь… - Студент закусил губу, нахмурился:

должно быть, сам понимал, что рассказывает неинтересно, плохо. Он слегка

покраснел.

«Не читал. - Профессор внимательно и сердито посмотрел в глаза

студенту.

- Да, не читал. Одно предисловие дурацкое прочитал. Черти

полосатые! Вот вам

- ягодки заочного обучения!» Профессор был

противником заочного обучения. Пробовал в своё время выступить со

статьёй в газете - не напечатали. Сказали: «Что вы!» - «Вот вам - что вы!

Вот вам - князья разобщены».

- Читали?

- Посмотрел… кхэ…

- Как вам не стыдно?

- с убийственным спокойствием спросил

профессор и стал ждать ответа.

Студент побагровел от шеи до лба.

- Не успел, профессор. Работа срочная… заказ срочный…

- Меня меньше всего интересует ваш заказ. Если хотите, меня

интересует человек, русский человек, который не удосужился прочитать

величайшее национальное произведение. Очень интересует! - Профессор

чувствовал, что начинает ненавидеть здорового студента. - Вы сами пошли

учиться?

Студент поднял на профессора грустные глаза.

- Сам, конечно.

- Как вы себе это представляли?

- Что?

- Учёбу. В люди хотел выйти? Да?

Некоторое время они смотрели друг на друга.

- Не надо, - тихонько сказал студент и опустил голову.

- Что не надо?

- Не надо так…

- Нет, это колоссально!

- воскликнул профессор, хлопнул себя по

колену и поднялся.

- Это колоссально. Хорошо, я не буду так. Меня

интересует: вам стыдно или нет?

Не забудьте перенести Ваши ответы в бланк работы

Всероссийская олимпиада школьников 2014-2015 гг.

- Стыдно.

- Слава тебе, Господи!

С минуту молчали. Профессор ходил около доски, фыркал и качал

головой. Он даже как будто помолодел от злости.

Студент сидел неподвижно, смотрел в билет… Минута была глупая

и тяжкая.

- Спросите ещё что-нибудь. Я же готовился.

- В каком веке создано

«Слово»?

- Профессор, когда сердился,

упрямился и капризничал, как ребенок.

- В двенадцатом. В конце.

- Верно. Что случилось с князем Игорем?

- Князь Игорь попал в плен.

- Правильно! Князь Игорь попал в плен. Ах, чёрт возьми! - Профессор

скрестил на груди руки и изобразил на лице великую досаду и оттого, что

князь Игорь попал в плен, и оттого главным образом, что разговор об этом

получился очень уж глупым. Издевательского тона у него не получилось - он

действительно злился и досадовал, что вовлёк себя и парня в эту школьную

игру. Странное дело, но он сочувствовал парню и потому злился на него ещё

больше.

- Ах, досада какая! Как же это он попал в плен?!

- Ставьте мне, что положено, и не мучайтесь. - Студент сказал это

резким, решительным тоном. И встал.

На профессора тон этот подействовал успокаивающе. Он сел. Парень

ему нравился.

- Давайте говорить о князе Игоре. Как он там себя чувствовал? Сядьте,

во-первых.

Студент остался стоять.

- Ставьте мне двойку.

- Как чувствовал себя в плену князь Игорь?!

- почти закричал

профессор, опять испытывая прилив злости. - Как чувствует себя человек

в плену? Неужели даже этого не понимаете?!

Студент стоя некоторое время непонятно смотрел на старика ясными

серыми глазами.

- Понимаю, - сказал он.

- Так. Что понимаете?

- Я сам в плену был.

- Так… То есть как в плену были? Где?

- У немцев.

- Вы воевали?

- Да.

Не забудьте перенести Ваши ответы в бланк работы

Всероссийская олимпиада школьников 2014-2015 гг.

Профессор внимательно посмотрел на студента, и опять ему почему-то

подумалось, что автор

«Слова» был юноша с голубыми глазами. Злой

и твердый.

- Долго?

- Три месяца.

- Ну и что?

- Что?

Студент смотрел на профессора, профессор - на студента. Оба были

сердиты.

- Садитесь, чего вы стоите, - сказал профессор. - Бежали из плена?

- Да. - Студент сел. Опять взял билет и стал смотреть в него. Ему

хотелось скорей уйти.

- Как бежали? Расскажите.

- Ночью. С этапа.

- Подробней,

- приказал профессор.

- Учитесь говорить, молодой

человек! Ведь это тоже надо. Как бежали? Собственно, мне не техника этого

дела интересна, а… психологический момент, что ли. Как чувствовали себя?

Это ведь горько - попасть в плен? - Профессор даже поморщился… - Вы как

попали-то? Ранены были?

- Нет.

Помолчали. Немножко дольше, чем требуется для беседы на такую тему.

- А как же?

- Попали в окружение. Это долго рассказывать, профессор.

- Скажите, пожалуйста, какой он занятой!

- Да не занятой, а…

- Страшно было?

- Страшно.

- Да, да. - Профессору почему-то этот ответ очень понравился. Он

закурил. - Закуривайте тоже. В аудитории, правда, не разрешается, но…

ничего…

- Я не хочу. - Студент улыбнулся, но тут же посерьёзнел.

- Деревня своя вспоминалась, конечно, мать?.. Вам сколько лет было?

- Восемнадцать.

- Вспоминалась деревня?

- Я из города.

- Ну? Я почему-то подумал - из деревни. Да…

Замолчали. Студент всё глядел в злополучный билет; профессор

поигрывал янтарным мундштуком, рассматривал студента.

- О чём вы там говорили между собой?

Не забудьте перенести Ваши ответы в бланк работы

Всероссийская олимпиада школьников 2014-2015 гг.

- Где? - Студент поднял голову. Ему этот разговор явно становился

в тягость.

- В плену.

- Ни о чем. О чем говорить?

- Чёрт возьми! Это верно! - Профессор заволновался. Встал. Переложил

мундштук из одной руки в другую. Прошёлся около кафедры. - Это верно.

Как вас зовут?

- Николай.

- Это верно, понимаете?

- Что верно? - Студент вежливо улыбнулся. Положил билет. Разговор

принимал совсем странный характер - он не знал, как держать себя.

- Верно, что молчали. О чём же говорить! У врага молчат. Это самое

мудрое. Вам в Киеве приходилось бывать?

- Нет.

- Там есть район - Подол называется, - можно стоять и смотреть

с большой высоты. Удивительная даль открывается. Всякий раз, когда я стою

и смотрю, мне кажется, что я уже бывал там когда-то. Не в своей жизни даже,

а давным-давно. Понимаете? - У профессора на лице отразилось сложное

чувство - он как будто нечаянно проговорился о чём-то весьма сокровенном

и теперь, во-первых, опасался, что его не поймут, во-вторых, был недоволен,

что проговорился. Он смотрел на студента с тревогой, требовательно

и заискивающе.

Студент пожал плечами, признался:

- Как-то сложно, знаете.

- Ну, как же! Что тут сложного? - Профессор опять стал быстро ходить

по аудитории. Он сердился на себя, но замолчать уже не мог. Заговорил

отчётливо и громко: - Мне кажется, что я там ходил когда-то. Давно. Во

времена Игоря. Если бы мне это казалось только теперь, в последние годы,

я бы подумал, что это старческое. Но я и молодым так же чувствовал. Ну?

Повисла неловкая пауза. Два человека смотрели друг на друга

и не понимали, что им, собственно, требуется сейчас выяснить.

- Я немного не понимаю, - осторожно заговорил студент, - при чём тут

Подол?

- При том, что мне показалось очень точным ваше замечание насчёт

того, что - молчали. Я в плену не был, даже не воевал никогда, но там, над

Подолом, я каким-то образом постигал всё, что относится к войне.

Я додумался, что в плену - молчат. Не на допросах - я мог об этом много

читать, - а между собой. Я многое там узнал и понял. Я, например, много

думал над вопросом: как бесшумно снимать часовых? Мне думается, их надо

пугать.

Не забудьте перенести Ваши ответы в бланк работы

Всероссийская олимпиада школьников 2014-2015 гг.

Студент удивлённо посмотрел на профессора.

- Да. Подползти незаметно и что-нибудь очень тихо спросить.

Например: «Сколько сейчас времени, скажите, пожалуйста?» Он в первую

секунду ошалеет, и тут бросайся на него.

Студент засмеялся, опустив голову.

- Глупости говорю? - Профессор заглянул ему в глаза.

Студент поторопился сказать:

- Нет, почему… Мне кажется, я понимаю вас.

«Врёт. Не хочет обидеть»,

- понял профессор. И скис. Но счёл

необходимым добавить еще:

- Это вот почему: наша страна много воюет. Трудно воюет. Это почти

всегда народная война и народное горе. И даже тот, кто не принимает

непосредственного участия в войне, всё равно живёт теми же чувствами

и заботами, какими живёт народ. Я это не из книжек вычитал, сами

понимаете. Я это чувствую и верю этому.

Долго после этого молчали

- отходили. Надо было вернуться

к исходному положению: к «Слову о полку Игореве», к тому, что это великое

произведение постыдно не прочитано студентом. Однако профессор

не удержался и задал ещё два последних вопроса:

- Один бежал?

- Нет, нас семь человек было.

- Наверно, думаете: вот привязался старый чудак! Так?

- Да что вы! Я совсем так не думаю. - Студент покраснел так, как если

бы он именно так и подумал. - Правда, профессор. Мне очень интересно.

Сердце старого профессора дрогнуло.

- Это хорошо, солдат. Это хорошо, что вы меня понимаете. «Слово»

надо, конечно, прочитать. И не раз. Я вам подарю книжку… у меня как раз

есть с собой… - Профессор достал из портфеля экземпляр «Слова о полку

Игореве», подумал. Посмотрел на студента, улыбнулся. Что-то быстро

написал на обложке книги, подал студенту. - Не читайте сейчас. Дома

прочитаете. Вы заметили: я суетился сейчас, как неловкий жених. - Голос

у профессора и выражение лица были грустными. - После этого бывает

тяжело.

Студент не нашёлся, что на это сказать. Неопределённо пожал плечами.

- Вы все семеро дошли живыми?

- Все.

- Пишете сейчас друг другу?

- Нет, как-то, знаете…

- Ну, конечно, знаю. Конечно. Это всё, дорогой мой, очень русские

штучки. А вы ещё «Слово» не хотите читать. Да ведь это самая русская,

Не забудьте перенести Ваши ответы в бланк работы

Всероссийская олимпиада школьников 2014-2015 гг.

самая изумительная русская песня. «Комони ржуть за Сулою; звонить слава

въ Кыеве; трубы трубять въ Новеграде; стоять стязи въ Путивле!» А? -

Профессор поднял кверху палец, как бы вслушиваясь в последний

растаявший звук чудной песни. - Давайте зачётку. - Он проставил оценку,

закрыл зачётку, вернул её студенту. Сухо сказал: - До свидания.

Студент вышел из аудитории. Вытер вспотевший лоб. Некоторое время

стоял, глядя в пустой коридор. Зачётку держал в руке - боялся посмотреть

в неё, боялся, что там стоит «хорошо» или, что ещё тяжелее - «отлично».

Ему было стыдно. «Хоть бы „удовлетворительноˮ, и то хватит», - думал он.

Оглянулся на дверь аудитории, быстро раскрыл зачётку… некоторое время

тупо смотрел в неё. Потом ещё раз оглянулся на дверь аудитории, тихо

засмеялся и пошёл. В зачётке стояло: «плохо».

На улице он вспомнил про книгу. Раскрыл, прочитал:

«Учись, солдат. Это тоже нелёгкое дело. Проф. Григорьев».

Студент оглянулся на окна института, и ему показалось, что в одном он

увидел профессора.

…Профессор действительно стоял у окна. Смотрел на улицу и щёлкал

ногтями по стеклу. Думал.

(1962)

Подумайте, почему профессор и студент попеременно ощущают

чувство неловкости. В чём заключается авторский замысел рассказа,

почему Шукшин ставит обоих персонажей в неудобное положение? Как

меняются герои от начала к концу и что они понимают, столкнувшись

друг с другом на этом странном экзамене?

Не забудьте перенести Ваши ответы в бланк работы

Всероссийская олимпиада школьников 2014-2015 гг.

Вариант 2. ИНТЕРПРЕТАЦИЯ ПОЭТИЧЕСКОГО ТЕКСТА

Николай Заболоцкий (1903-1958)

ФУТБОЛ

Ликует форвард на бегу.

Теперь ему какое дело!

Недаром согнуто в дугу

Его стремительное тело.

Как плащ, летит его душа,

Ключица стукается звонко

О перехват его плаща.

Танцует в ухе перепонка,

Танцует в горле виноград,

И шар перелетает ряд.

Его хватают наугад,

Его отравою поят,

Но башмаков железный яд

Ему страшнее во сто крат.

Назад!

Свалились в кучу беки,

Опухшие от сквозняка,

Но к ним через моря и реки,

Просторы, площади, снега,

Расправив пышные доспехи

И накренясь в меридиан,

Несётся шар.

В душе у форварда пожар,

Гремят, как сталь, его колена,

Но уж из горла бьёт фонтан,

Он падает, кричит: «Измена!»

А шар вертится между стен,

Дымится, пучится, хохочет,

Глазок сожмёт: «Спокойной ночи!»

Глазок откроет: «Добрый день!»

И форварда замучить хочет.

Не забудьте перенести Ваши ответы в бланк работы

Всероссийская олимпиада школьников 2014-2015 гг.

Четыре гола пали в ряд,

Над ними трубы не гремят,

Их сосчитал и тряпкой вытер

Меланхолический голкипер

И крикнул ночь. Приходит ночь.

Бренча алмазною заслонкой,

Она вставляет чёрный ключ

В атмосферическую лунку.

Открылся госпиталь. Увы,

Здесь форвард спит без головы.

Над ним два медные копья

Упрямый шар верёвкой вяжут,

С плиты загробная вода

Стекает в ямки вырезные,

И сохнет в горле виноград.

Спи, форвард, задом наперёд!

Спи, бедный форвард!

Над землёю

Заря упала, глубока,

Танцуют девочки с зарёю

У голубого ручейка.

Всё так же вянут на покое

В лиловом домике обои,

Стареет мама с каждым днём...

Спи, бедный форвард!

Мы живём.

(1926)

Как автор видит этот мир и своих героев?

В чём необычность этого взгляда? Какие

художественные

средства

помогают ему и почему?

Не забудьте перенести Ваши ответы в бланк работы

Всероссийская олимпиада школьников 2014-2015 гг.

ВСЕРОССИЙСКАЯ ОЛИМПИАДА ШКОЛЬНИКОВ

ПО ЛИТЕРАТУРЕ. 2014-2015 г.

МУНИЦИПАЛЬНЫЙ ЭТАП. 10 КЛАСС

Часть I. ТВОРЧЕСКОЕ ЗАДАНИЕ (30 баллов)

Прочитайте отрывок из рассказа В.В. Набокова «Посещение музея»,

придумайте и опишите по образцу текста Набокова музей литературных

персонажей, в котором будут следующие залы: «Гостиная в семействе

Простаковых», «Штаб-изба Пугачёва», «Комната Печорина в Пятигорске».

За описание каждого зала

- от

0 до

10 баллов. Оцениваются:

соответствие эпохе, связь с текстом произведения, общая связность,

стиль, речевая грамотность.

Мы очутились в зале несколько больших размеров. Там, на длинном

столе под стеклом, раскрыты были толстые, плохо выпеченные книги

с жёлтыми пятнами на грубых листах. Вдоль стен стояли военные куклы

в ботфортах с раструбами. <…>

На минуту я заблудился среди громадных мраморных ног и дважды

обежал кругом исполинского колена, покамест не увидел опять мосье Годара,

который искал меня за белой пятой соседней великанши. Тут какой-то

человек в котелке, видно на нее взобравшийся, вдруг с большой вышины

упал на каменный пол. Его стал поднимать товарищ, но оба были навеселе,

и, махнув на них рукой, мосье Годар полетел в следующую комнату, где

сияли восточные ткани, гончие мчались по лазурным коврам, и на тигровой

шкуре лежал лук с колчаном.

Но странное дело: от простора и пестроты было только тяжело, мутно, -

и потому ли, что всё новые посетители проносились мимо, или потому, что

мне хотелось поскорее выбраться из ненужно удлинившегося музея, чтобы

в свободной тишине докончить с мосье Годаром деловой разговор, но меня

охватила какая-то тревога. Между тем мы перенеслись ещё в одну залу,

которая уж совсем была громадная, судя по тому, что в ней помещался целый

скелет кита, подобный остову фрегата, а далее открывались ещё и ещё залы,

косо лоснились полотна широких картин, полные грозовых облаков, среди

которых плавали в синих и розовых ризах нежные идолы религиозной

живописи, и всё это разрешалось внезапным волнением туманных завес,

и зажигались люстры, и в освещённых аквариумах рыбы виляли

прозрачными шлейфами, а когда мы взбежали по лестнице, то сверху, из

галереи, увидели внизу толпу седых людей и зонтиков, осматривающих

громадную модель мироздания.

(1938)

Не забудьте перенести Ваши ответы в бланк работы

Всероссийская олимпиада школьников 2014-2015 гг.

Часть II (40 баллов)

Выберите ОДИН из предложенных вариантов

Вариант 1. ЦЕЛОСТНЫЙ АНАЛИЗ ПРОЗАИЧЕСКОГО ТЕКСТА

К 100-летию со времени начала Первой мировой войны

Иван Алексеевич Бунин (1870-1953)

ПОСЛЕДНЯЯ ОСЕНЬ

Утром разговор за гумном с Мишкой.

Приехал с фронта на побывку.

Молодой малый, почти мальчишка, но удивительная русская черта:

говорит всегда и обо всём совершенно безнадёжно, не верит ни во что

решительно.

Я стоял на гумне за садом, он шёл мимо, вел откуда-то с поля свою

мышастую кобылу.

Увидав меня, свернул с дороги, подошёл, приостановился:

- Доброго здоровья. Всё гуляете?

- Да нет, не всё. А что?

- Да это всё бабы на деревне. Всё дивятся, что вот вас, небось, на войну

не берут. Вы, мол, откупились. Господам, говорят, хорошо: посиживают,

говорят, себе дома!

- Не все посиживают. И господ не меньше вашего перебили.

- Да я-то знаю. Я-то там нагляделся. А с них, с дур, что ж спрашивать.

Ну, да это все пустое. А вот как наши дела теперь? Как там? Вы каждый день

газеты читаете.

Я сказал, что сейчас везде затишье. Но что англичане и французы

понемногу бьют.

Он невесело усмехнулся.

- А мы, значит, опять ничего?

- Как ничего?

- Да так. Мы его (немца), видно, никогда не выгоним.

- Бог даст, выгоним.

- Нет. Теперь остался.

- Ну вот и остался!

- Да как же не остался? Чем мы его выгонять будем? У нас и пушек нет,

одни шестидюймовые мортиры.

- Откуда ты это взял?

- Агитаторы говорят. Да я и сам знаю.

- Нет, у нас теперь всего много. И пушек и снарядов.

- Нет, одни шестидюймовки. А крепостную артиллерию возить не на

чем.

Не забудьте перенести Ваши ответы в бланк работы

Всероссийская олимпиада школьников 2014-2015 гг.

- Опять неправда.

- Какой там неправда! По этакой дороге разве её свезёшь на лошадях?

Только лошадей подушишь. Станешь её вытаскивать, а она на два аршина

в землю ушла, а хобот и совсем в грязи не видать. Нет, это вам не немцы!

- А что ж немцы?

- А то, что немец рельсы проложил - везёт и везёт. А войска наши

какие? Легулярные войска, какие были настоящие, царские, все там остались,

а это ополченье - какие это войска? Привезут их на позицию, а они все

и разбегутся. Подтягивай портки потуже да драло. Все, как один.

- Ну, уж и все!

- Верное слово вам говорю. Да вы то подумайте: чего ему умирать,

когда он дома облопался? Теперь у каждой бабы по сто, по двести штук

спрятано. Отроду так хорошо не жили. А вы говорите - умирать! Нет уж,

куда нам теперь!

Махнул рукой, дёрнул лошадь за повод и пошёл, даже не поклонившись.

Утро светлое, на почерневших, почти голых лозинках, на их сучьях

и редкой пожухлой листве - блёстки растаявшего мороза. На мужицких

гумнах золотом горят свежие скирды, стаями перелетают сытые голуби,

давая чувство счастливой осени, покоя, довольства,

- это правда:

«облопались». Вдали, у нас, в сизо-туманном утреннем саду, мягко,

неизъяснимо-прекрасно краснеют клёны.

После ужина пошёл по деревне. Темно, ночь бодрая, холодная.

Пройдя деревню, увидал с косогора огоньки внизу, на водяной мельнице

у Петра Архипова. Пошёл туда.

Спустившись, подошёл к открытым воротам мельничного сруба: там

внутри всё шумит и дрожит, - мельница работает. Возле жирновов стоит

и тускло светит в мучнистом воздухе запылённый мукой фонарь, а вверху

сруба, - он без потолка, - и кругом, в углах, - мрачный сумрак. Пахнет тоже

мукой, сыровато, хлебно.

Пётр Архипов сидит возле фонаря, похож на Толстого. Большая,

побелевшая от муки борода, побелевший полушубок; картуз, совсем белый,

надвинут на брови. Глаза острые, серьёзные.

Против него, на обрубке гам, сидит какой-то кудрявый мужик,

незнакомый мне. Упёрся локтями в колени, курит и смотрит в землю.

Поздоровавшись, присел и я себе.

- А мы вот о войне говорили, - сказал сквозь шум мельницы Петр

Архипов. - Вот он ничему не верит, никакой нашей победы не чает.

Мужик поднял голову и ядовито усмехнулся.

- А как ты сам-то, Пётр Архипыч? Тоже не чаешь?

Он холодно взглянул на меня.

- Я? А я не знаю. Пусть их воюют. Воюйте на здоровье.

Это, господа дворяне, ваше дело.

- Это как же так?

Не забудьте перенести Ваши ответы в бланк работы

Всероссийская олимпиада школьников 2014-2015 гг.

А так. Нам, мужикам, надо одно: ничего никому не давать, никого к себе

с этими поборами и реквизициями не пускать. Чтобы никто к нам не ходил,

ничего нашего не брал. Ни немец, ни свой. Да.

Помолчал, потом опять заговорил, ещё возвышая сквозь шум голос:

- Да. А то вон приехал на той неделе какой-то с грибами на плечах -

сыновей ему давай, хлеба давай... всего давай! Раз наше дело не выходит -

мировая, и шабаш. Миколай Миколаевич Младший, вот это воин. Ух,

рассказывают солдаты, что только за человек! Отца родного за правду

не пожалеет. Ночью встанет тихонько, чтоб ни один генерал за ним

не увязался, и пошёл в обход по окопам. Солдат простых увидит: «Здорово,

друзья! Надейтесь на меня, как на каменную гору. Я об вас ночи не сплю!»

А господам офицерам, если завидит, что в карты играют, бездельничают, без

всякой церемонии шашкой голову долой! Вот это воин.

Сумрачно помолчал, потом встал и подошёл к трясущемуся рукаву, по

которому серой струей текла мука. Взяв горсть муки, помял её, понюхал

и спросил, почти крикнул:

- Ну, а этот самый человек, где он теперь?

- Какой?

- Сухомлин.

Кудрявый мужик, куривший на пне трубку, со свистом захохотал

и махнул рукой.

- Вона! - сказал он. - Хватился! Его теперь и след простыл! Его давно

покрыли и спрятали!

Пётр Архипов строго посмотрел на него, на его плечи и голову, потом

ещё строже на меня:

- Где, по-вашему, такой человек может находиться? И что такому

человеку должно быть? Что он для России может быть? Что он для ней

сделал? Через кого там теперь миллионы лежат, тухнут?

Обив и вытерев руку о полушубок, он опять сел и опять замолчал.

Потом тем же тоном, но уже спокойнее:

-Да. На нас, мужиков, как там глядят? Тычь его куда похуже, а нас,

господ, не тронь, - мы высокого званья. А те пускай преют, этих дураков ещё

великие тысячи наделают. Сейчас вон опять берут, а зачем? Чтобы

последних перебить? Вы, барин, - дерзко и громко спросил он, - вы нам уж

откровенно скажите, какая ваша задача: чтобы нас всех перебить, а скотину

порезать да в окопах стравить?

- Пётр Архипыч, как тебе не стыдно? Ведь ты человек умный!

- Умный! - сказал он, несколько смутившись, и вдруг опять сдвинул

брови и поднял тон:

- Вам хорошо говорить. А у меня вот сын два месяца ни одного письма. Где

он теперь, что он теперь? Мёртвое тело? А потом, как перебьют всех, вы что же

будете делать? Приедете, конечно, к царю и скажете: «Погляди, государь, где

твоя держава теперь? Нету тебе ничего, все чисто, одно гладкое поле!»

(1916)

Не забудьте перенести Ваши ответы в бланк работы

Всероссийская олимпиада школьников 2014-2015 гг.

Вариант 2. ИНТЕРПРЕТАЦИЯ ПОЭТИЧЕСКОГО ТЕКСТА

Владимир Высоцкий (1938-1980)

ПЕСНЯ ПРО КОЗЛА ОТПУЩЕНИЯ

В заповеднике (вот в каком - забыл)

Жил да был Козёл - роги длинные, -

Хоть с волками жил - не по-волчьи выл -

Блеял песенки, да всё козлиные.

И пощипывал он травку, и нагуливал бока,

Не услышишь от него худого слова, -

Толку было с него, правда, как с козла молока,

Но вреда, однако, тоже - никакого.

Жил на выпасе, возле озерка,

Не вторгаясь в чужие владения,-

Но заметили скромного Козлика

И избрали в козлы отпущения!

Например, Медведь - баламут и плут -

Обхамит кого-нибудь по-медвежьему, -

Враз Козла найдут, приведут и бьют:

По рогам ему и промеж ему...

Не противился он, серенький, насилию со злом,

А сносил побои весело и гордо.

Сам Медведь сказал: «Робяты, я горжусь Козлом -

Героическая личность, козья морда!»

Берегли Козла как наследника, -

Вышло даже в лесу запрещение

С территории заповедника

Отпускать Козла отпущения.

А Козёл себе все скакал козлом,

Но пошаливать он стал втихомолочку:

Как-то бороду завязал узлом -

Из кустов назвал Волка сволочью.

Не забудьте перенести Ваши ответы в бланк работы

Всероссийская олимпиада школьников 2014-2015 гг.

А когда очередное отпущенье получал -

Всё за то, что волки лишку откусили, -

Он, как будто бы случайно, по-медвежьи зарычал,-

Но внимания тогда не обратили.

Пока хищники меж собой дрались,

В заповеднике крепло мнение,

Что дороже всех медведей и лис -

Дорогой Козёл отпущения!

Услыхал Козёл - да и стал таков:

«Эй, вы, бурые, - кричит, - эй вы, пегие!

Отниму у вас рацион волков

И медвежие привилегии!

Покажу вам «козью морду» настоящую в лесу,

Распишу туда-сюда по трафарету, -

Всех на роги намотаю и по кочкам разнесу,

И ославлю по всему по белу свету!

Не один из вас будет землю жрать,

Все подохнете без прощения, -

Отпускать грехи кому - это мне решать:

Это я - Козёл отпущения!

...В заповеднике (вот в каком - забыл)

Правит бал Козёл не по-прежнему:

Он с волками жил - и по-волчьи взвыл, -

И орёт теперь по-медвежьему.

(1973)

Не забудьте перенести Ваши ответы в бланк работы

Всероссийская олимпиада школьников 2014-2015 гг.

ВСЕРОССИЙСКАЯ ОЛИМПИАДА ШКОЛЬНИКОВ

ПО ЛИТЕРАТУРЕ. 2014-2015 г.

МУНИЦИПАЛЬНЫЙ ЭТАП. 11 КЛАСС

Часть I. ТВОРЧЕСКОЕ ЗАДАНИЕ (30 баллов)

Недалеко от Петербурга, по дороге на Псков, в местечке Выра создан

музей станционного смотрителя - по повести А.С. Пушкина. В самом

Пскове, на Октябрьском проспекте, д. 7, существует музей романа

В.А. Каверина

«Два капитана». Выберите из школьной программы

подходящее для создания музея произведение русской литературы,

объясните свой выбор, придумайте и опишите музей этого произведения:

где расположен, как выглядит, какие имеет залы, что висит на стенах

музея, какие экспонаты разместились в витринах, как представлены

персонажи произведения, кого привлечёт такой музей. Можете провести

экскурсию по музею. Покажите хорошее знание выбранного произведения.

Оцениваются: знание текста - до 15 баллов, количество экспонатов - до

10 баллов, общая связность, стиль, речевая грамотность - до 5 баллов.

Не забудьте перенести Ваши ответы в бланк работы

Всероссийская олимпиада школьников 2014-2015 гг.

Часть II (40 баллов)

Выберите ОДИН из предложенных вариантов

Вариант 1. ЦЕЛОСТНЫЙ АНАЛИЗ ПРОЗАИЧЕСКОГО ТЕКСТА

Александр Александрович Блок (1880-1921)

ВЗГЛЯД ЕГИПТЯНКИ

(Из книги «Молнии искусства. Итальянские впечатления»)

В Египетском отделе Археологического музея Флоренции хранится

изображение молодой девушки, написанное на папирусе. Изображение

принадлежит александрийской эпохе - тип его почти греческий. Некоторые

видят в нём портрет царицы Клеопатры. Если бы последнее соображение

было верно, ценность потрескавшегося и лопнувшего в двух местах куска

папируса должна бы, казалось, удесятериться. Я смотрю на фотографию

египтянки и думаю, что это не так.

Не всё ли равно, кто она

- царица или рабыня? Лучше сказать,

не очевидно ли с первого взгляда, что это - царица? Если не вероломная

«царица царей» в Египте I века, то какая-то - ещё могущественнее и ещё

страшнее.

Археолог - всегда немножко поэт и влюблённый. Для него - любовный

плен Цезаря и позор Акциума¹ - его плен и его позор. Чтобы скрыть свой

кабинетный стыд, он прячется за тенями императора и триумвира, старается

оправдать себя их судьбою.

Но художник изображал вовсе не историческое лицо, если даже ему

позировала сама египетская царица. Он сказал больше.

На тонкой шее «египетской девушки» надето простое ожерелье из

четырёхгранных тёмных камней. В ушах - подвески, по-видимому довольно

тяжелые. Чёрные мелко вьющиеся волосы закрывают уши и часть лба

широким нимбом и вверху сложены в косы, схваченные четырьмя

цепочками-фероньерами, вероятно золотыми, причём на нижней, над

серединой лба, сияет драгоценный камень. Вот - все украшения, удивительно

простые, при всём их богатстве; нижняя одежда, по-видимому, очень легка,

¹При мысе Акциум на западном берегу Греции в 31 г. до н. э. войска триумвира Антония,

возлюбленного египетской царицы Клеопатры, были разгромлены Августом, после чего

Антоний покончил с собой.

Не забудьте перенести Ваши ответы в бланк работы

Всероссийская олимпиада школьников 2014-2015 гг.

может быть прозрачна, а верхняя поддержана неширокими чёрными лентами

на плечах.

Все черты лица египтянки далеки от какого бы то ни было «канона»

красоты. Лоб, кажется, слишком велик, она недаром закрывала его волосами.

В овале щёк есть что-то монгольское, едва ли не то, что заставляло Пушкина

«забываться пылкою мечтой» в

«кочевой кибитке» и мечтательно

исчерчивать рукописи стихов профилями. Нос у египтянки правильный, но,

к сожалению, мягкий; вся нижняя часть лица поразительно неразвита:

подбородок без линий и узкие, неизящного разреза губы. Брови чрезвычайно

широкие и длинные, сильно сросшиеся над переносицей.

Главная неправильность лица - глаза. «Я никогда не видел глаз такого

необычайного размера», - скажет всякий с первого взгляда. Это не совсем

верно; такой размер глаз возможен, хотя встречается не часто; странно

велика только самая орбита; очень длинные и пушистые ресницы, очень

тяжёлые веки. Но поражает, собственно, не это, а самое содержание взгляда.

Глаза смотрят так, что побеждают всё лицо; побеждают, вероятно,

и тело и всё окружающее. Полное равнодушие и упорство устремления, вне

понятий скромности, стыда или наглости; единственно, что можно сказать

про эти глаза, это - что они смотрят и будут смотреть, как смотрели при

жизни. Помыслить их закрытыми, смеженными, спящими - невозможно.

В них нет ни усталости, ни материнства, ни веселья, ни печали, ни желания.

Всё, что можно увидеть в них, - это глухая ненасытная алчба; алчба до

могилы, и в жизни, и за могилой

- всё одна и та же. Но никакого

приблизительного удовлетворения этой алчбы не может дать ни римский

император, ни гиперборейский варвар, ни олимпийский бог. Глаза смотрят

так же страшно, безответно и томительно, как пахнет лотос. Из века в век, из

одной эры - в другую эру.

Эти глаза обведены тёмным кругом. Один (левый, как всегда) заметно

меньше другого. Это - физиологическая особенность всех страстных натур,

происходящая от постоянного напряжения, от напрасной жажды найти

и увидеть то, чего нет на свете.

(1909)

Не забудьте перенести Ваши ответы в бланк работы

Всероссийская олимпиада школьников 2014-2015 гг.

Вариант 2. ИНТЕРПРЕТАЦИЯ ПОЭТИЧЕСКОГО ТЕКСТА

Алексей Константинович Толстой (1817-1885)

* * *

В стране лучей, незримой нашим взорам,

Вокруг миров вращаются миры;

Там сонмы душ возносят стройным хором

Своих молитв немолчные дары;

Блаженством там сияющие лики

Отвращены от мира суеты,

Не слышны им земной печали клики,

Не видны им земные нищеты;

Всё, что они желали и любили,

Всё, что к земле привязывало их,

Всё на земле осталось горстью пыли,

А в небе нет ни близких, ни родных.

Но ты, о друг, лишь только звуки рая

Как дальний зов, в твою проникнут грудь,

Ты обо мне подумай, умирая,

И хоть на миг блаженство позабудь!

Прощальный взор бросая нашей жизни,

Душою, друг, вглядись в мои черты,

Чтобы узнать в заоблачной отчизне

Кого звала, кого любила ты,

Чтобы не мог моей молящей речи

Небесный хор навеки заглушить,

Чтобы тебе, до нашей новой встречи,

В стране лучей и помнить и грустить!

(1856)

Не забудьте перенести Ваши ответы в бланк работы

Всероссийская олимпиада школьников 2014-2015 гг.

ВСЕРОССИЙСКАЯ ОЛИМПИАДА ШКОЛЬНИКОВ

ПО ЛИТЕРАТУРЕ. 2014-2015 ГОД.

МУНИЦИПАЛЬНЫЙ ЭТАП.

Критерии оценки творческого задания приведены в самих заданиях

(максимальный балл - 30).

Критерии оценки аналитического задания (с учётом рекомендаций

ЦПМК), единые для всех классов

Критерии оценки аналитического задания распространяются как на

работы, в которых анализируется прозаическое произведение, так и на

работы, посвящённые анализу поэзии. С целью снижения субъективности

при оценивании работ предлагается ориентироваться на ту шкалу оценок,

которая прилагается к каждому критерию. Она соответствует привычной для

российского учителя четырёхбалльной системе: первая оценка - условная

«двойка», вторая - условная «тройка», третья - условная «четверка», пятая -

условная «пятёрка». Баллы, находящиеся между оценками, соответствуют

условным «плюсам» и «минусам» в традиционной школьной системе.

Пример использования шкалы. При оценивании работы по первому

критерию ученик в целом понимает текст, толкует его адекватно, делает

верные наблюдения, но часть смыслов упускает, не все яркие моменты

подчёркивает. Работа по этому критерию в целом выглядит как «четвёрка

с минусом». В системе оценок по критерию «четвёрке» соответствует

10 баллов,

«тройке»

5 баллов. Соответственно, оценка выбирается

проверяющим по шкале из 6-9 баллов. Такое «сужение» зоны выбора и

введение пограничных оценок-«зарубок», ориентированных на привычную

модель оценивания, поможет избежать излишних расхождений в таком

субъективном процессе, как оценивание письменных текстов.

Оценка за работу выставляется сначала в виде последовательности

оценок по каждому критерию (ученик должен видеть, сколько баллов по

каждому критерию он набрал), а затем в виде итоговой суммы баллов. Это

позволит на этапе показа работ и апелляции сфокусироваться на обсуждении

реальных плюсов и минусов работы.

Всероссийская олимпиада школьников 2014-2015 гг.

ОЦЕНИВАЮТСЯ:

1. Понимание произведения как

«сложно построенного смысла»

(Ю.М. Лотман), последовательное и адекватное раскрытие этого смысла

в динамике, в

«лабиринте сцеплений», через конкретные наблюдения,

сделанные по тексту.

Максимально 15 баллов. Шкала оценок: 0 - 5 - 10 - 15.

2. Композиционная стройность работы и её стилистическая

однородность. Точность формулировок, уместность цитат и отсылок

к тексту.

Максимально 10 баллов. Шкала оценок: 0 - 3 - 7 - 10.

3. Владение теоретико-литературным понятийным аппаратом и умение

использовать термины корректно, точно и только в тех случаях, когда это

необходимо, без искусственного усложнения текста работы.

Максимально 5 баллов. Шкала оценок: 0 - 2 - 3 - 5.

4. Историко-литературная эрудиция, отсутствие фактических ошибок,

уместность использования фонового материала из области культуры

и литературы.

Максимально 5 баллов. Шкала оценок: 0 - 2 - 3 - 5.

5. Общая языковая и речевая грамотность

(отсутствие языковых,

речевых, грамматических ошибок).

Примечание 1. Сплошная проверка работы по привычным школьным

критериям грамотности с полным подсчётом ошибок не предусматривается.

Примечание 2. При наличии в работе речевых, грамматических, а также

орфографических и пунктуационных ошибок, затрудняющих чтение

и понимание текста, обращающих на себя внимание и отвлекающих от

чтения (в среднем более трёх ошибок на страницу текста), работа по этому

критерию получает ноль баллов.

Максимально 5 баллов. Шкала оценок: 0 - 2 - 3 - 5.

Максимальный балл - 40.

Всего за работу 70 баллов.

Всероссийская олимпиада школьников 2014-2015 гг.

Тексты олимпиадных заданий регионального этапа Всероссийской олимпиады

школьников по литературе

(2014-2015 уч. год)

9 класс

Первый тур

Проза

Поэзия

В.Астафьев

Ю.Левитанский

Старая лошадь

Как показать зиму

Задание: Выполните целостный анализ прозаического или стихотворного

(НА ВАШ ВЫБОР) текста

Виктор Астафьев

Старая лошадь

- Стоит? - спросил сержант Данила у разведчика Ванягина, дежурившего возле

стереотрубы.

- Стоит, - глухо ответил Ванягин, уступив место на чехле от стереотрубы

сержанту Даниле - командиру отделения разведки.

Отделённый долго и сосредоточенно обозревал окрестности, затем остановил

зоркие глаза прибора на одном месте.

- Скажи ты на милость, - заговорил он, раздражённо хлопая себя по карманам в

поисках курева. - Три дня стоит! - и в голосе его просквозила жалость.

Ванягин вздохнул:

- Три дня... - и дал ему прикурить.

Они курили, яростно затягиваясь горькой махоркой, и молчали. Но и так понимали

друг друга, оттого что думали об одном и том же, хотя были разными людьми. Сержант

Данила был в годах. Среди молодых, скорых на слово и ловких разведчиков он выглядел

чужевато, смущался тем, что находится не у места, и два раза в году просился на

обыкновенную службу, к обыкновенным пехотинцам.

Ванягин был из рабочих, специалист по шлифовке паровозных бронзовых

вкладышей. На сержанта Данилу он походил только волосом - оба рыжие, да ещё тем, что

во время работы не любил разговаривать. К этому приучило его тонкое шлифовальное

дело.

Он-то первый и назвал сержанта дядей Данилой, за что получил взыскание от

щеголеватого комбата и полдня спал без обмоток в глубокой щели, называемой «губой»,

куда принесли для него соломы дисциплинированные солдаты.

То ли понравилось Ванягину на «губе», то ли был он упорным человеком, но

наказание не пошло ему впрок, и вопрос чинопочитания он решил по-своему - стал звать

отделённого сержантом Данилой. Звание это разошлось по всему полку.

И тут уж ни комбат, ни кто другой не в силах были что-либо сделать.

Цигарка накалила ноготь, затрещала в пальцах, и сержант Данила кинул её под

каблук.

- Как ты думаешь? - хрипловато спросил он и прокашлялся. - Как, говорю,

думаешь, долго она ещё? - и кивнул головой в сторону нейтральной полосы.

- Кто её знает, - пожал плечами Ванягин. - Они ведь живучие попадаются.

Сержант Данила на секунду прислонился к стереотрубе и опять полез за кисетом:

- Всё стоит, всё стоит«

На нейтральной полосе, среди бородавчатых, засохших кочек вот уже третий день

стояла раненая лошадь. Стояла неподвижно, опустив голову. С дряблых, полураскрытых

губ её тянулась кровавая слюна. Когда на неё смотрели в стереотрубу, она почти

вплотную подвигалась к окулярам, и в большом глазу её можно было заметить тупую

боль, тоску и недоумение.

Земля поддерживала её. Та земля, на которую она ступила когда-то белолобым

жеребёнком, приветствуя мир радостным, переливчатым голосишком. Когда ноги у

жеребёнка сделались резвыми и струйка гривы потекла по гибкой шее, он принялся

покусывать круп матери и гонять молодых кобылиц. Когда он вырос, его стали запрягать.

Он взвился на дыбы и протестующе закричал, когда завели его первый раз в оглобли. Но в

оглоблях, да ещё с удилами во рту, трудно протестовать, и он побежал, а потом побрёл по

дороге, убегающей вдаль, к горизонту.

С тех пор ему всегда казалось, что там, у края земли, конец дороги и он довезёт

тяжёлую поклажу и увидит что-то неведомое.

Выпадали дни, даже целые недели, когда отпускали спутанную конягу на волю, и

она култыхала одна себе по прохладной траве, в прохладной темноте и слушала голос

дергача.

Конюх водил её на водопой к речке, и она долго, смачно тянула воду губами, а

человек длинно посвистывал ей, может быть думая, что под мерный и тихий свист коню

слаще пьётся.

Менялись поклажи: лес, дрова, сено, кирпичи, мешки, водовозная бочка, а дороге

не было конца. Она вела конягу и вела и вот привела туда, где грохот, сутолока, крики.

Сперва коняга прядала ушами, пятилась и храпела, рвала со страха постромки. Её

то гоняли во весь дух люди с вытаращенными глазами, то заставляли шагать тихонько, с

ленцой, убаюкивая длинной, как дорога, песней.

Однажды её впрягли в повозку вместе с двумя молодыми, горячими лошадьми. Их

гнали прямо по подсолнечнику, кукурузе.

Было дымно и жарко.

Молодые лошади скакали по бокам, на ходу хватали сочные побеги кукурузы и

глотали их, захлёбываясь слюной.

А коняга не могла. Ноги её слабели, заплетались, делались непослушными.

Та лошадь, что бежала справа, вдруг упала и взбила пыль ногами, а другая

раскачивалась и сипло дышала, выворачивая мягкие ноздри, из которых ключами била

кровь. И эта лошадь упала и потянула за собой старую конягу. Она шире расставила ноги,

упёрлась. Её душила упряжь, но она не хотела падать.

С повозки поднялся человек, вынул нож, обрезал постромки. Дышать сделалось

легче.

Человек погладил рёбра коняги, ободьями выступившие на боках:

- Ну, милый, только на тебя надежда, выручай!

И старая коняга, видно, поняла человека, напряглась и потянула повозку дальше от

грохота, сумятицы, воплей. Там, где попадались борозды или воронки, лошадь ступала

осторожно, однако повозка всё равно накренивалась, и с неё неслись стоны и ругань.

Наконец лошадь подсмотрела лесную дорогу и свернула на неё.

Возле палаток с красными крестами коняга остановилась, расслабила мускулы,

задумчиво опустила голову.

Раненых унесли. Не ожидая, когда её хлестнут и погонят, коняга отошла в сторону

и принялась выстригать из мятых кустов переросший пырей крупными, наполовину

съеденными зубами.

Вскоре и её зацепило. В бок тупо шибануло, она рванулась было, но повозки

сдвинуть не смогла. Ещё раз рванулась, словно бы не поверив тому, что произошло, и

почувствовала слабость в ногах и горячую боль внутри.

Это случилось на высохшем болотце. Здесь ещё с весны остались отпечатки следов

птиц и рос небольшой пучок лабазника. Сгоряча она объела его, по давней привычке с

толком используя остановку, но белый душистый цвет лабазника лишь обнюхала.

Пошумел, пошумел на неё с повозки прихрамывающий на одну ногу солдат, потом

с кряхтеньем обошёл вокруг, покачал головой. Сказав:

«Когда это война только и

кончится?» - он снял с лошади хомут.

Вечером он привёл другого коня, надел на него хомут. Потник на хомуте был

вытерт до блеска шеей старой коняги.

- Отвоевался, трудяга! - тихо молвил повозочный и ушёл, потрогав на прощанье

конягу за спутанную гриву.

Так она и осталась на поле одна, всеми брошенная, никому не нужная. Запах

лабазника щекотал в ноздрях. Ей виделся прохладный лес и за ним волнующееся море

овса, которого она давно уже не едала досыта.

До самой ночи она ещё чего-то ждала, а затем, судорожно дёргаясь, как спутанная,

двинулась неизвестно куда. Ей хотелось к людям, но кругом было темно, и глаза тоже

застилала темень. Природное чутьё изменило ей, и она, выбившись из сил, остановилась.

Она не заржала, а только робко зашелестела губами.

Никто не отозвался, никто не пришёл на её робкий призыв. Так и стояла она между

двумя враждебными мирами, в самом центре войны. Она будто знала, что если упадёт, то

больше никогда не поднимется и не увидит той дороги, что звала её вперёд и обещала что-

то«

Сержант Данила ещё раз кинул цигарку под каблук и ещё раз глянул в стереотрубу,

должно быть на что-то надеясь.

- Хотел сам - рука не поднимается... - Он опустил голову и после

продолжительного молчания произнёс: - Крестьяне бить лошадей могут вожжами там

либо кнутом, но убивать - нет, потому он, конь, - работник.

Так длинно и с неловкими намёками он ещё никогда не разговаривал.

- Конечно, конечно, - будто ничего не понимая, заторопился Ванягин. - Без коня у

вас никуда. - И замолк, потому что сержант Данила поднял голову и пристально взглянул

на него. Он мог бы приказать Ванягину, но не приказывал.

Ванягин не выдержал взгляда сержанта и опустил глаза. Лицо его сразу сделалось

виноватым, будто у напроказившего парнишки.

- Скоро смену пришлю.

Ванягин слышал, как осыпалась земля с бруствера. Траншеи для сержанта Данилы

всегда были узкими. «Слава богу», - облегчённо подумал Ванягин, когда шаги сержанта

затихли и стало ясно, что отделённый не вернётся.

Ещё никогда не тянулось так мучительно время на дежурстве, как в эти три дня.

Сменщик, Яшка Голоухин, побывавший в тылу врага с десантом и считающий, что

ему теперь всё нипочём, ввалился в ячейку с шумом:

- Артпривет наблюдателю! Дежурим? Много точек засёк?

- Одну.

- Маловато.

Он, не садясь, припал к окуляру стереотрубы, повертел колёсико и засмеялся:

- Вот это я понимаю - советский конь! Стоит на виду у фашистов и показывает

непоколебимость. Если, мол, умру, так стоя!..

- Ну ты, звонарь! - неожиданно замахнулся на него Ванягин.

- Ты чего? - попятился Яшка от Ванягина, разом пришедшего в свирепость.

- Ничего! - гаркнул Ванягин и, схватив карабин, вымахнул из окопчика.

Ползти было трудно - укрытий никаких. Ванягин плотно прижимался к земле, а

потом понял, что это бесполезно, поднялся и пошёл неторопливо и даже как-то

задумчиво, словно бы на прогулке.

- Срежут! Псих ненормальный! - заорал Яшка, когда наконец пришёл в себя.

Но Ванягин дошёл до коняги, приложился и выстрелил ей в голову.

Старая коняга качнулась, узловатые, надсаженные колени её подломились, и она

рухнула на землю. Судорога пробежала от шеи до задних ног её, и она вытянулась,

протяжно, с облегчением вздохнув в последний раз.

Ванягин со злостью выбросил дымящуюся гильзу и пошёл обратно.

Лошадь та снится Ванягину и по сей день...

1958

Юрий Левитанский

Как показать зиму

(из цикла «Кинематографª)

...но вот зима,

и чтобы ясно было,

что происходит действие зимой,

я покажу,

как женщина купила

на рынке ёлку

и несёт домой,

и вздрагивает ёлочкино тело

у женщины над худеньким плечом.

Но женщина тут, впрочем,

ни при чём.

Здесь речь о ёлке.

В ней-то всё и дело.

Итак,

я покажу сперва балкон,

где мы увидим ёлочку стоящей

как бы в преддверье

жизни предстоящей,

всю в ожиданье близких перемен.

Затем я покажу её в один

из вечеров

рождественской недели,

всю в блеске мишуры и канители,

как бы в полёте всю,

и при свечах.

И наконец,

я покажу вам двор,

где мы увидим ёлочку лежащей

среди метели,

медленно кружащей

в глухом прямоугольнике двора.

Безлюдный двор

и ёлка на снегу

точней, чем календарь, нам обозначат,

что минул год,

что следующий начат.

Что за нелепой разной кутерьмой,

ах, боже мой,

как время пролетело.

Что день хоть и длинней, да холодней.

Что женщина...

Но речь тут не о ней.

Здесь речь о ёлке.

В ней-то всё и дело.

[1970]

Тексты олимпиадных заданий регионального этапа Всероссийской олимпиады

школьников по литературе

(2014-2015 уч. год)

10 класс

Первый тур

Проза

Поэзия

В.Аксёнов

Н.Заболоцкий

Победа

Чертополох

Задание: Выполните целостный анализ прозаического или стихотворного

(НА ВАШ ВЫБОР) текста

Василий Аксɺнов

Победа

Рассказ с преувеличениями

В купе скорого поезда гроссмейстер играл в шахматы со случайным спутником.

Этот человек сразу узнал гроссмейстера, когда тот вошёл в купе, сразу загорелся

немыслимым желанием немыслимой победы над гроссмейстером. «Мало ли что, - думал

он, бросая на гроссмейстера лукавые узнающие взгляды, - мало ли что, подумаешь, хиляк

какой-тоª.

Гроссмейстер сразу понял, что его узнали, и с тоской смирился: двух партий по

крайней мере не избежать. Он тоже сразу узнал тип этого человека. Порой из окон

Шахматного клуба на Гоголевском бульваре он видел розовые крутые лбы таких людей.

Когда поезд тронулся, спутник гроссмейстера с наивной хитростью потянулся и

равнодушно спросил:

- В шахматишки, что ли, сыграем, товарищ?

- Да, пожалуй, - пробормотал гроссмейстер.

Спутник высунулся из купе, кликнул проводницу, появились шахматы, он схватил

их слишком поспешно для своего равнодушия, высыпал, взял две пешки, зажал их в

кулаки и кулаки показал гроссмейстеру. На выпуклости между большим и указательным

пальцами левого кулака татуировкой было обозначено «Г.О.ª.

- Левая, - сказал гроссмейстер и чуть поморщился, вообразив удары этих кулаков,

левого или правого.

Ему достались белые.

- Время-то надо убить, правда? В дороге шахматы - милое дело, - добродушно

приговаривал Г.О., расставляя фигуры.

Они быстро разыграли северный гамбит, потом всё запуталось.

Гроссмейстер внимательно глядел на доску, делая мелкие, незначительные ходы.

Несколько раз перед его глазами молниями возникали возможные матовые трассы ферзя,

но он гасил эти вспышки, чуть опуская веки и подчиняясь слабо гудящей внутри

занудливой, жалостливой ноте, похожей на жужжание комара.

- «Хас-Булат удалой, бедна сакля твоя...ª, - на той же ноте тянул Г.О.

Гроссмейстер был воплощённая аккуратность, воплощённая строгость одежды и

манер, столь свойственная людям, неуверенным в себе и легко ранимым. Он был молод,

одет в серый костюм, светлую рубашку и простой галстук. Никто, кроме самого

гроссмейстера, не знал, что его простые галстуки помечены фирменным знаком «Дом

Диораª. Эта маленькая тайна всегда как-то согревала и утешала молодого и молчаливого

гроссмейстера. Очки также довольно часто выручали его, скрывая от посторонних

неуверенность и робость взгляда. Он сетовал на свои губы, которым свойственно было

растягиваться в жалкой улыбочке или вздрагивать. Он охотно закрыл бы от посторонних

глаз свои губы, но это, к сожалению, пока не было принято в обществе.

Игра Г.О. поражала и огорчала гроссмейстера. На левом фланге фигуры

столпились таким образом, что образовался клубок шарлатанских каббалистических

знаков, было похоже на настройку халтурного духового оркестра, жёлто-серый

слежавшийся снег, глухие заборы, цементный завод. Весь левый фланг пропах уборной и

хлоркой, кислым запахом казармы, мокрыми тряпками на кухне, а также тянуло из

раннего детства касторкой и поносом.

- Ведь вы гроссмейстер такой-то? - спросил Г.О.

- Да, - подтвердил гроссмейстер.

- Ха-ха-ха, какое совпадение! - воскликнул Г.О.

«Какое совпадение? О каком совпадении он говорит? Это что-то немыслимое!

Могло ли такое случиться? Я отказываюсь, примите мой отказª, - панически быстро

подумал гроссмейстер, потом догадался, в чём дело, и улыбнулся.

- Да, конечно, конечно.

- Вот вы гроссмейстер, а я вам ставлю вилку на ферзя и ладью, - сказал Г.О. Он

поднял руку. Конь-провокатор повис над доской.

«Вилка в зад, - подумал гроссмейстер. - Вот так вилочка! У дедушки была своя

вилка, он никому не разрешал ею пользоваться. Собственность. Личные вилка, ложка и

нож, личные тарелки и пузырёк для мокроты. Также вспоминается “лирная” шуба,

тяжёлая шуба на “лирном” меху, она висела у входа, дед почти не выходил на улицу.

Вилка на дедушку и бабушку. Жалко терять стариковª.

Пока конь висел над доской, перед глазами гроссмейстера вновь замелькали

светящиеся линии и точки возможных предматовых рейдов и жертв.

Увы, круп коня с отставшей грязно-лиловой байкой был так убедителен, что

гроссмейстер только пожал плечами.

- Отдаёте ладью? - спросил Г.О.

- Что поделаешь.

- Жертвуете ладью ради атаки? Угадал? - спросил Г.О., всё ещё не решаясь

поставить коня на желанное поле.

- Просто спасаю ферзя, - пробормотал гроссмейстер.

- Вы меня не подлавливаете? - спросил Г.О.

- Нет, что вы, вы сильный игрок.

Г.О. сделал свою заветную «вилкуª. Гроссмейстер спрятал ферзя в укромный угол

за террасой, за полуразвалившейся каменной террасой с резными подгнившими

столбиками, где осенью остро пахло прелыми кленовыми листьями. Здесь можно

отсидеться в удобной позе, на корточках. Здесь хорошо, во всяком случае, самолюбие не

страдает. На секунду привстав и выглянув из-за террасы, он увидел, что Г.О. снял ладью.

Внедрение чёрного коня в бессмысленную толпу на левом фланге, занятие им поля,

занятие им поля «b4ª, во всяком случае, уже наводило на размышления.

Гроссмейстер понял, что в этом варианте, в этот весенний зелёный вечер одних

только юношеских мифов ему не хватит. Всё это верно, в мире бродят славные дурачки -

юнги Билли, ковбои Гарри, красавицы Мери и Нелли, и бригантина поднимает паруса, но

наступает момент, когда вы чувствуете опасную и реальную близость чёрного коня на

поле «b4ª. Предстояла борьба, сложная, тонкая, увлекательная, расчётливая. Впереди

была жизнь.

Гроссмейстер выиграл пешку, достал платок и высморкался. Несколько мгновений

в полном одиночестве, когда губы и нос скрыты платком, настроили его на банально-

философический лад. «Вот так добиваешься чего-нибудь, - думал он, - а что дальше? Всю

жизнь добиваешься чего-нибудь; приходит к тебе победа, а радости от неё нет. Вот,

например, город Гонконг, далёкий и весьма загадочный, а я в нём уже был. Я везде уже

былª.

«На его месте Петросян бы уже сдалсяª, - подумал гроссмейстер.

Потеря пешки мало огорчила Г.О.: ведь он только что выиграл ладью. Он ответил

гроссмейстеру ходом ферзя, вызвавшим изжогу и минутный приступ головной боли.

Гроссмейстер сообразил, что кое-какие радости ещё остались у него в запасе.

Например, радость длинных, по всей диагонали, ходов слона. Если чуть волочить слона

по доске, то это в какой-то мере заменит стремительное скольжение на ялике по

солнечной, чуть-чуть зацветшей воде подмосковного пруда, из света в тень, из тени в свет.

Гроссмейстер почувствовал непреодолимое страстное желание захватить поле «h8ª, ибо

оно было полем любви, бугорком любви, над которым висели прозрачные стрекозы.

- Ловко вы у меня отыграли ладью, а я прохлопал, - пробасил Г.О., лишь

последним словом выдав своё раздражение.

- Простите, - тихо сказал гроссмейстер. - Может быть, вернёте ходы?

- Нет-нет, - сказал Г.О., - никаких поблажек, очень вас умоляю.

- «Дам кинжал, дам коня, дам винтовку свою...ª, - затянул он, погружаясь в

стратегические размышления.

Бурный летний праздник любви на поле «h8ª радовал и вместе с тем тревожил

гроссмейстера. Он чувствовал, что вскоре в центре произойдёт накопление внешне

логичных, но внутренне абсурдных сил. Опять послышится какофония и запахнет

хлоркой, как в тех далёких проклятой памяти коридорах на левом фланге.

- Вот интересно: почему все шахматисты - евреи? - спросил Г.О.

- Почему же все? - сказал гроссмейстер. - Вот я, например, не еврей.

- Правда? - удивился Г.О. и добавил: - Да вы не думайте, что я это так. У меня

никаких предрассудков на этот счёт нет. Просто любопытно.

- Ну, вот вы, например, - сказал гроссмейстер, - ведь вы не еврей.

- Где уж мне! - пробормотал Г.О. и снова погрузился в свои секретные планы.

«Если я его так, то он меня так, - думал Г.О. - Если я сниму здесь, он снимет там,

потом я хожу сюда, он отвечает так... Всё равно я его добью, всё равно доломаю.

Подумаешь, гроссмейстер-блатмейстер, жила ещё у тебя тонкая против меня. Знаю я ваши

чемпионаты: договариваетесь заранее. Всё равно я тебя задавлю, хоть кровь из носа!ª

- Да-а, качество я потерял, - сказал он гроссмейстеру, - но ничего, ещё не вечер.

Он начал атаку в центре, и, конечно, как и предполагалось, центр сразу

превратился в поле бессмысленных и ужасных действий. Это была не-любовь, не-встреча,

не-надежда, не-привет, не-жизнь. Гриппозный озноб и опять жёлтый снег, послевоенный

неуют, всё тело чешется. Чёрный ферзь в центре каркал, как влюблённая ворона, воронья

любовь, кроме того, у соседей скребли ножом оловянную миску. Ничто так определённо

не доказывало бессмысленность и призрачность жизни, как эта позиция в центре. Пора

кончать игру.

«Нет, - подумал гроссмейстер, - ведь есть ещё кое-что, кроме этогоª.

Он поставил большую бобину с фортепьянными пьесами Баха, успокоил сердце

чистыми и однообразными, как плеск волн, звуками, потом вышел из дачи и пошёл к

морю. Над ним шумели сосны, а под босыми ногами был скользкий и пружинящий

хвойный наст.

Вспоминая море и подражая ему, он начал разбираться в позиции, гармонизировать

её. На душе вдруг стало чисто и светло. Логично, как баховская coda, наступил мат

чёрным. Матовая ситуация тускло и красиво засветилась, завершённая, как яйцо.

Гроссмейстер посмотрел на Г.О. Тот молчал, набычившись, глядя в самые глубокие тылы

гроссмейстера. Мата своему королю он не заметил. Гроссмейстер молчал, боясь нарушить

очарование этой минуты.

- Шах, - тихо и осторожно сказал Г.О., двигая своего коня. Он еле сдерживал

внутренний рёв.

...Гроссмейстер вскрикнул и бросился бежать. За ним, топоча и свистя, побежали

хозяин дачи, кучер Еврипид и Нина Кузьминична. Обгоняя их, настигала гроссмейстера

спущенная с цепи собака Ночка.

- Шах, - ещё раз сказал Г.О., переставляя своего коня, и с мучительным

вожделением глотнул воздух.

...Гроссмейстера вели по проходу среди затихшей толпы. Идущий сзади чуть

касался его спины каким-то твёрдым предметом. Человек в чёрной шинели с эсэсовскими

молниями на петлицах ждал его впереди. Шаг - полсекунды, ещё шаг - секунда, ещё

шаг - полторы, ещё шаг - две... Ступеньки вверх. Почему вверх? Такие вещи следует

делать в яме. Нужно быть мужественным. Это обязательно? Сколько времени занимает

надевание на голову вонючего мешка из рогожи? Итак, стало совсем темно и трудно

дышать, и только где-то очень далеко оркестр бравурно играл «Хас-Булат удалойª.

- Мат! - как медная труба, вскрикнул Г.О.

- Ну, вот видите, - пробормотал гроссмейстер, - поздравляю!

- Уф, - сказал Г.О., - уф, ух, прямо запарился, прямо невероятно, надо же, чёрт

возьми! Невероятно, залепил мат гроссмейстеру! Невероятно, но факт! - Захохотал он.

- Ай да я! - Он шутливо погладил себя по голове. - Эх, гроссмейстер вы мой,

гроссмейстер, - зажужжал он, положил ладони на плечи гроссмейстера и дружески

нажал, - милый вы мой молодой человек... Нервишки не выдержали, да? Сознайтесь?

- Да-да, я сорвался, - торопливо подтвердил гроссмейстер.

Г.О. широким свободным жестом смёл фигуры с доски. Доска была старая,

щерблёная, кое-где поверхностный полированный слой отодрался, обнажена была жёлтая,

измученная древесина, кое-где имелись фрагменты круглых пятен от поставленных в

былые времена стаканов железнодорожного чая.

Гроссмейстер смотрел на пустую доску, на шестьдесят четыре абсолютно

бесстрастных поля, способных вместить не только его собственную жизнь, но

бесконечное число жизней, и это бесконечное чередование светлых и тёмных полей

наполнило его благоговением и тихой радостью. «Кажется, - подумал он, - никаких

крупных подлостей в своей жизни я не совершалª.

- А ведь так вот расскажешь, и никто не поверит, - огорчённо вздохнул Г.О.

- Почему же не поверят? Что же в этом невероятного? Вы сильный, волевой

игрок, - сказал гроссмейстер.

- Никто не поверит, - повторил Г.О., - скажут, что брешу. Какие у меня

доказательства?

- Позвольте, - чуть обиделся гроссмейстер, глядя на розовый крутой лоб Г.О., - я

дам вам убедительное доказательство. Я знал, что я вас встречу.

Он открыл свой портфель и вынул оттуда крупный, с ладонь величиной золотой

жетон, на котором было красиво выгравировано: «Податель сего выиграл у меня партию в

шахматы. Гроссмейстер такой-тоª.

- Остаётся только проставить число, - сказал он, извлёк из портфеля

гравировальные принадлежности и красиво выгравировал число в углу жетона.

- Это чистое золото, - сказал он, вручая жетон.

- Без обмана? - спросил Г.О.

- Абсолютно чистое золото, - сказал гроссмейстер. - Я заказал уже много таких

жетонов и постоянно буду пополнять запасы.

Февраль 1965

Николай Заболоцкий

Чертополох

Принесли букет чертополоха 

И на стол поставили, и вот 

Предо мной пожар, и суматоха, 

И огней багровый хоровод. 

Эти звёзды с острыми концами, 

Эти брызги северной зари 

И гремят и стонут бубенцами, 

Фонарями вспыхнув изнутри. 

Это тоже образ мирозданья, 

Организм, сплетённый из лучей, 

Битвы неоконченной пыланье, 

Полыханье поднятых мечей, 

Это башня ярости и славы, 

Где к копью приставлено копьё, 

Где пучки цветов, кровавоглавы, 

Прямо в сердце врезаны моё. 

Снилась мне высокая темница 

И решётка, чёрная, как ночь, 

За решёткой - сказочная птица, 

Та, которой некому помочь. 

Но и я живу, как видно, плохо,

Ибо я помочь не в силах ей. 

И встаёт стена чертополоха 

Между мной и радостью моей. 

И простёрся шип клинообразный 

В грудь мою, и уж в последний раз 

Светит мне печальный и прекрасный 

Взор её неугасимых глаз.

1956

Тексты олимпиадных заданий регионального этапа Всероссийской олимпиады

школьников по литературе

(2014-2015 уч. год)

11 класс

Первый тур

Проза

Поэзия

М.Осоргин

В.Ходасевич

Часы

Дактили

Задание: Выполните целостный анализ прозаического или стихотворного

(НА ВАШ ВЫБОР) текста

Михаил Осоргин

Часы

О.X. Лопатиной

Бабушка Татьяна Егоровна с утра в большом волнении. Накануне положила

кружева в мыльную воду, продержала всю ночь; вставши, как обычно, в семь,

прополоскала в чистой воде, успела и просушить и разгладить. И хотя раньше, чем в два

пополудни, не ждать радостного визита, а уже к полудню был накрыт стол не новой, но

ещё прекрасной скатертью, поставлены две чашки, обе завода Попова, и старинный

серебряный чайник, на крышке которого немного покривился от времени малый розан с

веточкой о трёх лепестках. Ещё была к прибору гостя - фамильная чайная ложка с

полусъеденной позолотой.

На свете, на всём белом свете - а уж на что он велик! - не было комнаты чище

бабушкиной. Всё, что от природы было блестящим, - блестело; всё, что было старо и

поизносилось от времени, - сияло старостью, прилежной штопкой и великой чистотой. И

если бы чей зоркий и недобрый глаз отыскал в комнате бабушки одну-единственную

соринку, то и эта соринка оказалась бы невинной, ровненькой и чистой.

Кроме поповских чашек с золотой каймой и фигурными ручками, кроме чайника и

ложки, оставшихся от семейного сервиза, были в комнате бабушки Татьяны Егоровны

ещё два предмета на удивленье: рабочий столик и каминные часы.

Рабочий столик, пузатый, с перламутром на крышке и бронзой по скату ножек,

стоял не ради красоты. Он был всегда в действии и многих чудес был свидетелем и

участником. Трудно сказать, чего не могла скроить, сшить, починить и подштопать

бабушкина белая и худенькая рука. И были в столике иголки всякого размера и нитки

любого цвета, от грубой шерстяной до тончайшей шёлковой. Было в столике столько

цветных лоскутков, сколько существует видимых глазу оттенков в радуге, и пуговицы

были от самых больших до самых маленьких. Ещё было в столике особое отделение для

писем, полученных за последний год; тридцать первого декабря эти письма

перевязывались тонкой тесьмой и прятались в комод. По правде сказать, писем было

немного, с каждым годом меньше. Самое свежее письмо с заграничной маркой получено

было на днях - от внука, которого бабушка не видала двадцать два года, а в последний раз

видела трёхлетним. Увидать же снова должна была именно сегодня в два часа дня.

Поэтому и надела бабушка с утра новый и свежий кружевной чепчик.

И ещё, как сказано, были у Татьяны Егоровны старинные и драгоценные каминные

часы малого размера, великой красоты, с боем трёх колокольчиков, с недельным заводом

(утром в воскресенье). Колокольчики отбивали час, полчаса и каждую четверть, все по-

разному. Звук колокольчика был чист, нежен и словно бы доносился издалека. Как это

было устроено - знал только мастер, которого, конечно, давно не было на свете, потому

что часам было больше ста лет. И все сто лет часы шли непрерывно, не отставая, не

забегая, не уставая отбивать час, половину и четверти.

Двадцать лет назад с часами случилось вот что: стали они отбивать ровно на три

часа меньше, чем полагается. Вместо пяти - два, вместо двух - одиннадцать, вместо

одиннадцати - восемь и так далее. Однако половины и четверти по-прежнему правильно.

Так, бьют они три с четвертью - значит, четверть седьмого, нужно только прибавить три.

И вот тогда, двадцать лет назад, часы были отданы в починку - единственный в их

жизни раз. Из починки часы вернулись с правильным боем: бьют полдень - значит,

полдень и есть. Неделю шли и били правильно, а через неделю вдруг сразу сбились и в

пять часов пробили только раза два. Так пошло и дальше, и больше бабушка их в починку

не отдавала.

И действительно, какой смысл в этой починке? Во-первых, часовщик может их

испортить; часы старые, кто делал их - неизвестно. А потом - прошло двадцать лет, и

бабушка к ним привыкла: бьют пять - значит, восемь, а восемь - значит, одиннадцать.

Никакого труда нет накинуть три, тем более что стрелки показывают правильно, для

всякого понятно.

Когда часы прозвонили одиннадцать с четвертью, раздался звонок и в передней. И

оказалось, что трёхлетний Ванечка вытянулся в большого, здорового, приветливого и

весёлого мужчину и к тому же стал инженером. Когда вошёл этот молоденький инженер,

внук Татьяны Егоровны, то рабочий столик стал совсем маленьким и от обиды раздул

бока, да и самой бабушке пришлось смотреть на внука снизу вверх. Оказался кстати

чистый белый платочек, которым бабушка вытерла слезу, - в старости слёзы льются и от

радости и от горя совсем одинаково.

Чай пили из серебряного чайника с покосившимся розанчиком, а Ванечка

помешивал в поповской чашке старинной ложкой с позолотой. Рабочий столик, сначала

возревновав, после стоял смирненько. Кружева на бабушкином чепчике сияли чистотой, а

сама бабушка улыбалась, слушая рассказы молодого инженера.

Среди многих чудес молодой жизни рассказывал он, как летел на самолёте из

Лондона в Париж и какие высоченные дома строят сейчас в Америке. И вообще

рассказывал про многое, о чём бабушка и читала и слышала, но ещё не встречала

человека, который видел бы это сам; и к тому же таким человеком оказался собственный

её внук Ванечка. А пройдёт неделя - и опять поедет он по разным странам, будет летать

по воздуху, прокапывать горы и строить мосты над водопадами. И не страшно за него,

потому что он здоров, весел, ест пятую булочку с маслом и пьёт большую поповскую

чашку в два глотка.

- И всё же, Ванечка, береги себя, будь осторожен. Если уж нужно тебе летать на

машинах, ты высоко не летай, - не ровен час что-нибудь в машине испортится. Храни

тебя Бог от какого несчастия.

Рассказала ему Татьяна Егоровна про то, как он был совсем маленьким и строил из

спичечных коробок железную дорогу: видно, так сама судьба сулила. И фотографию его

разыскала: сидит этакий бутуз верхом на игрушечной лошади и прямо смотрит большими

глазами. И про отца его рассказала, царство ему небесное.

Уже не раз звонили бабушкины часы половину и четверти, но за первым

разговором бой их как-то терялся. И вдруг ясно и отчётливо прозвонили они один час.

Инженер повернулся к камину и спросил с удивлением:

- Это почему же, бабушка, они так мало бьют?

Бабушка объяснила, что бьют они не совсем правильно, а показывают верно, и что

часам этим больше ста лет.

- Надо их починить, бабушка. Ведь это очень просто.

- Что же их чинить, я к ним привыкла, и так знаю.

И опять заговорил о разном, и пока не прозвонили снова далёкие колокольчики,

что прошло ещё полчаса человеческой жизни. И опять молодой инженер повернулся к

часам:

- Какой у них бой чудесный! Кажется, будто не здесь, а далеко. Вот в горах так

бывает, когда часы бьют в какой-нибудь далёкой деревушке. Жаль только, что они

испорчены.

Тут бабушка промолчала, хотя и было ей приятно, что ему нравятся её старинные

часы.

Когда инженер заторопился уходить, - опаздывал на важное свидание, - бабушка

завернула в белую бумагу, хорошо вымывши, чайную ложку и сунула ему в руку.

- Это что, бабушка?

- А это - положи в карман. Это, милый, память. Этой ложкой твой отец маленьким

молочко пил. Ты её побереги, места займёт немного, а иногда посмотришь.

- Бабушка, да зачем же! Ну, спасибо!

И опять пригодился бабушке платочек. На прощанье поцеловала внука и

покрестила:

- Может, ты и не веруешь, а уж прости меня, старуху.

И когда он уходил, вдруг опять зазвонили часы, и он, остановившись на пороге,

спросил:

- Бабушка, есть у вас бумага или старая газета?

- Есть бумага, Ванечка.

- Дайте мне, бабушка. Мне хочется сделать вам приятное. Вот хорошо, эта

подойдёт.

Потом быстро подошёл к камину, осторожно взял часы и завернул в бумагу:

- Бабушка, вы не беспокойтесь. Я отдам их починить хорошему часовщику, а через

два дня вам принесу. Будут бить, сколько нужно, совсем правильно.

- Ванечка, да мне не нужно!

Но он и слышать не хотел. Подошёл, поцеловал бабушку в обе щёки и убежал со

свёртком шумно и весело, как все молодые.

* * *

Бабушка Татьяна Егоровна две ночи спала не особенно хорошо. И не о чем было

беспокоиться, и всё же было как-то беспокойно. Очень было молчаливо. Привыкла, что

бьют в старушечьей ночи далёкие звонкие колокольчики, - а вот их нет. Были разные

думы, во вторую ночь ей даже приснилось, что большой и толстый часовщик ударил по её

часам тяжёлым молотом и - дзынь! - часы рассыпались. Старалась утешить себя:

- Ну, что ж, пускай! Ванечке это приятно.

А на третий день Ванечка забежал на минуту (очень торопился) и занёс часы:

- Ну, бабушка, теперь всё хорошо. Сейчас я не могу, а перед отъездом забегу к вам

посидеть подольше.

Прошумел и исчез.

Стоят часы на прежнем месте, точно и не уходили. Стрелки идут, подходят к

одиннадцати с половиной. Бабушка бродит по комнате, ищет последнюю соринку, чтобы

смести её тряпочкой. Соринки нет, а глаза бабушки косятся на минутную стрелку, а ухо

ждёт.

И вдруг зазвенел колокольчик и часы забили. И как дошли они до восьми ударов и

стали бить дальше, все одиннадцать, бабушка грустно улыбнулась и отвернулась. И

рабочий её столик тоже осунулся и стоял теперь понуро.

Так пошла жизнь дальше, и часы били теперь правильно. Бьют пять - значит, пять.

А в два часа бьют ровно два. Конечно, удобно.

«Главное - Ванечке приятно, - думала бабушка. - Вот уедет в свои путешествия,

может быть, опять полетит в какую странуª.

Но, конечно, путала иногда, особенно под утро, когда сон чуток. Бьют часы пять, -

ой, проспала! - а оказывается, и действительно всего-навсего пять часов.

Старый человек иногда загрустит, а отчего - и сам не знает. О чём-нибудь

думается. Вот раньше, например, по воздуху не летали, а всё-таки жили, и не хуже жили.

За рабочим своим столиком сидит бабушка Татьяна Егоровна, в доме тихо, и

слышно, как тикают на камине часы. А когда приходит им время звенеть далёкими

колокольчиками, бабушка вздыхает и как-то неохотно слушает - всё же слушает. Слов

нет - бьют часы верно и ни в чём не стали хуже. Однако радости в их бое нет - да и чему

старухе радоваться.

Когда пришло воскресенье, бабушка завела часы ключиком. И часы прежние, и

ключик прежний. Не их, конечно, вина, что два дня провели они у чужого человека,

который что-то там винтил или пробовал. Никакой с их стороны не было измены.

В эту ночь бабушка проснулась, потому что в комнате легонько чикнуло.

Проснулась - и долго не могла снова уснуть. Не то чтобы беспокойство, а как бы

ожиданье: вот что-нибудь случится. Так и лежала, закрыв глаза и слушая ночную тишину.

И часы пробили - всё продолжала лежать. И вдруг показалось бабушке, что часы пробить

пробили, а не совсем так, как им теперь полагалось. И от этой мысли бабушка

взволновалась - сон совсем ушёл. Зажгла свет, посмотрела, всё правильно, часы идут

хорошо и тикают по-прежнему. Скоро свет - на стрелках начало шестого. А в памяти что-

то осталось - и волненье.

Тогда бабушка Татьяна Егоровна, в кофте и ночном чепце, села на стул против

часов и стала ждать.

Было самой немного стыдно: «И чего я, старуха, жду, чего хочу? Спать бы да

спать!ª

И решила: «Подожду до четверти да и лягуª.

Действительно подождала. Когда же колокольчик в первый раз ударил, вся замерла

в ожидании и стала губами считать:

- Раз, два...

А вместо третьего, четвёртого и пятого - изменился звук колокольчика и заиграли

часы четверть.

Бабушка так и замерла. Когда умолкли часы - подумала: да уж не ошиблась ли? Да

ведь как ошибёшься? Ведь если сказать по чистой совести - ведь этого и ждала она, сидя

на стуле в ночной час. Сама себе не сказала - а ждала: пять ли пробьют или только два

раза, как били они двадцать лет подряд. Как же можно ошибиться!

И тут сошло в душу бабушки как бы сияние: и странно это, и смешно, а уж так

хорошо, точно провели по сердцу ласковой рукой.

Заторопилась, хитро заулыбалась, поскорее легла в постель, укрылась, - а сна нет,

хочется ещё услыхать, как будут часы бить половину.

Долго тянулось время, словно бы нарочно кто его затягивал. Тикали часы

тихонько-тихонько и, как живые, нашёптывали: «Теперь уж будьте покойны, всё будет

по-старому!ª А как подошло время к половине шестого - звоном колокольчиков, ясным и

уверенным, пробили бабушкины верные часы опять ровно два, другим колокольчиком

отзвонив и половину.

И тут бабушка заснула, вся утонув в улыбке и спокойствии. Сон её был лёгок, а

новый день её был светел и полон неутомительной суеты.

1934

Владислав Ходасевич

Дактили

Был мой отец шестипалым. По ткани, натянутой туго,

Бруни его обучал мягкою кистью водить.

Там, где фиванские сфинксы друг другу в глаза загляделись,

В летнем пальтишке зимой перебегал он Неву.

А на Литву возвратясь, весёлый и нищий художник,

Много он там расписал польских и русских церквей.

Был мой отец шестипалым. Такими родятся счастливцы.

Там, где груши стоят подле зелёной межи,

Там, где Вилия в Неман лазурные воды уносит,

В бедной, бедной семье встретил он счастье своё.

В детстве я видел в комоде фату и туфельки мамы.

Мама! Молитва, любовь, верность и смерть - это ты!

Был мой отец шестипалым. Бывало, в сороку-ворону

Станем играть вечерком, сев на любимый диван.

Вот, на отцовской руке старательно я загибаю

Пальцы один за другим - пять. А шестой - это я.

Шестеро было детей. И вправду: он тяжкой работой

Тех пятерых прокормил - только меня не успел.

Был мой отец шестипалым. Как маленький лишний мизинец

Прятать он ловко умел в левой зажатой руке,

Так и в душе навсегда затаил незаметно, подспудно

Память о прошлом своём, скорбь о святом ремесле.

Ставши купцом по нужде - никогда ни намёком, ни словом

Не поминал, не роптал. Только любил помолчать.

Был мой отец шестипалым. В сухой и красивой ладони

Сколько он красок и черт спрятал, зажал, затаил?

Мир созерцает художник - и судит, и дерзкою волей,

Демонской волей творца - свой созидает, иной.

Он же очи смежил, муштабель и кисти оставил,

Не созидал, не судил... Трудный и сладкий удел!

Был мой отец шестипалым. А сын? Ни смиренного сердца,

Ни многодетной семьи, ни шестипалой руки

Не унаследовал он. Как игрок на неверную карту,

Ставит на слово, на звук - душу свою и судьбу...

Ныне, в январскую ночь, во хмелю, шестипалым размером

И шестипалой строфой сын поминает отца.

Январь 1927 - 3 марта 1928, Париж

Критерии и методика оценивания олимпиадных заданий регионального

этапа Всероссийской олимпиады школьников

по литературе (2014 - 2015 учебный год)

1.Общая характеристика олимпиадных заданий

регионального этапа

Региональный этап олимпиады по литературе в

2014-2015 учебном году

проходит в два тура, которые проводятся в два разных дня.

Первый тур

- аналитический

(целостный анализ текста).

Продолжительность тура - 5 астрономических часов, максимальный балл - 70.

Второй тур

- творческий

(набор заданий творческого характера).

Продолжительность тура - 5 астрономических часов, максимальный балл - 60.

Максимальный общий балл за работу - 130 баллов.

2. Первый тур.

Аналитическое задание: общая характеристика

Во время первого тура участнику олимпиады предлагается провести целостный

анализ текста - прозаического ИЛИ стихотворного. Выбор типа текста -

исключительное право ученика.

Анализируя текст, ученик должен показать степень сформированности

аналитических филологических навыков - именно они и станут предметом

оценки. Ученик сам определяет методы и приемы анализа, структуру и

последовательность изложения своих мыслей. Важно, чтобы анализ текста

приводил ученика-читателя к главному - к пониманию автора, смысла его

высказывания, его позиции, способов, которыми он эту позицию выразил.

Анализ текста проводится учеником для того, чтобы уточнить, углубить,

развить первичное понимание, увидеть произведение как сложно

организованное единство элементов, несущее в себе смысл.

Под «целостным анализом текста» мы понимаем не обязательный учет

и скрупулезное описание всех его структурных уровней - от фонетической и

ритмико-метрической стороны до и интертекста. Мы рекомендуем

сосредоточиться на тех аспектах текста, которые актуализированы в нём и в

наибольшей степени “работают” на раскрытие заложенных в нём смыслов.

Специально оговариваем также: анализ текста - это не повод демонстрировать

знание филологической терминологии; обилие терминов в работе ещё не

означает научности. Гораздо важнее сказать о своём понимании ясно и точно, а

термины использовать к месту и дозированно.

3. Критерии оценки аналитического задания

Критерии оценки аналитического задания распространяются как на работы, в

которых анализируется прозаическое произведение, так и на работы,

посвящённые анализу поэзии.

С целью снижения субъективности при оценивании работ предлагается

ориентироваться на ту шкалу оценок, которая прилагается к каждому критерию.

Она соответствует привычной для российского учителя четырехбалльной

системе: первая оценка - условная «двойка» («неудовлетворительно»), вторая -

условная

«тройка»

(«удовлетворительно»), третья

- условная

«четвёрка»

(«хорошо»), пятая

- условная

«пятёрка»

(«отлично»). Баллы, находящиеся

между оценками, соответствуют условным

«плюсам» и

«минусам» в

традиционной школьной системе («тройке с минусом», «тройке с плюсом»,

«четвёрке с минусом», «четвёрке с плюсом», «пятёрке с минусом»).

Пример использования шкалы. При оценивании работы по первому

критерию ученик в целом понимает текст, толкует его адекватно, делает верные

наблюдения, но часть смыслов упускает, не все яркие моменты подчёркивает.

Работа по этому критерию в целом выглядит как «четвёрка с минусом». В

системе оценок по критерию «четверке» соответствует 20 баллов, «тройке» - 10

баллов. Соответственно, оценка выбирается проверяющим по шкале из 16-19

баллов. Подобное «сужение» зоны выбора и введение пограничных оценок-

«зарубок», ориентированных на привычную модель оценивания, поможет

избежать излишних расхождений в таком субъективном процессе, как

оценивание письменных текстов.

Оценка за работу выставляется сначала в виде последовательности цифр

- оценок по каждому критерию (ученик должен видеть, сколько баллов по

каждому критерию он набрал), а затем в виде итоговой суммы баллов. Это

позволит на этапе показа работ и апелляции сфокусироваться на обсуждении

реальных плюсов и минусов работы.

Критерии:

Понимание произведения как

«сложно построенного смысла»

(Ю.М. Лотман), последовательное и адекватное раскрытие этого смысла в

динамике, в «лабиринте сцеплений», через конкретные наблюдения, сделанные

по тексту.

Максимально 30 баллов. Шкала оценок: 0 - 10 - 20 - 30

2. Композиционная стройность работы и её стилистическая однородность.

Точность формулировок, уместность цитат и отсылок к тексту произведения.

Максимально 15 баллов. Шкала оценок: 0 - 5 - 10 - 15

3. Владение теоретико-литературным понятийным аппаратом и умение

использовать термины корректно, точно и только в тех случаях, когда это

необходимо, без искусственного усложнения текста работы.

Максимально 10 баллов. Шкала оценок: 0 - 3 - 7- 10

Историко-литературная эрудиция, отсутствие фактических ошибок,

уместность использовании фонового материала из области культуры и

литературы.

Максимально 10 баллов. Шкала оценок: 0 - 3 - 7 - 10

5. Общая языковая и речевая грамотность (отсутствие языковых, речевых,

грамматических ошибок). Примечание

1: сплошная проверка работы по

привычным школьным критериям грамотности с полным подсчётом ошибок не

предусматривается. Примечание

2: при наличии в работе речевых,

грамматических, а также орфографических и пунктуационных ошибок,

затрудняющих чтение и понимание текста, обращающих на себя внимание и

отвлекающих от чтения (в среднем более трёх ошибок на страницу текста),

работа по этому критерию получает ноль баллов.

Максимально 5 баллов. Шкала оценок: 0 - 1 - 3 - 5

Итого: максимальный балл - 70 баллов

Внимание! Поскольку работы регионального тура выборочно присылаются в

ЦПМК на перепроверку, баллы должны быть выставлены по каждому критерию

в специальную таблицу. Таблица вкладывается в работу ученика

(или

прикрепляется к ней) и подлежит сканированию.

Первый тур

ФИО ученика (или шифр работы)

Класс

К1

К2

К3

К4

К5

Итог

0-10-20-30

0-5-10-15

0-3-7-10

0-1-3-5

Необходимые комментарии, пояснения, рецензия (если нужно):

Подпись проверяющего

Подпись председателя

№1 ( с расшифровкой)

№2 ( с расшифровкой)

жюри(с расшифровкой)

4. Второй тур.

Творческие задания

Второй тур заключительного этапа

- творческий. Он должен выявить

творческие способности школьника, умение создавать разные по жанру и стилю

тексты, готовность решать нестандартные (с точки зрения школьного обучения)

филологические задачи, выступать в роли редактора, журналиста, писателя,

рецензента, ведущего блога, комментатора, учёного и в других ролях,

требующих филологической подготовки, широкого литературного и

культурного кругозора, языкового чутья и художественного вкуса.

Задания этого тура разнообразны и варьируются год от года. В 2014-

2015 году участникам регионального тура предложено три задания:

1) Ответы на нестандартные вопросы («умный тест»). Максимальный

балл - 10. Ориентировочное время выполнения: 45 минут - 1 час.

«Жизнь замечательных вещей» в литературе. Написание статьи

определённого жанра. Максимальный балл - 40. Ориентировочное время

выполнения: 2 - 2,5 часа.

3) Подготовка текста устного выступления на литературную тему.

Максимальный балл - 10. Ориентировочное время выполнения - 1 час.

Итого: 60 баллов

Критерии оценки

Задание №1

Критерии:

Каждый правильный ответ: 0,5 - 1 балл в зависимости от задания.

Максимально - 10 баллов

Задание №2

«Жизнь замечательных вещей» в литературе

Критерии:

1. Точность и глубина понимания значения и функций вещи в рассмотренных

произведениях, умение видеть инвариантные и вариативные характеристики

вещи в творчестве разных авторов.

Максимально 15 баллов. Шкала оценок: 0 - 5 - 10 - 15

2. Умение привлекать историко-литературный контекст, точность

разнообразие приводимых литературных фактов.

Максимально 10 баллов. Шкала оценок: 0 - 3 - 7 - 10

3. Соответствие текста работы жанровым и стилевым особенностям статьи, а

также «требованиям редакции».

Максимально 5 баллов. Шкала оценок: 0 - 1 - 3 - 5

4. Композиционная стройность и логичность работы.

Максимально 5 баллов. Шкала оценок: 0 - 1 - 3 - 5

5. Точность и выразительность речи.

Максимально 5 баллов. Шкала оценок: 0 - 1 - 3 - 5

Итого: 40 баллов

Задание №3

Критерии:

1. Соответствие выступления поставленной задаче, оригинальность и

убедительность идеи, предложенной выступающим.

Максимально 5 баллов

2. Качество аргументации, привлечение историко-культурного и

литературного контекста, фактическая точность.

Максимально 3 балла

3. Логичность, последовательность, стройность высказывания, точность,

образность и грамотность речи.

Максимально 2 балла

Итого: 10 баллов

Внимание! Поскольку работы регионального тура выборочно присылаются в

ЦПМК на перепроверку, баллы должны быть выставлены по каждому критерию

в специальную таблицу. Таблица вкладывается в работу ученика

(или

прикрепляется к ней) и подлежит сканированию.

Второй тур

ФИО ученика (или шифр работы)

Класс

Задание №1

Итог

Задание №2

К1

К2

К3

К4

К5

Итог

0-5-10-15

0-3-7-10

0-1-3-5

Задание №3

К1 5 баллов

К2 3 балла

К3 2 балла

Итог

Необходимые комментарии, пояснения, рецензия (если нужно):

Подпись проверяющего

Подпись председателя

№1 ( с расшифровкой)

№2 ( с расшифровкой)

жюри(с расшифровкой)

Литература (с ответами). Всероссийская олимпиада школьников в Москве (2020-2009 год) - часть 19