содержание   ..  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10    ..

4.4.2.   Первая степень. Простое извращённое половое чувство

Эта степень достигается там, где лица одноименного пола действуют афродизически и данный субъект испытывает половые чувства к ним. Однако, характер и образ чувствования остаются ещё соответственными прежде всего тому полу, к которому относятся обладающие упомянутым извращением полового чувства. Такой субъект чувствует себя в активной роли, испытывает влечение к собственному полу, сознаёт, что это – заблуждение и ищет помощи.

При улучшении нервной системы может даже снова возникнуть нормальное половое ощущение. Нижеследующее наблюдение благоприобретённого извращения полового чувства рисует такие переходы на пути психосексуального вырождения.

Случай 71. Я – чиновник и происхожу, насколько мне известно, из не болезненной семьи. Мой отец умер от острой болезни, мать жива, очень "нервна". Одна из сестёр с некоторого времени стала крайне религиозна. Я – высокого роста, наружность, речь, походка чисто мужественные. Из болезней я перенёс только корь, но с 13 лет страдал так называемыми нервными головными болями. Моя половая жизнь началась с 13 лет, когда я познакомился со старшим мальчиком, с которым получал удовольствие, когда мы друг у друга ощупывали гениталии. На 14 году у меня была первая эякуляция. Два старших товарища научили меня онанизму. С тех пор я стал мастурбировать отчасти с другими, отчасти сам, причём в последнем случае всегда воображал себе лиц женского пола. Моя страсть была очень велика, как и теперь. Впоследствии я пытался завести сношения с прекрасной, крепко сложенной служанкой, с сильно развитыми грудями. И как только я добился того, что вышеуказанная часть обнажённого тела пришла в соприкосновение с моим ртом, я принялся целовать груди, в то время как мой член сильно эрегировал, и я принялся тереть его своей рукой. Я настойчиво упрашивал её уступить мне, хотя бы для того, чтобы прикоснуться к её гениталиям. Поступив в университет, я пошёл в публичный дом. Но затем случилось нечто, вызвавшее во мне переворот. Я однажды провожал друга домой и коснулся его половых частей. Он не противился. Я тогда отправился к нему на квартиру, мы онанировали и затем часто повторяли эту взаимную мастурбацию. Дело доходило до введения полового члена в рот с последующей эякуляцией. Удивительно лишь то, что я в этого субъекта ничуть не был влюблён и наоборот, был страстно влюблён в другого моего друга, близость которого не вызывала у меня никакого полового возбуждения. Я стал реже посещать публичный дом, где я был очень желанным гостем, ибо я находил удовлетворение у друга и не нуждался в сношениях с женщинами. Педерастией мы никогда не занимались. Это слово никогда не упомянуто было у нас. Со времени знакомства с моим другом я снова стал больше онанировать, а вместе с тем всё реже и реже становились мысли о женщинах. Я думал лишь о молодых, красивых, сильных мужчинах с возможно большими пенисами. Приятнее всего мне были юноши от 16 до 25 лет, без бороды, но они должны были быть красивы и чистоплотны. Особенно возбуждали меня рабочие в шароварах из так называемой манчестерской ткани или английской кожи, преимущественно каменщики. Люди моего круга не возбуждали меня и, наоборот, при виде здорового юноши из народа я чувствовал сильное половое возбуждение. Прикосновение к его брюкам, расстёгивание их, ощупывание пениса, а также поцелуи казались мне высшим блаженством. Чувствительность к женским прелестям притупилась, но всё же я оказывался потентным в отношении женщины, в особенности с сильно развитыми грудями, причём не нуждался в помощи фантазии. Я никогда не пытался соблазнять рабочего, я это и не сделаю никогда, но желание такое появляется у меня. Подчас я ясно рисую себе в воображении такого парня и онанирую в это время. К женским занятиям я не чувствую никакой склонности. В женском обществе я мало вращаюсь, танцы ненавистны мне. Я живо интересуюсь искусством. Извращение полового чувства я объясняю тем, что мне не представлялось возможности завязать сношения с приличной женщиной, а ходить в публичный дом мне было противно из чисто эстетических соображений. Так я и дошёл до сплошной мастурбации, от которой мне так трудно воздержаться. Я тысячу раз убеждал себя, что для того, чтобы вернуть себе вполне нормальное половое чувство, я должен раз и навсегда отрешиться от онанизма, который подтачивает моё эстетическое чувство. Я часто употреблял все усилия для борьбы с этой страстью, но до сих пор мне не удалось это. Когда мной особенно овладевало чувство полового влечения, я вместо удовлетворения естественным путём прибегал к онанизму, так как он доставлял мне большее наслаждение. Опыт при этом показал мне, что в отношении женщин я вполне потентен и не нуждаюсь даже для этого в помощи фантазии, в воображении мужских половых частей. Исключением явился лишь один случай, где я не мог добиться эякуляции, потому что женщина была решительно не симпатична (это случилось в публичном доме). Я никак не могу отрешиться от мысли, что имеющееся у меня половое извращение является следствием усиленного онанизма. И это действует на меня до того подавляющим образом, что я еле чувствую себя в силах по собственной воле отказаться от этого порока. Вследствие упомянутого выше сближения с товарищем по университету и многолетней дружбы с товарищем по школе, во мне окрепло влечение к неестественному удовлетворению половой страсти. Приведу здесь один эпизод, которым я занят был много месяцев. В 1882 году я познакомился с товарищем, который был на шесть лет моложе меня. Я тотчас же почувствовал сильную склонность к этому красивому, стройному, отлично сложенному господину; мы с ним тесно подружились. А затем дружба перешла в страстную любовь и мучительное чувство ревности. Я вскоре заметил, что у меня появляется при этом чувственное возбуждение, но твёрдо решил не поддаваться ему, чтобы не осквернить дружбу такого прекрасного, глубоко уважаемого мною человека. И всё же когда мы однажды из пивной отправились ко мне на квартиру, где уселись за бутылкой вина и пили за вечную, истинную дружбу, мной овладело вдруг непреодолимое желание прижать его к своей груди и т.д. Когда мы через несколько дней встретились, мне стыдно было глядеть ему в глаза. Я чувствовал угрызения совести и упрекал себя за то, что так осквернил чистую благородную дружбу. Чтобы доказать ему, что это была у меня лишь мгновенная вспышка, я убедил его по окончании семестра предпринять вместе путешествие. Он по известным причинам сначала отказывался, но потом изъявил согласие. Мы несколько ночей спали в одной комнате, и я не сделал ни малейшей попытки повторить прежнее действие. Я хотел поговорить с ним о том случае, но никак не мог. В следующий семестр мы расстались. Я хотел по этому поводу списаться с ним, но мне не удалось. В марте я поехал в Х. навестить его. Опять то же. А между тем я чувствовал сильную потребность объясниться с ним по поводу прискорбного инцидента. В октябре этого года я снова посетил его, и, наконец, нашёл в себе мужество поговорить с ним. Я просил у него прощения, хотел узнать, отчего он тогда не оказал энергичного противодействия. Он ответил, что отчасти позволил это из симпатии ко мне, отчасти потому, что захвачен был врасплох и впал в апатию. Я рассказал ему о своём состоянии и выразил полную надежду на то, что мне удастся совершенно подавить неестественное влечение. С тех пор наши отношения стали наилучшими и наша дружба ещё сильнее окрепла. Если бы я не заметил улучшения моего ненормального состояния, то я решил бы подвергнуться вашему лечению. Во всяком случае, я верю, что при сильном желании и при вашем умелом лечении я ещё мог бы стать нормальным человеком.

Случай 72. Ильма С., 29 лет, девица, дочь купца, происходит из болезненной семьи. Отец был потатором и кончил жизнь самоубийством, точно также как и брат, и сестра пациентки. Сестра страдает конвульсивной истерией. Отец матери застрелился в состоянии умопомешательства. Мать была болезненна и умерла от апоплексического удара. Пациентка никогда не была серьёзно больна. Она мечтательная, с богатой фантазией. Менструации начались на 18 году жизни без болей, впоследствии были кране неправильны. На 14 году – хлороз, затем hysteria gravis и припадки истерического помешательства. На 18 году сближение с молодым человеком, не оставшееся платоническим. Из сообщений пациентки ясно, что она была очень чувственная и после разлуки с возлюбленным предавалась мастурбации. Впоследствии пациентка вела романтическую жизнь. Она облачалась в мужскую одежду, стала домашним учителем, затем потеряла службу, потому что хозяйка дома, не зная её пола, влюбилась в неё. Она стала кондуктором. Чтобы не выдать себя, ей приходилось в обществе сослуживцев вести скабрёзные беседы, посещать с ними публичные места. Всё это стало ей противно, и она ушла со службы. Однажды она вновь облачилась в женскую одежду и искала соответствующего занятия. За воровство она была арестована. Так как у неё обнаружилась истеро-эпилепсия, её поместили в госпиталь. Там она сообщила о своём влечении к собственному полу. Она чувствовала страстную любовь к сиделкам и больным женщинам, лежавшим в одной палате с ней. Её половое извращение считали врождённым. Пациентка сообщила на этот счёт следующие сведения. "Обо мне неправильно судят, полагая, что я по отношению к женскому полу чувствую себя мужчиной. Я гораздо скорее мыслю и чувствую себя именно как женщина. Любила же я своего кузена так, как может любить мужчину только женщина. Я почувствовала перемену в себе после того, как переодетая мужчиной, имела случай наблюдать своего кузена. Я увидела, что жестоко ошиблась в нём. Это причинило мне ужасные душевные муки. Я знала, что больше не сумею полюбить мужчину, потому что принадлежу к тем женщинам, которые любят только один раз. Сюда присоединилось ещё то, что в обществе своих сослуживцев по железной дороге мне приходилось слышать отвратительные беседы и посещать всякие притоны. У меня развилась непреодолимая ненависть к мужчинам. Но так как я по природе очень страстная, я чувствовала потребность в любви, хотела отдаться любимому существу. И оттого у меня появилось влечение к симпатичным девушкам и женщинам, в особенности отличающимся своей интеллигентностью". Благоприобретённое, по-видимому, половое извращение этой пациентки обнаруживалось часто в бурной, крайне чувственной форме и давало дальнейший повод к мастурбации, потому что продолжительное пребывание в больнице делало невозможным половое удовлетворение с собственным полом. Характер и наклонности оставались женскими. К явлениям viraginis дело не доходило. После двухлетнего лечения в доме для душевнобольных пациентка освободилась от своего невроза и полового извращения. Она выписалась вполне здоровой.

Случай 73. Х., 35 лет, холостой, чиновник, происходит от душевнобольной матери. Брат ипохондрик. Пациент был здоров, крепко сложен, живого, чувственного темперамента, ненормально рано почувствовал половое влечение, мастурбировал уже в раннем детстве, коитировал впервые на 14 году и, как он говорит, с полной потенцией и наслаждением. На 15 году его совратил один господин и мастурбировал его. Но Х. почувствовал отвращение к этому и удовлетворял свою похоть мастурбацией. В 1880 году он стал неврастеником, страдал слабостью эрекции и преждевременной эякуляцией, становился всё менее потентным и уже не чувствовал больше удовольствия от полового акта. В то время он чувствовал чуждое ему до сих пор и теперь непонятное ему влечение к половому сношению с полузрелыми девочками 12-13 лет. Его похоть возрастала по мере ослабления потенции. У него постепенно обнаружилась склонность к мальчикам 13-14 лет. Он чувствовал влечение сближаться с ними. Когда он был в ситуации, что мог прикасаться к симпатичным мальчикам, то у него наступала сильнейшая эрекция, а именно тогда, когда он мог ощупывать у них ноги. Отныне его совершенно перестали интересовать женщины. Изредка он принуждал себя к коитусу, но эрекция была слабая, эякуляция преждевременная и не сопровождалась чувством сладострастия. Его интересовали ещё только молодые юноши. Он мечтал о них, и при этом у него появлялись поллюции. С 1882 года у него время от времени появлялась возможность спать вместе с молодыми людьми. Он тогда приходил в сильное возбуждение и удовлетворял себя мастурбацией. Лишь в виде исключения он отваживался производить ощупывание спящего товарища и добивался взаимной мастурбации. Педерастия была ему противна. По большей части он вынужден был удовлетворять свою половую потребность онанизмом. Он при этом воображал себе симпатичного мальчика. После полового сношения с ним он чувствовал себя ободрённым, освежённым, но морально его подавляла мысль о том, что он совершил извращённый, безнравственный, наказуемый проступок. Его мучило то, что ужасное влечение сильнее его воли. Х. подозревает, что его любовь к собственному полу возникла вследствие чрезмерных эксцессов в естественном половом удовлетворении. Он жаловался на своё положение, советовался насчёт того, нет ли средства вернуть нормальную сексуальность, так как, в сущности, у него решительно не было отвращения к женщине, и он охотно женился бы. За исключением явлений лёгкой половой и спинальной неврастении у нашего интеллигентного пациента не было решительно никаких признаков вырождения и болезненных симптомов.

4.4.3.   Вторая степень. Эвирация и дефеминация

Если при развившемся таким образом половом извращении не наступает обратного развития, то дело может дойти до сильного и постоянного изменения психической личности. Имеющий здесь место процесс называется здесь кратко "эвирация" (у женщин "дефеминация"). Пациент чувствует глубокое превращение своего характера, специально своих чувств и склонностей в сторону женственности. С этого времени он чувствует себя женщиной, и при половых актах испытывает склонность лишь к пассивному участию в поломом акте и смотря по обстоятельствам нисходит на степень куртизанки. В этом состоянии глубокого и продолжительного психосексуального превращения данный субъект совершенно подобен человеку с врождённым половым извращением. Возможность восстановления прежней умственной и половой личности кажется недостижимой.

Следующее наблюдение является классическим примером подобного постоянного благоприобретённого полового извращения.

Случай 74. Sch., 30 лет, врач, сообщил мне однажды свою историю жизни и болезни, прося объяснения и совета насчёт известных аномалий его половой жизни. Мы изложим здесь вкратце его автобиографию. "Происходя от здоровых родителей, я был слабым ребёнком, но благодаря тщательному уходу, я достаточно окреп ко времени поступления в школу. На 11 году один товарищ склонил меня к мастурбации, которой я страстно предавался затем. До 15 года учение давалось мне легко. По мере того, как поллюции участились, способности мои становились всё слабее, я стал хуже учиться, стал неуверенным, подавленный, смущался, когда приходилось отвечать урок. Испуганный потерей способностей и зная, что причиной этого были частые потери семени, я прекратил онанизм, но поллюции ещё больше участились, так что у меня подчас эякуляции появлялись 2-3 раза в ночь. Я в отчаянии переходил от одного врача к другому. Никто не мог помочь мне. Так как потеря семени делала меня всё слабее, всё более вялым, а влечение к половому удовлетворению усиливалось, то я отправился в публичный дом. Но там я не мог удовлетворить себя, ибо хотя вид обнажённой женщины и возбуждал меня, но у меня не появлялись ни оргазм, ни эякуляция; даже путём мастурбирования со стороны женщины не могла быть достигнута эрекция. Как только я уходил из публичного дома, меня тотчас снова мучило влечение, и у меня появлялись сильные эрекции. Так как мне стыдно было перед проститутками, то я больше таких мест не посещал. Так прошли года два. Моя половая жизнь состояла из поллюций. Склонность к другому полу всё ослабевала. На 19 году я поступил в университет. Меня привлекал теперь театр. Я хотел посвятить себя искусству, но родители не соглашались на это. В столице мне пришлось время от времени снова посещать девиц вместе с коллегами. Я боялся этого, так как знал, что коитус мне не удастся. Меня пугала мысль, что об этом узнают товарищи, и я стану предметом насмешек. Однажды подле меня сидел в опере пожилой господин. Он кокетничал со мной, а я от души смеялся над этим глупым старцем и отвечал на его шутки. Вдруг он схватил меня за половые органы, причём тотчас появилась эрекция. Испугавшись, я спросил, чего он хочет от меня. Он стал объясняться мне в любви. Так как я слышал в клинике о двуснастии, то полагал, что имею дело с таким субъектом и любопытства ради хотел посмотреть на его половые органы. Старец охотно согласился и пошёл со мной в клозет. Когда я увидел поразительно большой эрегированный половой член мужчины, я испугался и убежал. Он стал делать мне странные предложения, которые я не понимал, и я отклонил их. Он не давал мне покоя. Я узнал тайну любви мужчины к мужчине. Моя чувственность пришла от этого в возбуждение, но мне удалось побороть свою страсть, и я оставался свободен от этого последующие три года. Несколько раз я делал за это время попытки к коитусу с женщинами, но безуспешно. Также безуспешно были мои усилия освободиться с помощью врачебного искусства от своей импотенции. Когда половое влечение снова стало однажды мучить меня, я вспомнил рассказ старца о том, что на бульваре сходятся мужчины, страдающие половым извращением. После жестокой борьбы и с замиранием сердца я отправился туда и познакомился с молодым блондином. Первый шаг был сделан. Этот вид половой любви был для меня эквивалентом. Приятнее всего мне было находиться в объятиях сильного мужчины. Удовлетворение состояло во взаимной мастурбации. Случалось целовать половой член. Мне было тогда 23 года. Соседство товарищей в клинике до того возбуждало меня, что я еле мог уследить за лекциями. В том же году у меня завязалась форменная любовная связь с 34-летним купцом. Мы жили, как муж с женой. Х. хотел играть роль мужа, он был всегда влюблённым. Я соглашался, но иногда он должен был уступать мне роль мужа. С течением времени он надоел мне, я стал изменять ему. Он ревновал. Дело дошло до бурных сцен, ссор, наконец, мы разошлись. Купец впоследствии помешался и кончил жизнь самоубийством. Я завязал массу знакомств, любил простых людей. Я предпочитал таких, которые были крепко сложены, были уже в летах, и могли хорошо играть активную роль. У меня развилось воспаление слизистой оболочки прямой кишки. Я полагал, что это от продолжительного сидения при приготовлении к экзаменам. У меня образовалась фистула. Пришлось сделать операцию. Но это не избавило меня от влечения играть пассивную роль. Наконец, я получил диплом врача, поселился в провинциальном городке и должен был жить здесь, как монах. У меня появилась склонность к женскому обществу. Меня охотно принимали всюду, находя, что я не так односторонен, как прочие мужчины и что я интересуюсь женскими туалетами и беседами. Тем не менее, я чувствовал себя очень несчастным и одиноким. К счастью я познакомился в этом городе с господином, который чувствовал одинаково со мною. На некоторое время я был им обеспечен. Но когда ему пришлось уехать, у меня появилось такое отчаяние, что я был близок к самоубийству. Так как оставаться дольше в этом городишке я не мог, то я стал военным врачом в большом городе. Здесь я снова ожил и в один день заводил часто 2-3 знакомства. Мне никогда не нравились мальчики или молодые люди, а только пожилые мужчины. Меня пугала постоянно мысль попасть в руки полиции. Но всё-таки это не могло удержать меня от удовлетворения своего влечения. Через несколько месяцев я влюбился в 40-летнего чиновника. Целый год я оставался ему верен. Мы жили как влюблённая парочка. Я играл роль женщины и пользовался удивительным уходом со стороны возлюбленного. Однажды меня перевели в маленький городок. Мы были безутешны. Последняя ночь прошла в непрерывных поцелуях и ласках. В Т. я был несказанно несчастен, хотя нашёл там несколько "сестёр". Я не смог забыть своего возлюбленного. Чтобы удовлетворить грубо чувственное влечение, я избирал себе солдат. За деньги эти люди делают всё, но остаются равнодушны, и я не испытал с ними никакого удовольствия. Мне удалось перевестись обратно в большой город. Новая любовная связь, но масса ревности, так как мой возлюбленный посещал часто собрания "сестёр", был тщеславен и кокетлив. Дело дошло до разрыва. Я был бесконечно несчастен и рад переводу в другой город. В С. я сидел безутешным, одиноким, и мечтал о том, когда же снова явится настоящая любовь. Я – высокого роста, хорошо развит, выгляжу несколько отжившим, и оттого там, где я хотел покорить, я прибегал к туалетному искусству. Походка, голос, наружность мужественны. Физически я чувствую себя молодым, как 20-летний юноша. Я люблю театр, вообще искусство. На сцене меня интересуют, главным образом, артистки; я слежу за каждым движением, за каждой складкой, одеждой. В обществе мужчин я робок, застенчив, в обществе равных мне я развязен, остроумен, могу льстить, как кошка, раз мужчина мне симпатичен. Если у меня нет любви, я впадаю в меланхолию, которая исчезает под влиянием первого красивого мужчины. В остальном я легкомысленный, честолюбивый. Мужские занятия мне несимпатичны. Я охотнее всего читаю романы, хожу в театр и т.д. Я – нежный, чувственный, чувственный, нервный. Внезапный шум вызывает у меня дрожь и мне приходится делать над собой усилия, чтобы не крикнуть". Эпикриз: Настоящий случай относится именно к случаям благоприобретённого полового извращения, ибо полове ощущение и влечение были первоначально направлены на женский пол. Вследствие мастурбации Sch. стал неврастеником.

В качестве частичного явления неврастенического невроза возникает ослабление эрекционного центра и вместе с тем относительная импотенция. Вследствие этого слабеет половое влечение к другому полу при непрекращающейся похоти. Благоприобретённое половое извращение должно быть болезненным, ибо уже первое прикосновение лица одноименного пола взывает раздражение эрекционного центра. Извращение полового чувства выраженное. Вначале Sch. Чувствовал себя ещё мужчиной во время полового акта, но с течением времени и чувство, и стремление к удовлетворению совершенно изменились у него.

Эта эвирация делает желанной пассивную роль и затем (пассивную) педерастию. А это отзывается и на характере. Постепенно становится женственным. Так и Sch. охотно вращался в обществе действительных женщин, чувствовал всегда больше наклонности к женским занятиям и даже прибегал к косметике, чтобы увеличить свою красоту и "побеждать".

Предыдущие факты благоприобретённого извращённого полового чувства и эвирации находят интересное подтверждение в следующих этиологических явлениях.

Уже у Геродота мы находим описание удивительной болезни, которая часто поражала скифов. Болезнь состояла в том, что мужчины приобретали женственный характер, одевали женскую одежду, выполняли женские работы и даже получали женское выражение лица.

Чрезвычайно интересные аналогичные сведения сообщает Гэммонд о пуэблоиндейцах Новой Мексики.

4.4.4.   Третья степень. Переход к паранойе сексуального перевоплощения

Дальнейшую переходную ступень представляют случаи, где происходит превращение и физического чувства в смысле сексуальной трансмутации. В этом отношении приведём как уникум следующий случай.

Случай 75. Автобиография. "Я родился в Венгрии в 1844 году. Долгое время я был единственным сыном своих родителей, так как остальные дети оказались нежизнеспособными. Лишь впоследствии родился брат, который жил довольно долго. Я происхожу из семьи, в которой часто наблюдались нервные и психические страдания. В детстве я был очень красив, с роскошными светлыми локонами и прозрачной кожей. Я был послушный, тихий, скромный, так что меня брали в любое дамское общество, не опасаясь, чтобы я чем-либо шокировал. При весьма богатой фантазии – этого постоянного врага моего – довольно быстро развились мои способности. В четыре года я уже читал и писал. Память у меня простирается до трёхлетнего возраста. Я играл всем, что попадало мне в руки, - оловянными солдатиками, камушками, ленточками. Лучше всего я чувствовал себя в доме матери, где всё было моё. У меня было 2-3 товарища, к которым я относился хорошо, но также охотно встречался и с их сёстрами, которые относились ко мне как к девочке, что сначала не стесняло меня. Я был на пути к тому, чтобы совершенно превратиться в девочку. Я знал, однако, что это не подобает мальчику. И я старался, поэтому играть с мальчиками, подрожал во всём своим товарищам, старался перещеголять их удальством, что и удавалось мне. Не было такого высокого дерева, на которое я не взбирался бы. Девочек я старался избегать, так как мне не следовало заниматься их играми, и меня злило, что они считали меня равным себе. В обществе взрослых я был, однако, всегда одинаково скромен и одинаково желанным гостем. Меня часто тревожили фантастические сновидения. Мне снились дикие звери, которые однажды заставили меня бежать с постели, причём я не проснулся. Я всегда был одет просто, но красиво и поэтому полюбил вообще красивую одежду. Мне помнится, что с детства у меня появилась склонность к женским перчаткам, которые я надевал, когда предоставлялась возможность. Однажды, когда мать кому-то отдала пару своих перчаток, я очень расстроился. На её вопрос я ответил, что лучше бы она мне их подарила. Меня подняли на смех, и с тех пор я остерегаюсь говорить о своём пристрастии к женским вещам. Особенно радовала меня маскарадная одежда, т.е. женская. При виде её я завидовал её обладательнице. Я с наслаждением смотрел на двух молодых людей, замаскированных женщинами. И, тем не менее, сам не рискнул бы надеть женский костюм, боясь насмешек. В школе я был весьма прилежен, учился лучше всех. Родители всегда внушали мне, что первое в жизни – это долг и показывали сами примером. Посещение школы было для меня удовольствием, так как учителя были снисходительны, а старшие ученики прекрасно относились к младшим. В это время мы покинули родину, так как отцу пришлось уехать. Мы отправились в Германию. Здесь господствовал строгий режим, отчасти среди учителей, отчасти среди учеников, и надо мной снова стали смеяться вследствие моей женственности. Мои товарищи дошли до того, что они называли моим именем девушку, похожую на меня, а её именем меня называли. Так что я ненавидел эту девушку, с которой подружился потом, когда она вышла замуж. Моя мать продолжала красиво одевать меня, и это было мне противно, потому что это вызывало вечно насмешки. Я очень обрадовался, наконец, когда меня одели в настоящую куртку и настоящие брюки. Но и тут начались новые терзания. Костюм стеснял меня у половых частей, в особенности, когда сукно оказывалось влажным. А когда портной примерял мне брюки и прикасался к половым частям, дрожь пробегала у меня по телу. Это ощущение было для меня невыносимо. Затем приходилось делать гимнастику, и я не мог проделывать упражнения, которые и девушкам не легко даются. Во время купания меня мучила стыдливость. Мне стыдно было раздеваться, хотя я делал это очень охотно. До 12 лет я чувствовал слабость в крестце. Плавать я научился поздно, но зато настолько хорошо, что мог совершать большие заплывы. До 18 лет у меня было женоподобное лицо, и лишь с этого времени начался у меня рост бороды, так что я несколько успокоился. Приобретённая на 12 году и излечённая на 18 году паховая грыжа очень стесняла меня, особенно при гимнастике. Сюда с 12 лет присоединились при долгом сидении и, в особенности, при вечерней работе зуд, трение и дрожание, начиная с пениса до крестца. Это затрудняло сидение и стояние, усиливаясь при простуде. Но я решительно не предполагал, что это имеет связь с половой сферой. Так как никто из моих товарищей этим не страдал, то я ничего на этот счёт не знал, и мне приходилась напрягать до высшей степени терпение, чтобы переносить это, тем более что живот вообще часто стеснял меня. В половых вопросах я ещё вообще был несведущ, но уже на 12-13 году я чувствовал, что мне приятнее было бы быть женщиной. Мне гораздо больше нравились её фигура, её спокойная походка, в особенности её одежда. Но я опасался думать об этом, хотя знал, что не побоялся бы кастрационного ножа для удовлетворения свой цели. Если бы мне пришлось ответить, почему я предпочитаю женскую одежду, я сказал бы: меня непреодолимо влечёт к этому. Быть может, я и казался самому себе скорее девушкой ввиду удивительно нежной кожи, особенно лица и рук. Среди девушек я был желанным гостем. Хотя и мне нравилось их общество, но я избегал их, потому что мне приходилось пересиливать себя, чтобы самому не казаться женственным. Однако я в душе завидовал им. Особенную зависть вызывала у меня подруга, которая получила длинное платье и ходила в перчатках и со шлейфом. Когда я на 15 году совершил путешествие, одна дама предложила мне переодеться девушкой и выйти с ней на прогулку. Несмотря на всё желание сделать это, я не согласился, потому что эта дама была не одна. Я с удовольствием смотрел в это время, как в одном городе мальчики ходят в блузах с короткими рукавами и обнажёнными руками. Одна разодетая дама показалась мне прямо богиней. Я был бы счастлив, если бы она коснулась меня своей рукой. Я с завистью думал о том, с какой радостью оделся бы в эту прекрасную одежду. Тем не менее, я прилежно занимался, окончил реальное училище и гимназию в 19 лет, хорошо выдержал экзамен на аттестат зрелости. Я помню, что на 15 году впервые высказал своему другу о желании быть девушкой. На вопрос, почему именно, я ничего не мог ответить. На 17 году я попал в общество кутил. Я пил много пива, кутил, заигрывал с продавщицами. Последние охотно знакомились со мной, но относились всегда ко мне так, словно я сам был в юбке. Уроков танцев я не мог посещать. Своих товарищей я очень любил. Ненавидел я одного, а именно того, который научил меня онанизму. Я проклинаю тот день, который на всю жизнь оставил след. Мастурбировал я сильно, но при этом во мне было как бы два человека. Я не могу описать это чувство. Я думаю, оно было мужское, но с примесью женского. Я мечтал о том, как счастлив я был бы, если бы был девочкой. Я вспоминаю с чувством нежности о красивом друге с женоподобным лицом и тёмными локонами. Мне помнится, я очень желал, чтобы мы оба были девушками. Будучи студентом, я, наконец, добился однажды коитуса. Девица к своему изумлению должна была обходиться со мною как с девушкой, на что она охотно согласилась. Она, по-видимому, была ещё неопытна и не смеялась надо иною. По временам я был дик, но чувствовал всегда, что я при этом только маскируюсь. Я пил, буянил, но всё же на уроки танцев не мог явиться, боясь выдать себя. Дружба моя была искренняя, без задних мыслей. Особенно радовался я, когда товарищ маскировался дамой или когда я мог оценивать дамские костюмы на балу. Я отлично понимал в этом деле и постепенно начинал даже чувствовать как женщина. Два раза я покушался на самоубийство вследствие несчастных связей. Однажды я без всякой причины не спал 14 дней, много галлюцинировал, говорил в бреду с живыми и мёртвыми. Была у меня и подруга, знавшая мои склонности. Она надевала мои перчатки, но обходилась со мной как с девушкой. Я понимал женщин лучше всякого мужчины, и когда они узнавали это, со мной обходились как с подругой. Я не переносил сквернословия. Вечно мне оставалось непонятным одно: я знал, что у меня женские наклонности, но знал, ведь, и то, что – мужчина. Я сомневался лишь, нравились ли мне когда-нибудь женщины помимо желания быть таковой и помимо попыток к коитусу, которые, между прочим, не доставляли мне удовольствия, что я приписывал онанизму. Изучение акушерства давалось мне с трудом, так как я стыдился за девушек и сочувствовал им. Во многих случаях я выказывал себя опытным врачом. Совершил в качестве вольнопрактикующего врача поход. Верховая езда, которая была мне противна уже во время студенчества, тяготила меня, так как половые части вызывали при этом более женственное чувство. Я постоянно полагал ещё, что я – мужчина с неопределёнными чувствами. Я никогда не чувствовал себя удовлетворённым, испытывал вечные огорчения, витал между сентиментальностью и дикостью, которая по большей части была аффективна. Своеобразно шло дело с моей женитьбой. Охотнее всего я вообще не женился бы. Но этого требовало моё семейное и общественное положение. Я женился на прекрасной, энергичной женщине из семьи, где процветало женское господство. Я был влюблён в неё настолько, насколько может наш брат: то, что он любит, он всем сердцем любит; невесту любит со всей свойственной ему женственной глубиной, почти как жених. Я рассчитывал, что брак излечит меня. Но уже в первую брачную ночь я чувствовал, что я функционирую как женщина с мужским строением. В общем, мы жили счастливо и в мире, около двух лет были бездетны. Затем после тяжёлой беременности родился мальчик, который и до сих пор меланхоличен. Потом второй – вполне здоровый, потом третий, четвёртый, пятый. Все расположены к неврастении. Так как я не находил нигде себе места, то я часто посещал весёлое общество, много работал, делал эксперименты, оперировал. Свои супружеские обязанности я во всяком случае выполнял, но без всякого удовлетворения. С первого коитуса и до сих пор мужское положение при этом мне противно и слишком тягостно. Охотнее я играл бы другую роль. Мы жили вместе, пока сильное заболевание ревматизмом не заставило меня разъезжать по различным курортам. Одновременно я стал до того анемичен, что почти каждые два месяца мне приходилось принимать железо. Часто меня мучила стенокардия, затем развились односторонние судороги в подбородке, шее, носу, гемикрания, судорожные сокращения грудных мышц и диафрагмы. Три года тому назад меня поразил чрезвычайно сильный припадок артрита. Ещё до этого припадка я принимал горячие ванны. При этом случилось раз, что я вдруг почувствовал перемену, словно я был близок к смерти. Я собрал последние силы, выскочил из ванны, но почувствовал себя совершенно женщиной с либидо. Позднее я принял 3-4 дозы экстракта индийской конопли, а потом принял дозу гашиша. У меня появился судорожный смех, своеобразное чувство в мозгу и глазах, миллиарды искр, проникающие от мозга через всю кожу. Но я ещё всё же мог заставить себя говорить. Я вдруг увидел себя с ног до груди женщиной. Я чувствовал, как раньше в ванне, что половые части видоизменились, что таз расширился, груди увеличились, ненасытная похоть поработила меня. Тут я закрыл глаза и по крайней мере лица не видел изменённым. Врач, казалось мне при этом, имеет вместо головы гигантскую картошку, у моей жены была на туловище луна. Но всё же я был ещё настолько крепок, что когда оба они вышли на несколько минут из комнаты, я тотчас записал в свою книжку мою последнюю волю. Кто опишет мой ужас, когда я на следующее утро почувствовал, что совершенно превратился в женщину, когда я при хождении и стоянии чувствовал вульву и груди!.. Когда я, наконец, встал с постели, я чувствовал, что со мной произошло полное превращение… За время этой болезни у меня была масса галлюцинаций слуха и зрения, я говорил с мёртвыми и т.д., я видел и слышал дух родных, чувствовал себя двойственной личностью, но всё-таки не замечал ещё, что мужчина угас во мне. Изменение моей психики было счастьем, так как меня поразил удар, который при прежнем моём настроении оказался бы для меня смертельным. Так как я часто путал ещё явления неврастении с ревматизмом, то я много ещё пользовался ваннами, пока кожный зуд усилился до того, что я оставил всякую наружную терапию (я становился всё анемичнее от ванн), и закалял себя насколько было возможно. Но женская насильственная мысль осталась и до того окрепла, что я носил только маску мужчины, в действительности же во всех отношениях чувствовал себя женщиной, а воспоминания о прежнем исчезли. окончательно подорвала моё здоровье инфлюэнца. Настоящий статус. Я – высокого роста, седая борода, становлюсь сутуловатым, после инфлюэнцы утратил четверть своей силы. Лицо ввиду порока клапанов несколько покрасневшее. Хронический конъюнктивит. Скорее мускулист, чем тучен. Левая нога имеет варикозные расширения, часто немеет; утолщение не заметно ещё, но склонность к этому есть. Маммиллярная область заметно выдаётся; живот имеет форму женского живота, ноги имеют женственное строение, икры также. То же самое можно сказать о руках. Могу носить женские чулки и перчатки 7 ¾-7 ½. Также без труда ношу корсет. Вес колеблется между 168 и 164 фунтами. В моче нет ни белка, ни сахара. Мочевая кислота вше нормы. Цвет кожи прозрачный. Стул по большей части правильный. Если же стула нет, наступают все женские припадки запора. Сон плохой, подчас неделями сплю лишь 2-3 часа кряду. Аппетит хорош, но, в общем, желудок неперенослив не больше, как у здоровой женщины, и на острую пищу реагирует тотчас кожными высыпаниями и жжением в мочеиспускательном канале. Кожа белая, гладкая. Невыносимый зуд на ней появился около двух лет назад, за последние недели ослабел, обнаруживается ещё в коленном суставе и в мошонке. Склонность к потению. Испарения, которых раньше почти не было, носят теперь характер довольно сильных женских испарений, особенно внизу живота, так что мне приходится ещё больше женщины следить за чистотой (душу платок, пользуюсь душистым мылом, одеколоном). Общее самочувствие. Я чувствую себя женщиной в образе мужчины. Если иногда и чувствую ещё форму мужчины, то данный член всё же чувствуется женским, например, пенис как клитор, мочеиспускательный канал как уретра и вход во влагалище (он кажется мне постоянно влажным, хотя был бы сух), мошонка как большие половые губы. Словом, я всегда чувствую вульву. А что это значит, может знать только тот, кто сам это испытал. Вся кожа на всём теле воспринимает ощущения, как у женщины. Я не могу ходить без перчаток, потому что руки не переносят ни холода, ни жары. В то время, когда не принято, чтобы мужчины носили зонтик, я чувствую крайне неприятные ощущения в коже лица. Просыпаясь по утрам, я несколько минут не могу очнуться, словно ищу самого себя, а затем появляется насильственная мысль, что я – женщина. Я чувствую вульву. И я встречаю день глубоким вздохом, зная, что предстоит опять всё то же. Не шутка чувствовать себя женщиной, а вести себя как мужчина. Я всё снова должен изучать. Ножи, аппараты, всё, всё решительно я чувствую года три совершенно иным и при изменившемся мышечном чувстве должен заново знакомиться с ним. Всё мне удалось, за исключением некоторых деталей. Зато острой ложкой работаю гораздо лучше. Противно мне то, что при исследовании женщин я слишком сочувствую им. Некоторое время мучило меня насильственное чтение мыслей у обоих полов, с чем и теперь мне ещё приходится бороться. Три года тому назад я ещё бессознательно смотрел на мир женскими глазами. Такое изменение появилось почти внезапно в отношении зрительного центра в мозгу и сопровождалось сильной головной болью. Я был у женщины, страдавшей половым извращением. Тут я вдруг увидел, что в ней произошло такое же превращение, как и во мне, т.е. что она чувствует себя мужчиной. И в сравнении с ней я чувствовал себя женщиной. Она не знала ещё о своём состоянии. С тех пор все мои чувства проявлялись в женской форме. К церебральной системе почти непосредственно присоединилась вегетативная, так как все припадки носили женский характер. Чувствительность до нервозности. Стук окна заставлял меня содрогаться. Не абсолютно свежая пища вызывала у меня трупный запах. Но зато со временем этого превращения легче переносил зубную боль и мигрень, и меньше страдал от стенокардии. Удивительно: я чувствовал себя робким, слабым существом, но в случае угрожающей опасности был хладнокровен и спокоен, как и при тяжёлых операциях. Как ни малы были мои грудные соски, но я всё же чувствовал их женскими грудями. Поэтому каждая сорочка, блуза сюртук стесняли меня. Таз казался мне совершенно женским. Я чувствовал давление в талии. Каждый месяц у меня в течение пяти дней были все расстройства, как у женщины, только кровей не было, хотя у меня было ясное ощущение, будто отходит жидкость, будто половые части опухают. Весьма приятное чувство появляется в последующие два дня. Всё тело охвачено чувством потребности в оплодотворении, оно пропитано им, как сахар пропитывается водой или как мокрая губка. Очевидно: сначала – нуждающаяся в любви женщина, а уже затем – мужчина. Оттого, мне кажется, скорее, имеется стремление к зачатию, чем к коитусу. Сильное естественное влечение или женское сладострастие парализует стыдливость, так что непосредственно желателен коитус. Мужское ощущение при коитусе я испытал в жизни максимум три раза. За последние же три года я чувствую пассивно, как женщина, иногда даже с женским ощущением эякуляции. Я всегда чувствую себя утомлённым и оплодотворённым, как женщина, иногда же нехорошо, чего не бывает у мужчины. Несколько раз мне коитус давал такое большое наслаждение, что я ни с чем не могу его сравнить. Это – приятнейшее, наиболее сильное чувство, которому всё может быть принесено в жертву. В этот момент женщина есть одна лишь вульва, поглотившая всю личность. За последние три года я ни на одну минуту не переставал чувствовать себя женщиной. Теперь я уже привык, и мне не так тяжело. Но это в спокойное время. Когда же появляется потребность в половом удовлетворении, положение становится невыносимым. Чувствуется жжение, теплота, напряжённость в половых частях (при отсутствии эрекции, половые органы как бы выходят из своей роли). В это время крайне трудно работать. Невозможно ни сидеть, ни лежать, ни ходить. Брак, за исключением момента коитуса, производит такое впечатление, будто совместно живут две женщины, из которых одна маскируется мужчиной. Раз не появляются описанные выше периодические расстройства, то появляется чувство беременности или полового пресыщения, которого мужчина не знает. При эротических сновидениях преобладают явления, какие снятся женщинам. Всё это ужасно тяготит, и уже лучше быть или сделаться бесполым. Будь я холостой, я давно кастрировал бы у себя яички, мошонку и пенис. К чему всё это женское ощущение удовольствия, когда зачатие невозможно? К чему все эти побуждения женской любви, когда для удовлетворения опять необходима женщина? Как тягостны эти женские испарения! Как унижает мужчину пристрастие к одежде и украшениям! Да и вообще, как тяжело, когда прежнюю индивидуальность приходится чувствовать лишь как маску, чувствовать себя всегда женщиной! Когда мужчина, пользующийся общественным доверием и авторитетом, должен возиться со своей, хотя бы только воображаемой, вульвой! Помимо того приходишь в замешательство, когда кто-либо случайно заметит женское проявление чувства. Если женщина заметит, так это ещё не беда, так как ей, прежде всего, лестно, что кто-либо интересуется её делами. Я помню, как испугался однажды, когда моя жена сказала знакомой даме, что я отлично понимаю в женских туалетах. Помню, как однажды была поражена одна светская дама, когда я указал ей на неправильное воспитание дочери и при этом письменно и устно изложил ей всё, что может чувствовать женщина (впрочем, я сказал, что узнал всё это из писем). Теперь, когда дочь оказалась действительно хорошо воспитанной, эта дама питает ко мне большое доверие. Надо ещё заметить, что я с тех пор стал чувствительнее к температурным колебаниям, к эластичности кожи у пациентов, к напряжению внутренностей у них и что во время вскрытий и операций разные жидкости легче проникают у меня через кожу. Каждое вскрытие причиняет мне боли, каждое исследование проститутки или женщины, страдающей белями, тяготит меня. Я вообще нахожусь теперь под сильным влиянием симпатии и антипатии. Духи влияют на меня разно. Так, например, фиалка и роза причиняют мне беспокойство, другие запахи противны мне. Прикосновение женщины кажется мне гомогенным. Коитус возможен потому, что женщина несколько мужественнее меня, обладает более плотной кожей, и всё же это скорее лесбосская любовь. При этом я чувствую себя всегда пассивным. Если я ночью не могу спать из-за возбуждения, то мне удаётся заснуть лишь в случае, если свои бёдра я держу раздвинутыми, подобно тому, как женщина разводит их при совокуплении с мужчиной, или если я ложусь на бок. Но при этом ни рукав, ни постель не должны касаться груди, иначе я не засну. Точно также и живот не должен быть прижат. Лучше всего я сплю в женской сорочке и в перчатках, ибо у меня легко зябнут руки. Приятно мне также в женских панталонах, так как они не прикасаются к половым органам. Больше всего мне нравилась женская одежда во времена креолинов. Наибольшее удовольствие я получил от знакомства с дамой, которая страдала неврастенией и которая после последних родов стала чувствовать себя как мужчина. С тех пор, как я объяснил ей значение этого чувства, она старается воздерживаться от коитуса. Глядя на неё, мне легче переносить своё состояние. Будь она мужчиной, а я молодой девушкой, то именно она была бы избранницей моего сердца. Но теперь она была не то, что раньше. Она – элегантно одетый господин, несмотря на груди, причёску и т.д. Она говорит кратко и отчётливо. Ей не нравиться всё, что меня завлекает. Своё горе она переносит с достоинством, находит утешение в религии и выполнении долга. Она не любит женского общества и женских бесед, а также не любит сладостей. Что касается основных изменений, какие я заметил в себе со времени полной эффеминации, то они таковы:

1.                  постоянное чувство, что я женщина с головы до ног;

2.                  постоянное чувство, что у меня женские половые органы;

3.                  периодичность ежемесячных недомоганий;

4.                  правильно возникающая женская похотливость, но без влечения к определённому мужчине;

5.                  пассивное женское ощущение при коитусе;

6.                  женское ощущение при воображении коитуса;

7.                  при виде женщины чувство принадлежности к ним;

8.                  при виде мужчины женское отношение к ним;

9.                  при виде детей – то же самое;

10.              изменившееся настроение, значительно большее терпение;

11.              удавшаяся мне, наконец, покорность судьбе, чем я обязан только позитивной религии, иначе я давно наложил бы на себя руки.

Быть мужчиной и в то же самое время чувствовать себя женщиной, едва переносимо…" Вышеприведенная крайне интересная в научном отношении автобиография сопровождалась следующим не менее интересным письмом. "Простите, что утруждаю Вас своим письмом. Я потерял почву под ногами и считал себя более, чем чудовищем, вызывавшем во мне чувство отвращения. Но Ваша книга снова вселила в меня бодрость, и я решил доискаться причины, поисследовать всю свою прошлую жизнь. Я считаю своим долгом изложить Вам результаты моих воспоминаний и наблюдений, ибо у Вас я не нашёл случая, который был бы вполне аналогичен моему. Наконец, я думал, Вас может интересует получить вышедшее из-под врачебного пера описание того, как чувствует и мыслит мужской индивид, находящийся под влиянием насильственного чувства, что он – женщина. У меня не всё сказано, но я не в силах был продолжать свои размышления и углубиться в самого себя. Да проститься мне также и то, что я повторяюсь: ведь, надо знать, в каком состоянии я писал. Я надеюсь после прочтения Вашего произведения, что раз я выполняю свои обязанности врача, гражданина, отца и мужа, то я вправе причислить себя к разряду людей, заслуживающих не одного лишь презрения. Наконец, я хотел изложить результаты моих воспоминаний и моего размышления, чтобы доказать, что и при женском образе мыслей и чувств можно быть врачом. Я считаю крайне несправедливым закрывать женщине путь к медицине. Женщина подчас угадывает чутьём там, где мужчина, несмотря на диагностику, бродит впотьмах, особенно в женских и детских болезнях. Если бы зависело от меня, то каждый врач должен был бы несколько месяцев проделать эффеминацию. И тогда он лучше понимал бы ту половину человечества, он которой он происходит. Он умел бы ценить величие женской души и постигал бы жестокость судьбы её". Эпикриз: Пациент с болезненным предрасположением, от рождения психосексуально ненормальный, чувствует при половом акте по-женски. Это ненормальное чувство оставалось чисто душевной аномалией до позапрошлого года, когда под влиянием тяжёлой неврастении произошла сексуальная трансмутация. Пациент к своему ужасу чувствует себя теперь и физически женщиной, видит полнейшее превращение своего прежнего мужского чувствования и мышления. Но в то же время его "я" в состоянии господствовать над душевно-физическими болезненными процессами и предохраняет его от паранойи. Это – замечательный пример насильственных чувств и представлений на почве неврастенического предрасположения. Он весьма важен для понимания пути, на который может распространиться психосексуальная трансформация. В 1893 году, спустя три года, несчастный коллега прислал мне новый status praesens его образа мыслей и чувств. Он существенно соответствует прежнему. Физически и душевно он чувствует себя совершенно как женщина, но его мысленная способность осталась нетронутой и предохраняет его от паранойи. Фактически не произошло существенных перемен в состоянии этого всё ещё практикующего врача до 1900 года.

4.4.5.   Четвёртая степень. Паранойя сексуального перевоплощения

Последней возможной степенью болезненного процесса является мания полового извращения. Она развивается на почве половой неврастении, ставшей общей неврастенией, в смысле душевного заболевания – паранойей.

Нижеследующий случай показывает интересное развитие невро-психологического процесса до его высшей степени.

Случай 76. К., 36 лет, холостой, батрак, принят в клинику 26 февраля 1889 года. Представляет типичный случай возникшей из половой неврастении паранойи преследования со слуховыми, чувственными галлюцинациями и т.д. Он происходит из болезненной семьи. Несколько детей в семье были психопатичны. У пациента гидроцефалический череп, невропатические глаза. Издавна весьма похотливый, он на 19 году предавался онанизму, на 23 году начал половые сношения, имел трёх внебрачных детей, прекратил дальнейший коитус во избежание деторождения, нашёл невозможным для себя воздержание, отказался от мастурбации. Он страдал частыми поллюциями, года полтора тому назад подвергся половой неврастении, страдал также дневными поллюциями, ослабел от этого, в дальнейшем становился всё более и более неврастеничным и заболел паранойей. Около года у него появились парестетические ощущения, будто у места половых частей находится клубок, затем он чувствовал, что у него отсутствует мошонка и пенис, и что его половые органы превратились в женские. Он чувствует рост грудей, косу, прилегание женской одежды к нему. Он казался сам себе женщиной. На улице люди делали по поводу его соответствующие замечания: "Смотрите на этого человека, на эту старую бабу". В полудремоте ему чудилось, что мужчина совершает с ним коитус как с женщиной. За время пребывания в клинике у него заметно было ослабление паранойи и значительное улучшение неврастении. Вместе с тем исчезли и идеи в смысле развивающегося полового метаморфоза.

Дальнейшим случаем эвирации на пути к паранойе с сексуальной трансформацией является следующий.

Случай 77. Franz St., 33 лет, народный учитель, холостой, по-видимому, из болезненной семьи, издавна невропатичен, робок, неравнодушен к алкоголю. На 18 году начал мастурбировать. На 30 году у него развились явления половой неврастении (поллюции с последующим упадком сил, появляющиеся с течением времени и днём, затем боли в области крестцового сплетения и т.д.). Сюда постепенно присоединилось раздражение спинного мозга, давление в области головы, церебрастения. С 1885 года пациент воздерживался от коитуса, при котором он уже не испытывал никакого сладострастного ощущения. Он часто мастурбировал. В 1888 году началась мания наблюдения. Он заметил, что его избегали, что у него имеются вредные испарения (обонятельные галлюцинации), и этим он объяснял себе изменившееся отношение людей, их кашель, чихание и т.д. Он чувствовал запах трупа, гнили. Причиной этого дурного обоняния он считал внутренние поллюции. Он узнавал их по ощущению, которое выражалось в том, что он чувствовал, как будто жидкость текла от симфиза к груди. Пациент вскоре оставил клинику. В 1889 году он снова вернулся сюда с усилившейся паранойей преследования на почве мастурбации. В начале мая 1889 года пациент отличался тем, что грубо реагировал, когда к нему обращались, как к мужчине. Он протестовал, так как он – женщина. Ему это твердят голоса. Он замечает, что у него растут груди. Неделю тому назад другие со сладострастием прикасались к нему. Он слыхал, как говорили, что он – публичная женщина. За последнее время ему видятся половые сновидения. Ему снилось, что с ним совершают коитус как с женщиной. Он чувствовал введение пениса и при этом у него появлялось ощущение эякуляции. Крутой череп, длинные и узкие кости лица, выдающиеся бугры теменной кости. Половые части нормально развиты.

Подходящим примером продолжительного мнимого полового извращения является следующий случай паранойи сексуального перевоплощения.

Случай 78. N., 23 лет, холост, пианист, поступил в больницу в конце октября 1865 года. Происходит из семьи не предрасположенной, но туберкулёзной (отец и брат умерли от чахотки). В детстве пациент был слаб, мало способен, но односторонне талантлив к музыке. Издавна отличался ненормальным характером, был замкнутым, тихим, нелюдимым. С 15 лет стал мастурбировать. Уже через несколько лет появились неврастенические припадки (сердцебиение, слабость, по временам давление в голове и т.д.), а также явления истерии. За последний год пациент работал очень усиленно. С полгода неврастения усилилась. Он жаловался теперь на сердцебиения, давления в голове, бессонницу, стал очень раздражительным, казался весьма возбуждённым в половом отношении, утверждал, что он должен жениться ради сохранения здоровья. Он влюбился в художницу, но почти одновременно заболел паранойей (мания преследования, яд в пище, ему ставят на пути препятствия, чтобы он не мог прийти к возлюбленной). Принятый в больницу ввиду усиливающегося возбуждения и конфликтов с кажущимися врагами, он представлял ещё сначала картину типичной паранойи преследования наряду с явлениями половой, впоследствии общей неврастении. Однако мания преследования основывалась не на этой невропатической почве. Лишь случайно пациенту слышалось, что говорят: "Теперь ему вырежут мочевой пузырь, теперь – семенные пузырьки". В течение 1866-68 годов мания преследования отходила на задний план и заменялась по большей части эротическими идеями. Сексуально-психической основой было продолжительное и сильное возбуждение половой сферы. Пациент влюблялся в каждую женщину, слышал голоса, приказывающие ему приблизиться к ней, просил её руки утверждал, что если не получит согласия, то он зачахнет. При беспрерывной мастурбации уже в 1869 году появились эвирации. "Если бы ему досталась женщина, он любил бы её платонически". Пациент становится всё более странным, живёт в кругу эротических идей, слышит время от времени голоса, которые приказывают ему развратное обращение с женщинами. Он избегает поэтому дамского общества и позволяет себе играть в их обществе лишь в присутствии двух свидетелей. В 1872 году неврастения усилилась. Теперь опять выступила на первый план паранойя преследования и приобрела клиническую окраску вследствие невротического основного состояния. Появились обонятельные галлюцинации. При всё продолжающемся сильном половом возбуждении и мастурбаторных эксцессах эвирация всё усиливалась. Только временами он ещё мужчина. Он горько оплакивал то, что бесстыдная проституция мужчин делает невозможным в этом доме доступ женщины к нему. Он болен до смерти из-за магнетически отравленного воздуха и неудовлетворённой любви, без любви он жить не может. Он согласен даже удовлетворяться проституткой. Его композиции стоят полмиллиона франков. Наряду с манией величия у него появляется и мания преследования. Пища отравлена венерологическими экскрементами, он нюхает и обоняет яд. Проявления эвирации становятся с 1872 года всё чаще. Он не может жить больше среди пьющих и курящих мужчин. Он мыслит и чувствует совершенно по-женски. С этого времени он должен считаться женщиной. Лишь изредка он ещё считает себя мужчиной. Особенно характерным для патологически измененного сексуального ощущения является способ удовлетворения мастурбацией, брак без совокупления. Брак - это институт наслаждения. Девушка, которую он хотел бы взять себе в жёны, должна была бы быть онанисткой. С декабря 1872 года он окончательно стал считать себя женщиной. Он давно уже женщина, но в детстве французский квакер снабдил его мужскими половыми органами и путём втираний задержал рост грудей. Теперь он энергично требует размещения его в женском отделении, защите его от проституирующих  мужчин, и просит женскую одежду. Возможно, он был бы также готов заниматься в магазине по продаже игрушек работой по кройке и стеганью, или женской работой в галантерейном магазине. От даты полового перевоплощения начинается для пациента новое летосчисление. Он понимает собственную более раннюю личность в воспоминаниях своего двоюродного брата. Говорит он о себе в третьем лице, выдаёт себя за графиню V., любимую подругу королевы Евгении, требует духов, корсета и т.д. Он пробует заплетать косу, требует восточного средства для удаления волос, чтобы не сомневаться больше в его женском происхождении. Он превозносит себя в хвалебных речах касающихся онанизма, так как "она была с 15 лет онанистка и никогда не искала другого полового удовлетворения". При случае неврастенические жалобы, наблюдаются галлюцинации обоняния и бред преследования. Все переживания до декабря 1872 касаются личности двоюродного брата. Разубедить пациента в том, что он графиня V., невозможно. Она просится на исследование акушеркой, чтобы она (акушерка) подтвердила, что она (графиня V.) дама. Графиня не будет сочетаться браком с мужчинами подозрительного пошиба, такими, как они. Так как пациент не получает никакого платья и туфель на высоком тонком каблуке, он проводит большую часть дня в кровати, изображая из себя аристократическую, больную даму, делается разборчивым, стыдливым, требует конфеты и так далее. Волосы пытается уложить в виде косы, а бороду выщипывает. Из булочек он создаёт себе груди. В 1874 году развился кариес коленного сустава, куда вскоре присоединилась лёгочная чахотка. В том же году он умер. Череп нормален. Лобная часть мозга атрофическая, мозг анемичен. Микроскопически: в верхнем слое фронтального мозга ганглиозные клетки слегка сморщены. В наружном слое стенок кровеносных сосудов многочисленные жировые зёрнышки; нижние слои мозговой коры нормальны. Половые части велики. Яички вялы, малы, на разрезе микроскопически не изменены.

4.4.6.   Гомосексуальное ощущение как врождённое явление

Существенным при этом удивительном явлении половой жизни служит холодность к другому полу, доходящая до отвращения, в то время как склонность и влечение к собственному полу существует. В то же время половые части нормально развиты, половые железы нормально функционируют и половой тип вполне дифференцирован.

Ощущение, мышление, стремление, вообще характер соответствуют, при полном развитии аномалии, своеобразному половому ощущению, но не полу, к которому субъект относится анатомически и физиологически. Этот ненормальный образ чувствования даёт себя знать и в одежде, и в занятиях, до старости одеваться соответственно своей половой роли.

Клинически и антропологически это ненормальное явление представляет различные ступени развития:

·                    При преобладающем гомосексуальном половом ощущении имеются следы гетеросексуального ощущения (психосексуальная гермафродизия).

·                    Имеется лишь склонность к собственному полу (гомосексуальность).

·                    Всё психическое бытие перерождено соответственно ненормальному половому ощущению (effeminftio et virago).

·                    Форма тела приближается к той, которая соответствует половому ощущению. Наконец, однако, не имеются действительные переходы к гермафродитизму, в противоположность вполне дифференцированным органам воспроизведения. Так что, следовательно, причину надо искать в мозгу, как при всех болезненных извращениях половой жизни.

Первые более подробные сообщения насчёт этих загадочных явлений природы исходят от Каспера, который хотя и соединяет их заодно с педерастией, но уже замечает при этом, что в большинстве случаев эта аномалия врождённая и должна быть рассматриваема как развитие умственного двуснастия. Здесь появляется настоящее отвращение к половому прикосновению женщин, тогда как в фантазии рисуются изображения красивых молодых людей. Уже от Каспера не ускользнуло, что в подобных случаях введение полового члена в задний проход (педерастия) не есть правило, но что половое удовлетворение желательно и достигается ещё и другими половыми актами (взаимным онанизмом).

В своей книге "Клинические новеллы" Каспер сообщает интересное добровольное признание господина, страдавшего этим извращением полового влечения, и не задумывается пояснить, что помимо извращённой фантазии, развращённости, пресыщения нормальными половыми удовольствиями существует масса случаев, где "педерастия" возникает из поразительно непонятного странного врождённого влечения. В середине 60-х годов появился известный асессор Ульрихс, который сам страдал половым влечением и под псевдонимом "Нума Нумантиус" утверждал в многочисленных статьях, что психическая половая жизнь не связана с физическим полом, что существуют мужчины, чувствующие себя по отношению к мужчинам женщиной. Он называл таких лиц "урнинг" и требовал не больше, как государственного и социального признания подобной половой любви врождённой, а потому и законной. Он требовал также и санкционирование брака между подобными лицами. Ульрихсу не удалось лишь доказать, что это, во всяком случае, врождённое извращённое половое влечение есть явление физиологическое, а не патологическое.

Впервые пролил на это антрополого-клинический свет Гризингер, причём, в одном случае, который ему самому пришлось наблюдать, он указал на сильное наследственное предрасположение данного индивидуума.

Вествфалю мы обязаны первым очерком насчёт описываемого явления, которое он определил, как "врождённое извращение полового ощущения с сознанием болезненности этого явления" и назвал принятым с тех пор именем "извращение полового чувства". Он открыл также казуистику, которая с тех пор возросла до 220 случаев, не считая всех, сообщённых в этой монографии.

Вествфаль оставляет нерешённым вопрос о том, является ли "извращённое половое влечение" симптомом невро- или психопатического состояния, или же может происходить как изолированное явление. Он прочно придерживается мнения о врождённости состояния.

На основании случаев, опубликованных до 1877 года, я считал это своеобразное половое ощущение признаком функционального перерождения и частичным явлением невро-психопатического, по преимуществу наследственного состояния. Этот взгляд поддерживается дальнейшей казуистикой. Признаками этого невро-психопатического предрасположения можно считать следующие:

·                    Половая жизнь подобно организованных индивидуумов проявляется обычно ненормально рано, а впоследствии ненормально сильно. Нередко она обнаруживает ещё и другие извращённые явления помимо ненормального полового направления, обусловливаемого своеобразным половым ощущением.

·                    Духовная любовь этих людей является весьма экзальтированной; точно также и половое влечение проникает в их сознание с особенной, даже навязчивой силой.

·                    Наряду с признаками функциональной дегенерации извращённого полового чувства имеются и другие функциональные, а также и анатомические признаки вырождения.

·                    Имеются неврозы (истерия, неврастения, эпилептические состояния и т.д.). Почти всегда имеется временная или постоянная неврастения. Последняя бывает обычно конституциональной и коренится в условиях врожденности. Она пробуждается и поддерживается мастурбацией или вынужденным воздержанием.

Извращённое половое развитие является, однако, сильнейшим выражением целого ряда явлений частичного развития душевных и физических извращённых половых особенностей. Мы можем сказать именно так: чем менее ясно представляются у субъекта психические и физические половые особенности, тем этот субъект стоит ниже в смысле того подбора который тысячелетиями совершался до ступени нынешней совершенной гомологичной моносексуальности.

Церебральный цент влияет на психические и косвенно на физические половые особенности. Даже при различных степенях врождённой извращённой сексуальности можно доказать, что они соответствуют различным степеням интенсивности предрасположения.

То же относится и к извращению полового чувства, явившемуся лишь впоследствии, с течением жизни. Никогда ни онанизм, ни обольщение не могут вызвать у непредрасположенного человека извращение полового чувства. Как только эти внешние явления исчезнут, человек снова возвращается к нормальному половому удовлетворению. Совершенно иначе обстоит дело у предрасположенного со слабым психосексуальным центром, т.е. с недостаточными силами для борьбы. Возможные психические и физические вредные влияния, в особенности неврастения, в состоянии нарушить слабую сексуальность, во всяком случае гомологичную до сих пор половым железам. Они в состоянии сделать такого субъекта сначала психически бисексуальным, затем извращённо моносексуальным и довести до эвирации (дефеминации). Каким образом неврастения может дать толчок к развитию извращённой сексуальности, об этом сказано выше.

содержание   ..  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10    ..