содержание   ..  1  2  3  4  5  ..

Глава 4.

ПРИМЕНЕНИЕ АУТОГЕННОЙ ТРЕНИРОВКИ У ЗДОРОВЫХ ЛЮДЕЙ

Положительное влияние аутогенной тренировки на процессы восстановления психической и физической работоспособности, возможность с ее помощью регу­лировать эмоциональное состояние и повышать эф­фективность использования психофизиологических ре­зервов организма, корригирующее влияние метода на индивидуально-психологические особенности личности дало основание многим авторам рекомендовать его к применению в целях психогигиены и психопрофилак­тики у здоровых людей.

АУТОГЕННАЯ ТРЕНИРОВКА В СПОРТИВНОЙ ПРАКТИКЕ

Особенно широкое использование регуляции функ­ционального состояния организма с помощью ауто­генной тренировки нашла в спорте [Алексеев А. В., 1978; Филатов А. Т., 1979, и др.]. Изданная в 1982 г. под редакцией А. Т. Филатова книга «Эмоционально-волевая подготовка спортсменов» показывает, что ауто­генная тренировка в настоящее время активно ис­пользуется в психофизиологической подготовке лег­коатлетов (И. И. Мстибовская), борцов и боксеров(А. А. Колешао), футболистов (Ю. Л. Ханин), баскет­болистов и волейболистов (Б. М. Шерцис), гимнастов (А. В. Криничанский, А. Г. Родионов), тяжелоатлетов (Е. П. Смаглий, Е. П. Щербаков), пловцов (В. М. Па-ламарчук), спортсменов, занимающихся подводным спортом (Л. П. Яцков), фехтованием (В. В. Кузь­мин), спортивным ориентированием (С. А. Зубков, С. А. Леваковская), велосипедным, парашютным, стрелковым и мотоциклетным спортом (М. Ю. Руден-ко, А. Т. Филатов, Л. А. Кривонос, Г. Н. Соборнов). Наиболее широкое распространение в спортивной практике получили «психорегулирующая тренировка» (А. В. Алексеев, Л. Д. Гиссен; А. В. Алексеев, В. Е. Рожнов), в более поздних работах именуемая как «психомышечная тренировка» [Алексеев А. В., 1978], и «эмоционально-волевая подготовка» спортсменов [Филатов А. Т., 1979; Филатов А. Т. и др., 1982]. Обе модификации достаточно полно изложены этими и другими авторами. Несмотря на некоторые порой существенные отличия «психомышечная тренировка» и «эмоционально-волевая подготовка» спортсменов имеют много общего. В обоих случаях обучение про­водится в форме гетеротренинга под руководством владеющего методом врача, психолога или тренера. В основе обучающего курса лежат упражнения в тре­нированной мышечной релаксации, вызывающей фа­зовые состояния в коре головного мозга. В последую­щем усваиваются упражнения, направленные на общее успокоение; целенаправленно развивается способность к сенсорной репродукции; используются приемы, на­правленные на повышение способности к самовнуше­нию и активной реализации формул-самоприказов. Основные варианты применения аутогенной трениров­ки в спорте можно объединить в 3 комплекса упражне­ний: «мобилизующий», предназначенный для преодо­ления предстартовой апатии и перетренированности; «успокаивающий», применяющийся при повышенном предстартовом возбуждении, а также после соревнова­ний; «усыпляющий», который используется в случаях напряженности и при нарушениях сна перед сорев­нованиями. Значительное внимание в названных моди­фикациях уделяется обучению саморегуляции функций внутренних органов, главным образом функции дыха­ния, сердечной деятельности, а также идеомоторным тренировкам нервно-мышечного аппарата.

Психомышечная тренировка (ПМТ). По мнению А. В. Алексеева (1978), в основе психомышечной тре­нировки лежат четыре компонента: «умение расслаб­лять мышцы», «способность максимально ярко, с предельной силой воображения, но не напрягаясь психически, представлять содержание формул само­внушения», «умение удерживать внимание на избран­ном объекте», «умение воздействовать на самого себя нужными словесными формулами». Обучение данной модификации аутогенной тренировки проводится в ви­де гетеротренинга. Автор отмечает, что в силу систе­матических спортивных тренировок, связанных с попе­ременным напряжением и расслаблением мышц, спортсмены обычно легко осваивают релаксирующие упражнения. Последовательное расслабление раз­личных групп мышц начинается с рук. Используемая методика во многом сходна с приемами, разрабо­танными Джейкобсоном. На вдохе мышцы медленно напрягаются («в половину максимальной силы»), одновременно суггестируется: «мои руки», затем сле­дует задержка дыхания и удерживание мышечного на­пряжения в течение 2 — 3 с, после чего оно быстро сбрасывается и на фоне спокойного выдоха произно­сится: «рас-сла-бля-ют-ся...». Снова производится лег­кий вдох, при котором мысленно проговаривается со­юз «и...», а на замедленном спокойном выдохе суггестируется — «те-пле-ют...». Это самовнушение со­провождается представлением о растекающемся по ру­кам тепле. Таким образом, начиная с первого занятия, автор объединяет тренировки в мышечной релаксации с упражнениями, направленными на вызывание ощу­щений тепла. В последнем случае А. В. Алексеев реко­мендует использовать образные представления струя­щейся по рукам теплой воды. В «окончательном» варианте после нескольких тренировок (автор не опре­деляет их количество) нужное состояние достигается при помощи следующей формулы самовнушения: «Мои руки полностью расслабленные, теплые, непо­движные». Напряжение мышц и дыхательные упраж­нения в «окончательном» варианте данной модифика­ции не используются.

После освоения упражнений для рук обучаемые переходят к мышцам ног, шеи, лица и туловища. Вы­полнение упражнений строится по аналогичному прин­ципу. Когда процесс «расслабления, согреванияи обездвиживания» всех мышц освоен, обучаемые тре­нируются в достижении генерализованной релаксации (формула самовнушения - «Я расслабляюсь и успо­каиваюсь»). Местоимение «Я» сопровождается вдо­хом, затем, как и на предыдущем этапе, напрягаются сразу все мышцы, и на 2 — 3 с задерживается дыхание, после чего с выдохом произносится «рас-сла-бля-юсь...»; на следующем коротком вдохе — «и...», на вы­дохе — «ус-по-ка-и-ва-юсь». По мнению автора, про­стота и стандартность основного принципа упражне­ний способствует тому, что психомышечный вариант аутогенной тренировки хорошо усваивается спортсме­нами. Основная цель обучающего курса состоит в раз­витии способности «входить в состояние контролируе­мой дремоты» и тренировке умения «сосредоточивать ненапряженное внимание на решаемой задаче» [Алек­сеев А. В., 1978, 1982][31]. Занятие завершается формула­ми: «Состояние глубокого покоя», «Весь мой орга­низм отдыхает», «Я отдохнул и успокоился», «Само­чувствие хорошее».

После освоения основных упражнений ПМТ спортсмены обучаются приемам самовоздействия, на­правленным на преодоление страха, борьбу с болью и вредными привычками, методам активизации, тони­зации и мобилизации психофизиологического состоя­ния, а также облегчающим засыпание. Отмечая, что при хорошей тренированности можно погружаться в самовнушенный сон на любое время и пробуждаться в строго установленное время, автор приводит инте­ресные данные, полученные педагогом-психологом В. Б. Горским, юные спортсмены которого научились «засыпать на 5 —8 с во время проплывания дистанции в бассейне, не теряя при этом ни скорости, ни напра­вления»[32]. С учетом целевого предназначения ПМТ существенное внимание уделяется обучению приемам саморегуляции функций сердечно-сосудистой и дыха­тельной системы.

При «настройке» на предстоящие соревнования ак­тивно используются образные представления, которые автор делит на 3 группы: представления «боевого состояния», «идеальное выполнение движений» и «пред­оставление ситуаций, в которых выступление было наиболее удачным». Рекомендуется облекать образные представления в «точную словесную оболочку», так как это усиливает их воздействие. В то же время используемые в ПМТ формулы самовнушения достаточно пространны. В качестве примера приведем фор--мулы мобилизующего самовнушения.

Такое широкое использование аутосуггестии вряд ли можно считать обоснованным, особенно примени­тельно к задачам «мобилизующих упражнений», на­правленных, как правило, на обеспечение адекватного и срочного реагирования в экстремальных условиях спортивного состязания.

Автор рекомендует применение аутогенной трени­ровки не только спортсменам, но и тренерам, аргу­ментируя это высказыванием спортивного журналиста М. Блатина: «...Если во время борьбы за мяч полу­чают ссадины и синяки спортсмены, то у тренеров шрамы больнее — они остаются на сердце». Бесспор­но, эти рекомендации вполне обоснованны.

Система эмоционально-волевой подготовки (ЭВП) спортсменов. Система эмоционально-волевой подго­товки состоит из 10 этапов [Филатов А. Т. и др., 1982], которые, однако, в конечном счете можно свести к 5 основным подзадачам: 1) изучение личностных ка­честв спортсмена; 2) обучение успокаивающему ва­рианту аутогенной тренировки; 3) обучение мобили­зующему варианту; 4) применение ЭВП до, во время и после тренировок и соревнований (здесь автором выделяются отдельные «этапы»); 5) работа над совер­шенствованием личных качеств с помощью ЭВП. Обу­чающий курс проводится под руководством психоте­рапевта или психолога (2—4 занятия гетеротренингом в неделю). Индивидуальные занятия проводятся еже­дневно, как минимум 3 раза: сразу после пробуждения, не вставая с постели, во время перерыва на работе и перед сном. Вначале усваивается «успокаивающаячасть» ЭВП. После вызывания «маски релаксации» спортсмен последовательно расслабляет мышцы шеи, груди, живота, спины, рук, ног, внушая себе: «Мышцы шеи полностью расслаблены. Мышцы груди пол­ностью расслаблены» и т. д. Одновременно психоте­рапевтом суггестируется: «Вы чувствуете полное успо­коение. Все мышцы Вашего тела расслаблены. Нет никакого желания двигаться. Ничто вас не беспокоит. Ничто вам не мешает. Полное спокойствие вы чувст­вуете во всем вашем теле».

Последняя модификация ЭВП (1982) представляет собой творческую переработку и адаптацию к осо­бенностям спортивной деятельности модификаций Г. С. Беляева и И. М. Перекрестова. Так, например, ощущения тяжести вызываются с помощью формул са­мовнушения в модификации Г. С. Беляева (используе­мых и нами в репродуктивной тренировке): «Я очень хо­чу, чтобы моя правая рука стала тяжелой», «Очень хочу, чтобы моя правая рука стала тяжелой» и т. д. до «Ру­ка тяжелая». Однако между каждой фразой вводится «шепотный подтекст» (И. М. Перекрестов) психотера­певта. Аналогичным образом проводятся упражнения, направленные на вызывание ощущения тепла или лег­кости: «Я очень хочу, чтобы моя правая рука стала легкой». Психотерапевт суггестирует: «Вы чувствуете, как ваше самовнушение быстро действует. Ощущаете легкость в правой руке. Правая рука все легче, стано­вится легче левой. Чувствуете, что правая рука мень­ше опирается на постель. Она действительно стано­вится легкой, почти невесомой. Вы продолжаете внушать легкость правой руке. Мысленно повторяйте за мной следующую формулу самовнушения: «Очень хочу, чтобы моя правая рука...» и т. д. Используя в нашей последней модификации сходные приемы, ко­торые, как показывает опыт, действительно чрезвы­чайно эффективны, в то же время можно отметить, что рекомендуемые А. Т. Филатовым формулы гете-росуггестии несколько растянуты, а применение после­довательно укорачивающихся формул самовнушения при их значительном временном и, как следствие, смысловом и процессуальном «отрыве» друг от друга не играет той роли, которая им отводится в модифи­кации Г. С. Беляева и наших совместных последую­щих модификациях [Беляев Г. С, Лобзин В. С, Копы-лова И. А., 1977].

В процессе ЭВП спортсмены обучаются приемам саморегуляции деятельности сердечно-сосудистой и дыхательной системы, при этом также используются достаточно (иногда, по нашему мнению, даже чрез­мерно) широкие формулы гетеро- и аутосуггестии, что в известной мере сближает применяемые методы с приемами самогипноза или ступенчатого гипноза. На заключительных этапах ЭВП с помощью психоте­рапевта, психолога и тренера спортсмен составляет индивидуальный план воспитания (шестой этап по А. Т. Филатову) необходимых ему черт характера и совершенствования личностных качеств (десятый, за­ключительный, этап). Близкие по содержанию приемы рекомендовались нами [Решетников М. М., 1981] и другими авторами [Агишева Н. К., 1979]. Они будут подробно освещены при изложении нашей собствен­ной модификации. Существует еще несколько вариан­тов методики аутогенной тренировки, созданных при­менительно к спортивной практике [Могендович М. Р., 1967; Черникова О. А., Дашкевич О. В., 1970, Чи-радзе Г. В., 1975, и др.]. Различия этих методик, как правило, связаны со спецификой того вида спорта, применительно к которому они разрабатывались.

Психокоррекция в спорте. Аутогенная тренировка в спорте используется не только в целях «оптимизации боевого состояния» спортсмена и повышения спортив­ной результативности. Существенная роль отводится методу в коррекции невротических реакций, не так уж редко встречающихся в спортивной практике. Учиты­вая, что в спортивной медицине эти реакции не рас­сматриваются как патологические и, следовательно, не являются основанием для ограничений спортивной деятельности, специалистами в области прикладной психотерапии были разработаны свои, отличные от общепринятых, классификации невротических реакций [Филатов А. Т. и др., 1982]. Такой подход вряд ли является достаточно обоснованным и плодотворным. Скорее он противоречив. Так, например, высказывая мнение, что «невротические реакции спортсменов... Не могут быть отнесены к неврозам», А. Т. Филатов и со-авт. (1982), тем не менее, в предлагаемую ими класси­фикацию включают «обсессии», «спортивные фобии» и т. д. Возникает вопрос: а если фобия будет, скажем, «водительская» или «водолазная»? Изменится ли от этого ее сущность?Большинство отечественных авторов выделяют три основные формы неврозов: неврастению, истерию и невроз навязчивых состояний [Карвасарский Б. Д., 1980; Свядощ А. М., 1982, и др.]. В Международной классификации болезней IX пересмотра содержится 9 форм неврозов: невроз тревоги (страха), истериче­ский невроз, фобии невротические, навязчивости, де­прессивный невроз, неврастения, синдром деперсона­лизации невротический, ипохондрический невроз, дру­гие невротические расстройства. В. Н. Мясищев, классифицируя неврозы по течению, выделял 2 формы: реактивную, связанную с психотравмирую-щей ситуацией, и невроз развития, определяющее зна­чение при котором имеет структура личности. Рассма­тривая неврозы, В. В. Ковалев определяет 3 этапа развития заболевания: невротическая реакция, невро­тическое состояние, невротическое развитие. По-види­мому, в предложенные схемы укладываются все из­вестные в настоящее время формы неврозов, их синдромов и невротических реакций, в том числе и спортивных. Нам представляется, что и спортсмен не гарантирован от любой формы истинного невроза, если его преследуют неудачи. Что же касается астени­ческих состояний утомления и переутомления в боль­шом спорте, то они выступают исключительно часты­ми признаками экстремального напряжения нервной системы спортсмена. Дискуссионной является группи­ровка таких расстройств, однако это не должно отра­жаться на лечебной тактике. Примером может быть сотрясение головного мозга у боксера от удара в го­лову, иногда с чрезвычайно тяжелым исходом. Эта за­крытая травма мозга, как почему-то полагают неко­торые тренеры и даже спортивные медики, «теряет» свое патологическое звучание, если при ее обозначении ограничиться термином «нокаут».

В настоящее время спортивной медициной накоп­лен значительный опыт по изучению влияния аутоген­ной тренировки на психофизиологическое состояние здоровых людей. В частности, было выявлено, что обучение здоровых людей аутогенной тренировке дол­жно носить характер гетеротренинга, однако при этом подчеркивается особая роль самостоятельных занятий в усвоении упражнений [Филатов А. Т., 1975; Алексеев А. В., 1978]. Это обусловлено тем, что, как показали исследования, у здоровых людей аутовнушаемость преобладает над гетеровнушаемостью. Специалисты отмечают, что методы обучения должны быть просты­ми и доступными, а словесные формулы — конкретны­ми и всегда включать указание об ожидаемом резуль­тате. В многочисленных исследованиях было показа­но, что под влиянием аутогенной тренировки происхо­дит повышение физической выносливости спортсмена, улучшаются показатели времени реакции и скорости восприятия, повышается мотивация и волевые качест­ва спортсмена. Важное значение придается коррек­ции с помощью аутогенной тренировки особенностей личности спортсмена [Филатов А. Т. и др., 1982]. При этом аутовоздеиствие в первую очередь направлено на мотивационные установки, черты характера и темпе­рамента, которые в основном определяют психическое состояние и реактивность в сложных условиях сорев­новательной деятельности. Широко применяется в спорте отработка предстоящих физических упражне­ний на уровне воображения в состоянии аутогенного расслабления («идеомоторная тренировка»).

В работах многих авторов было показано, что при использовании аутогенной тренировки происходит бо­лее полное и быстрое восстановление работоспособно­сти, снижается излишнее нервно-эмоциональное на­пряжение, улучшается настрой на деятельность, повы­шаются мотивация к достижению успеха и спортивная результативность. Большинство авторов подчерки­вают особую роль мышечного расслабления в купиро­вании и коррекции явлений перевозбуждения, страха и апатии перед соревнованиями и стартами. При этом под влиянием целенаправленного аутовоздействия от­мечается нормализация основных физиологических по­казателей и оптимизация психофизиологического ре­агирования. Разрабатываются вопросы психической саморегуляции спортсменов с учетом особенностей их характера и темперамента. В частности, исследования Б. А. Вяткина показали, что у лиц с сильным уравно­вешенным типом высшей нервной деятельности луч­ший эффект оказывают упражнения, направленные на мобилизацию психофизиологических резервов орга­низма, в то время как у эмоционально-возбудимых людей целесообразно использовать приемы, направ­ленные на повышение чувства уверенности в себе, в своих силах и возможностях, а также методы кор­рекции повышенного эмоционального напряжения.

Кроме аутогенной тренировки, в спортивной прак­тике активно используется ряд других психоте­рапевтических методов и приемов; гипноз [Кузьмин В. В., 1982; Шерцис Б. М., 1982], приемы «прямой и непрямой деактуализации соперника», «снятия за­прета на ошибку и поощрения силовой борьбы». Мно­гие разрабатываемые в рамках спортивной медицины методы психической саморегуляции и психологической подготовки могут активно использоваться в целях профессионально-психологической подготовки раз­личных специалистов. В частности, можно назвать ме­тодику «эмоционально-волевой тренировки» парашю­тистов [Соборнов Г. Н., 1982], метод «средовой адаптации» с использованием аутогенной тренировки, предложенный Л. П. Яцковым (1982) для психологиче­ской подготовки спортсменов-подводников, приемы психологической подготовки гонщиков [Мартыненко А. А., 1982] и др.

Применение аутогенной тренировки в спорте, полу­чившее широкое распространение у нас в стране и в других странах Европы, пока еще с оттенком скепти­цизма воспринимается некоторыми американскими спе­циалистами. Так, В. Cratty в переизданной у нас книге «Психология в современном спорте» (1978, 130), отзы­ваясь о методе прогрессирующей релаксации и ауто­генной тренировке, пишет: «Этими методами иногда пользуются сами спортсмены, в других случаях они применяют их под руководством специалистов, однако, насколько мне известно, до сих пор нет достаточно систематических исследований, которыми бы подтвер­ждалась или отрицалась эффективность этих методов в спорте». По-видимому, можно выразить только со­жаление по поводу недостаточной информированности американского коллеги.

В целом, в настоящее время уже не вызывает со­мнения положение о том, что при равенстве физиче­ской подготовленности и одинаковом уровне трениро­ванности психическая готовность и способность к психофизиологической мобилизации становятся одни­ми из решающих факторов победы и преодоления «соревновательного стресса».

ПРОФЕССИОНАЛЬНО-ПРИКЛАДНОЕ ПРИМЕНЕНИЕ АУТОГЕННОЙ ТРЕНИРОВКИ

Профессионально-прикладное и психогигиениче­ское применение аутогенной тренировки, на возмож­ность которого указывал еще I. Schultz, получило наи­более широкое распространение в последние два десятилетия. Среди многочисленных производ­ственных факторов, которые могут способствовать развитию психоневрологической патологии, по-види­мому, целесообразно выделить три основные группы: повышенное нервно-эмоциональное напряжение, гипо­кинезия и частичная сенсорная депривация, хронобио-логические факторы.

Аутогенная тренировка при повышенном нервно-эмо­циональном напряжении. Внимание исследователей и практических врачей в первую очередь привлекло со­стояние специалистов, деятельность которых связана с повышенным нервно-эмоциональным напряжением, высокой ответственностью и воздействием экстремаль­ных факторов труда и обитания: операторов (Ф. П. Кос-молинский, Ю. Ф. Исаулов, Н. Н. Лебедева); води­телей электро- и тепловозов (Н. Д. Лукьянова, A. Л. Гройсман), водолазов (А. М. Свядощ, Ю. Б. Шумилов), парашютистов (Л. П. Гримак, М. М. Решетников, Г. Н. Соборнов), летчиков (В. Л. Марищук, К. И. Мировский, Д. И. Шпаченко,

B. С. Лозинский, Л. П. Гримак, М. М. Решетников, В. М. Звоников, В. С. Лобзин и др.), космонав­тов (Л. П. Гримак, М. А. Мильхикер, Ю. Г. Пере-вертов), работников ответственных государственных учреждений (В. А. Караева, Т. В. Харшинская, М. А. Акинчиц) и некоторых других. В Ленингра­де, на объединении «Электросила» еще в 1970 г. ауто­генная тренировка впервые была применена в целях производственной психогигиены у работников массово­го механизированного производства.

Значительное внимание профессионально-приклад­ному применению аутогенной тренировки уделяется зарубежными специалистами (D. Muller — Hegemann, Н. Klotz и др., К. Норре, К. de Bousingen, M. Rouet, Т. Abel, R. Metraux и др.). Исходя из того, что совре­менная жизнь в крупных административных и промыш­ленных центрах нередко вызывает повышенное нерв-ное и эмоциональное напряжение, многими специалис­тами было предложено организовать так называемые «центры релаксации» на производстве. В таких цен­трах в течение 10 — 15 мин рабочие и служащие могли бы ежедневно заниматься аутотренингом, пользуясь приемами поддержания «психического тонуса» и «пси­хической зарядки». На некоторых крупных промыш­ленных предприятиях, например, во Франции, прово­дятся специальные курсы аутогенной тренировки как для рабочих, так и для руководящего администра­тивного состава (P. Sivadon).

Du Kant de Bousingen, с успехом применяющий ау­тогенную тренировку с профилактическими целями у «высших чинов индустрии», отмечает существенное повышение эффективности метода при сочетании гете­рогенных тренировок с лекциями по проблемам управ­ления людьми и межличностного общения. В Ав­стрии на отдельных поточных линиях непрерывного производства метод применяется в виде «аутогенных пауз» в процессе работы. В некоторых странах (ПНР и др.) массовое обучение населения приемам аутотре­нинга проводится с использованием телевидения и ра­диовещания. В Ленинграде в Центральном лектории общества «Знание» для населения на протяжении ряда лет читается цикл лекций по психогигиеническому применению метода. Все более широкую популярность применение метода приобретает и в других крупных промышленных и культурных центрах.

Наблюдения многочисленных авторов у нас в стра­не и за рубежом показали, что применение аутогенной тренировки у различных специалистов способствует выработке привычки к самоконтролю, к самонаблюде­нию за внешними проявлениями эмоций, умению самостоятельно преодолевать эмоциональную напря­женность, самостоятельно организовывать такое само­чувствие и поведение, которое наиболее рационально в каждом конкретном случае. Это способствовало улучшению социально-психологического климата, по­вышению сплоченности, мотивации и внутригруппово-го взаимодействия, некоторому снижению профессио­нальной заболеваемости психоневрологического про­филя, увеличению производительности и качества труда, в том числе в условиях сложной или опасной деятельности [Свядощ А. М., Шумилов Ю. Б., 1973; Решетников М. М., 1978, 1981; Лобзин В. С. и др., 1982, и др.]. Кроме отмеченных социально-психологи­ческих эффектов, наблюдения над здоровыми людьми показали, что аутогенная тренировка оказывает суще­ственное влияние на психофизиологическое состояние человека, повышая помехоустойчивость, способность к концентрации внимания, скорость простых и сложных реакций, объем кратковременной и дли­тельной памяти.

Наши собственные исследования [Решетни­ков М. М., 1978, 1981] по лонгитюдному приме­нению аутогенной тренировки и специальных ме­тодов психогигиены и психокоррекции у здоровых людей позволили выявить существенные изменения некоторых индивидуально-психологических характе­ристик у лиц, регулярно использующих этот ме­тод. В частности, у них становились менее выра­женными раздражительность, тревожность, улучша­лось качество сна и самочувствия. Наблюдались снижение общей невротизации личности и повышение экстравертированности, решительности и уверенности в себе, что способствовало стабилизации поведен­ческих реакций, улучшению социальной адаптации и способности к психофизиологической мобилизации. При медико-физиологических исследованиях наиболее отчетливый позитивный эффект отмечался в дина­мике показателей функционального состояния сердеч­но-сосудистой системы.

Использование добровольного принципа вовлече­ния в группы для занятий аутогенной тренировкой по­зволило нам выявить, что в среднем до 47 % здоровых лиц испытывают осознанную потребность в кор­рекции своего нервно-эмоционального состояния и не­которых особенностей личности. Основными «субъек­тивными» побуждениями к освоению аутогенной тренировки у обследованных здоровых людей, как правило, являются повышенная эмоциональность, склонность к неустойчивости настроения, тревож­ность, затруднения в профессиональной или социаль­ной адаптации, утомляемость и особенности труда.

Весьма интересными представляются данные об отличиях выраженности психоэмоциональных про­явлений и индивидуально-психологических особенно­стях здоровых лиц, которые после вводной лекции о возможностях и позитивном влиянии аутогенной тренировки принимали решение о необходимости ееприменения, и тех людей, которые проявляли относи­тельное безразличие к методу. Применение клинико-психологических методов исследования показало, что лица, проявляющие осознанную мотивацию к освое­нию аутогенной тренировки, имеют достоверно более высокие (но тем не менее в 92 % случаев не превышаю­щие границ нормы) показатели по шкалам 2, 4, 7, 8 СМИЛ (адаптированный вариант MMPI), по шкале нейротизма Н. Eysenck, по шкалам реактивной и лич­ностной тревоги Спилбергера — Ханина и более низ­кие показатели по факторам С, Е, Н 16-факторного личностного опросника R. В. Cattell (рис. 10, 11). При­веденные данные могут использоваться в целях психо­логической диагностики, а динамика отмеченных пока­зателей может служить в качестве критериев эффек­тивности аутогенной тренировки как у здоровых лиц, так и у пациентов с различной патологией.

Применение метода при гипокинезии и сенсорной де-привации. Гипокинезия, которую иногда определяют как «бич XX века», для некоторых профессиональных групп (водители автомобилей, тепловозов, некоторые операторы, космонавты и др.) является одной из ос­новных «профвредностей», вызывая порой выраженные психоневрологические расстройства.

Проведенные нами [Лобзин В. С, Михайленко А. А., Панов А. Г., 1979] в условиях моделирования 60 — 100-суточной гипокинезии исследования показали, что у здоровых лиц под влиянием длительного огра­ничения двигательной активности наблюдается этап­ное развитие нарушений высшей нервной деятельно­сти : вначале расстройства сна и отдельные нарушения в эмоциональной сфере, затем — астения, невротиче­ские срывы, появление феноменов орального автома­тизма, дискоординации движений и возникновение «синдрома межполушарной пирамидной асимметрии». Этот синдром, впервые описанный нами в 1968 г. (А. Г. Панов, В. С. Лобзин), отражая существенные нарушения церебральной нейро- и гемодинамики, про­является в преимущественном угнетении функций до­минантного полушария, в частности развиваются убедительные признаки преходящей правосторонней пирамидной недостаточности у правшей (и левосто­ронней — у левшей).

Наши исследования эффективности аутогенной тре­нировки в целях профилактики нервно-эмоциональных

расстройств гипокинезогенной этиологии показали, что, в отличие от контрольной группы у испытуемых, регулярно применявших аутотренинг, не отмечалось каких-либо существенных нарушений сна и отклонений в эмоциональной регуляции; неврологические наруше­ния, в том числе и феномен межполушарной пирамид­ной асимметрии, или не развивались в течение иссле­дуемого периода, или имели значительно меньшую выраженность. Таким образом, как показали исследо­вания, целенаправленный аутотренинг способствует нормализации не только нейро-, но и гемодинамики головного мозга.

Частичная сенсорная депривация («сенсорный го­лод») часто сопутствует гипокинезии, оказывая потен­цирующее влияние на развивающиеся нарушения. Длительное воздействие ограниченного числа одно­образных раздражителей в условиях отсутствия других (или целенаправленного «отключения» от других) является одной из существенных характеристик труда операторов, осуществляющих функции слежения, ра­ботников поточных линий и некоторых других специа­листов. Систематические экспериментальные исследо­вания «синдрома изоляции» и гипокинезии и их влияния на личность и организм человека впервые по­ставлены в связи с изучением вопросов подготовки че­ловека к космическим полетам. Однако, бесспорно, эти проблемы имеют ряд вполне «земных» аспектов, о которых уже было сказано. Специальные исследова­ния «строгой» изоляции (достижение полной изоляции возможно лишь теоретически), при которых осущест­влялось «выключение» зрительного, слухового анали­заторов и проприоцепции (погружение в иммерсион­ную среду), а также изоляция в кабинах малого объема показали, что при этом выявляется ряд специ­фических изменений в состоянии человека: возникает апатия, немотивированная тревога, чувство страха, снижается способность к продуктивному мышлению, часто развиваются иллюзии и псевдогаллюцинации (преимущественно слуховые). По-видимому, аналогич­ную природу имеют и некоторые психические наруше­ния, которые можно объединить в группу «болезней одиночества», наиболее часто возникающих у лиц по­жилого возраста, ведущих уединенный образ жизни.

В нашей предыдущей книге по аутотренингу (1980) уже сообщалось об опытах Бомбара и Линдемана, «невольном» опыте Бирда, который в течение 6 мес находился один на отдаленной антарктической базе. Одиночное 119-дневное путешествие на лодке Линде­мана заслуживает самого пристального внимания, так как оно было предпринято именно в целях доказатель­ства возможностей аутогенной тренировки, в частно­сти по регуляции нервно-психического состояния в ус­ловиях длительной изоляции и одновременного воз­действия экстремальных факторов. По словам самого Линдемана, именно самообладание и психофизиологи­ческая выносливость, развитые в результате система­тического применения аутогенной тренировки, спасли его от гибели, когда на 57-й день путешествия во вре­мя шторма лодку опрокинуло, и он в течение 8 ч удер­живался за скользкий борт.

Повышение под влиянием аутогенной тренировки общих адаптационных способностей организма и лич­ности в настоящее время уже не нуждается в подтвер­ждении.

Аутогенная тренировка в профилактике десинхроно-за. Ставшие обычным явлением трансмеридианные перелеты, увеличение удельного веса непрерывных тех­нологических процессов в промышленности и, со­ответственно, систем круглосуточного обслуживания существенно повышают значение мероприятий, напра­вленных на поддержание оптимальной работоспособ­ности и профилактику изменений психофизиологиче­ского состояния человека, наступающих в связи с рассогласованием между циркадными, геофизиче­скими и биологическими, а также социальными ритма­ми. В ряде работ была показана связь между опреде­ленными фазами суточной активности организма и частотой заболеваемости и травматизма, в том чис­ле несчастных случаев и аварий на производстве; уста­новлено, что работа со сменным режимом труда часто сопровождается ухудшением самочувствия, наруше­ниями сна, изменением уровня функционирования фи­зиологических систем (Б. С. Алякринский, А. Голова­чев, Ю. Гердий, В. А. Доскин, М. А. Котик, S. Folkard и др.). Физическая и умственная работоспособность при работе в ночное время снижается почти на 20%, при этом более выраженные изменения умственной ра­ботоспособности наблюдаются у лиц с высокой ам­плитудой суточного ритма [Попов А. Н., Рома­нов В. В., 1981]. Некоторые авторы отмечают, что от10 до 20% людей в силу индивидуальных особен­ностей и пониженной устойчивости ритмических про­цессов организма вообще не могут работать по смен­ному режиму [Доскин В. А., 1980].

Обследование летчиков и пассажиров межконти­нентальных лайнеров показало, что длительность пе­риода плохого самочувствия, связанного с перестрой­кой циркадных ритмов, составляет 12—15 сут. При регулярных трансмеридиональных перелетах у летного состава может возникнуть хроническая форма десинх-роноза, сопровождающаяся нервными и психическими нарушениями, а режимы чередования кратковре­менных периодов сна и бодрствования при значитель­ном отклонении от суточной цикличности дают незна­чительный позитивный эффект и могут быть использо­ваны лишь в течение коротких отрезков времени, в отдельных случаях приводя к остро развивающимся срывам высшей нервной деятельности.

Использование аутогенной тренировки в качестве средства, способствующего повышению индивидуаль­ной адаптации к деятельности в условиях измененной суточной цикличности было предложено Б. С. Аля­кринским, А. М. Свядощем и А. С. Роменом. По мне­нию указанных авторов, аутогенная тренировка спо­собствует более эффективной синхронизации биологи­ческих, геофизических и социальных ритмов при их рассогласовании и компенсаторному последовательно­му повышению уровня бодрствования и психической активности. Существенное значение в механизмах ком­пенсаторной адаптации отводится произвольному углублению и улучшению качества сна под влиянием аутогенной тренировки. Б. С. Алякринский считает, что адаптация к «сдвигу» режима суток происходит успешнее, если дополнительно используется релакса­ция по Джейкобсону — Стоквису и самомассаж. А. М. Свядощем и А. С. Роменом в специальных исследова­ниях по коррекции явлений десинхроноза было по­казано, что при перелетах из Москвы в Караганду (раз­ница в три часовых пояса) скорость реадаптации к новому циркадному ритму и перестройка режимов сна и бодрствования при использовании аутогенной трени­ровки увеличиваются в 4—5 раз. Приведенные дан­ные позволяют рекомендовать широкое применение метода в целях профилактики профессиональной па­тологии в условиях сменного труда.

Применение метода при обучении. В предыдущих главах при изложении работ различных авторов уже отмечались многочисленные позитивные эффекты ауто­генной тренировки, выражающиеся в улучшении функции памяти, внимания и мышления. Попытки ис­пользования специфических особенностей фазовых со­стояний для восприятия и запоминания учебной ин­формации известны с незапамятных времен. Еще Леонардо да Винчи, основываясь на опыте, рекомен­довал своим ученикам лежа в постели повторять мыс­ленно очертания предметов для лучшего закрепления их в памяти. В наше время опыты с гипнотическим внушением, субсенсорной суггестией в бодрствующем состоянии при обучении и воспитании также проводи­лись неоднократно (А. М. Свядощ, В. П. Зухарь, Г. Лозанов и др.). Применение аутогенной тренировки в процессе обучения показало, что она, прежде всего, способствует лучшему восприятию информации, тре­бующей запоминания (Э. Г. Рейдер, С. С. Либих, И. Е. Шварц, К. Uchiyama и др.). Более широко повы­шение обучаемости под влиянием аутогенной трениров­ки трактует А. С. Ромен. Рассматривая процесс обу­чения как явление общебиологическое, обеспечивающее приспособление к постоянно меняющимся условиям внешней среды путем информативного обмена, автор считает, что использование аутогенной тренировки по­зволяет проводить обучение более насыщенно и с бо­лее стойким результатом за счет активации целевого воздействия и уменьшения дезорганизующего влияния параллельно протекающих потоков информации.

Однако только проблемами обучаемости не ис­черпываются все аспекты применения аутогенной тре­нировки в средней и, особенно, в высшей школе. Ана­лизируя заболеваемость студентов некоторых вузов, Б. А. Бараш (1983) пишет, что от 47 до 57 % академи­ческих отпусков приходится на «функциональные рас­стройства нервной системы и психические заболева­ния», преимущественными причинами которых являются выделяемые автором 4 типа типичных кри­зисных ситуаций: кризисы профессионального выбора, кризисы сексуальных отношений, кризисы зависимо­сти от семьи, кризисные ситуации в академической деятельности. Для ознакомившихся с предыдущими разделами настоящей книги целесообразность приме­нения аутогенной тренировки в этих случаях, по-види-мому, не вызывают сомнения. Проблемы «психологи­ческой службы вуза», неоднократно обсуждавшиеся на многочисленных конференциях, симпозиумах и съез­дах, конечно, требуют решения. Авторы данной книги считают, что преподавание основ саморегуляции в высшей и даже средней школе было бы весьма целесообразным.

Аутогенная тренировка как метод стимуляции спо­собностей и творчества. Всякому мыслящему ученому, которому приходилось решать малые или большие проблемы, знакомо состояние, когда какая-то интуи­тивно формирующаяся идея, решение задачи или даже интегральное выражение уже принятого решения ни­как не удается сформулировать, хотя реально присут­ствует специфическое ощущение, что вербальное выра­жение проблемы где-то уже «на пороге», что оно уже «созрело» и актуально присутствует в сознании. Так же знакомо, по-видимому, и ощущение, когда перед сном или пробуждением решение вдруг совершенно ясно формулируется, заставляя вскакивать с постели и записывать, пока «просветление» не угасло. К сожа­лению, отсутствие в современной науке обоснованных представлений о механизмах интуитивного творче­ства не позволяет пока излагать их иначе, как на опи­сательном уровне. В то же время в приведенном при­мере последний момент является чрезвычайно важным, так как он связан именно с релаксостимуля-цией механизмов вербализации интуитивных предста­влений. Дневная «направленность внимания» и огра­ниченность творческого поиска «пределами реально­го», как уже отмечалось, отступают в процессе релак­сации.

Вторым компонентом аутогенной стимуляции творчества является повышение под влиянием само­внушения веры в свои возможности и изменение само­оценки личности. В значительной степени эти приемы родственны методам «гипнотического внушения обра­за высокоталантливой личности», которые позволяют, как пишет Л. П. Гримак (1978), устранить защитные тенденции, сковывающие творческие возможности, перестраивают мотивационную структуру, меняют установку и уровень притязаний, а также сам стиль мышления. Рассматривая способности как единство врожденных и приобретенных свойств личности, сле­дует подчеркнуть, что прежде, чем приступать к стимуляции тех или иных способностей, необходимо вна­чале установить их наличие и имеющийся уровень развития. Так, опыты В. Л. Райкова с внушением образа высокоталантливой личности, например вы­дающегося художника или музыканта, показали, что реализация внушения возможна только на основе вы­раженной мотивации к достижению успеха и наличия соответствующего уровня специфических навыков.

Стандартных приемов или рекомендаций для пре­одоления нежелательных воздействий тех или иных факторов труда или способов стимуляции физической и психической работоспособности не может быть принципиально, так как не только эти воздействия чрезвычайно вариабельны и часто действуют ком­плексно, но и их индивидуальная значимость необо­зримо широка. Десинхроноз полярников не идентичен десинхронозу летчиков или моряков-подводников; сен­сорная изоляция космонавта отлична от изоляции стоящего на посту часового; стимуляция мышления и памяти, предпринимаемая накануне зачета, несрав­нима с аналогичными явлениями при решении важных научных проблем и т. д. В каждом конкретном случае исследователь или врач, применяющий аутогенную тренировку, должен исходить из стоящих задач и ин­дивидуализировать применяемые методы. В качестве общего заключения по данной главе следует отметить, что области применения аутогенной тренировки у здо­ровых людей постоянно расширяются.

содержание   ..  1  2  3  4  5  ..