|
|
содержание .. 2745 2746 2747 2748 ..
СЕРАФИН ЧЕЛОВЕК И ЕГО ГРЕХ А ты, парень, резвый! Вот тебе! (Голос Дональды) Была последняя суббота августа. Прошло 11 лет с тех пор, как умерла моя мать. Дела в магазине отца шли неважно. Жизнь поселенцев северных территорий была трудна. Радости были редки. К счастью, иногда бывали праздники. Я еще не знала тебя. Мы, конечно, встречались с тобой и это все. - Если тебе не терпится замуж, попроси Кривоногого. Он постоянно крутится возле тебя. - Чтобы иметь кривоногих детей? - Он может хорошим отцом, также как любой другой. - Почему бы тебе не попросить его об этом, Дональда? - Я должна сначала полюбить его. - Шестеро детей - это мой лимит. - Ты не обязана иметь большую семью. - А сколько детей хочешь ты, Симон? - Я не хочу иметь детей. - Эй, Симон! Ты знаешь как французы называют кукурузу? Они называют ее «Индейская шишка». - Две ваши Джерсийские телки, если вы заплатите мне 50 долларов в течении трех месяцев, вы получите их назад. - Вы не можете требовать это от меня, месье Пудрэ. Я завишу от них, я делаю масло. Что скажет моя жена? - В жизни мужчины есть неприятные факты. Некоторые из них он должен скрывать от жены. Вы согласны со мной, месье Лемонт? Мы что-нибудь придумаем... Эта зима была неплохая, много дичи попадало в капканы. У вас наверняка есть немало прекрасных лисьих и норковых шкур. - Да, но... - Мне нужны гарантии. Я - не Народный Банк. - Мама, пойдем скорее, мы опоздаем. - Ты даже не одета! - А старый Пук-Пук будет там? Пук! - Не смейся над старшими. Иди уже! Что ты делаешь? - Ничего! Я все верну. - Как ты собираешься сделать это, мой бедный Биду. Мы в долгах по самое горло. - Выговаривай своему мужу! Я со всем разберусь, не мешай! - Будь осторожен, Алекси. Это все, что у меня есть, до последнего цента. «Давай!» «Покажи ему свой кузнецкий зажим!» - Ему? - Дамы из Сент-Джерома любят это! - Все, Алекси! Все. Джо! Джо! Джо! - Это нечестно. Я видел, что она сделала. Она показала ему свой чулок! - Ты победил его! - Верно! - Постой! - Я выгреб всю кассу, я надеялся отыграться. Я сделал это из-за тебя! Это ты опять виноват! - Ты волновался Биду Лалож! Ты изменил свою ставку. - Черт тебя возьми! - Праздник начинается! - Только не схема коллонизации Кюре Лабеля! - Мы не можем сейчас уехать. Через два года здесь начнут прокладывать железную дорогу. - Вы мечтатель! Я думаю, что вы могли бы открыть практику в Сент-Джероме. Посмотрите на этих крестьян! - Здравствуйте, господин мэр! Месье Лалож! Щеголяет в своем лучшем воскресном костюме! - Наша пылкая учительница! - Столько лет вдова... На ее месте любая вела бы себя точно также. - Какая полненькая и очень привлекательная женщина. Какое здесь изобилие! Они все веселые и располагающие к себе. Вы не находите? Такие женщины, должно быть, требуют много денег на еду и одежду. О вашем разрешении на строительство... Я подумаю, что можно будет сделать. - Спасибо, месье мэр! - Да ведь это святой отец! Ваше прибытие сюда - настоящее благословение. Ваш предшественник был святым человеком, но у него были проблемы с самоконтролем. Говорят, он отмокал в святой воде. По самую глотку. - Святой воде? - Мы должны быть осторожны, Алекси. Твой шарм заставляет меня верить в твою искренность. - Тебе было восемь... - Мне было девять. - Я сказал: «Иди играй в куклы!» - А ты помнишь, что я ответила тебе, умник? «Когда-нибудь ты будешь мой!» - Это не было поцелуем маленькой девочки. - Я целовала тебя тысячу раз. В моем воображении. - Послушай! (Голос Дональды:) Я провела тебя к дереву над обрывом. Я часто бывала там раньше, но теперь все было по-другому. Свет и запах леса... Я напускала на себя браваду, но я боялась, что ты скажешь мне «Стоп!» Это было бы грехом, но я не знаю смогла бы я устоять перед тобой. - Я все заплачу до 30-го числа, я обещаю. - Не забудьте, что вы уже мне должны 8 долларов, мадам Брошу. Мне тоже нужно платить по счетам. - Я вам очень признательна, месье Лалож. - Господин мэр. Вот ваша почта. - Проклятье. Кто мне может писать? - Это из Штатов. Распишитесь вот здесь. - Мои руки не такие нежные как твои, я знаю. Я тяжело работаю. - Вы знаете, Серафин, в Квебеке беспокоятся о нелегальном алкоголе. Даже здесь в Сет-Адель они получили донос на мадам Молтери... Возможно будет расследование. Ходят разговоры... - Не беспокойтесь, чем больше люди говорят, тем меньше в этом правды. - Не годиться так встречать меня. Где твоя красивая улыбка? - Кто же мог написать донос? - Они мне не сказали. Квебек требует Совет отозвать лицензию мадам Молтери. - Жаль, что вы не сможете прийти на собрание Совета. - Почему? - Ни один человек не может быть всегда на посту. - Как чиновник, я обязан сделать то, что от меня требует Квебек! - Мы должны выиграть время, Полидор. Это политика. - Я не могу обманывать людей! - Дерьмо собачье! Вы помогаете городу, а не лично мне! - Он приехал! - Он здесь! - Нет, все всегда возвращается к моему возрасту. Но им все равно нравится. - А истинное раскаяние? - О! Я раскаиваюсь. Но женщине так трудно быть одной. Господь так создал меня, я полна страсти. Я ничего не могу поделать со своим телом. - Что случилось, Симон? - Ничего! Я не хочу об этом говорить! - Это что-то серьезное. Кто-то сделал это с тобой? - Я не знаю что мне теперь делать. Если нотариус заметит, он выгонит меня вон. - Я... Если ты хочешь... Я мог бы дать ребенку свое имя... если... ты возьмешь мое. В этом случае никто ничего не заподозрит. И ты не должна будешь больше работать на этого каланчу. - Ты не понимаешь! Я не хочу этого ребенка. Не хочу! - Не говори так, Симон! Не говори так. - Проклятая жалоба! Кто-то из местных сделал это. Кто-то, кто умеет писать. - В Квебеке все, что касается алкоголя, воспринимается очень серьезно. - Да, да! - Я бы расплатился с вами, если бы я мог. Я отдал все лучшие лисьи шкуры, у меня ничего не осталось. Как я мог проголосовать за него! - Я беспокоюсь за вашу лицензию. Может быть я смогу уговорить нотариуса не рассматривать жалобу в Совете. - Господь вознаградит вас за это, месье Пудрэ! - Я пока ничего не обещаю. - А пока я вот что скажу: может быть мы можем как-то отблагодарить вас за ваши заботы? - Нет. - Когда я была маленькая, я всегда смотрела ночью на дрожащие тени на потолке, мне было ужасно страшно, я думала, что это привидения. Мне хотелось спрятатся, чтобы они не нашли меня. Но я все равно подглядывала. - Я не боюсь тебя! - Я люблю тебя, Дональда... - Помнишь я спросила тебя, если два человека принадлежат друг другу, могут ли они быть свободны? - Ты нашла ответ? - Они не будут долго вдвоем. Мне необходимо знать, что ты разделяешь мои мечты. - Завести детей очень просто. - А ты бы хотел? - Да, конечно. Сложно сделать так, чтобы они были счастливы. Мы должны гнуть наши спины и осваивать эти земли. - Что для тебя значит счастье? - Я хочу быть с тобой, но не здесь, не в Сет-Адель. Посмотри! Мы живет на такой богатой земле, но наш взгляд на нее так скуден. - Что ты имешь в виду? - Разрозненные фермы не создадут страну. Когда я ходил на заработки, я видел множество озер, чистые быстрые реки, огромные пространства... - Тебя долго не будет? Я терпелива. Мне будет приятно ждать тебя. - Я скоро вернусь. Я обещаю тебе. - Спасибо. - Я у последней черты, отец мой. Я каждый день провожу в борьбе за существование. Это испытание, посланное вам, друг мой. - Так, вижу, духовное поручительство. Похвальный жест, месье кюре. Но это не является документом для нашего банка, особенно в сложившейся ситуации. Ваш долг уже неуправляем, вы согласны со мной? - Это и есть причина для беспокойства Никто не выиграет, если вы доведете честного человека до банкротства. - Возможно мы найдем другой вариант. Дайте мне несколь дней, я посмотрю, что можно будет сделать. - Спасибо, месье Дестреле. - Месье кюре! Готово! - Ты сказал, что научился читать? - Да, я же обещал тебе. Но... когда мой живот совсем пустой и громко урчит, буквы расплываются. - Да? - Да, я не могу нормально видеть. - Вот, возьми. Меня не будет довольно долго, постарайся растянуть их. - Ты случайно не это ищешь? - Дай сюда! Убери свои грязные лапы! - А это у тебя серьезнее чем я думал. - 700 долларов. В чистеньких купюрах банка Доминион. Еле-еле наскреб, Брошу, только потому что ты попросил меня о помощи. Я очень жалостливый, как видишь. Это сильнее меня. Я мэр города и обязан следить за моими гражданами. Не так ли, парень? - Значит мы можем остаться здесь на два года и работать на ферме? Здесь так написано? - Слово в слово. Когда все кончится, вы должны будете уехать. - Где мне расписаться? - Я пыталась сделать это сама! Вязальной спицей. Я знаю, что поступила неправильно. - Помогите мне, доктор! - Ты должна была мне все рассказать, Сиомон! - Я не хочу умирать! Я не хочу в ад! Я не хочу гореть в аду! Я не хочу гореть в аду! (Голос Дональды) Сегодня умерла наша сирота, Симон. Никто не проронил и слезинки, за исключением «Кривоногого». Мне стало очень грустно. Доктор старался не показывать свое бешенство. Ты был прав, эта земля душит нас. - А Симон попадет в рай? - Все сироты попадают в рай. (Голос Дональды) Алекси, ты мой возлюбленный секрет. Я не ожидала увидеть тебя после нашего прощания. Я беспокоюсь, что гроб, проехавший между нами - не к добру. Ты уезжаешь в лагерь. Судьба так жестока. Любовь моя, ты мне так близок, что я чувствую нашу разлуку на всю эту долгую и темную зиму уже сейчас. Хотя ты еще не уехал, по моей спине уже сейчас пробегает дрожь. - Должно быть странно лежать вот так в ящике, в 15 лет. Что? (Голос Дональды) Все листья с деревьев уже облетели. Земля ждет снега. В пять часов уже темно. Я думаю о Симон, лежащей на кладбище, и во мне поднимается гнев. Я беспокоюсь об отце. Его бизнес совем плох и ни слова из банка. Я жду подходящего момента, чтобы сказать ему о нас... (Голос Алекси) Твои чудесные волосы сияют в моих руках, как золотая пыль. Ты - мой луч солнца в этой тусклой зиме. Моя любимая, Нам еще долго ждать весны. Скоро я не смогу посылать тебе письма, почта будет закрыта на зиму. Я не смогу писать тебе, но я смогу говорить с тобой. Я люблю уходить далеко от лагеря. Земля там совсем замерзла. Всюду тихо. Река скована сном... - Железная дорога! Это так современно! - Кюре Лабель говорит, что через 10 лет янки повалят сюда. Северные территории станут как Швейцария в Европе. - Где вы достали этот план, доктор Сипрен? - У меня есть свои источники, как у агента по продаже земли. Я поехал в Монтреаль и зашел в «Official Gazetteer». - Я не инженер и не англичанин, но, по-моему, дорога пройдет через земли Брошу. - Не он первый, не он последний. Не показывайте пока это людям, они будут волноваться на пустом месте. - И на незнании можно будет заработать. - Заботьтесь лучше о своих пациентах. - Мои не заканчивают в гробу. - Господа! Умерьте ваш пыл! - Он прав. Мы все еще не разобрались с той жалобой из Квебека. - Забудьте об этом, я сам со всем разобрался. - Твой отец беспокоит меня. Я вижу счет, который ему выставляют. Я чувствую себя обузой. А я волнуюсь, что он не переживет, если ты уедешь в Монтреаль. У нас с Алекси все серьезно. Мы переписываемся. - Вы точно вели себя хорошо? - Да, Нанет! - Да это же сама мадам Добродетель! - Это она донесла на трактир. - Я видела письмо! - Я не верю! У нотариуса случился бы удар! Ну и ну... - Дональда, ты не присмотришь за магазином? - Хорошо, только не долго. - 700 долларов - это не грабеж! Действовать нужно быстро. Я дам вам наличные. - Вы обманули нас! - Я помог вам, когда вы просили об этом. Так-то вы благодарите меня? - Земля стоит в 10 раз дороже! Если бы не мой сын... - Вы угрожаете мэру? Подумайте об этом, Брошу. - У мэра была конфидициальная информация! Передайте ему - пусть он подавится. Не ходите к нему! Это дьявол! - Я взял слишком много кредитов. Мои покупатели дают мне, что могут, я не могу отказывать им. - Доброе сердце имеет не каждый. - В банке обнадежили меня, я не понимаю, У меня с ними были хорошие условия. Может быть... Может быть, вы, Серафин, употребите свое влияние? Вы же можете... - Я знаю по опыту, что им доверять нельзя. Вы сейчас кусаете губы... Знаете, F.X... возможно я помогу вам. Мне очень неприятно видеть ваш и вашу семью в таких стесненных обстоятельствах. Вашей Дональде тоже приходится нелегко? Она сильная, но нам всем достается. Я делаю все, чтобы оградить ее. Она так молода и прекрасна... Вы не сможете оберегать ее вечно. Что ей нужно, так это хорошая партия. По-настоящему хорошая. Ты знаешь о наших проблемах. Выхода из них не видно. Я говорил с мэром, Серафином Пудрэ... он согласился помочь нам. - Деньгами? - Да. Если ты выйдешь за него. - Серафин Пудрэ? Но он же намного старше меня! - Подожди! Подожди! Люди осуждают его, но он - достойный уважения труженник. - Нет, ты не понимаешь. Не в этом дело. Он написал мне. - Кто? - Я давно хотела тебе сказать, ты знаешь его. Это Алекси. - Алекси Лабранш?! Ни на что не годный мечтатель?! Ты не можешь! Он же не сможет тебя содержать! - Не говори так! Ты не знаешь его! Он изменился. - Это моя девочка изменилась! - Ты выдашь меня насильно? - Я хочу, чтобы твои испытания закончились, Дональда. - Чтобы испытания закончились? - А разве не испытание выйти замуж без любви?! - Прости меня, моя бедная Дональда. Я всегда хотел остаться здесь... Забудь обо всем, что я сказал. Мы что-нибудь придумаем. - Ему нужна помощь! Мы можем потерять все. Открой глаза, Биду! Это очень серьезно. Они заберут наш магазин! - Банкиры просто любят пугать людей. - Ты отдаешь себе отчет? После того, как ты проиграл все эти деньги! - Если хочешь знать, это Алекси пристрастил меня к игре. - Перестань прятаться за других, Биду! - Кстати, об Алекси... Ты когда-нибудь думала о том, кто был отец ребенка Симон? - Трус! Ты просто трус! И ты мог подумать, что я поверю тебе? - Я не понимаю почему в банке так решили. Самое плохое то, что месье Пудрэ предложил нам свою помощь. - В обмен на что? - Я должна выйти за него замуж. - Отец сказал, что все зависит от меня. Каждый день я молю Господа, но он молчит. Если этому суждено случится... Один раз в магазине он дотронулся до моей руки... Я не могу представить его рядом со мной... - Иногда наш выбор разрывает нашу душу, но все же, Дональда, ты должна слушать, что говорит твоя совесть. - А если моя совесть неправа? - Не смотри на меня так. Я даже этого не смог... Ты видишь? Я лишь хотел... - Перестань мучить себя! - Я не заслуживаю такую дочь как ты. - Мама! Мама! - Мэр не может жениться, он не чист перед Господом. - В самом деле? Почему? - Моя бедная Симон... Она умерла от аборта, который она сама у себя вызвала. - Вы считаете, что Серафин сделал ее беременной? - Так она мне сказала. - Вы уверены? - Я взял ее в дом, когда умерли ее родители. Если Симон так сказала - это правда. - Я жду вас в церкви, месье Пудрэ. Как вы знаете, вы должны исповедаться перед свадьбой. Таковы правила. - Два с половиной... Не для того, кому не в чем исповедоваться. - Заглянуть лишний раз в свою душу никогда не помешает хорошему христианину. Я слышал слухи о вас и бедной сироте... Это может помешать вашей свадьбе. - Это было бы очень неприятно. Неприятно для вас, святой отец. Вы так не думаете? Я тоже слышал разговоры. У меня есть хорошие друзья в епархии. Та вдовушка из Трои-Риверес... Я уверен, что это тоже просто сплетни, как и разговоры о бедной сироте. Люди просто завидуют, святой отец, так? - Ты уверена в своем решении, Дональда? - Да. Ты мне будешь нужна, Нанет. - Я не могу принять твое решение. Я чувствую себя так, будто это моя вина. - Это ничья вина. Ты когда едешь обратно в Монтреаль? - Пока это не срочно. Дела твоего отца поправляются. Я клянусь, что никто не узнает почему ты это сделала. Подожди... Вот. - Это мне? - Это принесет тебе удачу. - Спасибо. - Если кто-нибудь знает причину, по которой эти двое не могут вступить в брак, перед Богом и людьми, пусть скажет об этом сейчас. Это его долг. - Вы согласны взять Дональду Лалож в свои законные супруги? - Да. - Вы согласны взять Серафина Пудрэ в свои законные мужья? - Да. - Наденьте ей на палец кольцо в знак вашей преданности и любви. Наденьте ему на палец кольцо в знак вашей преданности и любви. - Должно быть погасла... - Я не топил сегодня. В этом нет необходимости, если дома никого нет. Мы должны экономить, если не хотим, чтобы зима длилась вечно. Печь - это не единственный способ согреться. (Голос Алекси) Мой прекрасный полевой цветок, наша любовь сделала меня другим человеком, я считаю дни, считаю часы. Снег наконец начал таять... - Мне нужно в деревню. У нас кончилась гречка. - Не теряй попусту время и не болтай, у тебя полно работы. - Я могла бы купить масла. - Масла? Черт возьми! Это очень дорого! К тому же это вредно для желудка. - У моего отца дешевое масло. Он может дать нам немного бесплатно. - Я не сказал, что вообще хочу его. Плохие привычки до добра не доводят. Только сберегая ничего не теряешь. Такой порядок установил Господь. - Вы хотите чтобы мы экономили? Что же будет, когда пойдут дети? - Дети? Пока опасности нет. По крайней мере сейчас. Я очень беден Дональда. Мы должны поджаться. И забудь об излишествах. - Религия изобрела грехи, чтобы человек не убивал человека. - Когда Серафин приходит ко мне... Ну вы понимаете... Я все еще думаю об Алекси. Это грех, нечистота. Но... - Да? - Это помогает мне выносить его. - Соблазн - это не грех, Дональда. Воздерживаясь от него, мы продолжаем жить. - Чтобы продолжать такую жизнь, мне нужно вырвать сердце. - Прямо посреди ночи? - Это будит меня. По ночам я слышу как он ходит. Это меня пугает. - А ты никогда не была на чердаке? - Он носит ключ на шее. Я волнуюсь, Нанет... У меня задержка, понимаешь? - Ты замужем, так что же? - Это звучит странно, но это облегчение для меня. Когда Алекси узнает, он сразу забудет меня. Это ужасно. Я не знаю, что и сказать. - Дональда, вот... Последняя банка клубничного джема. Я отставил его в сторонку для мадам Ле Патирон. Мы пекли сладкие пироги, я позже завезу тебе. - Серафин не любит гостей. - Вот... Я не была уверена... Они у меня уже месяц. Я не смогла их сжечь. - У меня тоже есть кое-что для тебя... Это моей мамы. - Но почему?... - Я не хочу, чтобы она была в том доме. (Голос Алекси) Свобода - это выбор своей судьбы без волненья, что скажут об этом другие. Это - встать во весь рост, когда другие на коленях. Сейчас, когда я с тобой, я понял справедливость этого еще острее. По ночам я мечтаю о наших детях и о том как я желаю тебя. Как я буду горд, когда ты скажешь мне, что носишь в себе новую жизнь. Я надеюсь увидеть тебя... Люблю тебя страстно. Твой Алекси. - Дьявол! Я думал ты там умерла. Тебя не было несколько часов. И так всегда, когда ты ходишь в деревню. Ты купила что-то еще, кроме муки? Отец снизил цену и я купила кусочек масла. Дерьмо! Я же сказал, что не хочу! - Я люблю его. - Ты потратила всю сдачу! Как мы будем сводить концы с концами, если ты будешь такой транжирой? Да еще за моей спиной! - Я не сделала ничего дурного! - Ты знаешь сколько я дал твоему отцу?! Ты знаешь, сколько я дал твоему отцу? Подумай об этом! - Друг мой, вы должно быть страдаете? - Кажется, я простудился. Мне больно, когда я мочусь. - Такую простуду нельзя поймать в одиночку. "Венерический огонь разжигает страсть... ...раздувает ртуть... ...и вытекает из основания!" Гаргантюа? - Нет, Пантагрюэль. Я ещё посещаю литературный клуб. Вы можете прийти в следующий раз. Кстати, о ртути. Алекси вернулся. Прячьте женщин! - Мари-Энж! Скорей беги, скажи Дональде, что здесь есть сюрприз для неё. - Она здесь больше не живет, она вышла замуж. - Ну! И кто же счастливчик? - Месье Пудрэ! - Серафин? Брось меня разыгрывать, негодяйка! Иди позови её. - Я не негодяйка! А ты противный! - Свадьба была так себе. Было очень скучно, словно на похоронах. Не было даже мессы с певчими. - Свадьба мэра... Держу пари, церковь была полна? Что все боятся рассказать мне?! - Серафин, должно быть, хорошо ухаживал за ней, с его-то деньгами... - В этом нет никакого смысла. Не могу поверить, что она так поступила. - Иногда нужда рождает другую нужду и порой доводит до отчаянья. Будь я проклят! Алекси и Дональда? - Да. - А Серафин знает об этом? - Ты лучше ничего не говори ему, или будешь спать в сарае до самого Рождества! - Я знаю с какой стороны намазывать масло. Не так ли, моя маленькая Викторин? - Алекси? Алекси, я знаю, что ты здесь! Не подходи ближе. - Я пришел к тебе с конца земли... чтобы мы смогли пожениться. Но нахожу тебя с Серафином, в его доме, в его вещах. В его постели. Как ты могла? Смотри на меня, когда я говорю с тобой. - Я смотрю на тебя. - Ты помнишь? "Алекси, моя чудесная надежда..." Не могу поверить. Это не ты... Это не мы. Чертова холодность... Чертово молчанье! Все эти ночи, что я провёл, мечтая, как идиот! - Алекси! Я жду ребенка. - Остановись, Алекси, ты выбрасываешь на ветер всё, что заработал за зиму. Упрямый осёл! - Алекси, ты должен остановиться. - Хватит, пойдём отсюда! - Только посмотрите!.. Никогда не видел, чтобы так не везло! - Не везёт в картах - повезёт в любви. - Ты смотришь в окно уже целую неделю. Так ты добьешься того, что он на самом деле появится. - Кто? - Исчадие ада. - Сегодня не подходящая ночь, Серафин. - Я уже не помню, когда это было в последний раз. Открой глаза, ты выглядишь, словно труп. - Ты же не хочешь, чтобы у нас были дети... - Не беспокойся, Алекси, просто ты много выпил. - Чертова лицемерка! Обольстила меня... Её огромные глаза могут разбить любое сердце! Силы ада, какой же я дурак! - Как вы могли допустить это? - Дональда не отвергла его. - Это не то же самое, что согласие. Хотя для меня этот брак всё равно ничего не значит. - Она повенчана в церкви. - Вы её отец! Где ваше сердце? Это всё равно, что похоронить её заживо! - Времена сейчас тяжелые, могло быть и хуже. - Что может быть хуже?? - Ты говоришь так, потому что ревнуешь? - Потому что люблю её! - И ты не можешь знать, как сильно. - И ты смеешь говорить о любви, Алекси Лабранш? Да я не отдал бы её тебе и без Серафина! - Ты и так не отдал её... Ты её продал! - Пусти меня, Алекси. Тебе не стоит приходить сюда! - Мы должны поговорить. - Прошу тебя! - Я всё знаю. - Стой, Алекси! Он заметит, что меня нет. - Ты потеряла ребенка. Нанет мне рассказала. Ты вышла замуж, чтобы спасти отца. Скажи мне, что это правда. Почему ты молчишь? Скажи хоть что-нибудь. - Алекси... Ты пришёл, Алекси... Ты пришёл... - Я заберу тебя со мной. Мы уедем далеко, никто не найдет нас. - Это невозможно. - Ты не можешь вернуться. - Моя душа разрывается на части... - Ты жертвуешь собой ради отца, Дональда! Проснись, прошу тебя! - Я не сплю, Алекси! Никакой сон не причинит столько боли... - Дональда! - Должен сказать тебе, жена, что я не грешу. Я пашу, как собака. У меня не остаётся времени на интрижки. Я не учительница, которая изображает из себя мадонну, а сама... Что ты делала в лесу под проливным дождём? - Ничего особенного. - Ты что-то скрываешь? - Клянусь тебе, Серафин, я не сделала ничего дурного. - Это было бы не по-христиански, водить за нос своего мужа. - "Труп был в... в со-сто-янии... сильного раз-ло-же-ния..." - Сколько дней прошло? Ты хорошо потрудился, Кривоногий. - Мне это нравится. А что касается тебя... Дональда никогда не бросит чертова Серафина. Никогда. Лучше прими это сейчас. У тебя никаких перспектив, да и ты теряешь свою землю. - Ты ничего не смыслишь в женщинах. Они бегут от тебя, как только видят твои кривые ноги. (Голос Дональды): Ты здесь уже несколько месяцев, и ты работаешь без передышки, расчищая свою землю. Дюжину раз за день я должна сдерживать себя, чтобы не побежать к тебе. То, что ты так близко, разбивает мне сердце, но было бы ещё хуже, если бы ты уехал. Скажи мне, Алекси, когда любовь превратилась в наказание? - Кончай бездельничать и помоги мне, чёрт возьми! Спасибо. - Не благодари меня. Ты же чокнутый. Упрямый осел. Зачем ты решил остаться? - Я не уеду, пока не расчищу весь участок. Я здесь, чтобы просто быть здесь. - Ты мне почти нравишься, когда ведёшь себя, как сумашедший. - Вижу, вы предложили увеличить отсрочку по выплатам, перед тем, как выставить на аукцион землю Алекси? Он работает очень тяжело и скоро сможет заплатить все налоги, что он задолжал. - Я не думаю, что он сможет управиться. Даже сейчас он еле-еле успевает к сроку. - Вы слишком добры. Он должен играть по правилам. Пусть заплатит за 2 месяца, и мы будем терпимее к нему. - Не только к нему. - Думаю, мы поняли друг друга, Полидор. - Конечно. Но ведь в его случае... - Довольно, а то я сейчас заплАчу. Не забывайте дело с наследством моего отца. Да это же месье Форнье! Как ваша семья? - Мой мальчик тяжело перенёс эту зиму. Поздоровайся с господином мэром. - Здравствуйте. - Это очень грустно, но... Кажется, скоро я продам маленький гроб. Увидимся вечером на Совете. - Ну и ну... - Надеюсь, он успеет. Это будет очень непросто. - Алекси упрям, как осёл. - Он справится, он сильный! Если бы я могла, то пошла бы ему помочь. - Ему может помочь только один человек. И она... ...угодила в ловушку. - Ты называешь это ловушкой? Да у этого парня куча денег. - И каменное сердце. Не правда ли, месье Нотари? - Может, всем нам лучше заниматься своими делами? - Конечно, если ваша совесть чиста. - Вы суеверны? - Когда как... - Вчера я оставила ведро воды, мыло, расческу и полотенце... - Вам приснился мужчина? - Да! Он мылся прямо в моей спальне. - Это хороший знак. Кто он? - Ну, я уже в годах... возможно, я больше никогда не смогу полюбить. - Кто это был? - Он обращается со мной, как с леди, и никогда не спешит кончать. - Я была мечтательна, как школьница, но Полидор - не прекрасный принц. Да и здесь, в Сет-Адель... - Здесь несладко, мадам Ле Потирон. - Мои нервы в таком сотоянии... - Я хочу попросить вас об услуге. Достаньте мне адрес Делимы в Штатах. - Делимы? Сестры Серафина? А она не умерла? О ней ничего не слышно. - Ваш муж вёл с ней переписку. - Вы просите меня шпионить? - Маленькая неблагоразумность может предотвратить разоблачение другой. - Что вы имеете в виду? - Ваше письмо в Квебек. - Алекси, ты спятил. Ты не успеешь. - Просто работай! - Трупер не сможет столько дотащить. - Чертов нотариус! Он принял другую сторону на Совете. Чертов ублюдок Серафин! Они не сломят меня, путь идут к чёрту! Пошёл! Тащи, Трупер! Давай! Вперёд! Ну же! - Алекси! - Прости, Трупер... - Вот чёрт... Такой отличный конь. Мне очень жаль... - Оставь своё сожаление при себе, оно тебе ещё пригодится. - Они выполняют столько работы, бедняги... Как ты думаешь, существует рай для лошадей? - Не уверен, что он существует для таких животных, как ты. - Заряженное ружье - опасная штука, Алекси. Ты не можешь убить его дважды. - Это не для него. Это от волков. - Их уже несколько лет здесь никто не видел. - Я бы так не сказал. - Совет дал бы тебе отсрочку, если бы только мог, я знаю это. Всё это очень скверно. - Как ты только выносишь себя? Бессердечный ублюдок! - Серафин? Господи, что случилось? Вы подрались? - Не твоё дело. - Не с Алекси? Почему, Серафин? - Потому... ...что ты моя. Он никогда не получит тебя. - Ты должен уехать, Алекси! - Ты же знаешь, что я не могу. Я не поеду без тебя. - Я так хотела сделать тебя счастливым... А теперь лишаю тебя свободы... Я не могу смотреть, как ты страдаешь... Уезжай... Уезжай далеко. Ради меня... - Я не против страдать за тебя... Но если уеду... как я буду жить без моих мучений? Как?.. - Я не знаю! Не знаю!.. Пожалуйста, Алекси, уезжай! Уезжай подальше отсюда... - Господин мэр, хочу сказать вам, что в городе ходят слухи... Многие поддерживают Алекси... - Ты опять виделась с ним? - Мы просто поговорили. - Считаешь меня дураком? Думаешь, что ты первая жена, что... - Я не изменяла вам. И никогда не изменю. Я старалась полюбить вас... но не могу. Я даже просила Господа об этом, но он не ответил. Это правда, что я люблю Алекси. И я всегда буду его любить... Но это ничего не меняет. Я помню о своём долге. - Я сделал всё, чтобы ты ни в чём не нуждалась, но кажется, тебе это безразлично. Ты такая же, как и остальные женщины на земле. Неблагодарная. (Голос Дональды): Иногда я тебя ненавижу, Алекси. Ненавижу за то, что послушал меня, что ушёл от меня навсегда. Когда покраснела листва, я почувствовала себя такой потерянной, как в лесу в безлунную ночь. Даже тишина пугает меня... И кругом лишь одна пустота. Я стала чужой для всех окружающих. Как же так, Алекси? Почему для нас нет даже крохотного кусочка земли в этой огромной стране?.. - Это Делима. - Делима? - Спасибо. Подождите меня, это не займёт много времени. - Я уверен, это не более чем нелепое недоразумение. - Перестаньте. Вы должно быть очень наивны, если верите, что я откажусь от наследства. Вы наивны или большой притворщик. - О, Делима, в самом деле! Это несправедливо. Должно быть, письма просто затерялись. Вас не было так долго. - Вы изменились, бедняга. Видимо, долгое пребывание в этой дыре сделало своё дело. - Тебе только и нужно было придти ко мне. - «...Доля наследства, по ошибке отданная Серафину, и о которой Делима, по её словам, не была поставлена в известность, должна быть выплачена ей в полной сумме». - Ты была в Штатах так долго. У нас не было никаких вестей. Мы предполагали, что случилась... трагедия. Теперь ты здесь... И деньги... твои. Но мне нужно какое-то время, чтобы собрать их. - Ваша сестра даёт вам 24 часа, чтобы вернуть полагающуюся ей сумму. В случае невыполнения мне даны инструкции забрать вашу землю. - Это угроза? - 24 часа и ни минуты больше. - Мадам! - Мадам!.. Он не сможет найти деньги так быстро. Он раздал деньги нуждающимся людям. Мы живем в нищете. - Дочь Мари-Луизы? Ты выглядишь точно, как она. - Моя мать умерла много лет назад. - Тебя выдали замуж по принуждению? - Нет. Нет, это было моё решение! - Бедная девочка, ты ещё не научилась врать. - Тише, тише... - Этот из белой сосны с четырьмя ручками. 3 доллара не так уж и много. Всегда держу парочку про запас. Никогда не знаешь, когда смерть призовёт кого-то. - Этот слишком большой, а этот слишком маленький. - Могу сделать один на заказ, но это будет стоить дороже. - Я не могу заплатить дороже. - Я недавно видел вашего парнишку. В этот, пожалуй, вы сможете его втиснуть. - Вы же знаете, что этот слишком мал! - Иди отсюда прочь! - Ради бога, Серафин, сделайте ему другой гроб! У вас достаточно денег. Вы наживаетесь на несчастье других. - Отойди в сторону. - Я не хочу больше стоять в стороне. Вы сделаете ему другой гроб! - Что ты сказала, Дональда? - Я не хочу больше стоять в стороне. Всё кончится тем, что я возненавижу вас! - Пошёл, Рипер! - Алекси? Алекси, скажи мне, что ты здесь! - Что ты делаешь здесь? - Нанет, скажи мне правду! - Правду? - Я чувствую его присутствие, словно он смотрит на меня. Этого не может быть? Скажи мне, что не может. Поклянись, что он уехал к лучшему! - Не пугай меня. У тебя помутился рассудок. Пойдем. - Нет. Нет, нет. - Я принесу тебе чего-нибудь горячего попить. Побудь здесь. - Алекси... Я знала! - Дональда! Отзовись! Черт! Почему ты не отвечаешь мне? Дональда... Я затопил печь только для тебя. - Осторожно... Это пойдет тебе на пользу. Вот и всё... Вот и всё... Так-то лучше. Потише... - Ты была у доктора? - Я не хочу выздоравливать. - Мы не позволим тебе этого! - Единственный раз я хочу думать только о себе... Понимаешь, Нанет?.. - Доктора вызвали в Сант-Агат. Он там пробудет до завтра. - Она никогда больше не увидит Алекси. - Что мы можем сделать, Нанет? Он ушел, не сказав никому ни слова. - Он в лагере на Красной реке. Я знаю. - Постой! Все дороги заметены. Ты не сможешь проехать. - Я проеду. - Ты спятил, в такую метель?! - Я... Я заглянула себе в сердце... и всё стало ясно... Я больше не боюсь, как раньше. - Я с тобой, Дональда... - Пошла!.. - Пресвятая Дева Мария, Господь благославил плод в чреве твоем... - Пресвятая Мария, матерь божья, помолись за нас, грешных... - Не могу поверить! - Биду! Спасибо! - Иди же! Поспеши! - Проклятье! Если только ты мог подумать, что я допущу... - Довольно! - Она держится только в надежде увидеть тебя. - Дональда... - Алекси... - Моя любовь... - Моя любовь... Моя единственная любовь... - Я не могу служить на похоронах вашей дочери. - Я не понимаю вас, святой отец. - Не зовите меня больше святым отцом. Я оставляю паству... Я полюбил женщину. Я хочу жить с ней открыто. - Это требует мужества. Я потерял всё. - Это ваша дочь придала мне мужества. - Моя маленькая Дональда?.. - Жизнь так несправедлива. Так несправедлива! - Наше молчание убило её. (Голос Дональды): Темно... В комнате холодно. Я трясусь в лихорадке. Нанет рядом, как всегда. Она передаст тебе это письмо. Ты тоже здесь, Алекси, так близко... Твоё присутствие, как луч света во тьме. Я спокойна... Я ухожу и мне хорошо. На этот раз я буду с тобой... Навсегда... - Проклятье! Это я! Это я! Это я! Это я горю! Это я горю! Это я горю! Проклятье! - Серафин! С первого дня Я знала, что люблю тебя... Назло всему свету И всем преградам, Что окружали меня... Я шепчу твоё имя в молитвах... Мой Алекси, моя любовь, моя жизнь... Ты вернешься в мае, Когда яблони будут в цвету. Я буду ждать тебя у реки... Если ты не вернешься - я умру... Ты будешь помнить обо мне? Kогда придет конец зиме? Почему ты не пишешь? Ты - мой свет в окружающей меня тьме. Я шепчу твое имя в молитвах... Мой Алекси, моя любовь, моя жизнь... Ты вернешься весной, Яблони будут в цвету. Я буду ждать тебя у реки, Если ты не вернешься - я умру... С первого дня Я знала, что люблю тебя, Назло всему свету И всем преградам, Что окружали меня с первого дня...
содержание .. 2745 2746 2747 2748 ..
|
||
|
|