|
|
содержание .. 1309 1310 1311 1312 ..
НЕ ПОКИДАЙ МЕНЯ, ЛЮБОВЬ - О, под горяченькое! - Оп! - Значит так, Любу мы знаем все давно. Как говорится, выросла на наших глазах. Была вот такой, а стала - вот: красавица, умница, хозяйка и человек прекрасный. Что кому надо - сразу к Любе. Мы без нее никуда. А главное, второй человек в нашей деревне после председателя - секретарь сельского совета. - Вообще-то, управляющая делами. - Ты не встревай, Галя. Секретарь - по-нашенски. - А я говорю вам, как правильно по документам. - А я хочу сказать, что Любаша - замечательная мама, а это самое главное. За тебя и за Степку твоего. - Спасибо, сестренка. Будем здоровы. - Любка, ты герой! Одна такого сына подняла! Отец бы не смог, а! - Хозяйка! Люба: - Спасибо, дядя Петя. - Дядя Петя, потише. - Хозяйка! Женский голос: - Ого! - О, вспомни черта - он явится. - Здрасте-здрасте. - Ну, Любонька, здравствуй. Вот, пришел поздравить тебя, так сказать, с днем рождения. - Да я вроде тебя не звала. - А меня звать не надо: я власть - сама прихожу, когда хочу. Ну, я, вообще-то, по службе. - По какой еще службе? - По поводу сыночка твоего беспокоюсь. Возраст у него сама знаешь какой: один шаг - и мальчик окажется не в той компании. Правильно ведь? - Подожди. - Что? - Забери, пойдем выйдем. Я сейчас. - Ну, пойдем. - Ишь ты, "я власть". Пятнадцать лет носа не совал в деревню, а сейчас явился не запылился. - Видать, с Любкой мириться пришел. Первую любовь, наверное, вспомнил. - А чего ж пятнадцать лет не мирился? Девушка в положении, а он в город умотал! Гад этот Витька! - А я слышала, что поперли его с того города - какие-то полномочия превысил. Сейчас у нас участковым будет. - Да, прощай, наша спокойная жизнь. - Неизвестно. - Свои права качать будет. - Давайте лучше за Любку. - Давайте! - Действительно - за Любку! - Ну и о чем ты поговорить хотел? В какой компании Степка? - Да пока еще ни в какой, но тут Пашка недавно откинулся, новую банду себе сколачивает. Смотри, увижу Степку рядом с ним - не посмотрю, что сын, закрою. - Ты Степку оставь в покое, чтоб я тебя с ним рядом не видела. - Ты бы лучше спасибо сказала. За ребенка же беспокоюсь. - Зря беспокоишься. И пугать меня не надо. Понял? - Я-то понял. Просто возраст у него сложный. Отец пацану нужен. - Ты, что ли, на его место метишь? - Ну, а чем я плох? А? - Любушка, тут Галя тост сказать хочет. Ты скоро? - Да, я хочу. - В общем, Витя, я тебе все сказала. - Ну-ну, иди-иди. Ха. Все равно моей будешь. - Ну что, Иван Денисович, готово? - Сейчас, секундочку. - Давай-давай. - Так. Вроде все. - Давай! Все, Степка, на сегодня хорош! Хорошо поработали! - Ну точно починили. Как новый. - Держи, заработал. - Спасибо. - На что потратишь? - Мамке подарок куплю. - Молодец! Гляди не пропей только. - Не пью. - Да я знаю. - И чего этот Витька только приходил? Проблем не было. А теперь поползут слухи по деревне. Поползут, поползут! Вот поэтому я в Москву и уехала. Ничего, что я там одна, что мне одиноко. Зато никто не лезет в мою личную жизнь. Не то что здесь: деревня-матушка! - Да не боюсь я этих слухов, Катюшка. Я только за Степку переживаю. Ведь рано или поздно он спросит меня, кто его отец. И что я ему тогда скажу? - А чего ты тянешь? Вот чего ты тянешь? Давно нужно было Степке все рассказать - пусть он лучше от матери узнает, что Витька его отец. - А Витька ему не отец. - Чего? А кто тогда? Это дачник, что ли, тот? А как его звали? Николай? - Николай. - Ух! - Коля, дверь-то открой! - Ага. Давай. - Ой... - Ой, слава богу, мы дома. - Да уж. Здравствуй, матушка Россия. Я не понимаю, почему мы не могли остаться в Испании? - Мы же с тобой договорились, ведь правда? - Что? - У меня кончился контракт. - У всех других тоже кончился. Знаешь, они как-то подсуетились. Только ты ничего не можешь, ты ничего не можешь вообще! - Алла, ну хватит уже, а? Водитель: - Хозяин, куда складывать? - Сюда. - Дай сюда мои сапоги. - Ой, Николай Алексеевич, здрасте! Вернулись, значит? - Здравствуйте. - Вернулись, да. - Молодцы, молодцы. - Ты вообще спросил меня, хочу ли я в Москву? Спросил, хочу ли в Москву? Я не хочу в Москву, я хочу обратно в Испанию, где солнце светит, где рож вот этих нет. - Вот, возьмите сдачу. И моя визитка на всякий случай. Последние цифры - шесть, восемь. - Раз, два, три, четыре... Пять, шесть. Ага, это все. - Чего ты его отпустил-то вообще? Как мы все это потащим наверх, как? - Слушай, иди в квартиру, открой. - Как мы это потащим, как? - Открой, я донесу сам. - Чего ты ковер сюда поставил? У тебя мозг есть вообще? - Любушка, давай реально смотреть на вещи - чай, не девочка уже. Тебе нужен мужик, Степке нужен отец. А Виктор - он сейчас рядом будет. - Да какой Виктор, Катя? Я же его не люблю. - Люба, а зачем любовь? Да ты со своей лебединой верностью в могилу себя загонишь. Пятнадцать лет прошло. Ну, как знаешь. - Да, Катя, как знаю. - Ты обо мне подумал? - Слушай, я и так всю жизнь о тебе думаю и делаю так, как ты хочешь. Может, наконец, пришло время сделать так, как я хочу? - О, это что-то новенькое. И как же ты, интересно, хочешь? Как? - Я хочу жить, как все нормальные люди. Хочу иметь детей, семью, хочу жить в своем доме, а не в съемных квартирах. - Прекрасно. Старая песня: "семью", "детей"... Знаешь что? Если хочешь семью, детей - женился бы на этой деревенской телке. Как ее там - Надя, Катя? Или как ее? Она бы тебе нарожала кучу детей и борщи бы тебе варила целыми днями. - Я понял. - Наконец-то ты понял, что я тебе не нянька, не домработница и не уборщица, и не хочу выглядеть в 40 лет как столетняя старуха. Ясно тебе? - Ты и так выглядишь как столетняя старуха, особенно когда злишься. - Так ты будешь звонить или нет? - Не буду. - Отлично. Значит так, либо мы возвращаемся обратно в Испанию, либо я от тебя ухожу, понял? - Алла, хватит заводиться на ровном месте. Я сейчас съезжу к отцу, приеду, и потом поговорим. - Что, ты хочешь еще к отцу поехать? - Все. - Ты вообще соображаешь? Хочешь оставить меня одну в этой дыре? Я не могу, здесь душно и пыльно! - Все! - Ты!.. Ты чего, Коля? Ты соображаешь вообще, а, Коля? Ну ладно. Ладно. Так, хорошо. Ладно. Не хочешь по-хорошему... Алло? Послушайте, вы только что подвозили нас из аэропорта. Мне нужна ваша помощь. (Грохот.) - Ой. Степка, как ты меня напугал, а! Ты чего крадешься, как вор? - Чего крадусь? Думал, спите. - Тетя Катя спит, а я тебя жду. Ты где шарахался-то до полуночи? - Чего шарахался? Вон, трактор чинили. - А что, предупредить нельзя было, что ли? - Ну чего - предупредить? Не маленький уже. - Ладно, иди, я тебе на кухне накрыла. Руки не забудь помыть! - Ага. - Это тот самый собор? - Да, из Испании. - Слушай, вы уже навсегда вернулись, да? Слушай, это ж сколько времени уже прошло, а вы уже вернулись! Как там Алла? - Папа, как всегда. - Что, поссорились, что ли? Эх, говорил я тебе - надо было детей заводить. Как только поженились, так сразу и детей. - Папа, жениться на ней не надо было. Не надо было вас с мамой слушать тогда. - Сынок, мы же думали, что так будет лучше, ну... Алла девушка хорошая, мы считали с матерью, достойная, с хорошим вкусом. - Угу. - Ну давай. А ты связался с этой, деревенской. Как ее? Ле... - Мне-то налей. Люба ее звали, папа. - Ну, Люба. У тебя же вся жизнь была впереди. Стажировка впереди за границей, а ты с этой... - Любой! - Ну, Любой! Сынок, ты что, серьезно? Не забыл ее до сих пор? - Папа. Столько времени прошло. И вообще, какая разница? - Ну давай. - Ха! Ой... Жуть. Сфера обслуживания? Может, кофейку? - Я... Мужик... - Боже мой, а! - Мужик, прости, так получилось. - Да ладно. - Меня просто попросили помочь. - Да ничего, я понимаю. Желание клиента - закон. Да... Моя мама считала тебя порядочной девушкой. - Да. Она, видимо, ошиблась. Я тебе говорила - надо развестись. Потому что жить с тобой просто невозможно. Столько лет на тебя потратила, думала, ты хоть послом станешь - а ты... Ты ведь ничего, ничего не можешь! Ты как полено, которое плывет, куда тебя послали! Давай! Давай-давай, быстрей давай! Давай-давай, вали отсюда. Ненавижу тебя. - Хороша рыбка. Хороша! - Тпру! Это ж надо: нашу Любку в преступницы записали, ежели за ней денно и нощно полиция наблюдает. А? - Слышь, дед, иди куда шел. - Смотри глаза не сломай. А то преступников на ощупь ловить будешь. - Слышь, старый, я тебя и без глаз поймаю, понял? - Ну иди поймай. Лови-лови! Ха! Малахольный. - Хрен старый! - Сам хрен. - Здравствуйте. - Здравствуйте. - Здравствуйте. - Здрасте. Здрасте, ребята. Здрасте, баба Люба. - Здрасте! Какая же у нас Любка молодец! На работу раньше приходит, уходит позже, все для людей делает. - А чего бы ей не делать? Мужика-то нету, дома никто не ждет. - Чего нету? - Мужика ей надо. - А! Тебе в ЖКХ надо! Ну иди, а я посижу. - Да ну тебя, глухая тетеря. - Пасуй! Здорово, Пашка! - Здоровее видали. Чего хотел? - Да вот, Степан. Я тебе про него говорил. - Маменькин сынок? - Да нормальный пацан, вместе учимся. - Посмотрим, какой нормальный. Проставиться надо - деньги есть? - Есть. Сейчас. - На два пузыря хватит. - Вот и ладненько. Сейчас затаримся и на хату пойдем. Мы тут одно местечко присмотрели. Сгоняй. - Мне там не продадут. Там тетя Галя работает. - Вот малолетки! - Да ладно, я сбегаю. - Степан? Давно не виделись. А что это мы здесь делаем? - Я тут жвачки покупал. - А! Жвачку! Угу! Галя: - А больше ты ничего не хочешь? Я тебе сейчас покажу "тетю Галю"! - Тетя Галя... - Я тебе сейчас покажу! Иди отсюда! - Я жвачки хотел купить. - Знаю я твои жвачки! Засунь свой паспорт куда подальше себе! Молоко на губах не обсохло - им уже пиво с утреца подавай! Катя, ну ты такое видела? - А если бы я матери сказала? Вот она тебе даст пиво с воблой! - Я даже в магазин не заходил! - Молчи уже! - Все в порядке? Случилось что? - Здрасте, представитель власти! Низкий вам поклон! - О! - Нам менты - не кенты. Короче, валим отсюда. Пиво по дороге в ларьке возьмем. Пошли. - Это что это, Любкин Степка бедокурит? - Нет, с чего ты взял? - Витек, у Любки-то мальчишка хороший вышел, одно загляденье. - А что это ты мне его нахваливаешь, бабка? - Да ничего, думала, тебе интересно знать. - То, что мне интересно знать, я спрашиваю сам и на допросах. - Ишь ты, ишь ты, какие мы строгие! Как же, спросит он про сына. Тоже мне, отец. - Да, поползут слухи по деревне. Бедная Любка. - А чего это она бедная? Мужик и видный, и не запойный, и при должности! Приклеился к Любке, как будто других баб прямо нет. - Ну, это у него еще со школы. - Ой, Катя, я уже перед ним и так, и сяк, и то ему, и се, а он прямо ни туда и ни сюда. - Галя! - А что сразу Галя? Галя... Если не я, так другие найдутся посмотреть, что у него там в кобуре. Женщина: - Галя, ну где ты там? - Да иду я уже! Раскудахтались! - Иди уже! - Господи... Женщина: - О, пришла. - Посторонись! - Екарный бабай! Куда летишь, шумахер? Будешь так носиться - лисапед конфискую! - А я думаю, где это собаки лают? А это наш участковый молодежь воспитывает. Ха-ха-ха! - Дед, а я смотрю, ты сам борзый, как собака. Вот так и норовишь за задницу укусить. - Сидел бы ты у себя в городе и не ехал сюда людям жизнь портить. Она столько лет без тебя жила и горя не знала. Индюк надутый. - Дедуля, ты за помелом своим следи. Иди, пока не загремел за оскорбление офицера полиции. - На, арестовывай, арестовывай! А я возьму и умру в камере специально! Затаскают тебя по следствиям, Витек. - Дедуля, твое счастье, что я при исполнении. Давай иди и наслаждайся жизнью. - Клоун ты, Витек. - Так, спокойно, тетя Зина. Я здесь власть. - Анатолий Николаевич. - Спасибо. - Проходим, проходим! - Чем обязана? - Да вот, решил заехать с проверкой. - С какой? - Проверить, как ты тут без меня. - Слушай, Витя, мне некогда с тобой шутки шутить. Если хочешь что-то сказать - говори, а нет... - Любаня! Любаня, добрый день! Я на минутку. Вот это тебе от Рябы моей гостинец. Спасибо, дали мне материальную помощь! - Не придумывайте, тетя Зина, не надо, правда. - Ты не спорь со старшими, бери. - Ну правда не надо! - Значит так, я это вот тут поставлю, а ты сама решай. До свидания. Еще раз спасибо! - И вам не хворать. Что это мы закон нарушаем? Взятка при исполнении должностному лицу, а? Да у вас тут прямо рассадник коррупции. Любаня, нехорошо закон нарушать. - Руки убери! - Ты что? - Пошел отсюда! Пошел, я сказала! - Дура, ты что из себя недотрогу строишь? Принца ждешь, да? Тоже мне, принцесса с прицепом! - Гад ты, Витька. - Любаня, я что хо... Ой, простите. - Слушай, шел бы ты домой. И оставь меня и Степку в покое. - Угу. Из-за двери: - Любань! - Заходите, тетя Зина, чего вам? - Ну-ну. - Вот в этом доме вроде нет никого. - Пойдем погостим. - Пацаны, я забыл, мне домой надо. Извините. - Ты тоже ссыкло? - Нет, пошли. - Да, папа, привет. Да нет, все нормально. Я не дома, я на даче решил пожить. Да. И с Аллой, я думаю, что все. Папа, слушай, ничего хорошего не было и не будет, и терпеть я ее больше не собираюсь. Ну вот, как раз поживу, все обдумаю и дом заодно приведу в порядок. Папа, все. Пойду в дом и посмотрю, что там с ним. - По ходу, давно уже здесь никого нет. Даже свет вырубили. - В холодильнике та же фигня. Побрякушек здесь много всяких прикольных. Наверное, профессора жили. Да и дачники все московские. - Степан, чего ты там делаешь? - Пацаны, смотрите, что я нашел. - Да фигня какая-то. И вообще, кроме книг здесь нет ничего. А вообще, место хорошее. Можно будет сюда собраться на мою днюху. - А ну стоять! - Шухер! - Стоять, я сказал! Мародеры! Стоять! - Ай. - Стой. А ну поставь. Поставь на место. Вот так. Полицию вызываем? - Не надо полицию. Я все починю и вставлю все здесь... - Тихо! Молчать! Дома грабишь, да? - Нет, я в первый раз, за компанию с друзьями. - А-а, поверил я тебе! - Просто так получилось. - Ага. Понятно. Починить-то сможешь? - Смогу. Только полицию не вызывайте. - Хорошо. Хочешь без полиции, да? Ну, давай по-взрослому договоримся. Ишь! Меня зовут Николай Алексеевич. - А я Степан. - Хорошо. - Сосед на мой лужок позарился. Но теперь у меня будет законный документ. Спасибо, Люба. - Идите, дядя Петя, идите. - О! - Поздравляем. Наконец-таки. Я думала, ты на работе ночевать будешь. Если бы ты столько зарабатывала, сколько работаешь, ты бы уже давно миллионершей стала. - Ой, Катя, ничего не успеваю, целый день люди идут без продыху. Да еще этот Витька сегодня заявился. - А ты что? - Да ничего. Послала его. - Правильно, правильно. По громкой связи: - Внимание, девушки! Прижмитесь к обочине! Повторяю, прижмитесь к обочине. Ха-ха. - Недалеко ушел. - Девчонки, может, подкинуть куда с ветерком? - Привет, Витя. А это ты так преступников ловить собираешься или отдыхать? - Отдыхать. Любань, садись, подвезу. - Да если б у меня ноги отсохли, я и то бы с тобой не поехала. - Витя, может, подвезешь? А то сумка тяжелая, боюсь, не донесу. - Воруешь много. Ладно, шучу. Некогда мне, я на службе. - Что, не дается тебе Любка? - Ничего-ничего, я все равно своего добьюсь. Сама не захочет - так через сыночка ее достану. Ладно, садись, подвезу. Я сегодня добрый. Давай. Ну? - С ветерком? - Поехали. - Смотри, мама, это я в Барселоне купила на неделе моды. Как тебе? - О-о. Ну прекрасно. А теперь все в подземном переходе покупать будем. Не понимаю, зачем нужно было ссориться с Колей? - Не могу я с ним больше, понимаешь? Да и не любила я его никогда. - Да при чем здесь любовь? Ее что, можно в чемодан положить или карточкой расплатиться? - Ой, мама... - Не будь дурой. Надо помириться с Колей, вернуть его. - Ага, сейчас. Я уж лучше разведусь. - А сколько тебе лет? Образования нет, детей нет, значит, алиментов тоже не будет. - Мама, понимаешь, не могу я с ним. Как подумаю, что с ним в постель ложиться, меня аж прямо... - Девочка моя, чтобы женщине было хорошо с мужчиной в постели, ей достаточно восьми сантиметров. А если Коля уйдет от тебя, у тебя и этих восьми сантиметров не будет. Поэтому не будь дурой, поговори с ним, извинись. Он парень добрый, простит тебя. - Мама... - Надо, надо. А это платьице я, пожалуй, оставлю себе. Мне, кажется, очень к лицу. - А веник у вас есть? - Не знаю. Я здесь 15 лет не был. И темно там, электричества-то нет. - Я тогда завтра свой принесу. - Да, вижу, ты и правда работы не боишься. - А чего мне ее бояться? Я в семье один мужик. Надо же матери помогать. - А папаша где? - А фиг его знает. - Ну да. Короче, давай, сегодня уже поздно, иди домой. Тебя, наверное, мама ждет. А завтра я тебя жду. - Аллочка с Колей решили разводиться. Я думаю, мы не должны этого допустить. - Хотят разводиться - пусть разводятся. Люди взрослые, сами решат. - Аллочка в очень подавленном состоянии. Может, вы все-таки поговорите с сыном? - Нет, я больше не буду в их дела лезть. - Надо же, 15 лет назад вы так не думали, когда разводили своего сына с этой, как ее там, деревенской. - С Любовью. - Какой еще любовью?! - Ее звали Люба. И если откровенно, Марина Александровна, я очень жалею, что я тогда полез в их жизнь. Не полез бы, сейчас бы внуки бегали по дому, да и совесть бы не мучила. - Надо же, какие мы совестливые! Что же вас раньше совесть не мучила, когда вы на эту Любу наговаривали? - Знаете что, уходите. - Благодарю за чуткость. И за чай тоже. - Здесь. Нет. Тут. (Телефонный звонок.) - Алло, папа. - Привет, Коля. - Привет. - Как ты там? Дача как? - Слушай, я как будто отсюда и не уезжал никуда. - Прости меня, сынок. Прости. - За что? Ты за что просишь прощения? - За то, что ничего нельзя изменить. За то, что твоя жизнь сложилась так. - Все сложилось как сложилось. Тебе не в чем себя винить. Все, папа. Спокойной ночи. - Спокойной ночи, сынок. - Спокойной ночи, папа. - Здрасте. Вот я веник и стекло принес. - Все-таки пришел. - Я же обещал. - Ну да. Инструменты принес? Давай сюда. - Угу. - Ну что, проходи, герой. Иди чини. - Э, ты что творишь, а? Гастарбайтер хренов! - А? - Ты что, не понимаешь? - А? - Не понимаешь? Тебе что, чика пригласить? Издеваешься? А ну пошел. Давай, двигай, цоб-цобе! Ну? Придется объяснить тебе популярно. - А что это вы тут делаете? - А у нас культурная программа намечается, мы будем иностранным туристам местные достопримечательности показывать. - Да какая программа? У него только рабочий день начался. - Вот и отлично. Продолжится, только в другом месте. Будет в камере плитку класть. - Нет, Витя, так дело не пойдет. Он мне здесь нужен, так что давай быстро с него наручники снимай. - Галюня. - Что? - Если я с него наручники сниму, я ведь их на тебя надену. - А вы, я посмотрю, шалун. - Ты мне зубы-то не заговаривай. Регистрация у него есть? - Витя, чего ты, в самом деле, сразу? Свои же люди. Может, пойдем в подсобку? Я тебя чайком с конфетками угощу. - Я, вообще-то, при исполнении. - А я, вообще-то, и не кусаюсь. Исполнишь и пойдешь. Ну так что? - Секундочку. И никуда не уходи, понял? - Угу. - Ну пойдем, Галюня. - Катя, ты веник не видела? - Видела. Его Степка взял. - А сам-то он где? - А вот этого я не знаю. Убежал куда-то с веником. - Интересно, куда же? - Эй, турист, не ломай казенное имущество. Сейчас сниму. Галюня, ты ему регистрацию-то сделай, а то я опять приду. - Напугал. Приходи, у меня конфет еще лет на 100 хватит. - Послушай, твоя подружка Любаня с кем по вечерам конфеты уплетает, а? - Не знаю я. Я со свечкой не стою. Слушай, а что ты вообще в ней нашел? Вот я бы тебя и любила, и уважала, и конфетами бы кормила. Эх. - Ладно, пойду. Некогда мне. Вечером зайду. Ну что, гастарбайтер, свободен. - А вы Родригеса и Маленского видели? - Это кто такие? - Боксеры, кто. 12 раундов. - А ты видел, как Тайсон Холифилду ухо откусил? - Нет. - Вот это был бой. А Карпов - Каспаров? - А что за боксеры? - Они не боксеры, это шахматисты. Бой длился 5 месяцев, и только 40 ничьих. Вот это бой! - Нет, я в шахматы играть не умею. - Вот я тебя и научу. Уверен, понравится. Хорошая игра. - Готово. - Да ладно? Да ты халтурщик, наверное. - Ничего себе. Лучше, чем старое. - А кто же делал-то? Жалко, что так мало с вами поработали. - Ничего. Я завтра собираюсь гараж разбирать. Хочешь, подходи. - А что там такое-то? - Ну что. Ерунда всякая: железяки, мотик, по-моему, стоит. - Мотик? А можно посмотреть? - Слушай, поздно уже. - Пойдемте. - Ну пошли сходим. Вот смотри. Почти новый. Мне его на окончание школы подарили. Нет, правда. Я на нем целый месяц отъездил, был вообще королем дороги. Потом убрался в канаву, в больнице лежал 2 месяца в гипсе. В общем, видишь, пытался подкрасить. Потом бросил. Ну что, починить-то можно? - Завтра и посмотрим. Не зря же я в гаражах у механиков сидел. - Ну и отлично. Тогда давай домой, до завтра. А то мама волнуется, наверное. Давай. - Здорово, братиша. А что это ты теперь на дачку туда-сюда бегаешь, а? Ты что, мальчик на побегушках или ты нас этому мужику решил сдать? - Ага, делать мне больше нечего. Куда хочу, туда и хожу. - Только попробуй что-нибудь ляпнуть. - Да он ляпнет. Он уже, наверное, ляпнул. Он же теперь с ментами корешится. - Какие менты? Не парьтесь, я не стукач. - Парится твоя мамаша с новым участковым в баньке. - Что? - Что слышал. Будешь скоро за ручку с ним гулять. Вообще, говорят, что он его папаша. - Урод! - Кто?! - Сюда иди! - На, на! - Что вы творите? А ну, шпана! Шпана! Стоять. А ты со мной пойдешь. Давай, пошел. - Стойте. - 15 суток за драку в общественном месте! Сейчас ты у меня схлопочешь. - Не имеете права! - Что? Это я буду решать, что я имею и чего не имею, понял? - Отпусти! - Ах ты, какой борзый! Весь в мамку. Залезай! Сиди, не рыпайся. Ишь ты. - И правильно, Витюшенька, молодец. Так тебе Любки точно не видать. А я еще и маслица в огонь подолью. - Лариса Даниловна, справочку забыли. - А, спасибо. - Ну вот, на живца и зверь. Слушай, Люба, мне бы печать поставить. - Пойдем. - Любка, все, хана! Беги скорее! Витька, садюга, Степку сейчас повязал. - Что? - В милицию повез, как преступника. - Что ты говоришь-то? - Наручники надел, руки заломал и в милицию! - Сейчас. - Любка! - Не до тебя сейчас. Я тебя лучше здесь подожду. - Сынок, ты как? - Мама, все нормально, не волнуйся. - А я бы на вашем месте не делал такие громкие заявления, молодой человек. - Ты что творишь, а? Ну-ка выпусти его быстро! - Как это выпустить? Он преступник. - Да какой он преступник? Это Степа, мой сын. - Ну и что? Если он твой сын, это дает ему право в общественном месте людям морды бить и оскорблять представителя власти? - Это неправда! - Правда это или не правда - мне решать. А пока твоему сыночку светит 15 суток. - 15 суток? За что? - За то. Но поскольку мы с тобой давно знакомы и люди не чужие друг другу, все можно решить в моем кабинете всего лишь за 15 минуток. И не будет 15-ти суток. А? - Ну и сволочь же ты, а. - Я не сволочь, я справедливый. Ну так что, идем, не идем? Или оформлять буду протокол. - Ну что, пойдем. Ну? - Коньячку. - Да ладно, Витя, давай без этих, без прелюдий. - Да нет, я так не могу. - Зато я могу. - Тихо, тихо! Я сам. - Ты же этого хотел? - Не понял! Эй! - Любовничек. - А ну отпусти! Ты что творишь, а? Отпусти, я тебе говорю. Ах ты... - Ой, отпустили. Полицию разломаешь! - На, держи. Держи. - Что это? - Ключи от счастья. - Подожди. От какого еще счастья? - От твоего, может быть, но точно не от моего. - Ой-ой-ой! Витя! - Сволочь! Ненавижу! - Степа, сынок! Подожди. Степан! - Что? Это правда, что люди говорят? - А ты не слушай никого. - А про отца почему ты не говорила? - Давай мы с тобой дома поговорим. - Нет, я этого так просто не оставлю. - Правильно, Витюша, не оставляй. Давай-ка ешь, я для тебя все готовила. - Отвали со своей едой. Не хочу я есть. - А я смотрю, кого-то Любка сильно задела, да? - Она мне на фиг не нужна, эта Любка, ясно? - Да что ты! А что ж ты тогда вцепился в нее, а? Со школы за ней бегаешь. - Бегал, а сейчас, я говорю, на фиг она мне не нужна. Просто она меня тогда, много лет назад, перед всей деревней опозорила, когда с этим городским начала по сеновалам шмыгать. И сейчас вон в дураках оставила. Нет, я этого так просто не оставлю. Надо будет в глазах общественности реабилитироваться. - Да ладно. - Наливочки налей, а. - Наливаю уже. - Ты представляешь, что теперь будет? - Если честно, мне все равно. - А он теперь тебе жизни не даст. - Какой жизни, Катя? Которой у меня и так нет? - Что значит нет? Ты о чем? - Что у меня есть сын, любимая работа, дом. А жизни у меня не было. Ладно, пойду я. Со Степкой обещала поговорить. - Хочешь? - Пришло время рассказать ему про Николая. Степушка, я давно с тобой поговорить хотела. - Про отца? - Да. Дело в том, что твой отец... - Да не надо, я все знаю. - Что ты знаешь? - Вся деревня уже знает. Знаешь, нам никто не нужен, мы сами справимся. Я в обиду никому тебя не дам, никому. - Какой ты взрослый у меня стал, сынок. Ты прости меня, ладно? - За что? - За то, что тебе так рано повзрослеть пришлось. - Ну что, доктор? Приговор? - Надо глушитель переварить, тормоза проверить, и вот это все закрутить. - Понятно. Будет ездить? - Будет. - Попугаем бабушек в деревне? - Да легко. - Шучу. Хватит этого инструмента? - Да хватит, конечно. Держите. - Давай. Что делать-то? - Добрый день. - Сейчас. - Ой... - А это кто? - Это, Степа, моя бывшая жена. - Колечка, зачем ты так? Пока еще не бывшая. Здравствуйте. Я тут тебе покушать принесла. Тебя ж тут не покормит никто. Пойдем в дом, я тебя покормлю. - Алла, ты зачем приехала? - Я не могу к мужу приехать на дачу? Пойдем, пойдем покормлю тебя, Коленька. Пойдем, мой дорогой. - Степан, держи, я сейчас. - Я привык работать один. - Так. Ух ты! Тут прибраться надо будет, Коля. Сейчас я тебя покормлю. - Что такое я услышал? Покормлю? Первый раз за 15 лет совместной жизни. - Коля... - Из ресторана? - Коля, зачем ты так говоришь? Сядь, пожалуйста, поешь. Сядь, пожалуйста, Коля. Колечка, сядь, пожалуйста. Коля, милый, правда, прости меня, пожалуйста. Я столько всего передумала за это время, пока одна была. Я знаю, что я не подарок. Коля, правда, я все это время, всю нашу жизнь я для тебя старалась, все делала. - Что, я не понял, ты сейчас сказала? Обо мне? Обо мне? - Ты думаешь, я детей не хотела? Знаешь, как я детей хотела. Всегда хотела детей, просто... Ты не знаешь, как мне нелегко засыпать и просыпаться с мыслью, что у нас с тобой детей никогда не будет. И все эти аборты, которые я сделала, все ради тебя. Просто я думала, что у тебя новая должность, что у нас съемная квартира, новая страна. Куда нам еще детей было заводить, Колечка? Просто пойми. Теперь я у тебя одна во всем виновата. - Я тебя ни в чем не виню. - Винишь, я знаю. - Нет. Я же тебя никогда не обманывал. - Коля, пожалуйста, давай не будем разводиться. Пожалуйста, я тебя очень прошу. Давай не будем разводиться. Хочешь? Хочешь, сейчас просто отдельно поживем, а разводиться не будем, Коля? Пожалуйста, а? - Хорошо. Хорошо. - Коля! - Воды принести тебе? - Спасибо тебе огромное. - Алла. - Не забыл еще свою потаскушку, да? - Что? - Потаскушку свою не забыл? Молодец. - Ее звали Люба. - Ах Люба! Люба, Любонька, голубонька. - Да заткнись! Твой концерт про бедную овечку закончен. Все! - Знаешь, что я тебе скажу? Прекрасно, что он закончен. Знаешь, что скажу. Я тебя ненавижу. Я тебя всегда ненавидела. У тебя был последний шанс, видит бог. А теперь я сама подам на развод. Ты свою квартиру московскую не увидишь, как своих ушей, понял? Понял? Водички попей. - До свидания. - И вам не хворать. - Вот так, Степа, извини. - Да, вижу, плохи ваши дела. - Да нормально. - А что не разведетесь? - Теперь разведемся. Вот она пускай в городе живет, а я здесь жить буду. - А тут же крыша протекает. - Лучше, Степа, пускай эта крыша течет, чем вот здесь вот. А эту починим. Поможешь - буду рад. - Помогу. А что, не любите ее совсем? - Степа, любовь - штука сложная. - Да, понимаю. - Что, с девчонкой, что ли, поссорился? - Какая девчонка... Мент вот этот, к матери ходит. - Степа, может, это любовь? - Какая любовь? - Степа, маму не суди. Не суди. Мама сама во всем разберется. А у меня здесь, в вашей деревне, настоящая любовь была давно. А дорогу перешел тоже мент, кстати. Ну, не мент, а тогда еще курсант первого курса ментовского училища. Вроде ребенок там у них. В общем... - Да, не везет нам на представителей закона. (Кашляет.) - Уходи, видеть тебя не могу. - Я вообще-то по долгу службы пришел. Хочу узнать, в каких условиях живет ваш сын, кто его воспитывает и так далее. - Одна я его воспитываю, понял? Одна. И условия у него нормальные, не жалуется. - Я услышал вас, Любовь Сергеевна. После вчерашнего вашего экстравагантного поступка я вашего сына записал в трудные подростки, первым в списке. Ясно? - И что это значит? - А то, что если он мне еще раз попадется за хулиганку, то я соберу комиссию, и вас лишат родительских прав как безответственную мать. Со всеми вытекающими последствиями. - Слушай, ты, если ты моего Степку хоть пальцем тронешь, я тебе голову оторву, ты понял? - А вот здесь ты права. Дала бы ты мне себя тронуть, то я бы твоего сынка давно в покое оставил. А так - жди беды. Если я задумал кого-то нагнуть, то я это обязательно сделаю. Усекла? - Мама! - А вот и малолетний преступник пожаловал. - Слушай, иди, Витя, отсюда, я тебя прошу. - Ладно, позже зайду. Надеюсь, ты меня поняла. Пока, "сынок". - Какого этот козел опять приходил? Ему тут медом намазано? - Сынок, ты все неправильно понял. - Да все я понял. И вообще, ты определись, кто тебе нужнее - я или он. - Степа! Степа, постой, я сказала! Степан! - Что он сказал? - Отстань, мама. - Так что, вы решили разводиться? - Да, мы решили разводиться. - А ты пыталась его отговорить? - Чего мне его отговаривать, мама? Он свою колхозницу любит, понимаешь? - Какую колхозницу? - А то ты не знаешь, какую колхозницу. Он фотографию до сих пор хранит, ты понимаешь? - Да ты шутишь, столько времени прошло. - Мамочка, помнишь, вы говорили, что эта дура деревенская ребенка ждет? Так это Колин ребенок, да? - Я не помню, может, и говорили. Послушай, да у Любки вообще тогда детей не было. - Молодец, мама, даже помнишь, как ее зовут. - Так, все, хватит. Развод - значит, развод. Самое главное, чтобы после развода квартира тебе осталась, поняла? - Мама, слушай, тебя только деньги интересуют, да? - Да, золотко, потому что женщина в твоем возрасте гораздо респектабельнее выглядит с квартирой, чем без нее. Пусть остается со своей Любовью, а этот вопрос я беру на себя. Все. - Отлично. - Степа, иди-ка сюда. Иди сюда, я тебе говорю, зайди. Что случилось? Что не так? - Да опять козел этот приходил. - Ну-ка сядь. Какой козел? - Да участковый этот. - И что? - Да вся деревня говорит о том, что он мой отец. - Ну и что? Может, это неплохо, Степа? Может, хочет с тобой отношения наладить? - Знаю, что он наладить хочет. Пользуется тем, что моя мать наивная и добрая. Козел. - Я понял. Давай я с ним поговорю. - Я сам разберусь. - Ну-ка сядь на место, сядь посиди. У тебя какие планы-то на вечер? - Никаких. - Ну и отлично. Ты антенну-то у меня на крыше видел? Такая кривая. Я сам делал. Открутить и выкинуть ее можешь? И новую поставить? - Могу. - Потому что я тарелку заказал. Правда, у нас телевизора нет, электричества нет. Счетчик надо поменять, зарегистрировать. Справки для этого какие-то нужны. - Это к матери моей. - Почему? - Она в сельсовете работает секретарем. - Ну и отлично. Вот как раз пойду и познакомлюсь с ней. Что сидишь, вставай. Подожди-ка. Стой-стой. Держи. - Так я же не за деньги. - Это ты заработал, честно. Держи. Матери что-нибудь купишь, ей будет приятно. - Так-так-так... Хорошо! Опа! Цветмет воруешь, да? - Отвали! - Ага, сынок, с поличным попался. Теперь твоя мамаша от меня точно не отделается. - Я тебе не сынок. - Господин полицейский, пожалуйста, отпустите парня. И вообще, это частная территория, вы не имеете права здесь находиться. - Это я не имею права? - Витек, ты, что ли? - Ну я. И что? - Отпусти парня. - Вали к мамке. - Я вижу, ты не поменялся, Витя. Теперь с детьми воюешь. Подожди, так Степка - Любин сын? - Послушай, Коленька, собирай-ка ты свои вещи и езжай обратно в город. Так всем лучше будет. - Нет, Витя. Нет, я здесь жить буду. - Ладно. Хочешь жить здесь - тогда будешь жить по моим законам. Ясно? - Дежавю какое-то. Я это слышал уже. Много лет назад. - По-хорошему предупреждаю: увижу у Любкиной хаты - закопаю. Усек? - Услышал. А теперь, господин полицейский, я прошу вас немедленно покинуть частную территорию. Вперед. - Ну-ну. - Что? Степа! Степа! Откуда это? - От верблюда. - Откуда, я спрашиваю! Ты что, с Пашкой связался, что ли? Господи, за что мне это все... - Да заработал я их. - Да где ты их заработал? - У мужика на даче. - У какого мужика? - Обычного мужика. - Зовут его как? - Николай Алексеевич, на профессорской даче живет. - Господи... - Мама, ты чего? Хочешь, я ему их верну? - Я сама верну. - Люба. Здравствуй. - Здравствуй, Коля. Я тут пришла денег тебе вернуть. Не надо нам ничего этого, и Степку ты моего не приваживай. - Люба, у тебя растет отличный парень. Настоящий помощник. Деньги - это его, он их по-честному заработал. Люба, я тебе завидую. Люба, подожди. Люба, давай поговорим. - Не о чем нам с тобой разговаривать. - Так, это мое, это Степкино. Ты откуда такая? - У Николая была. - Ты что, с ним виделась? - Виделась. И Степка мой, оказывается, с ним успел уже подружиться. - А ты откуда знаешь? - Я сегодня у Степки деньги нашла. Много. Оказывается, он все это время у Николая работал. - Так он что, ради тебя приехал? - Ой, не знаю, Катюша. - Подожди, ты мне самое главное скажи. Он про Степку знает? - Не уверена. - А Степка про него? - Господи, что ж теперь будет? - А, что ж я такая несчастливая? Тут самое интересное начинается, а мне уезжать надо. - Катюша, ты понимаешь, я эту встречу 15 лет ждала. Думала, увижу его и все ему расскажу. А встретились, так ему ничего не сказала. - Ну, мать, у тебя не жизнь, а просто кино. (Слышен клаксон автомобиля.) - Машина приехала, в город ехать надо. Слушай, я сейчас быстренько в город сгоняю, возьму отпуск за свой счет и вернусь. А ты тут держись. Мы справимся. Все, жди меня, сестренка. - Вот и хорошо, теперь могу и в отпуск ехать. А чего Степан к нам не заходит? Такой помощник был. - Да занят он был, скоро опять придет. - Скажи, что мы его ждем. У парня золотые руки, вот такой механик будет. Спасибо, скажу обязательно. - Хорошо. - Позовите следующего. - Добро. Заходи. - Здравствуй, Люба. - Зачем ты пришел? - Я по делу. - Да знаю я вас, ходит тут один тоже по делу. - Ты про Виктора, что ли? - Про него. - Нет, я правда по делу. Я счетчик собираюсь поменять, надо зарегистрировать. Я теперь здесь жить буду. Нужна какая-то справка, наверное. Да? - Ты здесь жить будешь? - Угу. Поможешь? - Это моя работа. Какой у тебя номер участка? - Я не знаю, у меня такая справка есть. Люба, ты как здесь? - Нормально. А ты? Семья, дети? - Детей нет, развожусь. - Не знаю, тебя поздравить или посочувствовать? - Поздравить, может. Может, и посочувствовать. Столько лет с чужим человеком прожил. Я так понимаю, что вы с Виктором тоже не вместе? - Нет, не вместе. - А Степка? - А что Степка? Мальчик без отца растет. - Почему? - Да бросил нас отец. - Понимаю. Тяжело тебе было. - Да ничего, не жалуюсь. Степка вон какой орел получился. - Степа отличный. - Так, посмотрим, что тут у нас. О! Не понял. Три-дэ. Разобраться надо, что за три-дэ. Так... Опа! Ну, Коленька, я тебе этого так не оставлю. - До сих пор носишь? - Ты знаешь, я тебе все справки подготовлю, так что можешь вечером зайти забрать. Что-то еще? - Очень рад тебя видеть. - Позови следующего. - Я приду. - Я ж тебе о чем толкую-то. Надо ж в район писать, чтобы заново все оформили. - Смотри, кто идет, Никитос. - Ага, нарисовался. Эй, здорово, лошара! - Здоровее видали. - Ты про кого, про своего городского, что ли? Ты же говорил, на него шестерит, вот и ходит туда-сюда. Вали отсюда, лох. - Сам ты лох. - Что?! - Что слышал! - Еще раз тявкнешь на меня, щенок, знаешь, что с тобой будет?! - Что? - Вот что. Погнали. - Уроды. - Здрасте. Стоять, раз-два. Как дела, никуда не вляпался больше? - Да пошел ты! - Сынок, ты не оборзел ли? - Я тебе не сынок. И вообще лучше б тебя не было. - Молодежь. - Витек, ты, что ли? - Здорово, тетя Зина. Я. - Слушай, тебя в гражданском прям не узнать. - Да? - Ну. - А что, мне не всегда ж в боевом ходить. Надо иногда и по гражданке. Тем более сегодня случай особый. - И какой, если не секрет? - Не секрет. Сегодня к нам в деревню три-дэ привезли, мы с Любаней идем. - Ух ты, молодец! Слушай, а что такое три-дэ? - Кино в очках. - Это в таких, как у тебя, что ли? - Как у меня. Кошелки. Я что, клоун, что ли? - Здрасте, бабоньки. - Я смотрю, ты по-нормальному не понимаешь. - Нет, не понимаю. - Вали отсюда подобру-поздорову. Не в своем огороде борозду делаешь. Нечего бабе мозги пудрить. Ты что, проблемы захотел? - Витек, у тебя совесть есть? Ты ж ее одну бросил с ребенком. - Слушай, ну ты гад! Молись. (Дерутся.) - Пойду Любке скажу. Люба! Люба! Люба: - Что, тетя Зина? - Люба, иди разбирайся. Там у твоих ворот два петуха дерутся. - Да какие там петухи, тетя Зина? У меня и курей-то отродясь не было. - Люба, так вроде мальцы твои бьются. - Что, опять Степан? - Да какой Степан! Два петуха твоих. - Ты чего?.. - Пусти! Пусти руку! Получай! - А ну-ка валите оба отсюда! Чтоб глаза вас мои не видели. - Люба, ты... - Люба, ты что? - Вон, я сказала! Виктор: - Люба! Николай: - Люба, это не я! Люба! - Знаешь, ты... - Ты... - Я тебе... Ну что встали? Я не при исполнении. А ну разошлись все, быстро! Пошли вон отсюда! Женщина: - Пойдем, говорю. - Я не на службе, ясно? Мужчина: - Пойдем, пойдем. - Сходил в три-дэ. - Ой, Коленька! Коленька, здравствуй, дорогой. - Что ж привело вас в наши пенаты? Не Аллочка ли? - Ну зачем так? Я сама решила тебя навестить. Вот надо документы кое-какие подписать. - Что за документы-то? - Вы же с Аллочкой решили развестись. Так ты подпиши, что после развода не возражаешь, чтобы квартира перешла ей. Ты же не выгонишь свою жену на улицу, правда? - Да, мать-природа творит чудеса - что мать, что дочь. - Ну, милый мой, время такое - без денег, сам понимаешь, никуда. И не вижу ничего - ой - в этом предосудительного. - Я подпишу. Можно я переоденусь, вымоюсь и подпишу? Да? Спасибо. - Да, жду. Хорошо. Ух! - Здравствуйте. - Здравствуйте. Вы к кому? - Я к Николаю, документы на прописку принесла, он просил. - Сам просил? А знаете что? Если не ошибаюсь, Люба? - Да. - Так вот никакой прописки вы не получите. Николай после развода оставляет квартиру моей дочери. Так что нечего сюда ходить. - Простите, я вас не понимаю. - Да прекрасно вы понимаете. Московскую прописочку захотелось опять, да? Не сидится в деревне. Да как вам только не стыдно! Мало того, что мужа увели, так еще на квартиру метите. Уходите. Ничего вам здесь не светит. - Так, понятно. Я никого уводить у вас не собиралась и сейчас не собираюсь. До свидания. - До свидания. Культурная! - Люба! Люба, подожди! - Так, секундочку, мы еще наши дела не уладили. Вот. - Ну что? Сейчас. - Вот. - Давайте. Где? Где?! - Вот, вот. - Пожалуйста. Все? - Так, спокойно. Нет-нет, еще здесь. - Отлично, все. Пожалуйста. - Нет, еще не все. Вот еще здесь. Последний, последний. - Все? Вы довольны? - Вот теперь все. Довольна. - Надеюсь, не встретимся. - Весьма довольна. Тюфяк. - Люба! Да подожди ты. - На тебе твою справку. - Люба, ты что? - Ничего. Мне от тебя ничего не надо, понял? Тогда ничего не надо было, а теперь тем более ничего. Все свои проблемы решай сам, без меня. - Люба! Люба! Эх! - Боже мой, господи! Да ты что? - О! Ба, какие люди! Марина Александровна! Наше вам с кисточкой. - Виктор, что ли? - Угу. - Ну здравствуй, здравствуй. - И какими судьбами вы к нам? Опять дела семейные налаживать? Одна за всех стараетесь, просто мать Тереза. - Что делать, если никто не помогает? А ты-то, Витя, Любку-то до сих не оприходовал. А мы тогда все условия для вас создали. - Это кто еще для кого условия создал? Да если бы не я, осталась бы ваша дочка без мужа, а вы без зятя, ни дать ни взять. Ну и что вы на меня смотрите? Туфельки-то, чай, не для наших дорог. Садитесь, подвезу. - На этой? - На этой и на той, я теперь всегда ковбой. - О господи! - Прошу, королевна. - "Королевна". Тише, тише! Ой! Ужас какой! - С ветерком поехали! - Тише, тише, тише. - Вот, приехали. - Мамочки! Господи. - Да. - С ветерком. - Да. Кстати, а вы когда свое сокровище отсюда заберете? Оно мне опять все карты портит. - Не знаю, Витенька, не знаю. Вы же теперь умные стали, взрослые. Пятнадцать лет прошло, вами-то сейчас не поуправляешь особо. - Да уж. А вы уж будьте так любезны, постарайтесь избавить меня от своего принца. - Нет, Витенька, ты уж сам постарайся. А я тут свои дела уже сделала. Ну давай, бывай. - Ой, господи! - Тоже мне, королевна! - Ужас какой-то. Здрасте. - Здрасте. - К вам мать приходила? - Да. - Ругалась небось? - Ой, Степа, не ругалась. - А что тогда? - Не знаю. Знал бы - разобрался бы. - Дядя Коля, я вот понять не могу: почему нас отец бросил? - Степа, ну молодой, наверное, был. Это дело такое. Ответственности испугался. Но ты не спеши с выводами все равно. Присмотрись, привыкни к нему. - Да пошел он! - Слушай, нельзя так. - А вот как бы вы поступили? - Степа, я бы тебя не бросил, конечно. Что ты, ей-богу? Что за настроение у тебя? - Да ничего. - Хочешь, давай костер разведем, картошку испечем в фольге. Ты пробовал? У нас, кстати, фольга есть. Если захочешь, останешься у меня. Две комнаты свободны - выбирай любую. Ну чего? - А мать? - А что мать? К матери схожу, поговорю. Думаю, отпустит. Согласен? - Согласен. - Ну и отлично. Что сидишь? Давай разжигай костер. - А где? - Где захочешь, только не в доме, Степа. Давай-давай, не сиди. Люба. Разрешишь? - Проходи. - Мы тут со Степой разговаривали. - О чем? - Об отцовстве. - Так значит, ты обо всем догадался? - Конечно. Как тут не догадаться? - И что теперь будет? - Он все равно узнал бы. Слушай, можно он у меня сегодня переночует? - Ты знаешь, я не думаю, что это хорошая идея. Зачем мальчишке душу травить? - Слушай, подожди. Мы сами с тобой разобраться не можем, а Степа только жить начинает. - Так вот и я про то же. Может, не надо вам с ним сейчас?.. - Слушай, Степа мне доверяет. Я, если честно, за него искренне переживаю. Не то что Виктор. - А что Виктор? - Ну что "Виктор", "Виктор"? Виктор ведет себя не как отец, а как идиот, и Степа в нем отца не чувствует, вообще не чувствует. - Ах, Виктор! Ну да... - Степа не привык к нему. Дай ему время. Степан сам хочет у меня переночевать. - Ну да, раз хочет, пусть ночует, конечно. Только чтобы домой завтра утром пришел. - Что, я пойду тогда? Да? - Угу. - Коля! - Да? - Я вам поесть соберу. - Вот видишь, и картошка готова, и руки чистые. Давай. - Ой. - Давай-давай, вынимай ее. Ну что, Степа, какие планы-то на будущее? - Гонщиком стать хочу, на мотоциклах таких крутых гонять. По трассам, деньги зарабатывать, побеждать, чтобы мать гордилась. - Понятно. А если что попроще? - Механиком или таксистом. - Таксист - это смешно. Да... - Ой-ой-ой. Кстати, я мотоцикл ваш починил. - Отлично. Слушай, я завтра в Москву собираюсь по делам. Сможешь меня на своем мотике до станции домчать? - На каком своем? - Как? На мотике, который ты починил. Степа, я тебе его дарю. - Что, правда? - Да. Там шлем был? - Был такой... - Короче, я в Москву, ты остаешься здесь. На столе оставлю под книгой деньги. К обеду приедут люди, привезут новый телевизор и тарелку. Прорулишь все, да? - Угу, хорошо. - Ну и молодец. - Да, я вас завтра с таким ветерком прокачу на своем мотоцикле. - Степа, ты не гони, давай помедленнее. Все, давай, до вечера. Мужчина: - Дай на чекушку-то. Женщина: - Пошли уже! - Здрасте. Ох, успел. Женщина: - Твои трубы перегорели уж давно. - Уехал городской фраер. - И что? - А то. Лысая хата. У него нет никого. Сечешь? Тише, Галька. - Чего третесь тут? Открытия ждете? Все равно без денег ничего не дам, а о спиртном можете даже и не мечтать. - Ты что, Галюнчик? - Я сейчас такого Галюнчика покажу. Молокосос. - Будут у нас деньги. Только к новому другу сходим и одолжим, да? Погнали. Вечером нагрянем. - Ага. - Аллочка, я же уже все подписал. Документы у адвоката. Ага, ну? И я тебя. (Телефонный звонок.) - Алло? Да, папа? - Сынок, срочно приезжай. - Что случилось? - Мне надо кое-что тебе рассказать. - Нет, ты... - Когда, сейчас? - Скажи мне, да. - Нет, приезжай. - Хорошо. Папа. Что опять-то? - Сынок, когда ты был на стажировке, она ждала тебя. - Люба? - Да. И письма писала. - Вы же говорили, что не было писем никаких! - Мы врали тебе. Господи, как же стыдно. Это мы с Мариной придумали, будто она беременна от местного парня. Не было никакого ребенка, понимаешь? - Да был ребенок. - Да не было ребенка. - Он и есть, папа. - Да погоди ты. Погоди, куда? - Что же вы наделали-то? - Господи... Прости меня, сынок. Прости. - Здрасте. Привет, Галка. - О, Любка, привет. Слушай, а вечерних платьев и парфюма не завезли - сельпо все-таки. До свидания. - Это ты о чем? - Ты бы уже как-то определилась, что ли. А то мечешься меж двух огней. - Что-то я тебя не понимаю, подруга. - Ну как же? И Витька за тобой бегает, и городской этот вон. Кстати, заходил тот ко мне за хлебушком. Ничего такой, обходительный. Совсем ты мужикам головы закрутила. Хоть бы одного подруге оставила. - А ты выбирай любого. - Ой, прямо так и любого. Ты же на этого городского неровно дышишь. Дядя Петя, закрыто у меня! Переучет. - А когда? - Завтра. - Завтра так завтра. - Слушай, чего ты хочешь, Галка? - Чего я хочу? Счастья я, Люба, хочу, как и все, а ты Вите голову морочишь. - Да не нужен мне твой Виктор, поняла? И городской мне этот тоже. - Так ты чего вообще хотела? - Сейчас, секундочку. Пожалуйста. - Спасибо. - Всего доброго. - Мама? - Здрасте. - Здравствуйте. - Привет, братан. Чего, кайфуешь? - Ну, Коленька, сейчас я тебе устрою. Разговор у нас с тобой будет серьезный, дачник хренов. - Посмотри, Никитос, как они тут хату подлатали. Небось, ты марафет тут наводил, шестерка? - Уходите отсюда, вас не звал никто! - А ты чего так грубо, а? Мы сюда пришли по-честному во всем разобраться. - То есть? - Слушай, мы тебе эту хату подогнали, а ты тут что? - Один сидишь жируешь без нас. Нехорошо так, брат. Пойду в холодильнике пошарю. - Опачки. - Эй, положи! - Отвали. - Положи деньги, я сказал!.. - Какие деньги? Нас здесь вообще не было. Никитос! - Шухер, менты! - Валим. - Всем стоять, полиция! (Звук выстрела.) Стоять! Куда?! Стоять, стрелять буду! Степка! Степа, что с тобой? - Деньги... Они деньги взяли. - Степа! - Я их не пускал. - Это не я. - Что ты сделал?! - Я не хотел, я в воздух стрелял. - Что ты сделал?! - В воздух я стрелял. Степа, как ты? - Они его деньги нашли. - Степа, зажми и крепко держи. Ему в больницу надо. Заводи шарманку свою! - А, да, бегу. Давай ко мне в машину живо. - Степа, какие деньги? Какие деньги? Держись. - Быстрее. - Давай в машину бегом, заводи скорей! - Я убил бы тебя, убил бы, понимаешь? - Да я-то при чем? Это рикошет. - "Рикошет". - Ножевое в брюшную полость. В операционную быстро. - Что? - Что? Ножевое, говорите? Что? - А вам туда нельзя, здесь ожидайте. - Так ножевое? - Ножевое. А я думал, рикошет. Это Пашка его, гаденыш. Слушай, сейчас его поймаю - порву, как тузик грелку. - Спасибо тебе за все. - Да за что спасибо? Это моя работа. - Да. - Уф, слава богу. - Что с ним, где он? - В операционной. Ножевое ранение. Деревенские хулиганы. - Ну что ты наделал? Как ты мог это допустить? - Люба, я... Поверь мне. - Как ты мог?! - Люба... - Не трогай меня! - Родители здесь? - Да, я мать. - Состояние тяжелое. Большая кровопотеря, нужен донор. У вас какая группа крови? - Первая положительная. - У меня четвертая отрицательная. - Повезло парню. Быстро, быстро со мной. Быстро. - Доктор сказал, все будет хорошо. Странно, Люба, получается: у меня четвертая отрицательная - одна на миллион, и у Степы. Странное совпадение-то. - Да что ж тут странного-то? Господи, неужели ты ничего до сих пор не понял? - Что? - А то, что Степа твой сын. Вот видишь, как приходится тебе об этом рассказывать. - Я должен был догадаться. Я же шахматист, е-мое. Люба, прости меня за все. Ну виноват я. Прости меня, Люба, виноват я перед тобой. Мне сегодня отец сказал, что ты мне письма писала. Но я ж не знал ничего, правда не знал. Любил тебя всю жизнь. - Тихо, тихо, тихо, тихо. Не вставай, тебе нельзя. - Ты как, герой? - Нормально. Вы тут всю ночь были? - Ночь. - Степка, как же ты меня напугал. - А вы еще со мной побудете? Не уйдете? - Мы теперь с тобой всегда будем, сынок. - Ну что ты, красавица моя, а? Пойдем, пойдем. Пойдем, моя хорошая. Заждалась. - Ну все, дела подшил, протокол составил, преступники в тюрьме. Пашке не меньше пятерочки светит. - Витюша, может, тебе покушать принести? - Сюда, что ли? - Так мне это одно удовольствие. Сейчас слетаю. - Стоять. - Чего? - Что я, не человек, что ли? Рабочий день уже закончился. Борщ дома есть? - И борщ есть. И картошечка с селедочкой. - А конфетки есть? - Море. - Ну а если так? - Мат. - Слушай, ну что ж такое? Где ты так научился играть? - Отец научил. - Давай попробуем еще раз. - Давайте. - Вот молодежь-то... Я очень давно хотел это сделать. - Ты о чем? - Лучше поздно, чем никогда. Выходи за меня. - Как же все хорошо получилось. Эх, хорошо. Предоставлен материал - Nataleksa.
содержание .. 1309 1310 1311 1312 ..
|
||
|
|