|
|
содержание .. 4898 4899 4900 4901 ..
ШАГАЛ - МАЛЕВИЧ - В этот день весь город полыхал в огне пожаров. Горел, бедный Еврейский квартал. Горел дом моего отца, мелкого торговца селедкой. А моя юная мама никак не могла разрешиться первенцем. - Давай, тужься. Тужься! Тужься. Еще. Еще, давай, тужься! Еще тужься! - Бегите! Бегите! Погорите сейчас! - Кто? - Сын. - Почему молчит? - Да он и дышать не хочет. Мертвый совсем. - Оживляй! Оживляй! - Ведро холодной и ведро горячей воды сюда. - Я был так волшебно ярок, ужасен и красив, что я задышал! И с тех пор, эта нестерпимая красота, горит во мне. Через 20 лет я добрался до Парижа, столицы мировой живописи. Там, в мастерской, как пчела в улье, среди таких же бедняков, понаехавших со всего света, я постигал любимое искусство. Это потом, нас назовут Парижской школой. Потом они прославятся, как гении мировой живописи. А тогда мы все были одержимы тем новым, что рвалось из наших душ, из наших жил, наружу. В мир, который, впрочем, не хотел признавать нас. И мы терпеливо учились. В музеях и друг у друга. В жаре, в духоте, среди злобных мух, в Парижской скотобойне. - О! Гиел, заходи. - А ты чего такой усталый? - Гоню картины к выставке в Берлине. - Марк, ты уже 2 дня не выходил. - Это ерунда! Знал бы ты, как я тяжело шел к этому дню. За чертой оседлости, любой полицейский, мог меня посадить. - А вот тебя и сейчас какой-то полицейский ищет. Ты что натворил? - Я? - Оп! - Что? Что? Гиел! - Друзья! - Поздравляем! - Вы что? - С днем рождения! - Вы что, ребята? Что случилось? - С праздником! - Вы что? - Давай-давай! - Коронуем тебя королем улья! - Поздравляем! - С чем? - Поздравля... с днем рождения! - Ребята, вы ошиблись! - С днем рождения! - Мой день рождения в другой день! - С днем рождения! - Нет, Марк, первая выставка, это значит, ты родился, как художник. Так что, прими от меня этот нескромный подарок. - О-о-о-о-о-о-о! - Спасибо, Амадел. Но дома меня ждет невеста. Из первой же проданной картины, я еду к ней. - Он не был дома 4 года! - Она тебя давно забыла! Утешайся! - О-о-о-о-о! - Нет, она ждет меня, я знаю. - Белла. Я тут рифмами передал. Тебе почитать? О, старинное дело борьбы за свободу, не знающее равных, исполненной страсти, доброе дело. Суровая, беспощадная, нежная идея. Бессмертна во все века. У всех племен, во всех странах. Ничего, что не про любовь? - Ну, мы же не мещане, слушать про чувства и розочки. - Белла, а хочешь я почитаю тебе свои стихи? Сейчас достану! - Белла! Белла! Шагал приехал! - Извини, Наум. - Ты не выйдешь за него! Бессовестная! Слышишь? Только через мой труп! - Марк! Марк! - Белла! - Марк... - Ты босая? Что с тобой? Что случилось? - Отец меня запер, туфли спрятал. Они хотят выдать меня замуж за деньги. Понимаешь? - Да... да. - Я первый раз поругалась с родителями. Марк... что мне делать? Я сама себя ненавижу. И не оставляй меня, слышишь?! Не покидай. Не бросай меня, милый! Я не смогу жить без тебя. Марк. Не бросай меня. - Белла. Ты станешь моей женой. Завтра я иду к твоему отцу. - Нет! Он прогонит тебя. - Тогда, черт возьми, я заберу тебя в Париж! - Женщины, милые, вы уж постарайтесь! У нашей единственной дочери сегодня свадьба. Весь город придет пить, есть и веселиться. - Не повезло тебе, парень. Не повезло. - Что ты здесь делаешь? Невесту не должны видеть до начала обряда. И где твой Марк? - Скоро будет, мама. Не беспокойтесь. - Как не беспокоится? Люди ждут! Сколько мне слушать, как урчат них желудки? - Не я их звала. Мне бы хватило одного Марка. - Бессовестная. - Эй! Ты! Убирайся отсюда, а то ноги переломаем! Пошел! Пошел отсюда! Это наше место! - Да, пошел! - А ну, брысь отсюда! А то сейчас получите у меня! Кому сказал, а ну, пошли отсюда! - Вообще-то, это их место. Пойдемте отсюда. - А почему ты у себя не рисуешь? - Отец не велит. Он раввин. - А это что за зверь? - Жираф. - Куда же они у тебя все идут? - К нам. Чтоб веселее стало. - Хочешь, будем рисовать наперегонки? - Давай! - Все первые люди города здесь. И где этот маляр? - Не волнуйся, придет. - Да лучше бы он вовсе не приходил! - Здравствуйте, господин Мисельван. - Ребе. - Здравствуйте. - Шалом. Шалом. Шалом. Шалом, о-о-о-о! Поздравляю вас. Да, шалом, шалом. - Да, здравствуй-здравствуй. Слушайте, любезнейший, а вы, вообще-то, как-то почаще бы в сеновал-то заходили, все-таки, нам бы как-то пожертвование как-то бы... нашим... не самым богатым братьям. - Барабесток, я исправлюсь. - А где жених-то? Не торопится. - Очень неприлично. - Вот он! - Покрутись вокруг него. - Наум! Приди в себя. Она всегда ждала Шагала. - Да. Я счастлив за нее. - В Витебске полно красавиц! - Моя невеста - революция! - Тебя повесят! Или сошлют в Сибирь. - Отдам жизнь великой цели. - А твои стихи? - Своими руками переделывать мир. Это упоительнее любых стихов. - Ну, и!.. - Позазо! Позазо! Позазо! Позазо! Позазо! Позазо! - Я тебе нравлюсь? - Ты прекрасна! - А в Париже не засмеют? - Обзавидуются! - Господи! Через 3 дня! Я, ты и Париж! - Лавка дяди Густова! Эй! Эй! Где полиция? Лавку грабят! Дядя Густ! Чем вам честный пекарь насолил? - Навалимся, братцы! Пока нас Вильгельм не потравил! - Дядя Густов! Дядя Густов! - Ты что, Вильгельм! - Вы что, меня не знаете? - Узнали! Война! - Какая война? - В Германии! - Не смей бить моего мужа! - Белла. Война! - Эй! Буржуй! Иди сюда! - Иди принеси жратвы! - Где я возьму? - Проси где хочешь! Задаром не грейся! - Война, грохотала над всеми. И над моей головой. Путь в Европу отрезан. Я оторван. От друзей. От картин. Кругом пожары. В России революция. А у меня всё всегда рождалось в огне. - Нет. Всё кругом полно насилия. Меня уже тошнит от этого. Ну, не могу... работать. Просто обрастаю шерстью. - Может... мы поедем в Витебск? Там родные. Они помогут. - Сейчас время великих возможностей. Их нельзя упускать. - Ты о чем? - Столько зла! Искусство нужно, как никогда! Как даст, по насилию! Знаешь, победит! - А ты не боишься? - Мне нельзя быть слабым. А знаешь что? Я сделаю из Витебска город искусств. - Ну, да! Витебск спит и видит... это счастье. Видит и спит. - Разбудим! Ну, представь! Нашу идею подхватят! И горе здесь и счастье. Начнут возникать повсюду. Мы преобразим страну. Это и есть революция. - Марк. И здесь война! - Радуга бывает после дождя! - Гений коллектива, создает шедевры пролетарской культуры! Раз! Два! Три! Четыре! Раз! - Спасибо! Спасибо! - Спасибо! Большое спасибо! - Спасибо вам! Вселили нас в буржуйскую квартиру. Шесть семей, каждой по комнате! А раньше, в этом доме, буржуй жил! В ванной моемся! Во двор ходить не надо! Душник прямо в квартире! - Спасибо! - Молодцы! - Марк! Марк! Глазам не верю! Про тебя что только не плели! На каторге погиб! Убили! Повесили! Банки большевиков ограбил! Экспроприировал! - Стихи пишешь? - Да ты что, какие стихи?! Хозяйство! - А я... собираюсь взболтать наше болото! Сделать тут центр современного искусства. Поможешь? - Да ты что? У нас тут фронт под боком! - Наум! Будущее не может ждать! Тут столько талантов! При царе им было невозможно помочь! А теперь? Витебск станет Парижем! Маленьким, но Парижем! - Ты что? Лучше места не нашел? - Товарищ Наум! Правильно я его шлепнул! У него мост разваливается! По нему войска на фронт идут! Саботажник! - Вот, видишь? Видишь, с какими людьми приходится работать? Не время для художеств! Не время. - Вообще-то... я с декретным. - Есть приказ товарища Ленина. За саботаж - расстрел! Декрет из центра, комиссар искусств. В Витебской губернии, под его руководством в Витебске надлежит создать художественное училище, музей искусств и академию. Марк! А что у тебя над головой? Нимб! Ты же хочешь создать здесь рай? Это бумага! А это... власть! Бери! Иди! И комиссарь. - Я должен убивать? - Тише, ораторы. Ваше слово, товарищ Маузер! - Нет! Это не для меня! - А знаешь, сколько чертей возненавидят тебя и захотят сожрать?! - Сколько? - Товарищ Ленин указал их. В России капиталисты. - Тысяч 100. - Помещики. - Тысяч 200. - Купцы! - 300 тысяч! - Лже-философы. - Ну, этих человек 100, но вонючие! - Жандармы, священники, кулаки-мироеды - бессчетно! Марк... комиссар, это опасно! Постой! А Белла где? - Со мной. Комиссар Шагал. - Стой! Да стой же ты! Белла! - Наум?! - Белла! А ты всё такая же... нет... еще красивее... - А ты возмужал... Женат? - Нет... ты же знаешь... моя жена - революция. А это ваша дочь? - А Марк не говорил? - Такая же красавица, как мать. - Товарищ Наум! - До встречи... Белла. - Вот это, что за дом? - Этого расстреляли, дом занят. - А вот это, чей дом? - Товарищ Наум, мы ведь его хотим под псих-больницу отдать! - Психов разместим скромнее. Тем более, художники немного психи... Да? Товарищ Шагал! - Здесь, будет мастерская футуристов. Внизу скульптурная мастерская. Здесь будет мастерская Малевича! Я соберу лучших художников Авангарда! Москвы! И Петрограда! - Ты думаешь, приедут? - Мы их спасем! Там голод, а здесь сытый город! А здесь будут мои ученики! Класс живописи, графики и рисунка. - Извините! Михаил Захарович, мы... хозяева этого дома. А бывши... извините... вы бы не могли, предоставить нам... одну комнату, или хотя бы кладовку нам с женой? Некуда податься. - Марк! Марк, это Вишняки. Они так радовались у нас на свадьбе! Это наши друзья. - Белла. Белла, приедут учителя из разных городов! Я... мне их надо где-то расселять. Это будет школа, здесь будут учиться разные таланты! Нет. Извините, это исключено, нет! Нет! - Извините... Извините... - Израиль Львович... вот... возьмите! хотя бы на первое время... - Белла... понимаешь... у меня других времен уже не будет. - Белла! Бел! Белла, эта революция всё перевернула! У бедных есть надежда! Картины будут писать! Я не могу по-другому! Только начни! Вернее, одному, другому, третьему! Белла... Я не могу по-другому! - Мы первые! - Если он меня не примет, я не переживу! - Ну, хочешь, я отдам тебе половину своих рисунков? - Ну, ты что? У тебя еще хуже, чем у меня! - Идем, Лева! Идем же! - Тебе все равно отец не позволит! - Ты только посмотри, какие красивые девчонки! На улице-то, к таким не подойдешь! А ты знаешь, что художники их голыми рисуют! - Дурак! - Мда, это у них учеба такая! Ну-ка, дай! Ну, чем не художник? М? Закадрю какую-нибудь. - Смотри, как интересно все будет! - Смотри, Белла! Я не думал, что их будет так много! - Марк! Иди, скажи им что-нибудь, они ждут тебя! - Я провалюсь! Они засмеют меня и разойдутся! - Друзья! Искусство перестало быть забавой для богатых! Для вас открывается новый мир! Вступайте же в него хозяевами! И вы измените саму жизнь вокруг! - Да-а-а-а-а! - Приняли! Приняли! - Меня приняли! - Ура! - Новая жизнь! - Приняли! - Я гениальный художник! - Эй, парень! Мы когда-то с тобой виделись? Это ты тогда на заборе рисовал? Твои рисунки? Дай-ка посмотрю. Раньше повеселей было! Принят! - Я был в Париже. Сперва так одинок, что готов был по шпалам бежать назад. Но в Лувре меня обняла моя семья. Рембрандт. Боттичелли. Ван Гог. Я знал, на кого ровняться. Я знал, что живу в этой семье 300 лет. Или 500. Вам, надо влиться в эту семью. Надо почувствовать землю под ногами, которая вас вырастила. И тогда, оттолкнетесь и взлетите в небо. - Мм... это поэтому у вас все летают? - Не все, и... только, когда счастливы. - Вот. - Да ты, дурак! Ты что? Что нарисовал? - Красиво же! - Что такое?! - Лева. Пойдем отсюда. Пойдем! Пойдем отсюда! - Извините. - Ой... Пошли. Пойдем, Левочка, пойдем. Извините. - Извините, у нас идет занятие. - Я хочу забрать сына, извините. - Я учу живописи. Ничего дурного. - В ней... она дурна сама по себе. Наша религия, она... запрещает любое изображение, так что... - Ребе Айзек! Наша религия учит любви и моя живопись тоже. - Можно, я не буду смотреть на всю, на эту мерзость, а? - Я... послушайте... я дал им задание, нарисовать, что такое любовь. И Лева, нарисовал вас. Это дерево - это вы! Бог против этого? - Пускай рисует! Пока... - Может, здесь... - Уйди! Ой, не смотрите, я всё поправлю... Ой... и всё получилось... Гений... - Здрав... здравствуйте... - Здравствуйте. - Я люблю вашего мужа. - Простите? А вы кто? - Я ученица Марка Захаровича, я... люблю его, и хочу с ним быть. - Интересные новости. А как вас зовут? - Соня. - Соня... ну... проходите. Присаживайтесь, Сонь. Может, чаю? - Да, пожалуйста. - И, что... Марк Захарович думает... о ваших... планах? - А он еще ничего не знает... я ему не говорила. - И вы предполагаете, что... он вас тоже полюбил? - А самое главное, что я его люблю... больше всех на... на свете... Я прошу вас, как... женщина женщину. Оставьте его. Со мной ему будет лучше. - Сонь... но... я ведь, тоже его люблю... - Нет! Ваша любовь не... не такая, как у меня. Вы его любите по-обывательски, как мужа. А я его люблю, как художника, как творческий порыв, как вихрь безумства... Ну, и совсем немного, как мужчину. - Эх, Фима! Никогда не выходи замуж за художника! - Умейте видеть! Видеть сердцем! Глаза обманывают! - Марк Захарович, а где вы вдохновение черпаете? - Вдохновение? Сейчас покажу! Я сливаюсь с землей и она дает мне силы! Если вглядеться, то и днем видишь звезды! Дорогие мои, родные, звезды моего детства! Они летят ко мне. С невероятной высоты. - Мне, кажется, я понял! - И я поняла! - И я поняла! - И я поняла! - И я! - И я! - Добрый день! - Я себя ненавижу! Я была не права! - О! Так вы разлюбили Марка Захаровича? - Нет-нет, что вы... он мой идеал. Как он муж, это счастье! - Счастье. Художник, никогда не будет полностью вашим. Он будет принадлежать своему вдохновению, холсту. Старым картинам, новым идеям, но не вам! - Я смирюсь! - Но вам придется терпеть всё! И не просить ничего взамен! Смиренно терпеть его замкнутость. Быть для него матерью, наперсницей. Нянькой. - Я понимаю, я на всё готова, ради искусства! - Искусства?! - Да, оно прекрасно! - Но... Марк, такой человек... не от мира сего... Вы сможете его защитить? Своего художника! От всех, у кого есть... зубы... кулаки, пистолеты? - Я... но... я хочу с ним... летать и творить... - Вот-вот. Запомните, Соня... для того, чтоб один мог летать... другой должен крепко стоять на земле. - О! - Нет зерна, да? - Так, весной нечем сеять будет... помрем. - В Москве рабочий класс от голода помер. Товарищ Ленин просит: "Дайте хлеба пролетариату", а ты, вместо классовой солидарности... Это что? Маузер Шагала? - Ну да. Зачем он ему? Он ведь у нас по воде ходит и по небу летает! - А ты, касса, а тот ему отвечает: "Я нарисовал ваш портрет, а теперь, постарайтесь быть на него похожим!" - Ну, ты прям, как мясник! Ну, и что это, вот, пол мужика? - Это что, люди на куски порублены? - Вот это, я понимаю, светлое будущее! - Натуральная скотобойня! - Да от таких картин, люди в зверство пойдут! - Лева... ну... ну... Марк Захарович любьви учит... а у тебя смерть... смерть... смерть... - Нет никакой любьви... одна смерть вокруг. - Здравствуйте, Марк Захарович! - Ну что, ребят, раздобыл для вас холсты! - Ура! - Будем разрезать! А где Лева? - А он не будет больше учиться. - Как это? - Ну, что случилось, Лева? Что с тобой? - Моих сестер убили... и тетю... и дедушку с бабушкой... Дядя хотел спасти их... его тоже убили. Наверное, я не смогу это забыть. Какой-то хоровод смерти! Когда я рисую, с меня, будто, сдирают кожу! Но, просто, взять и забыть? Я не могу... Я не должен рисовать! - Дай руку... дай! Ну что? Парень, нравится жить, а?! Это ведь не только твое! Тебе дано поручение. Откажешься, он тебя не простит. Марк расписался за оружие, а взять забыл. - Ты с ума сошел! Дома маленький ребенок, забери! - Не волнуйся! Он не заряжен. А для ребенка у меня тоже есть кое-что. Вот. Это тебе. - Ты... ты забери! - Муж не дома... оно за Марком числится. - А эта птица забилась на чердак и гремит там. А малышка... пугается и плачет. - Птица... давай посмотрю. Смотри! - Ой, какое чудо! Оказывается, у нас в доме не один ребенок... - Были бы у нас дети... может я и комиссаром не стал бы... - Не надо их трогать! А то мать откажется! - Все на субботник! Годовщина октября! - И, раз! И, два! И, раз! Три! И, раз! - Давай, еще активнее! Здесь будет стоять Карл Марс! - И, раз! - Подними. Нормально. Вторые. Поровнее. Третьи. Расправь, расправь чуть-чуть. Хорошо. Скажи, Белла, какие убрать? Что-то не... не оно. - Ребята! - Марк Захарович, ну, дайте мне возможность, насладиться творчеством художника Шагала, а? Оставь всё. - Хорошо, хорошо! - Вот прохвост! С такими каракулями в люди выбился! - Какая власть, такие и художники! - Мы не завидуем гениям прошлого! Наша гениальность - коллектив! - Пароход! Паровоз! - Самолет! - Товарищи художники! Рисуйте, как мы поляков погоним! - Да здравствует Советская власть, освободившая евреев от рабства царизма, ура! - В Витебске забилось живое сердце искусства! Но! Искусство всегда жило! И будет жить по своим собственным законам! Нам... нам говорят, а чего мы в меньшинстве? - Да! Творцы инволюционного искусства всегда были и есть в меньшинстве! Но мы, им не будем! Потому что трудовой народ, придет к подъему культуры и искусства! - Только, какое это всё имеет отношение к марксизму и ленинизму? Марк! Тебя не смущает, что твои картины никто, ни один человек не понимает! - Новаторы, всегда начинают в одиночестве. - Революция лишила тебя права на одиночество! Революция, она для всех, учти! - Наум не понял меня. - Марк. Не огорчайся! - И не подумаю! Приедет Малевич, он им покажет, что такое настоящий новатор! - Привет России! Природа сама отторгает эти жалкие копии на саму себя! - А вы кто такой? - Я? Я великий художник, соединивший небо и землю! - А это наш... наш учитель, Марк Шагал! Слышали, клоуны? - Казимир Северинович, а лучшие у Шагала, а у нас, что есть. - Товарищи студенты! Наш новый учитель. Основатель супрематизма, художник Казимир Северинович Малевич! - Учитель, а когда стипендию дадут, а? - Когда заслужишь. Рисуй! - Что? - Что хочешь. - Так я еще не обучен. - Ну, хоть что-то можешь нарисовать? - Ну, что-то могу! - На что это похоже? - Ни на что это не похоже, учитель! - Ты придумал новую форму! Ты - художник. В тебе гений спит, а мы его разбудим! Творите, друзья! Рождайте новые формы! Фантазируйте! Рисуйте не то, что вы видели! А новые, невиданные формы. Искусство, это не удвоение реальности. Вот, живая жена, а вот, на картине, так, живая жена. Это не искусство! Искусство, друзья мои, это способ понять и ощутить суть жизни. Ее смысл. У природы есть живая картина и можно любоваться ею. Но повторять ее - это воровство! И повторяющий - есть ворующий, а не художник! - Марк Захарович... это ужас какой-то... ждали-ждали и дождались! - Кто? Что? - Малевич! Чему он учит студентов? Всё сгнило и нет ничего, кроме его учения! По его мнению, только самые тупые и бессильные художники прикрываются искренностью. Нужна не искренность, а истина. А истина, это только то, что он говорит! - Мы в искусстве делаем то, что делают химики в медицине. Выделяем действующую часть средств. Супрематизм... это химия. - Так, что тут у вас? - Хлеб и сало. - Матюшину. - Да. - А вы Малевичу. Продукты отправляем только родным. Спекуляция запрещена. - Подождите, товарищ, какая спекуляция? Вы что? Это моему другу, художнику! Они там голодают! - Товарищи... - Товарищ Малевич - педагог нашей школы. - Марк Захарович, только под вашу ответственность. Пожалуйста. - Спасибо. Спасибо-спасибо! Они там голодают, понимаешь? - Мне что надо? Чай и хлеб. А сало и чеснок, это уже роскошь. Вообще-то, я самоучка. Но идея абсолютного искусства мне дороже жизни! А народ власти умнее. Чем проще мои слова, тем меньше меня понимают. Вчера в городе освистали. - У нас для красноармейцев моется школа искусств! - Ровно на 8 часов приходи. - Принесли-принесли! - А мыло? - Мыло есть! - Заходите. - Ребята, каждому кусок мыла и мочалку! - Ребят, кто домашнее задание по пейзажу сделал? - А вы рисуете пейзажи? - А вы еще нет? - Уже нет! Мы давно уничтожили предметничество, весь этот хлам обыденных вещей. Ну, конечно, квадрат-то легче рисовать! - Всё гениальное - просто! - Ну да! А самыми гениальными были пещерные люди! - Да все ваши художники не далеко от них ушли! И вообще, тысячу лет, они только и делают, что воруют и копируют! Копии! Всегда мертвы! Труп искусства - размалеванной натуры, положен в гроб! И припечатан черным квадратом! И вообще, художник не должен воровать у природы! Он должен ее обогащать! Четкими и точными формами! - Крестики да нолики - вот, всё ваше искусство! - Да ты же ничего не понимаешь в супрематизме! - А ты вообще молчи, перебежчик! - Да? А ты, тогда, знаешь кто? - Кто? - Подлиза и подхалим! Понял?! Да вы клоуны в цирке живописи! - А вы, дрессированные пудели Малевича! - Мещанам не понять гений новаторов! - Ну да! В вашей психушке все новаторы! - Ты за Шагала, а я за Малевича! - Ну, мы же коров в небе не рисуем, мы творим! - А из своего ничего нет! Что Малевич скажет, то и мажете! - Да, Малевич проводник энергии космоса! Вселенная говорит через нас! - Говорит, а понять нельзя! - У нас новые формы современности! А вы копаетесь в прошлом! - Вы видите? Это робота Малевича! Она разлагает нашу школу! - Да наше прошлое Рембрандт, Рафаэль, Боттичелли, а у вас кто? У вас прошлое, а у нас будущее! - Новаторство начинается с драки. В нашем захолустье, всё как у людей. Ребята, хватит! Хватит! Хватит! - Цель и сознание выше интуиции! Разум творит из ничего, форму совершенно новую! Теперь вы понимаете, что именно в беспредметном обновлении будущее искусства! - Марк Захарович. Мастерская Малевича, по сути, это секта! В центре учения он, пророк. Мессия, живой Бог. Он требует безропотного подчинения и обещает за это связь с космосом. Вы понимаете? С космосом! - Художник... тогда художник, когда... у него есть свой мир. Свой взгляд на мир. Спорьте с ним. Ну, это называется донос! Ну... - Вот, мой Лувр. Все прекрасное, что одухотворяет человека, будет висеть на стенах. Все, что было закупорено в частных домах, станет достоянием народных масс. Здесь... будут... мои картины... Там! Мы расположим наш авангард. А тут, я повешу твой портрет. - Какой из них? - Тот, который я писал, когда ты лазила ко мне в окно. - Марк! Ты этого не сделаешь! Марк, ты невыносимый! Марк, не надо. Не надо, Марк... - Есть данные, что Троцкого стрелять будут отсюда. Отцепить, проверить! А это что такое? - Это что такое? - Ой... - Вы что, Шагала? - Нет, мы из мастерской Малевича. - А ну, пошли вон отсюда! - А что, только Шагалу можно? - Никому нельзя, очистить территорию! - А что это, вы нас так в музеи загоняете? - Сейчас здесь Троцкий поедет! - А мы его поприветствуем! - Пошли вон отсюда! - Быстрее, ребята, Троцкий скоро будет тут! Можем лишних поубивать! - Да стреляй! Господь разберется, кому в рай, кому в ад. - Тихо! Тихо-тихо-тихо! Уводи их! - Там моя дочка! - Тихо! Стойте! Там дочка! - Да-да! Я же сказал, стойте здесь! Только навредите! - Марк, пусти! - Не надо, Белла! Белла... Белла... Белла! Не надо, пожалуйста... пожалуйста. - Тише-тише-тише... успокойся, дорогая моя, успокойся... - Тише-тише... - Мама с тобой. Успокойся. Любимая моя! - Ну, тише... - Ну, тише, ну, не плачь! Ну, успокойся. Все... все... тише-тише... Бедная... Сколько же ты перетерпела. А что, если бы не Наум? - Бог знает, что б с ней стало... Спасибо Науму. - Именем революции вы приговариваетесь к расстрелу! - Оружие к бою! Заряжай! Готовься! Выстрел! Оружие на пле... чо! - Вот и завершили еще один трудовой день. Будущее посветлело? - Да забудь ты! Они уже в земле! - Я вот думаю, сколько язв нарывают под кожей этого города? - Мы их вырезаем, выгрызаем, у нас в крови руки и зубы! А Шагал весь в ангельских крыльях... клоун и небожитель... - А чего ты, как мальчик, на его жену полез? Аж потеешь! Да под тебя в этом городе любая баба ляжет! - Заткнись ты! - Знаешь, Наум... я батрачу у Лупана. Полюбил его дочь и она меня. Пан узнал, обвинил меня в краже и на каторгу! А ее, беременную... сунули под бедного родича. Он закуражился и забил ее кнутом! - Ну? - А могли бы сбёгнуть! Но не сбегли... Ты, Наум, свое счастье... каторгой заработал! - Ну? - Давай Шагала разоблачим и расстреляем! А вдове куда деться-то? Под тебя! - Ты идиот, так идиот! Они мои друзья! Мы выросли вместе! Свинья ты! Пошел вон! Вон пошел! - Эй, Шагал! Где Шагал? - Марк... - М? М? - Мне сон плохой приснился! Что-то случится. Будь осторожен! Слышишь? - Глупая! У нас сейчас самое счастливое время... - О! Беллочка! Эта кофточка, ваша любимая, она вам так идет! - У Марка сегодня день рождения. Подарю ему жилет. В мастерской такие сквозняки. - Ой! Лидочка, твоя мама сумасшедшая, нельзя так сильно любить мужчину, нельзя! - Марк... Ты рядом, но ты, словно, не здесь... Твои мысли о школе, учениках... И ты совсем перестал писать. Художник уснул в тебе. - Казимир Северинович! Почему мы украшаем трамвай? - Это важное звено. Он движется. Он соединяет все неподвижные объекты! Оттуда, сверху. Всему космосу сразу понятно, что эти круги или квадраты, не мертвая, а живая форма! Она существует. Дышит. Движется. - Очень художники распустились. Не поймешь, где задум, а где контрреволюция? - На смену ветхому и новому завету идет завет сюпрематизма. - Нет, ты слышал, а? Завет у него! Прям, как у Бога! - Церковь из катакомб взвелась в роскошные храмы! Христос преобразился в церковь! Она его бессмертная оболочка... и наше искусство из простых форм преобразится в магические мощи картины. Объединяющее космическое пространство. - Сигнал не врет! Натуральная секта! - И одухотворяющая его, в абстрактной форме. - А давай, через него, Шагала и прищемим? Они же все заодно! - Слушаю я вас. Очень интересно, кому же вы послание собрались отправлять? Неуж-то, самому Богу? - А пусть и Богу! - Это вам, товарищ Шагал приказал делать? - Нет! У меня своя идея! - Как же так? Без ведома начальника? - В масштабах космоса, Шагал комиссар в мелком городишке. А я председатель пространства. - Всего пространства? Может, вы и есть Господь Бог? - А что, похож? - Только, вот, думаю, на кого больше? Кришна или Будда... А может, Заратустра или Мухаммед? - Вы не только догадливый, а еще и образованный. Ребята. Валите отсюда. Люди делом заняты. Приходите завтра, на праздник! В трамвае прокатитесь. - Сначала вы с нами! - Что? Куда? Уберите руки! В чем дело? Уберите руки! Уберите от меня руки! Художники, сложите литургию формы! Окропляйте их кадилом искусства! - Сейчас поубиваю, брысь отсюда! - Не стреляй! Они же чокнутые! Бери всех и едем разбираться! - Воскрешайте живой угол света! Видите, мы творим! Видите, как искусство превращает реальность в прострацию! - Да поймите же вы, наконец! Искусство, это не картинки для украшения! Это наш шанс. А земляне - всё космическое пространство! Я придумал новый язык абстрактной формы. Это прорыв. Из земли в космос. - Шагал препятствовал вашей сектантской деятельности? - Дорогой мой человек, я вам еще раз повторяю, мы создатели нового искусства. - Значит, не препятствовал? Так вы напишите об этом. И мы вас отпустим. Да любое, настоящее искусство, это разговор человека с Богом, напрямую. Но сегодня, как никогда, важен язык новых форм. И что мы делаем? Мы вычеркнем из искусства всю обыденную суматоху жизни. Сплетни, рассказы, анекдоты. И что останется, а? Цвет и форма. Живописные идеи, в своем зерне, беспредметно! - Наум! Наум! Ну, это какое-то недоразумение! Малевича интересует только искусство! - Да... завет, вера, магия, послание Богам. Сектантский лексикон? - Брось, ну, это же просто метафоры. - А сигналы из школы? С теми же словами, тоже метафоры? Или их надо понимать буквально? Марк, напиши, что ты против секты Малевича. - Не буду я ничего писать! - То есть как? Секта создана из твоего согласия? - Мне кажется, я учился с другим человеком... - Мы переделываем жизнь, она переделывает нас. Это нормально! - Поеду к Луначарскому, он поддержит Малевича. - Ты к Луначарскому, а я к Дзержинскому, да? Пободаемся? - Завтра еду! - Ладно... завтра отпущу. - Последние новости не утешительные. Поляки приближаются к городу. До линии фронта 10 километров. Завтра в город, вместе с начальством, прибудут еще 3 полка. Надо их где-то размещать. Действуйте! - Подождите! Наум, завтра наступило, где Малевич? - Разбираемся, вопрос не простой. - Вчера был простой, его ждут студенты. - Студенты пойдут на фронт! - У моих учеников бронь! - Мы ее дали, мы ее и снимем! Мобилизация! - Какая мобилизация? Вы заберете 100, а вернете 10! Что вы будете делать после победы без художников? Мы проектируем город будущего! Город счастья! - Поедете в Питер, выучитесь на архитекторов. И воплотите мечту в реальность! - Не плохо. - Хорошо бы. - Это все? А что так мало? Разыскать всех, кто прячется! - Ребята... Вас сейчас заберут по возрасту... Бронь-то отменили... - Ну, воевать пойдем... - Нет-нет... вы должны спрятаться, пока я вас не отобью... - Куда? Витебск-то маленький. - А мы большие. - Пойдем. Пойдем, я спрячу. - Марк, вот борщ. Садись. Ты совсем ничего не ешь! Пошла за вторым. - Белла... нам ребят надо спрятать! Их на фронт забирают... - А... пойдемте. Сначала у нас на чердаке пересидите, а потом подумаем. Идем через кухню! - Аня! - А? Белла? - Твоя помощь нужна! Сведется лошадь... - Ну? - Нужно отвести ребят на Хутор и спрятать. - Опасно это. - Да. - Я с тобой поеду. - Нет. Я сама. - Лошадь норовистая, молодая. Ты сама не справишься. Пойдем-пойдем. - Пошел! - Тише-тише. Впереди верховые! Твоя нога видна! - Стой! - Здорово, красавицы! Куда на ночь глядя собрались? - Так, домой едем. К родственникам ездили, да припозднились. - А вы, случайно, не саботажницы? Запрещенного из города не вывозите? Ценности, провизию? - Ты что, какие ценности? Ой, последнее родственникам отвезли. - Проверь телегу. - Ночью не страшно ехать? Может, проводить? - Конечно, проводите. Проводите, товарищ красноармеец, мы никогда не против такой компании. - Хватит с бабами лясы точить! - Ну, ладно, девчонки. Служба. Еще свидимся. - Опускай борта! Быстрее-быстрее! Отоспимся перед боем! - Наум, что за дела? И где Малевич? - Война, нужна казарма, а не школа и музей! - Так... - Всем освободить помещение! Здесь будет штаб полка! - Здесь школа искусств! Вы выкидываете художников на улицу! - Товарищ художник! Всё понимаю! Сам лично готов ради искусства на улице ночевать. Но солдаты, им нужно отоспаться! На фронт идут. - Наум, почему не предупредил? - Решение пришлось принимать срочно! Это война, Марк! - Так мы тоже воюем! Наши плакаты по всему городу! - И много поляков они убили? - Мы не убиваем! Мы воодушевляем! - Кого? Красноармейцы едут на фронт и даже не видят ваших плакатов! - Товарищ Наум, ну, все-таки, благое дело, ну, может, можно что-то... - Увидят! Мы распишем вокзал! - Наум. Ну, пожалуйста. - Завтра утром, в Витебске, проездом будет главком. За ночь успеете? Не сможете... здесь будет казарма! - Ребята. Мы должны воодушевить красноармейцев на победу! Пожалуйста! Выразите всю свою любовь к революции! И всю свою ярость к врагу! Мир каждого в опасности! Защищайте его! С каждого, по плакату! Все! За работу. - Марк Захарович, как отчет о работе школы, это не плохо, но в нашей ситуации... - Если мы провалимся, они этого не переживут. - А вы? - Боюсь. Все равно, что ребенок умрет. - Не хватает Малевича... - Скажите это Науму. Подождите, точно, это же отличный аргумент забрать Малевича! - Почему? - Сегодня он нужнее на вокзале! - Я схожу? - Стоп, вас самого в чека оставят! - Марк, послушай, вам нужен Малевич? Наум мне не откажет. Лева! - У вас сумка тяжелая, давайте понесу. - Боишься? - Вовсе нет. Я же обещал Марку Захаровичу, что буду защищать вас! Ух ты! - Вот. - Настоящий! - Да. За Марком ношу. Теперь ты защитник. Только осторожно. - Не волнуйтесь, я стрелял из охотничьего. Знаю, как с оружием обращаться. - Ты куда? А ну, прочь! А... вы жена товарища Шагала? Смотрите. Только быстрее. Не кричите, если вы его узнаете. - Нет. Не он. - Трогай на балку! - Лева, подожди здесь! - Я сказал, хватит! Никаких больше допросов на сегодня! - Так вот, где обитает местный Робеспьер. - Какая гостья среди ночи. А у меня ни цветов, ни фруктов. Выпьешь? - Нет-нет, я не пью. - Выпей, Белла. Пей. Ну! Ну? Вот... Вот так. - Наум, ты помнишь, ты когда-то обещал... "Скажи, что надо, я сделаю..." - А что надо? - Малевича и ребят. - Их не тебе! - Марк послал. - И ты пришла ко мне одна? Ночью? Белла! - Малевич нужен тебе на вокзале. - Какой Шагал... Какой Малевич? Ты... Ты любишь меня! Поэтому ты здесь? - Ты с ума сошел. - Да... Не бойся... Любишь! Любишь... любишь... Признаваться в любви не так страшно! Если это взаимно. А я ведь тоже люблю тебя! Люблю! Люблю! - Дружочек, но я не люблю тебя. - Ну-ну... любишь... - Пусти. Отпусти меня, отпусти! - Любишь! - Нет! - Любишь! Любишь! Я знаю, любишь... - Нет! Отпусти! - Ну... - Наум, ты пожалеешь об этом! - Ты сам себе этого не простишь! - Люблю... люблю! - Отпусти меня, ну, пожалуйста! - Ну, зачем ты, зачем ты пришла? Ну, зачем ты пришла? Зачем ты дразнишь меня? - Отпусти! - Убирайся! - Вы в чеках, привыкли брать, что хотите! - Дежурный! Малевича и всю его секту на выход! - Казимир Северинович! - А? - Это из космоса был сигнал освободить нас? - Да! Но через Шагала! - Настоящий. - Настоящий? - Комиссарский. - Она с тебя веревки вьет. И ты ее не получишь, пока муж живой. Ну что, давай Шагала разоблачим? И путь открыт. - С возвращением, свободные художники Витебска! Здравствуйте! Здравствуйте, ребята! Здравствуйте, мои хорошие, здравствуйте! Здравствуйте, товарищи Амалиева. Группа художников-каторжников к работе готова! - Вас... вас отпустили! - Да! После пыток! Заставляли писать пейзажи в их кабинет! - Вливайтесь в работу! - Хорошо. - Ты - мой Ангел-хранитель... - Так, подождите, а что это такое? А? Что это у вас такое? А где ваша революционная страсть? Нет-нет-нет, этот живописный винегрет здесь совершенно не к месту! Поймите, надо нанести один, сокрушающий удар, чтобы свалить с ног! Идея Лисицкого выражена в жесте победителя! Мы клином красным бьем белых. Это должно быть в центре! И на весь портрет! Встаем! Кисти в руки! - А мы сумеем, по-вашему? - Сумеете! Всё у вас получится! За работу, друзья! За работу! - Можно? - Давайте-давайте, рисуйте! - Марк Захарович, он нас погубит! - Да, что вы?! - Казимир Северинович! - Да! - А где здесь верх, а где низ? - Вот так! - Понял. - Молодец, товарищ ученик! Так держать! - Вот с такой энергией, надо строить новый мир! Хорошо. - Ну, и чему Шагал твой научит? Рисовать корову? Козу? Или бабу вверх ногами? А у Малевича, сразу во главе всей земли, перед всем небом, с кистями на перевес, иди и делай революцию. - Ты такой пламенный. - Да, я страстный. Понимаешь? Перед Малевичем весь мир. Иди за ним. Занимай любое место. И командуй. - Угу... - Мы воодушевим искусство вселенной! - Да, похоже мы влипли. Может, сжечь ее? - Не успеем. - У Троцкого, что не так, дулу к виску и в расход... Отвечать то нам, а не этим клоунам. Что делать-то? - А мы опередим. Грузовик есть. Конвоиры тут, и на фронт с Шагалом! - Товарищ Наум! Только что пришла телеграмма. Начальство проедет мимо Витебска, без остановки. - Стройся! - Верните поезд! Отличный плакат! Понятно любому неграмотному красноармейцу! Как называется искусство? - Супрематизм! - Супрематизм? Воистину, революционное искусство! Белые, словно во тьме! А за красными свет. Замечательно! Продолжайте в том же духе! А этот плакат повторите для штаба! - Ладно... школа за вами. - Ура! Ура! - Ну? Доволен? - Теперь будем счастливы, когда очередной Троцкий нас похвалит. А как облает? Нам нужна опора на великое прошлое. Это прошлый музей. - Так делай! - Ура! - Казимир Северинович! - Да! - Я очень рассчитываю на вашу помощь! - В чем? - Надеюсь, вы поможете, наполнить наш будущий музей картинами ваших друзей-авангардистов! - Подождите, какой музей? Какой музей? Вы что! Никаких музеев! Искусство надо создавать в жизни! В самой жизни! В музеях все исхожено! Истоптано! Прогнило и смердит! Нам незачем копаться в этом гнилье! Искусство, наконец, пришло к своей, чистой форме! Оно, едва-едва, освободилось от этих ржавых оков предметничества! А вы опять загоняете его в казематы? Да вы что! Потому что музеи, это ничто иное, как тюрьмы! Тюрьмы и кладбища! Живопись, должна внедряться в жизнь! А не висеть тихо как повешенная в этих музеях... - Лева! Сынок! Прошу! Лева, садись. Ну что? Сам... Ребе мир, готов взять тебя в свои ученики. Потому, что ты... Лева... - Пап... па... но, я хочу рисовать... - Лева! Это большая честь для тебя. Понимаешь? - Я должен рисовать. Но Марк Захарович, он верит в меня. - Какой Марк Захарович? Лева... Лева, кто твой отец? Я или он? - Конечно ты! Но он... он... он, как второй отец. - Забавно... Забавно! Вырастить сына, чтобы... отдать его другому человеку? - Пап, я тебя очень люблю! Но... как ты не понимаешь? Ну, вот все эти ужасы, они преследуют меня! Когда я рисую, я могу по-настоящему жить! Ну, вот это! Это всё моя радость! - Радость... для Хасида, это Бог. А твой Шагал, он дьявол, Лева! Так... эту мерзость... - Не надо! - Отойди от меня! Отец у тебя должен быть только один... - Художник всегда одинок. Но, когда ты первый понял какая мощь дается в твои идеи... одиноко и страшно. А споткнешься на дороге, упадешь... и идея умрет вместе с тобой. - Тебе нужна эта школа? - Это шаг. Перед нами весь мир. Но идти надо шаг за шагом. И никаких сомнений в своей идее. И никаких сомнений в своей идее. - Куда? За что? - Успокойтесь! Всем этим вы сможете любоваться в музее. - Какой еще музей? - Шагал образует. Вы что? У нас же город искусства! Не хотите жить в Париже, заставим! - В аду бы горел ваш Шагал! - Сын, беги к соседям, пускай несут все самое ценное, в синагогу спрячем. Давай-давай, быстрее! - А ну, погоди! Шагал посылочку не отправлял? Такую тяжелую, в ящичке? А? - С чем? - С золотишком, для музея? Слух пошел, что смыться хочет. - Да? А с виду такой приличный... - Наворовал... - Убегает. - Ограбил... - И убегает? - Что, правда? - Да, золото... - Миллионы награбил, вот прохвост! - Подождите, мне нужно увидеть моего сына, его зовут Лева. Леву я должен увидеть. Подождите. Ну, подождите. Пожалуйста, я прошу вас. Лева... - Стойте! - Тихо-тихо-тихо! - Что он сделал? - Он прятал в Синагоге ценности. Он как буржуй! Он против советской власти! - Но будьте снисходительны! Ребыйцик, добрый человек. Его любит весь город! Будьте снисходительны! - Послушайте меня! Побеспокойтесь лучше о собственном муже! Подписан приказ об его аресте. Понятно? - Трогай-трогай! - Я за Леву боюсь. Бешенный он же. Про отца узнает, таких дел натворит. - Не волнуйся, он теперь за старшего остался. Ясно? - Почему я остался за старшего? - Отрицать свою вину бессмысленно. Но вы можете смягчить наказание, если вы признаетесь, чьи ценности прятали! Мы знаем, что это не один и не два человека. Нам нужны фамилии. А вам нужно спасение. Вы что, хотите умереть за чужие бирюльки? - Господин, товарищ комиссар. Лучше обратите ваш пристальный взгляд на того, кто в вашей коже комиссара просто смеется над вами. Рисуя коров в небе, и головы, отдельно от туловища. Он... отрывает детей от отцов. Вы... понимаете о ком я говорю? - Наум... - Тот... у кого скрипачи зеленые, как трупы... А люди, будто надутые воздухом, шарики. Мне очень интересно, вот Маркс ваш, умный Карл Маркс, он бы понял его или проклял? А? В непонятном таится зло. - А вы знаете что-то конкретное о зле Шагала? Так скажите хоть слово! И я привезу его и расстреляю вместо вас! Ну? - Нет, Шагал... прекрасный человек. - Отпустим его? - Ну, уж нет! Революция не знает такого наказания, отпусти... Так значит, Шагал не творил никакого зла? - Я бы хотел чтоб мой сын Лева... мой маленький Лева... был... похож на него. - Что ж вы все под пули-то лезете? - Эй! Кто пропустил? Что за порядки-то, а? - Что здесь было? - Клад зарывали, зачем пришла? - Я о Марке... его оговорили! Ты должен разобраться и понять его. Он весь в учениках. Наум, ты друг! Ты должен помочь! - Разве я не пытался? Я предупреждал его. Он спрятал парней от армии! - Он спасал художников! - Это называется саботаж, Белла! Мы на войне! - Обожди. Что ему грозит? - Военное время. На все одна статья! - Какая? - Расстрел. - Ты этого не сделаешь! - Белла. У меня приказ и я должен его исполнить. - Я прошу тебя! Я прошу тебя! Я тебя умоляю! Наум, спаси его! Наум! - Ну, хорошо-хорошо, Белла! - Пожалуйста, Наум! - Я дам ему возможность убежать в Москву. Дам. - Спасибо... Мы уедем завтра же! - Тебе лучше остаться! Я не могу тебя отпустить! Ты лично помогала Шагалу прятать студентов от призыва! Есть свидетели! - Какая же ты дрянь... Дрянь! Дрянь! Мерзавец! - Белла! Сильнее! Ударь! Мне так нравится, когда ты прикасаешься ко мне! - Сволочь! - Ну! Бей же! Ну? - Это низко, Наум! Ты весь в крови! - Закрыть такое дело - большая работа. Конечно, если надо, я и свидетелей уберу. Выбирай, остаться вдовой Шагала или спасти его... и стать моей женой. - А где ученики? - У Малевича шумят. - Марк Захарович! Идите сюда! - Совет студентов и преподавателей постановил, школа искусств, будет переименована в Институт Супрематизма. В нем будут расти революционные идеи нового стиля! Новейшего, беспредметного искусства! - Пожалуйста! - А также его консервативные единомышленники должны в 24 часа покинуть это помещение. - Вот так вот. Куда? - Они что, уже решили? - Нет, это проект, сейчас будут голосовать. - Голосуем! - Ну, это не серьезно, я пойду, заберу своих учеников. Извините. Извините. Ребята, пойдемте учиться. Пойдемте. Работа в отвратительном виде. Твое полное собрание ошибок. Пойдем. - Нет, Марк Захарович! Мы никуда не пойдем! - Ребята, вы только начали учиться! Живопись - это серьезное ремесло! - Да эта, ваша буржуазная живопись, ремесло! С вами у нас нету крыльев! Мы не вернемся к вам! Вы окутали нас паутиной ремесленных мелочевок! Это делай так! Это делай сяк! - С вами мы топчемся в грязи красочных смесей, а в супрематизме яркие, чистые цвета! - Да. - Да! - Подожди... - Пусти! Пусти! - Марк, не уступай им! - У вас там все истоптано! А здесь не хожена ни кем дорога и ясная цель! - И мы первыми будем посылать электрические сигналы в космос нового искусства! - Вы идете вперед с головой, повернутой назад! - А мы - в первом ряду авангарда! - Вы что? Хотите чтобы каждый был отдельной личностью? Единичкой, да? - Единица, кому она нужна? Голос единицы - меньше писка! Кто его услышит? Разве, жена! Да и то, если на базаре обнизка! - Маяковский за нас! - Да! - За наше искусство! - Будем принадлежать не только земле! А мы оземляним всю бездонную пустоту вселенной! - Мы хотим быть впереди всех! Мы хотим выразить всю энергию новаторства! - Хотим новаторства! - Супрематизм! - Супрематизм! - Супрематизм! - Супрематизм! - Супрематизм! - Супрематизм! - Супрематизм! - Супрематизм! - Супрематизм! - Супрематизм! - Супрематизм! - Супрематизм! - Марк Захарович! - Малевича выбрали ученики! - Какие ученики? Кто поманит, за тем и побегут... Здесь все рождено вами! От первого вздоха до последнего выдоха! Школа, это... это ваш ребенок! - Пусть он будет чужим, зато целым и живым! Я не собираюсь рвать его на части. - Да, школа гибнет! А вы тут разводите философию! Да опомнитесь! Пойдемте! Одна ваша подпись, и... вы же комиссар! - Это вообще исключено! - Так вот вы каковы! Да, барские замашки! Захочу - создам школу! Захочу - брошу! Но вы не один ее создавали! Я, между прочим, я... впрочем, идите к черту! Для меня Шагал умер! Пойду к Малевичу, он хотя бы знает, что хочет! - Ты... ты... ты... ты... и ты к Малевичу? Сворачивай! Помощь авангарда... нужна... нужна власть! Ты думаешь я один? У меня есть мои картины! Есть мой ученик! - Ты что, не слышишь? Будешь моей женой - и он живет! Или станешь его вдовой! - Я уйду вместе с ним. А как же дочка? А как же дочка? Спаси, Марк... нет... это я должна его спасти... - Белла! Я гибну без тебя! Помнишь, тогда у реки... я хотел прочитать тебе свои стихи? У тебя еще шляпка слетела. Слушай! Они тебе! - Наум! Наум! Друг! Наум... Наум! Откуда стреляли? - "Сердце... в груди кричит. Как если бы каток смял всех гуляющих в городском парке... И не один уйти бы не смог из этой кровавой, орущей давки! Не могу больше. Вгрызаюсь себе в грудь голодным псом... Живое сердце в зубах приношу к твоему порогу. И, смотря снизу верх, виляю репейным хвостом. И жду от тебя косточки. Или ласки. Совсем немного." - Ты чего сидишь? Тебя найдут! Тебя найдут и убьют! Скорее! Пойдем! Пойдем-пойдем! - Да где же они? Так, ты направо, а ты налево! Обыщите весь лес! - Боже мой... - Не уйдешь! - Все! Все! Стой! Иди. Только не беги! Иди! Иди-иди! Иди. - Это же кобура Шагала! Может, и пистолет где-то рядом... Убийца! - Ну ты и нарисовал дела... ладно, не бойся! Поедем ко мне в деревню, оттуда в армию рванем. - Меня возьмут? - Да в нашем возрасте ребята полками командуют! - Мочила, Шагал! Всех обокрал! Мочила, Шагал! Всех обокрал! - Ты живой! На тебя написали расстрельную. Нужно бежать! - Я не буду убегать. - Наум убит. Пустили слух, что изъятые ценности ты присвоил себе. Если тебя не расстреляют чекисты, то растерзает толпа! Бежим! - Не нужно никуда бежать. Поверь мне... Белла. - Ты с ума сошел. Но я люблю тебя! И уйду с тобой. - Комиссар Шагал богатство воровал и бежать с деньжищами хочет! Приколем гада! - Началось. - Эй, Шагал! Верни награбленное! - Слышали? Шагал аквизицию провел, а миллионы присвоил! - Это ложь! - Сейчас его и самого грабанут! - Какие же мы были дураки! На... надо защитить Марка Захаровича. - Марка Захаровича сейчас убьют, а вы, предатели, стоите и смотрите на это все! - Айда! - Шагал, убирайся! - Да этот город расцветает при Шагале! - Шагал делает нас счастливыми! - Не надо нам такого счастья! - Дьявол прислал этого Шагала! - Вы обыватели, а Шагал создает красоту! Этот город расцветает при Шагале! - Шагал, убирайся! - Да иди ты! - Очистим город от Шагала! - Мы любим Шагала! - Назад, я сказал, стрелять буду! Разойдись! Очистить территорию! - Открывай! - Вот он... - Как Ангел... - И без крыльев, смотри! - Марк. Но я никогда не увижу свой Витебск! - Ты будешь видеть его каждый день. Я заберу его с собой! Наум! Смотри сколько неба, и все наше! Коммунистическое! - Гуляю по небу. Как будто, никогда не слезал с него! - Марк! А Малевича мы позовем? - Каземир! Поднимайся к нам! В моем небе не тесно! - А у меня, здесь, вся земля и весь космос! Марк! Мир так пуст! Мы должны заполнить его своим искусством! - Да! Весь мир! И ни капли меньше! Чтоб в нем стало больше радости и смысла! - Удачи тебе! В твоем небе! - И тебе, в твоем пространстве! - Они еще не знали, что Шагал, станет любимым художником миллионов. А Малевич, изменит наше представление, о возможностях к искусству.
содержание .. 4898 4899 4900 4901 ..
|
||
|
|