|
|
содержание .. 1090 1091 1092 1093 ..
Добрый вечер! Я приветствую вас на третьем и заключительном этапе президентских дебатов 2016 года. У нас либо есть страна, либо нет. Собирая людей, у которых нет документов… У нас в стране есть плохие мексиканцы. …это идея, которая не соответствует – нашей нации. – Я скажу это так. Я буду счастлива сравнить мой тридцатилетний опыт… Всё, что у вас есть, по сравнению со мной, это опыт. Но это плохой опыт. Мы вернём Америке былое величие и начнём это сейчас. Я надеюсь, что вы дадите мне шанс послужить вам в качестве президента. Дональд Трамп сказал сегодня правду американскому народу, как он всегда и делает. Хиллари Клинтон – это настоящий аутсайдер. Послушайте, всё, что вы видели сегодня… Вы этого не видели. Вы видели то, что я видела, и я думаю, что американский народ… Будет согласен со мной. Пока я буду упорно повторять это… С безосновательной уверенностью. Я лгу. Я лгу вам. И вы знаете, что я лгу. На самом деле я на этом месте, именно из-за того, как продуктивно я лгу вам. Всё понятно? Мы без стыда называем это «Кружащаяся комната». Ты кружишься, чтобы дезориентировать людей. И вы знаете это, однако мы все здесь. Как замечательно мы играем в эту игру. Спасибо вам всем большое. И пошла на хер, Америка. Я с нетерпением жду, как буду продолжать лгать вам. Увидимся в суде. Спасибо. 8 Ноября 2016. День президентских выборов. Волны шока по всей Америке. Его неожиданная победа опровергла все предвыборные опросы. Сдвиг тектонических плит, землетрясение, девять с половиной баллов по шкале Рихтера. Это краткий обзор той реакции, которую мы получили сегодня утром. И мы до сих пор пытаемся поговорить с нашим старым другом Гэри Циммером. Скорее всего он уже на полпути в Канаду. Да, возможно в нём уже пол-ящика «Canadian Club». Я бы очень хотел спросить этого парня, о чём он, блин, вообще думал. Как они продули на этих выборах? Эй, ребята, вы нашли тот клип? У вас он есть? Хорошо. Это наш хороший друг Гэри Циммер, великий старый советник кампании Клинтон, меньше недели назад в нашей программе. То есть вы уверены? Конечно, без сомнения. Хиллари сделала своё дело. Она самый компетентный кандидат в президенты точно в моей жизни, а возможно и когда-либо. Дональд Трамп не будет президентом. У него хорошо идут дела на Юге, поэтому возможно он может быть президентом Конфедерации. Но Огайо, Мичиган, Пенсильвания. Мика, он не выиграет Пенсильванию. Он не выиграет Мичиган. Этот ржавый пояс синей стены непроходим. Он выдержит. Я гарантирую. Вы решили не тратить время на то, чтобы проводить агитацию там. Это было подражание Карвилю? Ладно, подождите. Томми, попробуй Гэри теперь. У нас Фэйт Брюстер на линии… Эй, Гугл, выключи. Извините. Управление питанием пока недоступно. Телефонная леди, отклони. Попробуйте попросить снова по-другому. Отклонить звонок. Эй, Гугл, скажи телефонной леди отклонить звонок. Извините, я не уверена, как я могу помочь с этим. – Выключи, выключи! – Извините, я не уверена насчёт этого. Эй, Гугл, отсоединись. – Песни недоступны на радио. – Отмена. – Я не уверена насчёт этого. – Все, заткнитесь! Попробуйте попросить снова по-другому. Ты всегда выигрывал. Каждый раз, когда делал ставку. Ты по-прежнему чертовски хорош. Никто ещё не добрался до тебя. Каждый раз они были уверены, что схватили тебя, но ты был быстрее, чем они думали. Ты просто поворачивался и уходил. И ты по-прежнему всё тот же. Я встретился с тобой вчера. Всё такой же, всё такой же. Ходишь от игры к игре. Никто не мешает тебе. Используя своё очарование ровно столько, сколько тебе нужно для успеха. Всё такой же. Всё такой же. Ты всё такой же. Ты всё так же целишься высоко. Всё такой же, всё такой же. Всё такой же, всё такой же. Итак, если больше не будет дискуссий, могу ли я предложить голосование по резолюции 1217, требующей действительных водительских прав штата Висконсин или подтверждения гражданства США, чтобы претендовать на любую государственную, муниципальную программу или льготы, такие как продовольственные талоны, социальное обеспечение и т.д. и т.п. Поддерживаю. – Второй? – Поддерживаю. У меня есть второй. Время… – Прошу меня простить, парни. – Джек, я уже говорил тебе, ты можешь расширить право пользования участком на Гамбург… Вообще-то, это о той резолюции, которую вы думаете принять. При всём уважении, полковник, эта дискуссия окончена. Да, да. Я слышал. Но… дело в том, что… это плохая идея. – Вы не можете… – Да, хорошо, я уже поддержал её, но как хочешь. Я знаю, что мы в плохом положении, но… вы не можете его наладить, просто бросив этих людей под поезд. Мы никого никуда не бросаем, Джек. Денег было мало даже тогда, когда база ещё была открыта, но сейчас… Я имею в виду, что мы должны быть мудрыми. когда база ещё была открыта, но сейчас… Я имею в виду, что мы должны быть мудрыми. Мы должны не допустить обмана программы. Нет ни одной чёртовой души, использующей эти программы, которая в них не нуждается, и ты знаешь это. И всё, что им нужно сделать, это изготовить соответствующий документ, и пособия будут… И ты знаешь, что они не могут сделать это. Не я придумываю правила, Джек. Я имею в виду, я это делаю, наверное. Не сам по себе, но… С этим покончено. Итак, у нас есть предложение, которое было поддержано. Время вынести его на голосование. Знаешь, мне просто интересно, помнишь, когда река вышла из берегов, и народ, который, как ты думаешь, обманывает, стоял плечом к плечу с нами и набивал мешки песком в течение трёх дней и, в итоге, спас твой магазин, ты проверял их документы тогда? Дискуссия окончена, Джек. Ты проверяешь их документы, когда они приносят еду на церковный обед, Уолт? Хватит, Джек. Ты сказал своё слово. Послушай, у нас есть правила, но это не делает нас плохими людьми. Я не говорю, что ты плохой человек, Билли. Я говорю, что ты напуган. Чёрт возьми, все мы напуганы. Чёртов город уменьшился с 15 тысяч жителей до 5 за ночь, и бизнес исчез вместе с ними. Мы не вернём его назад, отворачиваясь друг от друга. Служба научила меня, что цепь сильна настолько, насколько сильно её самое слабое звено. А отец Хойвель научил меня, что я страж своему брату. Подожди, вернись к той части про «слабое звено». Всё, что ты делаешь для наименьшего из нас, ты делаешь для Господа. Да, конечно. Может ли этот парень сработать? Служба научила меня, что цепь сильна настолько, насколько сильно её самое слабое звено. Довольно неплохо. А отец Хойвель научил меня, что я страж своему брату. Всё, что ты делаешь для наименьшего из нас, ты делаешь для Господа. Выглядит консервативно, звучит прогрессивно. Дело в том, что легко быть сильным характером в хорошие времена. Важно, каким ты будешь в плохие. Если ты не сможешь жить по своим принципам, то… это не принципы, а хобби. Где это ещё раз? Висконсин. Дирлейкен. Дирлейкен. Джентльмены… этот американский экземпляр с квадратным подбородком – наш чёртов ключ к обратному пути в запретный город. – Я пожалуй выйду. – Сядь. Курт, сядь. – Позвоните, когда он дойдёт до сути. – Нет. Ты никуда не пойдёшь. Нет, сядь. Мы должны поблагодарить Алана за то, что он обратил наше внимание на этого мужчину. – Я Эван. – Я уже говорил, что он ветеран морской пехоты США? – Да. – И фермер. – Вроде бы. – Думаю да. А я уже говорил, что он вдовец? – Впечатляет. – Хорошо. Очень хорошо. Человек, который заставляет Водопроводчика Джо выглядеть как Дукакис в широких джинсах и грёбаной соломенной шляпе… в самом республиканском округе в великом колеблющемся штате Висконсин… и он является демократом. Он демократ? Да. Просто он пока ещё об этом не знает. Вот вам идея: я сажусь в самолёт, еду в Висконсин и использую этого парня, чтобы испытать в действии более дружелюбные для сельчан взгляды. Это гонка за пост мэра… в какой-то глуши. Не понимаю, как это поможет нам. В этих штатах есть как минимум два миллиона сельских голосов. Если бы мы получили хотя бы 1 голос из 2.7 вместо 1 из 3, то мы бы победили, но мы даже не попытались. Их база выключилась. Наша нет. Если мы найдём кандидата, который активирует нашу базу избирателей, если наши афро-американские и латиноамериканские сообщества… Просто латино. …придут на выборы, то мы выиграем. Мы должны привлечь сельских жителей, пусть и небольшое их количество. Если тебе всё равно, то я лучше буду сотрудничать с нашими группами по особым интересам, спасибо большое. Да, вы можете. Да, вы можете. Мне нравится идея расширить нашу базу избирателей. Не принимать избирателей, как данность. В этом есть некоторое достоинство. Доброе утро. Офис Гэри Циммера. Хорошо, мы убедимся, что машина приехала и забрала вас. – И проверим, что за рулём Фрэнк. – Ладно. Дорога займёт два часа, но вы вернёте час, когда переведёте время. – Что это? – БМВ седьмой серии. Самое близкое к вашей Тесла из того, что у них было. Просто возьми маркер и напиши «Либеральный городской ублюдок» на моём лбу, ладно? – Серьёзно, ребята. – Ладно. Аккорд? Я путешествую по Америке. Эксплорер нейтрального цвета. И соберите мои вещи, как на конференцию. Давос? ТЕД? Аспен, недельная поездка. – Спасибо. – Отлично. А, и знаете что? Вещи попроще. Никаких выкрутасов. – Спасибо. – Хорошо. – Отлично. И ещё, если у Эксплорера будет Босе, или звуковой пакет Бэнд и Олуфсен, Если всё это будет… Это будет отлично. – Отлично. – Поняла вас. Они говорили что-то о питании? Ещё нет. Эти маленькие шарики моцареллы отлично подойдут. – Да? – Салат Капрезе. – Что-то лёгкое. Бальзамик. – Да, просто… Бальзамик и всё остальное? Хорошо. Ничего. Хорошо. Это забавно. Он отдаёт короткий пас. Прямиком к Андерсону. Он на тридцати пяти ярдах. Движется к линии тридцати ярдов… – Ваш салат, мистер Циммер. – Спасибо. Отстают на три очка. – Спасибо. …за несколько минут до конца, Пэкерс преодолевают 68 ярдов замёрзшего поля и становятся легендами. Он совершает передачу. Успешно. Чаку Мерсину. Он на двадцати пяти ярдах. На двадцати… Всего за три минуты до конца игры все надежды и мечты целого сезона покоились на плечах одного человека. Как хрустальный ковбой верхом на лошади в звёздном родео, как хрустальный… Это «Свежий воздух». Я Терри Гросс. Ричард Роджерс и Оскар Хэммерштайн были одним из самых успешных музыкальных партнёрств двадцатого века. Но я также думаю, что это утка Будто Хэммерштайн не может писать забавные песни. У неё был прекрасный голос, так давайте послушаем, как она поёт «У всех есть дом, кроме меня». Объясните нам каким образом эта песня вписывается в шоу? Она молодая проститутка, которая только приехала в Монтерей… – Добрый вечер. – Привет. Привет. Что я могу вам предложить ? Как насчёт Бад и бургера? Звучит хорошо. – Спасибо большое. – Не за что. Сейчас всё будет. Эй, Чарли. Сложный день? – Длинный день в дороге. – Да? – Откуда? – Вашингтон. Я не был там со времён школьной поездки. Даже не могу вспомнить, как давно это было. – Двадцать девять лет назад. – Да? – Точно? – Уроки истории мисс Ховел. – Так вот что это было – уроки истории. – Ага. Охранники бегали за нами в музее космонавтики. Ага, из-за того, что мы выбили дерьмо из тех детишек. Что ж, вы ничего не упустили. Вашингтон — это сплошной кошмар. – Ага. – Не могу спорить. Да, ты можешь повторить. – Майк Стэд. – Привет. – Мы зовём его Большой Майк. – Ага. Люди зовут меня Большой Майк не просто так. Это единственное, что нас отличает. Потому-что меня тоже зовут Майк, но я Майк младший. Как вы? Гэри. – Очень приятно. – Гэри, Гэри. Гэри из Вашингтона. Вашингтонский Гэри. Он любит давать всем клички, так что он и тебе сейчас придумывает. Так он показывает трепетное отношение и дружбу. – Хорошо, но ему не нра… – Если тебе не нравится твоя, – Отдай её обратно. – Не, моя кличка меня устраивает. Мне очень приятно, Майк Младший. Спасибо тебе, Вашингтонский Гэри. А это наш новый друг, Вашингтонский Гэри. – Оу. Как делишки? – Хэй. – Дэйв. – Меня зовут Гэри и я из Вашингтона. Добро пожаловать в Дирлейкен. – Спасибо. – Был когда-нибудь в Висконсине? Провёл достаточно времени в Мэдисон. Так что нет, да? Это не Висконсин. Вообще-то я здесь, чтобы увидеть Джека Гастингса. Знаете его? – Да. Он потрясающий парень. – Да, все знают Джека. – Полковник. Отличный мужик. – Всегда верен. – Ага. – Звезда Ютуба. У нас есть пару комнат наверху, если тебе надо. – Конечно. Звучит круто. – Тоня? Да, малыш? Мужчина здесь хочет комнату. Нет проблем. Что тебе нужно, милый? Без разницы. Любая комната подойдёт. Ладно. Желательно комната на самом верхнем этаже с двуспальной кроватью и кофемашиной. Хорошо. У нас… всё на первом этаже. – Прекрасно. – Они почти одинаковые. Прекрасно. Мне как раз. – Все в порядке. – Возьмите 206. Самая большая. – Они все открыты. – Хорошо. Спасибо большое, Тоня. – Так это… – Слушаю. Когда-нибудь был в Белом Доме? – Да. – И как там? Как там? Не оправдает твоих ожиданий. – Спасибо. – Что? Серьёзно? Мы там никогда не были, не думаю, что туда можно попасть на школьную экскурсию. Белый Дом, наверное, тогда ещё не построили. Выглядит вкусно. Благодарю. У вас есть открывашка? – Это крыша, которую прокрутить… – Нужно просто прокрутить. – А да, да, да, понял. – Её открутить можно. Знаю. Знаю. Наверное, ему нужна открывашка. – Попробуй жилеткой придержать… – Похоже, он… – Может быть, крышка европейская. – Получилось. – Молодец. – Вот и всё. Выпьем. – За вас. – За здоровье. За всех. Будвайзер. Вы, наверное, издеваетесь. Хорошо. Ладно. Всё хорошо. И это переживу. Замечательно! Супер. И дверь, блядь, заперта. Твою мать. Сука. Ну нахуй. Дирлейкен. Обожаю. Пойдёт. Всё хорошо? Слушаю. Алло? – Это Дейв. – И? Из Дома Хофброй. – С первого этажа? – Ага. – Понятно. – Что-то не так? Да… я искал пароль от вай-фая. Удачи. Капсом писать? Нет, удачи в поисках вай-фая. Лучше используйте свой телефон. – Хорошо. – Ага. Супер, спасибо. – Спасибо. – Не за что. – До свидания. – Спокойной ночи, Гэр. Всё хорошо? Эй, Вашингтонский Гэри! Привет, Гэри. Привет. Доброе утро, Гэри. – Извините, Гэри. – Привет, Гэри. Ну здравствуйте, Гэри. Майк сообщил мне, что вы из Вашингтона. И я решила, скорее всего, вы в поисках хорошего и крепкого кофе. Да… Конечно. Можно мне… – Кофе? – Да. Сливки, две ложки сахара. Не так, как я люблю, но тоже пойдёт. И если не возражаете, когда доберётесь до Джека, могли бы отдать ему это? Джек начинает злиться, если не получает свою выпечку. Ещё я положила туда пару штруделей и для вас. Только из печи. Горяченькие. Хорошо. А нет, нет, нет, нет, нет. Вы и так помогаете мне с доставкой… Хорошо. Ага. Ладно. До свидания, Гэри. Ага. Пока. Всего хорошего. Благодарю. И вам. Эй, ребята. Всего вам хорошего. Мадам, и вам не хворать. Хорошо. У всех отличный день, я надеюсь? Что за хуйня сейчас была? Бог ты мой. Твою налево. Блядь. Боже. Пиздец! Господи! Господи! Солнышко! Кексик! А ну в сторону! Привет. Вы новый курьер Анны? Извините. Я прямо сейчас вернусь и привезу вам ещё этой выпечки. Не парьтесь. В конечном итоге, я, скорее всего, отдал бы им половину из этого. Ладно. Хорошо. Очень злой лабрадор. Как же здесь красиво. Наводит на тёплые воспоминания. Вы фермерский парень? Нет, что вы. Политический консультант. Сэр, я увидел видео в интернете с вашим участием, где вы натянули мэрию. Ваши высказывания по поводу ответственности тронули меня до глубины души. – Берите ведро. – И я беру ведро. Да начнётся. Я думаю, постепенно мы потеряли возможность видеть друг друга. Сочувствие тем, на кого мы не похожи. Нельзя сказать, что партийности нет места, но уж точно не на уровне токсичности наших текущих дебатов. «Никого не оставим позади» ваш этос как морского пехотинца. Я думаю, это особенно горько в эти дни и года! Ваши слова говорили о ценностях, не о самобытности. Очень важно. Абрахам Линкольн сказал, «Обращение к нашим лучшим ангелам». Что-то вы быстро закончили. Смыл хотя бы? Ладно. Слушайте. Я хочу, чтобы Вы были кандидатом от Демократической партии на пост мэра Дирлейкена. Понимаю, вы, наверное, не думаете, что вы демократ. но после просмотра вашей речи, я могу убедить вас в этом, и я бы с радостью предложил вам помощь от моей компании, начать это всё. Ну спасибо тебе. Да не за что. Ну спасибо за то, что помог сегодня. Да с радостью. Но всё так равно, лучше не буду. Ладно. Могу я быть откровенен с вами? Без пиздабольства. Не выражайся. Моя дочь здесь рядом. Это была ваша дочь, с воткнутой в корову рукой? Ладно. Слушай… Демократам раздают хороших люлей, потому что парни как я, не знают, как разговаривать с парнями как ты. Я верю, что ты веришь в то, что я верю. В то, что происходит в этом городе — нехорошо. То, что происходит в этой стране —неприемлемо. Люди бросают друг друга. Мы стали забывать, что мы нужны друг другу. Твоя речь делает сильной наше самое слабое звено. Ты серьёзно имел это в виду? Ты серьёзно имел это в виду, когда произнёс свою речь? Ведь если так и есть, то я считаю, что ты обязан укрепить наши слабые звенья. И у тебя получится. Ты сможешь сделать это. Сможешь в такой же позиции. Сможешь укрепить слабые звенья… Сможешь достичь этого. Ладно. Понятно. Знаешь что? Со всем уважением, полковник, любой мог сказать такую речь. Самое главное – это потом подтвердить свои слова. Вещи, которые ты сказал тем парням на том мероприятии. Это было принципом или просто развлечением? Дай мне знать. Зачем ему три ружья? Боже! – Чёрт. – Прости, если напугал тебя, солнышко. Разве вы, народ, не верите в замки? Или неприкосновенность частной жизни, или основные общественные договорённости? Да, Тоня меня впустила. Я сказал ей, что мне нужно поговорить с тобой о чём-то важном. Вы сделаете это? При одном условии. Здорово. Назовите его. Ты руководишь этой чёртовой штукой. Я должен заботиться о ферме. Даже не представляю, с чего начать. Я предоставлю вам лучшего из своих парней. Нет, нет, так дело не пойдёт. Ты. Сделка такая – ты руководишь всем отсюда. Я навёл о тебе справки. У тебя чертовски большое портфолио. Так что, по рукам? Мне нужна большая группа коров прямо здесь, в центре. – Вы меня слышите? – Да, сэр! Хорошо. Просто передвиньте их туда, если можете. – Ага! – Хорошо! И, если можно, пусть некоторые смотрят вперёд. Боже мой. Здравствуйте, полковник. Гэри. Бобби, огромное спасибо, что пришёл сюда. Я обязательно буду голосовать за тебя. Спасибо вам всем, ребята, что пришли. Итак, это просто небольшая разминка. Давайте сделаем вас больше похожим на фермера Джека и меньше похожим на дипломированного бухгалтера Джека. – Вот так. – Хорошо. – Нет, нет. Всё в порядке. – Прекрати это. – Всё в порядке. Донни, верно? – Прекрати. Майкл. Майкл, мы можем просто дать ему микрофон, хорошо? Палку с такой штукой на конце. Ты занимаешься звуком, Майкл? – Чак занимается звуком. – Хорошо. Но он на озере со своей семьёй. Ладно, но это очень плохо, что его нет… – Ничего. Ничего. Мы просто обойдёмся без этого. – Нет – Спасибо, Донни. – Спасибо, сынок. Спасибо. Ладно. Давай попробуем. Держите. Это... Почему вы баллотируетесь в мэры. Ого. Я цитирую Паттона… и Иисуса. Перефразируете. И вы не можете идти на бал без корсажа. Давайте займёмся магией. Хорошо. Спасибо всем, что пришли. Не могли бы мы успокоить коров?! Спасибо! Леди и джентльмены, полковник Джек Гастингс. Итак, я полковник Джек Гастингс, и я баллотируюсь в мэры. Так что… Как у нас дела? В порядке. Красиво сказано. Есть ли какие-то вопросы к полковнику? Кто-нибудь? Бьюллер? Да, полковник. Да, имя и место работы, пожалуйста. – Это Дэн. – Имя и место работы, пожалуйста. Я Дэн. Продолжай, Дэниел. Полегче с коровами! Да, мистер Гастингс, полковник, вы не могли бы повторить ещё раз? Так как я не уверен, что мой диктофон был включён. Повторить ещё раз? Эй, знаете что? Всё в порядке. – Теперь… – Мы разберёмся. Хорошо, эту… Что мне нужно… не ставьте всех чёрных в центр. Он баллотируется как умеренный демократ, ясно? И если бы вы развернули некоторых лицом сюда, это бы очень помогло. Больше местных новостей из Дирлейкена сегодня вечером. Бывший полковник морской пехоты Джек Гастингс объявил сегодня, что он баллотируется на пост мэра от демократов. В то время как у Брауна может быть преимущество действующего мэра, политические инсайдеры говорят, что c Гастингсом скорее всего придётся побороться. Теперь мэр… Сколько это будет стоить? Оставь это мне. От тебя мне нужны люди, волонтёры. Нам предстоит много беготни, если мы хотим наделать из этого шуму. – Ещё кофе? – Мне достаточно. Нет, не надо, Лиззи. Спасибо. Знаете, что мне нужно? Мне нужна пара вёдер этой подливки, чтобы я мог искупаться в ней. Так хороша. Очень вкусная. Мои комплименты шефу. Я передам Зигги. Здорово. Это его подбодрит. Только чек, Лиззи. Будет сделано, Джек. Что стряслось с счастливым шеф-поваром? Зигги в порядке. Он владеет этим местом. Он может быть немного раздражён из-за выборов. Он брат мэра Брауна. Почему тогда кафе не называется «У Браунов»? Хэнсены владели этим местом наверное со времён… войны в Корее. Бобби Хэнсен открыл место, его дети управляли им много лет и были вынуждены продать, когда база закрылась, но независимо от того, кто владелец, это всегда будет «У Хэнсенов». Закрытие базы по-настоящему потрясло это место. Да, это так. Больше половины наших магазинов закрылось. Фактически мы потеряем нашу старшую школу, если не сможем найти финансирование. Но чего бы люди здесь ни хотели, это не вернётся. «Голосуйте за Джека Гастингса, ведь чего бы вы ни хотели, это никогда не вернётся». – Мне нравится. Хорошо. – Ну... – Я не буду врать людям. – Да, я знаю. Я знаю. Я просто был остроумен и циничен. Нельзя выиграть битву, если ты не честен с тем, против чего ты выступаешь. Нет, нельзя. Для ванны недостаточно, но вы можете хорошенько намочить ногу. Спасибо. Трубочка. Ладно, все сюда. Все сюда. – Телефонная кампания! – Телефонная кампания. Ну, в другой раз у вас получится. Так, я хочу, чтобы вы были бодрыми. Я хочу, чтобы вы были позитивными. Активное участие – вот что нам нужно. Будут ли они волонтёрами? Будут ли они делать взносы? Можем ли мы установить агитационные плакаты? Будут ли они делать взносы? Будут ли они делать взносы? Да, запишите это. Это хорошо. Подготовил для вас несколько примерных сценариев. Лист контактов там. К крепостным валам! Это значит, вперёд. Вы можете начинать. Так… вы, ребята, моя основная команда. Так, сначала, мы возьмём эти агитационные плакаты и разместим их во всех доступных публичных местах. Я хочу, чтобы они были видны, но не вызывающе. Не рановато ли для агитационных плакатов? Прошу прощения. Она просто… Потому что здесь, в округе, иногда люди не так уж и заинтересованы... Но я действительно ценю то, что вы сделали эти плакаты. Мы всегда использовали агитационные плакаты. – Да. – Они работали столетиями, так что… – Здорово. – Да, давайте просто используем их. Отлично. Хорошо, Энн? – Ладно. – Я хочу, чтобы ты занялась центром. Марта, Дэйв, как насчёт всего, что находится к западу от 39-го? И, Диана, я бы хотел, чтобы ты осталась здесь… – Алло? – Да? – …чтобы сделать… – Доброе утро. Здравствуйте. Это Мэттью, и я волонтёр, звоню от имени Джека… – Мэттью? – Мэтт… Мэттью… – Слушаю. Алло. Что вы делаете? – Циммер. – Доброе утро, мистер Циммер. Меня зовут Майкл, я звоню от имени полковника Гастингса. Ребята, ребята, ребята, ребята. Ладно, вот что здесь происходит. Вы обзваниваете офисный список контактов. Это – список контактов избирателей. Так что, да, знаю. Хочу, чтобы вы обзванивали избирателей. Мы уже голосуем за Полковника. Так? Хорошо. Давайте займёмся и плакатами тоже. Боже мой. Продолжайте, ребята. Гэр! Эй, Столичный Гэри! – Привет! – Эй, Гэр, заходи. Ладно. Хорошо. Ничего, ничего, ничего. Это шестёрка. Это пятёрка. И четвёрка. Посмотри-ка на это. – И семёрка. – О, мой… О! Я оставлю их себе, детка! Эй, народ. Это Столичный Гэри. Он остановился над «Хофбрау». – Привет. – Приятно познакомиться. Добро пожаловать в Посольский Салон. Большое спасибо. Слышал, вы в городе помогаете Полковнику. – Да, помогаю. – Он хороший человек. Правда. Он хороший человек. Что ж, это офис вашей кампании? Это? Нет, это Посольский Салон, элитный клуб лучших предпринимателей района, спортсменов и рассказчиков. Это дыра. Эй, ребята, Джек уже напечатал агитационные плакаты. Ну, мне пора уходить. У меня много работы. Приятно было со всеми познакомиться. Отец, не хотите пойти с ним? Ему понадобится чудо или два. У этого города не было мэра-демократа с тех пор, как Лафоллет правил этими краями, и... у нас не было Демократической партии с 70-х годов. Потребуется большее, чем агитационные плакаты. Хорошо. Полковник Джек Гастингс. Закалённый войной. Цепь так же сильна, как и её самое слабое звено. Движимый верой. Я сторож брату моему. Демократ нового формата. Демократ из сердца страны. Джек Гастингс: традиционный новатор. Спонсировано «Настоящими американцами». Что ты хочешь, Циммер? Я вам говорю, Джек может быть важной фигурой на национальном уровне. На национальном уровне? Он как микс из… МакАртура и вяленой говядины. – Что? И как одно из тех приспособлений, которое измеряет силу хватки. Звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой. О боже. Точка с запятой. Она проглотила наживку. Я тут, ребята. Игра началась. – И дайте ему быть звездой, понимаете? – Ага. – Да. Немного Гастингса всё время. Мы выиграем выборы, да, да, да. О да. Я здесь. Да. Привет, сопартийцы. Какой прекрасный день, чтобы быть живым. Быть в авангарде изменений. Хотите поесть чего-нибудь? Они очень вкусные. Ну ладно. Что происходит? Почему такие кислые лица? Ты не видел? Билборд. Тот на главной улице с гигантским «Голосуйте за мэра Брауна»? – Да. – А что с ним? «А что с ним?» Это билборд с МакГрэгором Фордом. Окей. Окей, это был билборд с МакГрэгором Фордом где-то лет сорок. Бог знает сколько это стоит. И, похоже, Браун забрал старый офис Джерри под свою штаб-квартиру. Секундочку. Подождите. Вы говорите, что мэр, который идёт на перевыборы, решил рекламировать свою кампанию? И он это делает… из штаб-квартиры? О Боже! Это… Меня это подавляет. О Боже! Я не…с… Что… У меня почти истерика. Я… У меня гипервентиляция. Почему эти ложки здесь стоят? Ты не понимаешь. Простите. Простите. Простите. Ты не понимаешь. Ты вообще представляешь сколько это стоит? Ну, там триста пятьдесят с лишним квадратных метров, и стоит это где-то двадцать долларов за квадратный метр в год. Если это два месяца, то семь шестьсот тысяч долларов. Билборд немного сложно разобрать. Но, я бы сказал, ввиду расположения и безрассудства мэра Брауна, это где-то восемь штук в целом. С дизайном и печатью. Не знаю, где-то так. Ну, у Брауна точно нет столько денег. Если только… наша маленькая кампания не привлекла внимание национальной Республиканской партии, и теперь они не шлют деньги и подкрепление. Всё нормально. Мы только этого и хотели. Они напуганы. На государственном уровне, они боятся полковника Джека. Нам нужно спланировать следующий шаг. Идите сюда. Собираемся в круг. Нам нужно будет… что-то вроде… этого! Ого. Вы листаете вниз. Тут кнопка «поддержать». От денег нас отделяет всего один клик. И куда ведёт этот клик? На наш сайт. У нас нет са… Вау! Прекрасно. Хороший слоган, да? Ты всегда был на шаг впереди. Ну, на три или четыре, но спасибо большое. Я принимаю. Ничего себе. Знаешь как я узнал, что ты тут? У тебя вагина зудит. Точка с запятой на билборде? Классическая излишняя пунктуация Фэйт Брюстер. Слушай, Цим, вы приложили руку к демографическим изменениям, поэтому белые не хотят вас снова видеть. Ладно, дорогой друг, восклицательный знак. Зачем ты здесь? Потому что мне нравится тебя угнетать. Потому что разбивать последние крупицы надежды в твои глазах, меня это заводит. Ты чёртова сука, Фэйт. И ты не знаешь Джека. Пожалуйста, не говори мне, что это слоган кампании, который ты придумал. Этот парень, Цим, не последний джедай. А даже если и так, я бы его всё равно разбила, потому что это то, что я делаю. Ты понимаешь, что в этой аналогии ты – Дарт Вейдер. Как скажешь, задрот. – Рада тебя видеть. – Ага. – Тебя разнесло. Восхитительно, Энн. Ты должна когда-нибудь раскрыть мне этот секрет. Никогда бы не раскрыла. Я никогда ей не скажу. Сливки, два сахара. – Нет, я это не заказывал. – Я знаю, но… И вот пирог, которое я вам сделала. – Оно ещё тёплое. – Нет, нет, нет, Энн, я не могу. – И вот печенье, которое я вам приготовила. – Я не могу. – Я растолстею, я не могу. – Они… – Они называются Гэри, кстати. – Спасибо. – Я их приготовила… – Я знаю. Я ценю это. – Спасибо. Хорошо. – Да. Ладно. – Всё, до свидания. – Ну ладно. Спасибо. Ладно. – До свидания, хорошего дня. – Ладно. Всю ночь не спала ради ничего. – Возвращается. Вот, держите. – Ладно, но только сегодня. – Хорошо. – Да. Спасибо. Всё, до свидания. Пока, Гэр. Хорошего дня. – Спокойной ночи. – Привет. Доброй ночи. Я не знал, что тут есть кто-то ещё. Я просто хотела удостовериться, что всё готово к завтрашнему дню. Я только закончил брошюры про иммиграцию. Звучит сложно. Надеюсь, маленьким умам удастся это понять. Прости. Иногда то, что предназначено для базы не резонирует с более широким электоратом. А, понятно. Так чтобы сделать хорошо им, тебе нужно снизойти до нас. Я понимаю. Нет, это не… Это не так как… Прости. Как дела у отца? Он в порядке? Нервничает? Нет. Нет? Ну и действительно, зачем ему? Он был на войне. Не будет же он тушить жаренную рыбу. Нет, он просто не волнуется. Просто молчит. Да. Управляет семьёй. Может быть. Да, моя… моя мама больше разговаривала. Она была… Ты знал кого-нибудь, кто заходит в комнату и освещает её? Она была такой. Да. – Наверное, она была чудесной. – Ага. Так, зачем твой отец в это ввязался? Ну, зачем говорить на собрании? Зачем баллотироваться, если это включает в себя выступления и других людей? Думаю, он просто любит этот город. Думаю, папа всё бы сделал, чтобы спасти город. А как насчёт тебя? Думаю, я бы сделала всё, чтобы спасти папу. Хорошего дня. Я возьму одно. Как у вас дела? Брошюру? Голосуйте за полковника Джека. Брошюра полковника Джека. Голосуйте за полковника Джека. Как у вас всех дела? …восхитительная база данных. – Ну да. – И вся твоя информация там. Привет, Гэри. Прости, что задержалась. Ждала, пока это сделают. Пиво «Кузи» могло бы помочь немного больше, чем просто брошюры. Это очень легко. Вы вписываете вашу фамилию… Насколько этот стенд большой? – Фэйт. – Гэри. Похоже, у тебя дело хорошо идёт. «Дирлейкен: навсегда». Итак, по-видимому, «Дирлейкен прежде всего» – это копирка? Знаешь, мы могли бы говорить, что мы тут вместе, пока я не вспомнила, насколько глупо это звучало. Нет, нет, нет. Мне нравится. Мне нравится вся идея с генеалогией города. У неё есть очень чёткая идея, она звучит как «ты даже не отсюда». И у неё такие небольшие нотки ксенофобии. Даже не говоря о том когнитивном диссонансе, который возникает из-за того, что твоя будка – это любовное письмо иммиграции. Хорошее наблюдение. Получается, все эти люди – лицемеры? – Я бы с этим баллотировалась. – Всё, что у тебя есть – это страх. Вот теперь это разговор. А двадцать баксов говорят, что я лучше справляюсь со страхом, чем ты со стыдом. Ну ладно. Всё готово, мисс Брюстер. Спасибо, дорогуша. Ну-ка посмотрите Простите пожалуйста, мистер Ци. Мне нравилось работать в вашей команде, гл я откладываю деньги на машину, а она нам платит. «А она нам платит». Вау, вот это способ постоять за то, что что ты веришь… – Его зовут Майкл. – Майкл. Я знаю, что его зовут Майкл. – Нет, не знаешь. – Я знаю. – Я выдержал театральную паузу, Майкл. – Всё хорошо, Майкл. – Твои действия имеют последствия, Майкл. – Не слушай его. – Это будет иметь последствия. – Он придурок. Хорошо ты его прожарил. Джек здесь живёт тридцать лет, ты правда думаешь, что можешь руководить кампанией, где его рисуют как саквояжника? Наверное, нет, но я думаю, что могу руководить той, где тебя так рисуют. – Кузи? – О боже. Гастингс Кузи? – Ага. – Туше. Именно. Это на нашем стенде. – Как тебе такое? – Я возьму одно. Как тебе вот такое? Бум! Как тебе? Я не… Простите. Это не вам, Дот. – Привет. – Ох Дот! Мы этого не делаем. Что? Ты рылась в моих вещах? Почему здесь? У тебя же есть своя комната. Я не хочу курить сама. Да ладно! Ты… Серьёзно? Гэри, мне скучно. Пожалуйста, мы можем просто всё забыть? Ты обозначил свою точку зрения. Есть и демократы с мозолистыми руками. Хорошо подойдёт для промежуточного сезона, обещаю. Теперь мы можем вернуться в Вашингтон, и забыть, что вообще когда-то были в месте, где говно, которое снимают с молока, считается едой? Это рассольные сыры, и они очень вкусные. Они отвратительные. Ты не можешь сделать из них путин. – Да ладно. Ну пожалуйста. – Иди. Ты можешь уезжать. Тебе не обязательно здесь быть. Я пообещал этим людям. Я хороший человек. Последний шанс, Цим. Я раздую из этого большое дело. Куча статей, куча денег. Ты проиграешь, и будешь выглядеть огромным мудаком. Отлично. Я только этого и хочу. Не выглядеть мудаком, а чтобы ты раздула из этого большое дело. Я хочу чтобы это было большим делом. Это оно и есть. Давай поспорим. Давай, почему нет? Проигравший должен лизать киску проигравшего в течение часа. Тогда тебе лучше взять слюнявчик, потому что тебе он понадобится. Когда ты будешь сосать мой член. Потому что я выиграю, и тебе нужно будет сосать мой член целый час. И знаешь что? Это очень долго – целый час. Очень долго! Чтобы сосать мой член. В опасном мире, который сошёл с ума. Нам нужен эмоционально стабильный лидер. И только мэр Браун достаточно стабилен, чтобы защитить Дирлейкен. Чтобы Дирлейкен остался Дирлейкеном. Поймал! Я мэр Браун, и я одобряю это сообщение. Возьми. Сделано с поддержкой Традиционных Висконсинских семей из коалиции Веры и Свободы. У них офис напротив моего. Они явно наращивают силы, и мне нужна будет полная команда. Если Циммер хочет закрепиться в этом Говнограде, мы его здесь закопаем. Простите. Не говно. Сердце и душа Америки. Позовите того задрота из аналитики. – Кого? – Я не знаю как его зовут. Он носит очки и клетку. – И у него странная борода. – Какой именно? Каким, блядь, образом, это не сужает круг поиска? – Пиздец, блядь. – Что? И пришли мне всех ко вчера. Сделаю. Изв… привет, Дот. – Гэри. – Слушай, здоровяк? – Да. – У нас проблема. Что такое? Не можете собрать фокус-группу? Нет. Даже не знаю, что сказать. Слушайте все. Ребята. Мы знаем, что у нас есть огромный модем в космосе? Даффи его проапгрейдил перед тем, как закрыть магазин. Проапгрейдил от чего? – От ничего. – Так, есть ли возможность у нас своровать откуда-нибудь вай-фай? Ну, есть место, где дети делают домашку, играют в игры, и всякое такое. – Я знаю пароль. – Хорошо. – Решаем проблемы. – Отлично! Слушайте, я… я не думаю, что вам тут можно находиться, только если вы не на официальном задании от школы, так что… Так. Слушай, офицер… – Томми. – Офицер Томми. Мы с кампанией Гастингса, и мы тут пытаемся поработать. У нас не так много времени. Так что… ладно, значит так. Вот ручка. – Окей. – И… – И одна из пивных штуковин. – Кузи. Кузи, и… Благодарю за твою службу. Ради бога. Привет, ребята. Джентльмены, это дети! – Привет. – Дети! – Отличная работа. – А вы знаете, как это выглядело?! То, что вы сидели в машине? С кучей мальчишек на компьютере? Нет, спасибо. Освободили вас после наказания? Да, видимо, радушие маленького городка вай-фай не включает. Они не привыкли, что незнакомцы следят за школьной парковкой. Понимаешь, дети, и всё такое. Да, если так подумать, это имеет смысл. Можно с вами поговорить? – Да. – В моём кабинете. Заходите. Садитесь. Оставьте двери открытыми. Вот в чём дело. Наши оппоненты стали куда популярнее, чем я ожидал. Это старьё не взлетит. Нам нужно собрать денег. Хорошо. Конечно. Ты говоришь о ярмарке, или…? Это хорошая идея. Нет, не хорошая. Не… не будет мы это делать. Вы когда-нибудь были в Нью-Йорке? О боже, пожалуйста, вытащите это. Отключите. Отключите! Я смотрю на список гостей. Отлично. Прекрасный список. Особенно учитывая то, что было мало времени. Правда, всё здорово. Ел когда-нибудь это? Да, зелёные бобы. Haricot vert. Это по-французски «зелёная фасоль»? Эти более нежные. Тоньше, более наполненные. Я не знал, что ты говоришь по-французски. Хочешь чего-нибудь? Нет. Слишком громко? Ричард и Джинни Пилер нас встречают. Он – большая фигура в хедж-фондах. Она спасала компанию «Hudson» лет двадцать пять. Ричард Пилер. Да? Понял. Тебе двенадцать? Дело не только в том, что песчаные лунки глубже, дело ещё и в качестве песка… Простите. Гэри! Привет. Дик Пилер. Гэри, спасибо, что пришёл. Только в радость. Спасибо, что пригласил. Мы очень взволнованы. И мы взволнованы. Джек! Джек! Я бы хотел представить тебя Ричарду Пилеру. – Какая честь. – Полковник Джек Гастингс. Рад встрече. – Спасибо что… пригласили. – Это честь для нас. Знаете, тут теперь очень аутентично. Я вижу. Это прекрасно. Могу предложить вам что-нибудь выпить? Конечно. Что хочешь? Я бы хотел немного чая. Ромашкового, если есть. Хорошо. Договорились. Ты будешь скотч. – Да, пожалуйста. – Так и знал. Он преступник. О, спасибо. Он преступник. Поверь мне, я имел с ним дело. Наша демократия разваливается на части. Мы всё потеряем. У Тома Фридмана есть хороший заголовок. Я бы сказала, что он – биткоин среди президентов. Вся её линейка платьев была сделана в Китае. Этот мужчина психически болен. Уебан фон Клоунстик. Я злюсь? Мы все должны злиться. Какой человек будет калечить слонов? И здесь не много, э… Как вы сказали? – «С фермы на стол». – «С фермы на стол». Ну то есть, я думаю, что в каком-то смысле… всё идёт с ферм на столы в каком-то плане. Мы очень рады, что вы все здесь. Мы очень благодарны, что наши старые друзья нам подарили другой информативный и очень… вдохновляющий вечер. Вы его знаете. И вы его любите. И иногда ненавидите.. – Ненавидите писать ему чеки. – Ага. – Гэри. – Спасибо. Спасибо большое. Спасибо, что пришли. И спасибо… Похлопайте Пилерам, пожалуйста. И их невероятному гостеприимству. Слушайте, я не буду тратить ваше время, только поблагодарю вас всех. Всё же есть кое-что, о чём я хочу сказать. Полковник Джек Гастингс – это воплощение подлинного величия Америки. Служба во благо народа, трудолюбие, вера – этих качеств нет у республиканцев, правда? У них нет ничего. Вообще ничего. Заинтересованность. Вот, что самое важное из всех качеств. Но иногда, нам хорошо в своих идеологических пузырях. Я вижу эти пузыри. Вы – нет, а я вижу. Там пузырь. И вон там пузырь. Мы забываем контактировать, находить сочувствие, понимание, за пределами религиозных, расовых и просто географических границ. Я надеюсь, что сегодняшний вечер поменяет это, хоть на чуть-чуть. Итак, без лишних слов, я прошу вас поприветствовать вместе со мной следующего мэра Дирлейкена, штат Висконсин, полковника Джека Гастингса. Приветствуем! Народ, спасибо! Благодарю Гэри. – И Пилеров. – Вам спасибо. Вау, какой прекрасный дом. Прекрасный дом. Вижу, что некоторые думают, что я здесь делаю. И… Наверное, я думаю точно так же. Возможно, в этом весь смысл. Без этой встречи, вы никогда бы не познакомились со мной. И, конечно же, я бы тоже не познакомился с вами. Но… мы всё же встретились. Так что… Полковник, полковник, – Да? – Гэри Циммер из «The D. C. Bugle», скажите, почему… несколько обеспокоенных людей из Верхнего Вест-Сайда переживают за небольшой городок Висконсина? Сложно сказать. Думаю, нам несладко, мы ищем у вас поддержки. Чем мы можем помочь? Отвечу я. Деньгами. На самом деле, это серьёзный вопрос. Вы понимаете, наша политическая система выходит из строя. Полковник, что вы считаете самым главным недостатком системы? Что ж, думаю, недостаток здесь. На этой встрече. Не хочу никого задеть. Просто думаю, что это всё немного необычно. Я хочу помочь своему городу. Хочу стать мэром города в центре Висконсина. Вместо того, чтобы быть дома, помогая моему городу стать лучше, я прилетел сюда, к вам, с целью убедить вас в том, что мой город достоин поддержки, что я тоже достоин, что вы останетесь в плюсе, если окажете поддержку городу. А также с целью попросить у вас денег. Не для города, а для меня, чтобы я убедил свой город в том, что я достоин этого. То есть… Не знаю, это звучит так глупо. Ещё плачешь? Да. Проплачешь всю дорогу до дома? Да. Почему? Потому что на мне ремень безопасности, и я не могу обнять вас. Чёрт подери, Джек, вы зашли туда, в логово льва, будто… Пророк Даниил. Да, и просто… сказали им всю правду, но это неправильно. Так нельзя поступать. Система коррумпирована. Я нарушаю порядок? Нет, это вы нарушаете порядок! Вся проклятая система нарушает порядок! Аттика! Деньги! Господи, деньги – это и есть вся проблема? Видели бы вы эти лица! Я видел. Они приняли это. И мы могли сами назвать свою цену. Не может быть, чтобы Фэйт позволила это. И почему же это? Потому что они тратят, чтобы остановить. Мы тратим, чтобы начать. Я чертовски зол! Не могу это терпеть! Гэри, будешь фасоль? Нет. Спасибо. Я говорю вам, он точно в деле. Он что-то типа сдержанного Билла Клинтона, верующего Берни Сандерса и с костями покрепче. – Вот и они! – Здравствуйте. Доброе утро! Вот и они, леди и джентльмены, следующий мэр Дирлейкена со своей старшей дочкой, настоящим талантом. – Присоединяйтесь. – Ты прямо возбуждён. Я возбуждён, почему бы и нет? Я же работаю с будущим партии Демократов. Твой отец вчера был неповторим. Он всех уничтожил. И сейчас я хочу вам показать плоды ваших трудов. Полковник был так хорош, поэтому я нанял первоклассную команду. Шучу, не первоклассную. Но вы хорошо справляетесь. Но это… точно первоклассная команда. Я поняла, но что с цифрами? – Курт Лиман, опросы и моделирование. – О Боже. – Здравствуйте. – Привет. Он связывает нас и электорат. – Здравствуйте. Лучший в своём деле. Когда все рассчитывали на безоговорочную победу Хиллари, Курт – единственный, кто считал, что Хиллари едва обгонит Трампа. В основу модели просто легли тенденции, так что… Если выборы проходили позже на месяц или два, то я бы обязательно поставил на свои расчёты. Впечатляет. Он ошибался меньше остальных. Тина Курьев, анаталик. Она связывает нас с избирателями. Рада встрече, сэр. Я думала, что опросы этим занимаются. – Так и есть. – Он думает, что знает избирателей. Я знаю их. – Люди врут. – Началось… Он расскажет, как часто люди ходят в церковь. А она – ходят ли они на самом деле. Я расскажу, есть ли в их сердцах Бог. – Господи. – Тина отвечает за онлайн-аналитику. Можно я скажу, что ложь тоже учитывается? Опросы – это вид искусства, но без науки не обойтись. Это говорит человек, использующий стационарные телефоны. Люди рассказывают компьютерам правду, желания, предрассудки. Каждый поисковой запрос, денежный перевод является незащищённым личным моментом. Здесь нет погрешностей. Отпечаток в сети говорит всю правду о человеке. Безусловно, люди – это не просто транзакции. Говорит вам женщина с тремя котами и бесконечными запросами про герпес… одного из котов. Законно ли это? С точки зрения правоохранительных органов или религии? За две недели до дня выборов появились новости по поводу гонок мэров Дирлейкена. Гонка между Джеком Гастингсом и действующим мэром Билли Брауном нарастает. У кого 527? Поднимите, пожалуйста, руку. Раз, два, три, четыре. Хорошо. Вы отвечаете за комитет политических действий. Вы больше не связаны с этой кампанией. Поэтому, настало время переехать в комитет, который расположен вон там, в углу, очень далеко от места действия кампании. Прямо сейчас? Не могу сказать, что кампания не сотрудничает с комитетом. И… После собрания. «Ты всегда побеждаешь, когда делаешь ставки…» Мне нужен этот сраный грузовик! Прямо сейчас! У них связь лучше нашей. Итак, у нас есть скопление одиноких женщин. Они все получат листовки, на которых указано, что мэр отменит выплаты по урегулированию рождаемости. Что это? Это восемь ДСВ. Домоседки среднего возраста. – От 29 лет до 54. – От 29? Это средний возраст? Да. Сделай ударение на прилагательном. Безопасные улицы. Это не безопасные улицы. – Люди хотят безопасные улицы! – Безопасные… нет… Звучит сердито. Ты созвонился со спонсорами? Да. Я всегда думал, что фермеры… Извиняюсь, ты… цокаешь каблуками? Ты, что, Дороти из страны Оз? «Лучше дома места нет»? «Задействую весь свой шарм, его будет достаточно, чтобы заполучить тебя…» За величие Америки и Божью милость я готов сразиться в любой момент. Спонсировано Висконсином за христианское сочувствие. Ты вздохнул только что? – Он только что вздохнул? – Я не могу уже… Даже не начинай со вздоха! Вот, в этом районе есть дети, поэтому им раздадут листовки с надписью «Спасите наши школы», потому что у нас пятидесятые, все вокруг любят листовки. «Здравствуйте, меня зовут Джек. Я раздражён! » Давайте перейдём к БМСВ. Белые мужчины среднего возраста. БМСВ Белые мужчины среднего возраста. БМП Белые мужчины помоложе. ЛС Латинская смесь. Что это? Уолт. Это аббревиатура? Нет. Можно приносить выпечку в КПД? Нет. Демократ не твоего папочки. Я, полковник Джек Гастингс, одобряю это сообщение. Чтобы попасть в Дирлейкен, вам придётся пройти через него. Спонсор – Прогрессивисты за Силу. – Большое спасибо, сэр. – Не за что. Большое спасибо за вашу поддержку. – Спасибо. – Спасибо. Как, чёрт возьми, она привлекла болотных миллиардеров? Вы в порядке? Вам нужна помощь? – Всё хорошо. – Хорошо? Ладно, спасибо. Должно быть она пообещала им, что после выборов они смогут снести этот городок. Я очень впечатлён. – Вы проводите опрос. – Ага. На самом деле… Вот оно. Что это? Нет, кто это? Элтон Чеймберс. Человек-ракета? Миллиардер-ракета, да. Боже мой. Я думал он умер. – Ну, он мёртв. – Нет, нет. Несколько микроинсультов. Он в порядке. Сэр Элтон, большое спасибо, что вы пришли. Внимание, это великий сэр Элтон. Обмен любезностями. Это Джек Гастингс и его дочь Диана. Здравствуйте. Так, перейдём сразу к делу. Скажите, какова ваша позиция насчёт поселения Кеват Шарим? Я не совсем… Израиль. Джек убеждён в том, что суверенные государства должны иметь право на самооборону. Твёрдо? Твёрдо убеждён, да. Выборы – это кошмар для морали, так же плохи как битва, но без крови. Это Джордж Бернард Шоу. Подайте машину. Думаю, что всё прошло хорошо. Похоже, что он отличный мужик. Неплохо выглядит, да? – Да. – Удивительно крепок. Элтон Чеймберс в деле. Хорошо. Да польётся дождь. У него есть машина, которая вызывает дождь. Фил Бетси. Маргатер Битси. Денис Систеранн. Чарльз Уолт. До выборов 5 дней. Эта погрешность сильно уменьшилась. Извините. Гэри… Мистер Циммер. Бекка, супер КПД. Ладно. Начальник? У нас проблема. Внимание. Усердно трудимся, как я вижу. Это хорошо. У меня есть пара вопросов. Первый: Какого хрена? Кто этот гений тактики, кто додумался завалить определённый район этого городка листовками, гласящими, что полковник Джек Гастингс – обещает, что – Чёрт. Государство будет оплачивать контрацепцию? Я. Данные показали, что в этом районе находиться большая группа одиноких женщин, очень заинтересованных в репродуктивных правах. А знаешь почему? «Почему» не совсем… Потому что эта «большая группа одиноких женщин» как ты их назвала, это монастырь. Они монашки. Сколько их них проголосуют за нас? Ноль. Это не смешно. Я не смеюсь. Чёрт. Думаю, что мы можем посмеяться над этой невинной ошибкой. А тот факт, что монашки великодушно подставили другую щеку, говорит о том, что тут не о чём говорить, но Брук, разрешите мне. Это ещё один прекрасный пример того, как элита Вашингтона суётся туда, где они ничего не понимают, и пытается диктовать как мы должны жить. Партии демократов не выиграть. Они в отчаянии. Они нас не знают, и не хотят нас знать, – Они свысока смотрят на наши ценности. – Нет, нет. Это «мы». Ты – элита Вашингтона. Нет, вообще-то, я отсюда родом. Фэйт, я не знала. – Ты из Висконсина? – Да. Нет, Дир-лей-кин. Я из Дир-лей-кина. – Что? Нет. – Вау. Так ты на родину вернулась. – Именно так, Брук. Спасибо. – Нет, нет. Нет, это не правда. Это ложь. – Нет, это… – Ты врёшь. – Это правда. – Она врёт… Это… – Я отсюда. – Нет. Что ты делаешь? – Ладно. – Я отсюда. – Ты не отсюда! – Как обычно, отличная – Оживлённая беседа. – Большое спасибо. – Нет! Она врёт! – Спасибо вам обоим. – К сожалению, придётся их оставить. – Она врёт! Далее, мы рассмотрим другие избирательные компании этого года, и то, как они повлияют на компании через четыре года. Зачем было это враньё? Честно, я сама не знаю. Я сама не знаю? В смысле ты не знаешь? Нельзя просто соврать о таком. Ты просто уходишь? Ты только что сказала Америке, что ты из Дир-лей-кина. Даже произноситься по-другому! Дир-лей-кин, чтоб тебя. О боже! Чёрт! Она – гений! Боже! Я так её ненавижу! Я ненавижу её. Она это сказала, и теперь это правда. Чтоб меня. Ещё по одному? Ладно. Черт. Ты издеваешься. Это хорошо. Да. Пошли отсюда. Эй, Майк! Вы как, ребята? Всем привет. – Начальник. – Гэри. – Бургер и Бад. – Большое спасибо. Выглядит вкусно. Можно мне тоже? Нет. Что вы делаете? Смотрите на рекламу? Да, они мне просто показывают это всё. Биография. Отлично. Образование. Это важно. Вы уверены, что это наилучшее место, чтобы это делать? Может лучше в комнате Фэйт или в офисе мэра? Потому что так не совсем понятно, знают ли наши конкуренты обо всех наших планах. А это нечестно. Нет, нет. Не нужно прятать всё из-за меня. Почему бы нам не взять один из больших проекторов, – Из боулинга. – Перестань. – Курт, не уходи. – Чтобы всем было видно. Как будет здорово! Курт, ты что. Почему ты с ними так разговариваешь? Как? Так. Как будто они идиоты. Ну… Слушай. Я видел данные опроса. Если мы что-нибудь не придумаем, то нам её не победить. – Наши демографические данные… – Её? – Кого? – Её. Ты сказал, если мы что-нибудь не придумаем, то нам её не победить. Нам не победить её кандидата, Брауна. Мэр Браун. Его… Брауна. Его, её. Одно и тоже. Слушай, Гэри, я не знаю, как у вас принято в Вашингтоне, но если ты будешь работать на моего отца, то ты должен уважительно относиться к людям. – С. с. – Что? Работать с твоим отцом, а не на. Ты сказала «на». Это семантика, но… разница большая. К твоему сведению, здесь не подают гамбургеры и Бадвайзер, потому что это немецкое заведение, здесь подают немецкую еду и немецкое пиво. К тебе здесь относятся с высока. К твоему сведению, я не люблю ни гамбургеры, ни Бадвайзер, так что это я отношусь к ним – Свысока. – Ладно. Как я вы вывернул. И кстати, поздравляю. Наша избирательная компания засветилась в газете. Боже. 5 приезжих были задержаны за несанкционированное проникновение, нарушение общественного порядка и мелкую кражу. Она такая красивая. Спорим, она пахнет как пироженка. Он всё ещё смотрит? Итак, полковник Джек Гастингс. – Точно. – Военный. – Из самого сердца страны. – Да. В Америке нет места лучше. – Нет. – Я права? – Да. – Он присоединился к ультралевым. Не просто к ультралевым. Он не просто демократ. – Нет. – Он присоединился к… – Отряду. – Социализм. Социализм. Как вы думаете, вредит ли морали нашей армии то, что один из них присоединился к демократам? Я знаю, что если бы я служил, то мне бы это не понравилось. Да. Вау, какой жёсткий сегмент. Резко, но честно. Как-будто я сама написала и отправила им, а они дословно прочитали, как сценку. Иди спать. Что это? На что я смотрю? Это… Почему мы отстаём три к одному? И почему белые женщины не понимают, что они ставят не на ту лошадь. Это не окончательные цифры. Ну, вы должны это сделать, или вам нужно найти мне ещё больше латиносов. Где мои хреновы латиносы? Мне нужно больше хреновых латиносов, Курт! Внимание. Слушайте. Я невероятно разочарован тем, что я только что сказал. Мои слова и/или действия не олицетворяют меня, как личность и… – Поучительный момент. – Это поучительный момент. Здесь есть чему поучиться. И в этом смысле, мне кажется, я сделал вам подарок. – Моё сердце с тобой. – И начиная с этого момента, я обещаю, что этот офис будет свободным от расизма и гендерного неравноправия. Это моё… Трубку возьмёшь? Телефон надрывается, чёрт возьми. Сто процентов. В смысле, ты уверена? Я уверена. Ты уверена или ты так думаешь? – 100% – Ладно. Ладно, Тина. Лишь бы не вышла ещё одна история с монашками. Не выйдет. Твой папа тут? Да. Папа! – Да? – Полковник, идите сюда. Так, нам не выиграть. Люди в этом городке живут по своим законам. И мы потеряли восемь монахинь. Это плохо. Так что нам не выиграть. Ну что же, спасибо за всё, что ты сделал. За избирательную компанию и … Мне жаль, что мы тебя подвели, но … всё, что я могу сказать, это спасибо. Гэри, серьёзно, спасибо за всё. Это было ещё то приключение. Вы что прикалываетесь? Мне только стоит сказать, что нам не выиграть, и всё, вы сдаётесь. – Ты сам сказал, что нам не выиграть. – Если. Нам не выиграть если… Вы не дали мне договорить. Мы не сможем победить, пока не выяснится, что этот городок не такой простой, как все думают. Я только что получил некую информацию, которая слегка заинтересовала. Итак, у брата мэра Зигги были проблемы с обезболивающими. Он был кровельщиком и получил травму на работе. Да, но вы скорее всего не знали, что мэр подёргал за ниточки, вытащил его из тюрьмы и отправил на реабилитацию. То есть злоупотребление служебным положением, непотизм. – Наверняка не обошлось без клирика. – Да брось. Гэри. Мы же хорошие ребята, так? Да, мы хорошие ребята. Когда они идут на дно… Мы поднимаемся выше. Если, конечно, нам тоже не придётся опуститься. Только для того, чтобы удержать тех, кто опустится ниже, вне власти. Поэтому когда они идут на дно, мы поднимаемся выше постепенно, по отношению к тому, как низко они опустились. К сожалению, да. Когда они идут на дно, мы опускаемся почти так же низко, но чувствуем себя хуже. Ты думаешь, они дважды подумали, прежде чем выставить твоего отца чокнутым? И я опущусь на дно, потому что собираюсь рассказать правду о мэре? У него слабый брат, Гэри. Наш город слабый. Вся территория слабая. Наша демократия. Стоп. Мы не будем делать этого. Ладно? Люди могут пострадать. Мне жаль… Правда, но иногда хорошим людям приходится совершать дерьмовые поступки служа высшему благу. Не так ли, полковник? Эй. Эй. Что? Гэри, остановись. Что? Это политика? Это больше не политика, Диана. Это… это математика. Вот что такое выборы. Математика. Нам нужно то, что они получают плюс один. И всё. А если я не смогу получить это, собрав больше людей, чтобы они голосовали за твоего отца, тогда я должен собрать меньше людей для голосов за Брауна. Привет. – Заходи. – Спасибо. Мне очень жаль. Я… Я сворачиваю это дело. Я имею в виду, что у нас есть деньги, которые нам нужны. Даже больше, чем нужно. А это просто уничтожит твоего брата. И мне очень жаль. Тебе не о чем жалеть. Ты спасла нас, Диана. С этим местом покончено. Просто очередной город в глуши, идущий в никуда. И все согласились, что твоя идея была лучшей из всех, что у нас были. Если только ты не хочешь вернуться к идее двух Майков о страусиных мясных фермах. Диана, ты переехала сюда, потому что тебе не всё равно. Я имею в виду, всё это дело. Я просто знаю, как гордится тобой твой отец, и как гордилась бы твоя мать. И как каждый из нас благодарен за то, что ты сделала, и за всё, что ты дала. Это работает. Ладно. Что нам делать с Гэри? Что бы там Гэри ни думал о том, что имеет, почему бы нам просто не дать ему что-нибудь получше? Нет, забудьте про реабилитацию. Это лучше. Естественно, вы не можете использовать моё имя, так что просто: «Высокопоставленный чиновник со знанием о внутренней стратегии кампании». Да. Не за что. Скажи мне, что они выложат это? – Они выложат это. – О да, детка! – Эта хрень шокирует поклонников. – Это так приятно. Слово дня на сегодня: «разочарован». Мы не злимся на мэра. Мы не шокированы. – Мы просто разочарованы. – Да, я разочарован. – Я тоже разочарован. – Я имею в виду, это разочаровывает. – Именно. Ты же понимаешь, он мэр. – Он предал нас. Он предал нас, и это разочаровывает. – Мне больно. – Но я не злюсь. – Я просто разочарован. – Я тоже. Сегодня мы покажем вам фотографию с предполагаемым десятилетним ребёнком мэра Висконсин и её матерью. Мы закрыли лицо девочки, чтобы защитить её личность, но оставили достаточно улик, чтобы вы, вероятно, смогли всё выяснить. Чтобы обсудить самую последнюю и важную новость, мы переходим к нашей панели с функцией, которую вы увидите только на нашем канале: Дюжинабокс. Что вы думаете, Фил, Диана, Лиз, Карл, Барбара и… скажем, Крэйг? Актуальный компромат. Кейли? – Кейли? – Да? – Можешь убрать это, пожалуйста? – Конечно. Это была случайность, спасибо. Сегодня день голосования. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. Добыча угля = рабочие места. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. Энергонезависимость. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. Эй, приятель. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. Давайте обсудим превосходство белых? Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. Оружие спасает жизни. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. – Спасибо, сэр. – Благодарю. Оружие спасает жизни. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. Оружие спасает жизни. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. Это была нелёгкая кампания, Оружие спасает жизни. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. Оружие спасает жизни. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. и сейчас всё в руках избирателей. Оружие спасает жизни. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. Оружие спасает жизни. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. Простите, прямо здесь – полковник. Оружие спасает жизни. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. Оружие спасает жизни. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. Полковник, проходите. Диана. Оружие спасает жизни. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. Оружие спасает жизни. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. – Привет. – Доброе утро. Оружие спасает жизни. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. Оружие спасает жизни. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. Отдохнули? Оружие спасает жизни. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. Оружие спасает жизни. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. Да, немного. Оружие спасает жизни. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. Оружие спасает жизни. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. – Извините, ребята. – Доброе утро. Доброе. Оружие спасает жизни. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. Оружие спасает жизни. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. Извините. Простите. Оружие спасает жизни. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. Оружие спасает жизни. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. А вот и он. Оружие спасает жизни. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. Оружие спасает жизни. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. – Билли, привет. – Полковник, рад видеть вас, сэр. Оружие спасает жизни. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. Оружие спасает жизни. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. – Как у вас дела? – Рад видеть вас. Оружие спасает жизни. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. Оружие спасает жизни. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. Фото? Оружие спасает жизни. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. Оружие спасает жизни. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. Ладненько. Оружие спасает жизни. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. Оружие спасает жизни. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. Давайте. Давайте. Оружие спасает жизни. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. Оружие спасает жизни. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. – Идём-идём. – Спасибо. Оружие спасает жизни. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. Оружие спасает жизни. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. Убедитесь, что у него есть удостоверение, парни. Оружие спасает жизни. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. Оружие спасает жизни. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. Хорошо. Оружие спасает жизни. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. Оружие спасает жизни. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. Билли, мы говорим только с каналом «Фокс». Только «Фокс». Оружие спасает жизни. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. Оружие спасает жизни. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. – Привет. Доброе утро. – Доброе утро, Джек. Оружие спасает жизни. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. Оружие спасает жизни. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. – Подпишите вот здесь. – Понял. Оружие спасает жизни. Постройте стену. Пусть Дирлейкен возглавляет республиканец. Постройте стену. Оружие спасает жизни. – Подпишите вот здесь. – Понял. Оружие спасает жизни. Постройте стену. Твой отец действительно нечто. Оружие спасает жизни. Постройте стену. Оружие спасает жизни. Постройте стену. – Да. – Он проделал прекрасную работу. Оружие спасает жизни. Постройте стену. Оружие спасает жизни. – Да. – Он проделал прекрасную работу. Оружие спасает жизни. Да, да. Оружие спасает жизни. Оружие спасает жизни. Как и ты. Спасибо за всё. Оружие спасает жизни. Оружие спасает жизни. – Мне было… – Очень приятно. Оружие спасает жизни. Оружие спасает жизни. – Итак… – Я подумал, может позже, Оружие спасает жизни. Оружие спасает жизни. вдруг ты хочешь посмотреть, какими будут результаты выборов? Оружие спасает жизни. Оружие спасает жизни. Да. Да, с удовольствием. Оружие спасает жизни. Оружие спасает жизни. Чёрт. Ты знаешь, мне нужно вернуться на ферму, – но мы встретимся позже, хорошо? – Хорошо. Хорошо. Диана, а ты не будешь голосовать? Ничего? – Даже предварительных результатов? – Нет. – А как насчёт экзитполов? – Никакого экзитпола. Тогда есть ещё один участок? Нет. А где они ещё могут проголосовать? Они не могут больше нигде голосовать. Было ли это всё досрочным голосованием? Никаких досрочных голосований. Ничего. Что вы имеете в виду – никто не проголосовал ещё? Босс. Вам нужно это увидеть. …запятнать мэра Брауна ложью о незаконнорождённом ребёнке. Которая, как вы только что прочли, на самом деле является дорогой племянницей этого человека. Кампания Гастингса принесла свои извинения? Нет, не принесла. И уже поздно это делать. – Твою мать! – Мэр Браун продолжает сосредотачиваться на этих вопросах. И честно говоря, Брук, СМИ также задолжали мэру извинения за легковерное освещение сомнительной информации. Фэйт! Поздравляю. Молодец. – Какого хрена ты творишь? – Новый уровень. Ах, ну да. Типа я слила информацию о внебрачной дочке, которая оказалась его, блядь, племянницей. – Я тебя умоляю, Гэри. – Ты скормила мне эту чушь. Знаешь что, иди нахер. – Иди нахер. – Иди на… Ладно, вы двое. К сожалению, нам пора прощаться. Большое спасибо, Брук. – Большое спасибо. – Спасибо, Брук. – Спасибо. – Мы всё. Зачем бы мне это сливать? Чтобы заставить меня проглотить наживку. Ты не просто хотела победить. Ты хотела кастрировать меня, не так ли? Если бы я хотела отрезать твой член, я бы сделала это при тебе, только чтобы увидеть, как мелькает ужас в твоих глазах в последний раз. Ты не врёшь. Ясен хрен. Что, блядь, здесь происходит? Эван? Что… Эван. Боже мой, Эван. – Как ты, Бэкка? – Как ты, чёрт возьми? – Приветики. Рада видеть тебя. – Рад видеть тебя. – Как дела? – Нормально, потихонечку. Какого чёрта? Откуда, чёрт возьми, он её знает? Он отсюда? Гэри, посмотри на его обувь. Я имею в виду, серьёзно. И мы должны поблагодарить Алана за то, что он привлёк наше внимание – к этому человеку. – Я Эван. Я случайно не упоминал, что… Твою мать. – Что? Что? – Идём! Таким образом, при подсчёте 100% голосов гонка мэров окончена вничью. Один голос против одного голоса. Нет. Хорошо, нет-нет-нет. Подождите, подождите. Погодите, стойте. Погодите, я… Я не… Я не знаю, что именно происходит, но это странно. Может, пожалуйста, кто-нибудь мне объяснить, – что происходит? – Прошли выборы. – Да, я знаю. – И мы старались изо всех сил. Просто ничего не вышло. Ничего не вышло, Джек? Брось. Ты знаешь, сколько денег мы вложили в это? Да, если верить СМИ, то между вами было собрано более 45 миллионов долларов. Чёрт. Ты кинул меня, Джек? Думаю, да. Знаете что? Извините, народ, но я забираю все эти деньги обратно. Откуда? Мы вложили миллионы в эти ПАКи. Что ж, закон о финансировании предвыборной кампании гласит, что деньги не должны учитываться. Боже мой. Вынуждена отдать должное этому месту. Эй, Алан. Я Эван. Мелкий гадёныш. Ты же из этого города? – Ну да. – Ты всё это подстроил. Ты меня подставил, так? Ты уволен! И ты отправишься в тюрьму! Это была я. Я всё подстроила. Ты? Почему? Знаешь… просто мне пришла в голову одна странная идея, потому что город нуждался в деньгах. И ты… Сняла то видео и попросила Эвана показать его тебе. Чтобы школу не закрыли, нам понадобилось 750 тысяч долларов за три года. Мы прошли через это. И теперь у нас достаточно денег, чтобы выкупить базу и перестроить её. А та речь? Могу ли я предложить голосование? Вообще-то я здесь по поводу… Блядь, какое там слово? Резолюция. – Я понял. – Майк, не поможешь ему… Ага. Пусть микрофон будет пониже. Просто оставьте достаточно места для этого дорожного знака. – Я должен был их надеть? – Убери очки. – Я в замешательстве. Хорошо, пап, пойдёт, но после этого ты должен уйти. Ясно, ещё раз. Наверное, это не принципы. А хобби. Твою мать, думаю, у нас получилось. Боже, спасибо. Это была просто наживка на крючок. И вы, ребята, проглотили её. Её я вообще не ожидала. Я охеренно оторвалась. Значит вы использовали меня? Использовали тебя? Вы здесь появляетесь раз в четыре года, и только потому, что это «колеблющийся» штат. И когда всё заканчивается, вы уходите. Но мы остаёмся. Со всеми теми же проблемами, что были до этого, ожидая, когда вы вернётесь и дадите те же пустые обещания, что и в прошлый раз. Мы использовали эту систему. Вы зарабатываете миллионы долларов, вкладывая десятки миллионов в эту предвыборную экономику. Всё, что мы сделали – это взяли свою долю. Что ж… Наверное, я просто… Я думал, что возможно между нами что-то промелькнуло. Мне 28 лет. В каком мире это было бы нормально? В Вашингтоне и Лос-Анджелесе, некоторых районах Нью-Йорка, в Майами, может в Далласе. Слушай. Ничего личного. Это была математика. Математика. А эта система, то, как мы выбираем людей – ужасная. И утомительная. И я думаю, что это сводит нас всех с ума. Знаете, в чём заключается настоящая проблема? В том, что СМИ полностью замешаны – в такого рода вещах. – Полностью согласен. Как сказал Нил Постман: развлекая самих себя, новости становятся развлечением. И когда это происходит, всё исчезает. Я думала, он знал. Я имею в виду, я так нервничала каждый раз, когда он приходил. Я была просто… Я не могла заказать правильный кофе и давала ему не то, что нужно. Ты молодец. Ты была великолепной. И знаете, у него немного мечтательный взгляд, поэтому… – Да. – Он тот ещё человек. Он действительно заставил меня плакать. – Он был, как придурок. – Да. Это распространяется, поэтому растёт – и так далее, так что… – Да. Это становится чем-то похожим на любое аутоиммунное расстройство. Это как туберкулёз. Понимаешь, о чём я? На самом деле это очень хорошая метафора. – Это как… – Сравнение. – Потому что ты сказал… – Потому что я сказал… – Я сказал «как». – Ты сказал «как». Верно. Это как туберкулёз. Полная жопа. Воистину. Шесть месяцев спустя. – Как всё выглядит? Они говорят, что на этих акрах, что сзади, построят центр здоровья для тех, кто старше 55 лет. Мэдисон пообещал создать спутниковый кампус с фасада. Хорошо. А ты знаешь, что мы должны переделать септик на 50-й улице? – Мы обо всём слышали. – Ладно. Привет. Привет. Она просто нечто. Ты слушаешь меня? Ты слушаешь меня? Ты слушаешь меня? Гэри, дорогой. Я так волнуюсь. Я не могу дождаться, когда мы поставим столики в кафе. Я думаю, что людям это очень понравится, понимаешь? А потом мы сможем повесить зонтики. Люди могут просто сидеть на улице и пить кофе. Понимаешь же. Ты слушаешь меня? Ты слушаешь меня? Эй, засранец. Засранец. – Ты слушаешь меня? – Да, да. Я слушаю тебя. Ты не откроешь дело меньше чем за два миллиона долларов. Знаю. Именно об этом я сейчас с ними и говорю. Два миллиона долларов. Боже, ненавижу тебя. Я тоже. Гэри? Гэри, ты там? Роман Гэри и Фэйт разрешён в Вашингтоне и Лос-Анджелесе, некоторых районах Нью-Йорка, в Майами, может в Далласе. После дополнительных выборов, Диана стала мэром Дирлейкен. Деньги жили долго и счастливо, упиваясь влиянием на американскую политику. Честный кандидат. Полковник Джек Гастингс, Дирлейкен. Честный кандидат. Честный кандидат. Неужели средства массовой информации поддались на ложное повествование Честный кандидат. Честный кандидат. только потому, что оно вписывалось в наше предвзятое представление Честный кандидат. Честный кандидат. о разделении страны между республиканцами и демократами Честный кандидат. Честный кандидат. без явной проверки фактов? Честный кандидат. Честный кандидат. Были ли мы безответственны? Честный кандидат. Честный кандидат. Мы ведём новости. Честный кандидат. Честный кандидат. Разве мы не должны освещать их? Честный кандидат. Честный кандидат. Я имею в виду, что это достойные внимания новости. Честный кандидат. Честный кандидат. У нас есть полное право освещать их. Честный кандидат. Честный кандидат. Предоставлять новости – это буквально наша работа. Честный кандидат. Честный кандидат. Но разве нет способа сообщать новости Честный кандидат. Честный кандидат. без такого количества спекуляций, Честный кандидат. Честный кандидат. без ложного чувства срочности, Честный кандидат. Честный кандидат. которое заставляет нас, затаив дыхание, сообщать «факты», Честный кандидат. Честный кандидат. которые, возможно, и не являются фактами? Честный кандидат. Честный кандидат. И мы выстраиваем эти истории Честный кандидат. Честный кандидат. по искусственной оси «право-лево», Честный кандидат. Честный кандидат. потому что именно так устроена наша обозреваемая экономика? Честный кандидат. Честный кандидат. Есть ли лучший способ сделать это? Честный кандидат. Честный кандидат. Я просто шучу. Честный кандидат. Честный кандидат. К сожалению, нам пора заканчивать передачу. Честный кандидат. Честный кандидат. Спасибо, что смотрели нас. Честный кандидат. Честный кандидат. Она хороша. Честный кандидат. Честный кандидат. Может ли что-то подобное случиться? Честный кандидат. Тревор Поттер. Может ли что-то подобное случиться? Честный кандидат. Честный кандидат. Тревор Поттер. Юридически это вполне могло произойти. Честный кандидат. Юридически это вполне могло произойти. Кто-то может создать политическую организацию, так называемую внешнюю группу, супер ПАК, 527, собрать неограниченное количество денег, а затем отдать эти деньги другой организации, в благотворительность, и использовать их в общественных целях. И для этого вам не нужно согласие спонсоров. Проблема в том, что ни одна из частей системы сегодня не работает. Есть органы, такие как Федеральная избирательная комиссия, которые не имеют правомочный состав, не могут собраться, а когда встречаются, то расходятся во мнениях о том, что такое закон. Конгресс загнан в тупик, так что он не может переписать законы. Есть Верховный суд, который считает, что почти ничего не коррумпировано, и что граждане не будут думать, что продажа доступа, которую суд называет заискиванием в обмен на предоставление денег кандидатам, является проблемой. Итак, подводя итог, мы в настоящее время имеем сотни миллионов или миллиарды долларов, которые невозможно отследить, которые могут вливаться в группы, которые фактически координируют свои действия с кандидатами, которым в итоге приходится тратить значительное количество своего времени, собирая всё больше и больше денег, чтобы идти в ногу с происходящей гонкой вооружений. Деньги продолжают вливаться и портить не только то, где они проводят своё время и как они проводят своё время, но и те виды законодательства, которые они даже выдвинули бы на первый план. И та группа, которой было бы поручено регулировать этот кран, не сопротивляется, потому что их недостаточно. Да. Я понимаю, что это вам не помогло, но….. Это очень помогло. Спасибо.
содержание .. 1090 1091 1092 1093 ..
|
||
|
|