Состязательные элементы даже в мифах о происхождении наших далеких предков
очевидны. То трое братьев соревнуются в овладении горящими золотыми
предметами — плугом (мастерством земледельца), ярмом (мастерством
скотовода), секирой или мечом (оружием защитника Родины) и чашей (чтобы не
быть обделенным на пиру в честь общей победы). То пытаются натянуть
богатырский лук и богатырский пояс самого Геракла. Понятно, как и почти во
всех русских сказках, побеждает младший. И все время следует помнить, что
родителями словено-русов в мифах признавались именно наипервейшие олимпийцы.
Сам глава Олимпа — Зевс. Или первый олимпийский герой-чемпион, основатель
«стадионов» — Геракл. А матерью обычно «русалка» (дочь Борисфена — Днепра
или «полудева-полузмея» из пещеры, находящейся рядом с рекой. Этими своими
олимпийскими истоками можно и нужно гордиться. Ведь расказал о таком
происхождении сколотов уже две с половиной тысячи лет назад сам «отец
истории» Геродот.
Мифы, корни которых идут из палеолитических времен, служат неопровержимым
доказательством того, что наши древнейшие земляки уже многие тысячи лет
назад состязались по самым разнообразным видам ристаний — тасканию горящих
предметов из костров, стрельбе из богатырских луков, борьбе на богатырских
поясах и многим другим. Они были лыжниками и отважными судоходами,
прекрасными ходоками и в целом — хорошо сложенными, ловкими и сильными
людьми, обладающими сметкой и хитростью.
Уже 25 тысяч лет назад наши предки под Владимиром пользовались увесистыми
костяными копьями из расщепленных и распрямленных бивней мамонтов. Копья
были длиной до трех метров. Наши земляки умели далеко метать «палицы» (типа
молотов) и другие тяжести. Об этом говорят как сказки и былины, так и
наскальные рисунки, данные археологов.
Тысячи лет назад эти ристалища имели комплексный характер, наши предки как
бы состязались по «неклассическому многоборью», точнее «классическому» для
их времени. Они должны были проявлять ловкость рыси в лазании по оголенным
стволам деревьев. Уметь бесшумно приближаться к противнику. Резким броском
решать исход схватки. Стремительно бегать. Да и пускать «рысью» своих коней.
Словено-русам была по силам состязаться с самим Ахиллом — героем Троянской
войны. Их «неистовым забавам» и до нашей эры, и в средние века удивлялись
иностранцы. Сколот- ские чемпионы могли принимать участие в «эллинских
беснованиях» в Северном Причерноморье, где несколько веков уже до нашей эры
строились специальные спортивно-воспитательные комплексы — гимнасии и
палестры. Система физического воспитания в городах Северного Причерноморья
оказывала влияние на население значительной части будущей Руси.
С незапамятных времен особой формой ристалищ являлись «тризница» —
всевозможные состязания на похоронах. Здесь встречались силовые,
акробатические и даже цирковые номера. Загоняли «в мыло» лошадей. Пускали в
небо стрелы, поджигая их от погребального костра. Чья стрела взлетела выше,
тот мог пользоваться большими благами на земле.
В древнецерковном славянском языке слово «тризна» имело как «состязание»,
существовало понятие «тризницы и борцы».
«Тризницы» — соперники во время погребальных обрядов, участники
«погребальных игрищ»
Об этих видах состязаний в своих работах много говорили русский славист,
филолог и этнограф Измаил Иванович Срезневский (1812—1880), чешский археолог
и этнограф Любор Нидерле (1865—1944) и многие другие специалисты.
Со временем «тризнища» стали проводить и без реальных похорон, именно как
состязания. А погребальный костер с покойником заменялся сжиганием чучела.
Сжигание чучел происходило в любые времена года, но среди всех этих сжиганий
особое место занимал праздник Ивана Купалы — самый длинный летний день. Это
собирание костра или чучела, возжигание его и круговые танцы вокруг пламени.
Затем самые разнообразные формы борьбы, состязаний или имитация их. Победа
на празднике Купалы как бы давала звание «чемпион года». А участь
проигравшего хорошо отражала одна из пословиц: «На Ивана Купала кого побьют,
тому пропало!» Лучших невест проигравшему не видать, да и свадьбе его не
бывать долго.
Купа — это (старорусское) костер; огонь в поле; большой котел; куча или
ворох, груда; сноп или куст, кучка ветвей или деревьев... Купить — скоплять,
собирать купу. Купаленка — небольшой костер в поле. Купалище — собрание,
совокупление. Купом, скопом — вместе. И праздник Ивана купалы был у жителей
древней Руси как бы своеобразным первенством года.
Прыжки через высокий костер и высокие подскоки рядом с ним. Бег с
увертыванием. Лазание по шестам или деревьям. Вбегание в гору и бег с горы.
Прыжки с обрыва в воду. Плавание наперегонки. Борьба. Кулачные бои. Стрельба
из лука. Скачки на конях. Игры в мяч. Фехтование, где дубины сменялись
мечами, а мечи в позднее время заменялись палками. Все многообразие
физических состязаний на этих игрищах трудно и представить. Конечно, не все
эти виды проходили всегда или проводились в одном месте. Но каждый должен
был иметь готовность проявить себя во всем комплексе этих состязаний.
Конечно, были рецидивы и «кровавых потех» — дремучего наследия древних
тризн. До увечий и тяжелых травм (а иногда и смерти) могли приводить любые
состязания, но особенно кулачные бои, палочные баталии и стрельбы. При
излишних страстях рудиментом былых «тризнищ» первобытнообщинного строя
возникали поножовщины. Эти рецидивы придавали «остроту» игрищам, которую
жаждали ревнители древних традиций. Но большая часть участников игрищ все
чаще старалась избегать этой античеловечной остроты.
И летние и зимние «тризнища» уже несколько веков назад — кожаные набивные
мячи найдены в Новгороде в слоях X века — сопровождались «русским футболом».
Правила этой игры оставались вплоть до недавнего времени неизменными. Эту
игру можно было наблюдать и в Новгородской губерни, и в Олонецкой, и в
других местах. Вот как она описана С. В. Максимовым: «В последний день
масляницы (на этом празднике тоже сжигали чучело — Масляницу, умерщвление
женщин продолжалось дольше, чем умерщвление мужчин. — П. 3.) парни и
семейные мужики из нескольких окольных деревень сходятся куда-нибудь на
ровное место (чаще всего зимой на реку). Разделяются на две толпы, человек
по тридцать каждая, и назначают места, до которых следует гнать мяч
(обыкновенно сражающиеся становятся против середины деревни, причем одна
партия должна гнать мяч вниз по реке, другая — вверх). Когда мяч брошен, все
кидаются к нему и начинают пинать ногами, стараясь загнать в свою сторону.
Но пока страсти не разгорелись, игра идет довольно спокойно: тяжелый кожаный
мяч величиною с добрый арбуз летает взад-вперед по реке, и играющие не идут
дальше легких подзатыльников и толчков. Но вот мяч неожиданно выскочил в
сторону. Его подхватывает какой-нибудь удалец и что есть духу летит к
намеченной цели: еще 20—30 саженей и ловкий парень будет победителем; его
будут прославлять все окольные деревни, им будут грдиться все девушки
родного села!.. Противная партия отлично видит опасность положения: с ревом
и криком она прорывается сквозь партию врагов и со всех ног кидается за
дерзким смельчаком. Через минуту удалец лежит на снегу, а мяч прыгает по
льду под тяжелыми ударами крестьянского сапога. Случается, однако, и так,
что счастливец, подхвативший мяч, отличается особенной быстротой ног и
успеет перебросить мяч на свою половину. Тогда противная сторона делает
отчаянные усилия, чтобы вырвать мяч, и пускает в ход кулаки. Начинается
настоящее побоище. Около мяча образуется густая толпа из человеческих тел,
слышатся глухие удары ног, раздаются звонкие оплеухи, вырывается сдавленный
крик,
и на снегу то там, то здесь алеют пятна брызнувшей крови. Но осатаневшие
бойцы уже ничего не видят и не слышат: они все поглощены мыслью о мяче и
сыплют удары и направо и налево. Постепенно над местом побоища подымается
густой столб пара, а по разбитым лицам струится пот, смешиваясь с кровью...
Такой необыкновенный азарт объясняется тем, что проиграть партию в мяч
считается большим унижением: побежденных целый год высмеивают и дразнят,
называя их «киловцами» (киловниками)... Наоборот, победители пользуются
общим почетом, а парень, унесший мяч, положительно становится героем дня...»
Как помним, в некоторых славянских языках «тризнава- ти» — насмехаться.
Участники игры в мяч считали выигрыш в состязании жизненно необходимым.
Наблюдение игры сделано в Олонецкой губернии в конце прошлого века. Но
подобные игры бытовали на Руси несколько веков назад и в разных местах.
Традиции таких игр были очень устойчивыми.
В языческие времена эта игра прямо связывалась с культом предков, предки
принимали в ней как бы невидимое участие. Казалось, аналогичное сражение
происходило и между самими предками. И нельзя было «ударить в грязь лицом».
Результаты борьбы представлялись решающими по влиянию на благополучие
общины.
Места игрищ никогда не пустовали, что вызывало гнев церковников. В 1068 году
монах-летописец сетовал: «Видим ведь игрища «утолочены» (утоптанные места. —
П. 3.) и множество людей на них, которые теснят друг друга при виде зрелищ,
бесом задуманных. А церкви пусты стоят, даже во время общих молитв в них
мало оказывается молящихся...»
Состязания с древних времен собирали множество болельщиков. Тризнища на Руси
становились яркими праздниками в память всех предков. Ныне традиции подобных
состязаний продолжаются состязаниями в честь политических деятелей и
известных спортсменов.
Поводом для различных состязаний наших предков выступали не только «тризнища»,
но и многие другие важные события человеческой жизни: смены времен года,
рождение детей, посвящения их во взрослую жизнь, свадьбы, удачные охоты и
хорошие урожаи... Особое место стали занимать ристания на пирах у князей и
других именитых людей. Упоминаниями именно о таких ристаниях заполнены
многие русские былины.
У сколотов одно из состязаний на пиру было очень любопытным. Надо было
обязательно «заснуть» у золотых символических предметов (плуга, ярма, секиры
и чаши), которые свято охранялись. Если человеку это удавалось, то князь ему
выделял столько земли, сколько победитель мог обскакать за день на коне.
И былины чаще всего отмечают конные ристания богатырей при дворе князя
Владимира: состязания на конях в скачках на громадные расстояния в
сравнительно короткий срок, при этом со стрельбой из лука в цель или на
дальность (ныне стрельба из порохового оружия), фехтованием на мечах или
палицах (есть фехтование и в современном пятиборье), да и другими видами.
Умело играют русские богатыри в шахматы и шашки (современные данные
показывают, что игры с разнофигурными фишками на плоскости возникали уже
несколько тысяч лет назад). Они — прекрасные борцы и пловцы. Можно сказать,
что нет у них достойных соперников в спортивных охоте и рыболовстве. И
готовы поставить большие «заклады» (призы) на победу на разных ристаниях.
Наиболее полно конные ристания «об заклады» отражены в былинах «Об Иване
Гостином сыне», «О Дюке и Чуриле» и некоторых других. В духе того времени
Владимир Красно Солнышко спрашивал гостей:
Кто из вас охоч пиво пьяно пити?
Кто из вас охоч зелено вино пити?
Кто охоч сладки меды запивать?
Кто охоч скакать на добром коне,
От Киева скакать до Чернигова Тридевяносто мерных верст—
Положите, братцы, велик заклад.
Былина четко определяет расстояние, которое реально было между Киевом и
Черниговом. А варианты былины намечают преодолеть это расстояние за два —
два с половиной часа. В древности при закладах надо было проскакать это
расстояние туда и обратно «промеж обедней и заутренею», между утренней
службой в церкви и обеденной: за четыре-пять часов. И для лошади и для
седока это была достаточно значительная нагрузка, если учесть состояние
дорог, экипировку и другие факторы этого времени.
Русы сами любили упражняться в выездке и джигитовке, любили и наблюдать
состязания мастеров в этих видах. Так в 1150 году в Киеве жители города с
удовольствием любовались умением угров (венгров). Их привел в город князь
Изяслав Мстиславович: «И Угры позва со собою на обед и Кыяны, и ту обедав с
ними на велицем дворе на Ярославли, и пребыша у ве- лице весельи, тогда же
Угре на фарех и скокох играхуть, на Ярославли дворе многое множество. Кияне
же дивяхуся Угром множеству и кметьства их и комонем их».
Игровые скачки венгров на Ярославле дворе, разнообразные приемы джигитовки,
умение наездников и стать коней — все находило понимание у киевлян, потому
что они видели подобные богатырские игры с давних времен. Умели оценить
мастерство наездников.
В конных состязаниях были приняты гоны «по тридцать верст» (или обычно
кратные им). А в джигитовке считалось привычным соскакивать с коня и на ходу
прыгать обратно в седло, на лету подбрасывать и подхватывать палицы.
Обычными были прыжки на ходу с коня и на коня.
Конный кросс в древности мог включать и разнообразные виды испытаний коня и
наездника. Еще до скачки допускался бой одних коней, и кони должны были
показать свой богатырский норов. Например, конь Ивана Гостиного сына
демонстрировал свою свирепость, рвал копытами и зубами по целому соболю из
шубы хозяина, ходил на дыбах, страшно ржал и всем видом являл лютую силу.
Жеребцы князя Владимира пытались лягать и кусать его, но конь Ивана вышел
победителем. А его соперники кто «на коленки пал», а кто спасался бегством.
При высокой скорости скачки, силе коня и умении наездника, конь мог
перепрыгивать небольшие овражки, речки и другие преграды. В былинах величина
преград гиперболизируется, но реальность подобных упражнений на скачках не
вызывает сомнений.
Чурило и Дюк ударили «о велик заклад» скакать на добрых конях «за матушку
Почай-реку» и назад «отскакивать». Спор и соперничество были так остры, что
противники поставили в заклад не деньги (тысячи), а «ударились они о своих
буйных головах».
Лучшего из своих жеребцов выбрал Чурило. Он разогнал коня «из далеча-далеча
из чиста поля», но все же оказался в воде. А вот Дюк:
Да не разганивал, да не разъезживал,
Да с крутого берегу коня своего приправливал,
Да скочил-де за матушку Почай-реку,
И назад на добром коне отскакивал,
И Чурила к крутому берегу притягивал.
Умение Дюка подчеркнуто тем, что он прыгал без разгона и разминки коня. Да и
«с крутого берегу». Победив, Дюк соглашается не рубить голову Чуриле. Победа
в состязании полностью удовлетворяет самолюбие победителя.
Встречаются в былинах прыжки через реку шириной на «три версты» (и т. п.),
но в реальности дальность прыжка в лучшем случае доходила до
двадцати-тридцати метров.
Подробно рассказать о всех видах ристаний на Руси, которые складывались
целые тысячелетия задолго до нашей эры, конечно, невозможно. Многое ученым
еще г'федстоит уточнять и выяснять. Но главное видеть — интересным, ярким и
действи
тельно «спортивным» (олимпийским!) было глубокое прошлое наших далеких
предков-земляков.
Мы должны быть достойными славы наших древних предков. Не только славить
события средневековой давности — времен Киевской Руси, но и знать отважных
героев мифических времен. Отважного Коло-ксая, овладевшего горящими золотыми
предметами. Могучего Сколота (Скифа), натянувшего лук своего отца Геракла и
опоясовшегося богатырским поясом. Красавицу Лаодику, которая вместе с
подругой и пятью провожатыми добралась с севера Скифии (примерно от Ладоги)
до греческого острова Делос. А мы еще не смогли рассказать здесь о таких
славных предках как Абарис, Борей, Андрей и Иалмен (князья из Орхомена,
поселившиеся у Дона), Колоид и многих других. Можно ли забыть детей,
пользовавшихся увесистыми копьями 25 тысяч лет назад под Владимиром. Или
«гимнаста из-под Галича», покорявшего всех своей статью свыше 3 тысяч лет
назад. Это все славные реальности истории нашего Отечества.
Многие добрые традиции спортивного движения на территории нашей страны
рождались задолго до нашей эры. Как и у многих народов на планете,
физическое совершенствование каждого человека вызывалось настоятельными
потребностями самой жизни. Суровой, нередко трагической, когда твои
недостатки неизбежно могли обернуться и твоей гибелью.
Будем знать. Будем помнить. Будем подробнее и лучше изучать наше древнейшее
героическое прошлое, во многом связанное и со спортом. И постепенно ученые
нам конкретно покажут рубежи, каких достигали наши далекие предки. А для
начала желающие из спортивного лука пускай выстрелят за 522 метра. И тогда
побьют рекорд «славного Анаксагора»... Затем можно и к рекордам Святогора
подходить.