Искусство (с ответами). Всероссийская олимпиада школьников в Москве (2021-2010 год) - часть 229

 

5 

 

 

 

 

 

  

 

 

 

 

 

 

 

  

 

 

  

 

 

  

  

 

 

  

 

 

  

  

 

 

 

 

  

 

   

 

 

6 

 

 

 

 

 

 

 Его  дарование  было  эпического  склада,  его  спектакли  не  зря  называли 

сценическими  романами.  За  любой  пьесой,  будь  то классика  или  современная  драма,  он 
умел  увидеть  огромный  кусок  жизни,  который  служил  этой  пьесе  источником.  И  тогда 
знаки на бумаге наполнялись ошеломляющими „случайностями“ и открытиями, которые к 
тому  же  добывались  как  бы  изнутри  самой  пьесы,  без  открытой  ломки  её  структуры. 
Режиссёрский  приём  как  демонстрацию  своей  изобретательности  Товстоногов  презирал. 
Он не любил слово «концепция», предпочитал другое слово – «разгадка» 

А. Смелянский

 

 

 

В  БДТ  есть  знаменитая  гримерка  №  9  (ее  занимали  Юрский,  Гаричев  и 

Басилашвили),  где  на  потолке  расписывались  многие  знаменитости:  Юрий  Никулин, 

Андрей  Миронов,  Марк  Шагал,  Александр  Солженицын,  Борис  Чирков,  Михаил 

Водопьянов… 

– Там весь цвет мира, наши лучшие друзья, – рассказал народный артист России 

Георгий Штиль. – Например, оставил автограф маршал Георгий Жуков.  

 

 

Шостакович  написал  музыку  к  «Королю  Лиру»

 

Шекспира,  поставленному 

Г.М.Козинцевым в Ленинградском БДТ имени Горького весной 1941 года.  « …Во время 
блокады театр возобновил постановку. На улицах рвались снаряды, зрителям и артистам 
часто  приходилось  уходить  в  бомбоубежище,  и  все  же  спектакли  шли.  Музыку 
Шостаковича  играли  лишь  несколько  инструментов.  Театр  сотрясался  от  разрывов… 
Сцена  напоминала  экран,  повешенный  в  землянке  на  шомполах...  Сочетание  музыки 
Шостаковича и декораций Альтмана, казалось мне, перевоплощало шекспировские стихи 
в звук и цвет».

 

 

«Для Шостаковича никогда не бывает оскорбительным написать музыку именно на 

1  минуту  13  секунд,  и  притом,  чтобы  на  24-й  секунде  оркестр  играл  тише,  так  как 
начинается диалог, на 52-й громче, так как стреляет пушка». 

Г. Козинцев

 

 

 

«Надо сознаться – ошеломляюще здорово, хотя и мучительно временами».  

Николай Мясковский – Сергею Прокофьеву о музыке Шостаковича 

Театральная  музыка  Шостаковича  –  яркая,  образная,  воплощенная  в  живые  лаконичные 
формы  танцев,  песен,  маршей,  –  имеет  все  основания  для  широкой  популярности. 
Удивительные  свобода  и  изящество  письма,  точность  изложения,  свежие  находки  в 
оркестровом  звучании,  ритмике,  гармонии  и  интонациях,  присущие  самой  природе  этой 
музыки, – во всем видна рука гениального мастера. 
 

В год 100-летия Шостаковича в БДТ прозвучала Седьмая симфония, дирижировал 

которой Максим Дмитриевич Шостакович. 

 

 

7 

Театральный  сезон  1918–1919  годов –  первый  сезон  Большого  Драматического 

театра  открылся  15  февраля  спектаклем  «Дон  Карлос».  Идейный  вдохновитель  БДТ 
Максим  Горький  предложили  героическую  формулу  революционного  романтизма  – 
мажорную, близкую ранним рассказам Горького. Выдвинутый им лозунг "Героическому 
народу  –  героический  театр!"  получил  воплощение  в  репертуаре  БДТ.  Торжественный 
стиль  театра  формировали  художники  Александр  Бенуа,  Михаил  Добужинский, 
архитектор Владимир Щуко. Здесь работали Борис Кустодиев, Кузьма Петров-Водкин, 
Николай  Акимов.  33  года  –  с  1956  по  1989-й  –  в  театре  длилась  эпоха  по  имени 
"Товстоногов". 

 

 

 

Александр 

Блок, 

назначенный 

председателем 

Директории 

Большого 

Драматического,  стремился  «организовать  человека,  носителя  культуры,  на  новую  связь 
со стихией». Его толкования «Отелло», «Короля Лира», «Много шума из ничего» уводили 
театр  за  рамки  героического  идеализма.  Блок  утверждал  устремление  «быть  в  том  же 
бурном движении, в каком пребывает стихия» (А.Блок), вскрывал глубокие, не лежащие 
на  поверхности  характеры,  противопоставлял  революционному  оптимизму  –  трагизм 
человеческой  жизни,  предлагал  символические 

обобщения,  предпочитая  их 

реалистической адаптированности. 

Спасение  от  «аскетической,  немощной  доктрины»  поэт  видел  в  обращении  к 

классике.  Саму  борьбу  за  сохранение  культуры  Блок  считал  романтическим  актом:  «В 
наше  катастрофическое  время  всякое  культурное  начинание  приходится  мыслить  как 
катакомбу, в которой первые христиане спасали свое духовное наследие. Разница в том, 
что под землею ничего уже не спрячешь; путь спасения духовных наследий  — иной; их 
надо  не  прятать,  а  явить  миру;  и  явить  так,  чтобы  мир  признал  их  неприкосновенность, 
чтобы сама жизнь защитила их».  

 

 

А. Блок называл БДТ «театром авторов». 

 

«Определить  место  БДТ  в  кругу  новейших  театральных  течений –  значит  указать  на  ту 
роль, которую играл в этом театре художник-декоратор» 

А. А. Гвоздев

 

 

 

А.Н. Бенуа. Эскизы театральных декораций к комедии Ж.-Б. Мольера «Лекарь 

поневоле». 1921. 

 

 

В  1920  году  А.  Бенуа  выступил  в  роли  постановщика  и  художника  спектакля 

«Венецианский  купец».  Оставаясь  верным  своей  творческой  манере,  Бенуа  создал 
восхитительное  по  живописности  и  красоте  оформление  в  духе  итальянского 
Возрождения.  В  «Венецианском  купце»  У.Шекспира  Бенуа  открыто  провозглашал 
торжество  поэзии над мраком  жизни.  Художник избирает  главным  действующим  лицом 
спектакля  лучезарную  и  романтичную  Венецию.  По  замыслу  Бенуа,  ставшего  и 
режиссером спектакля, Шейлок  только «черное воспоминание, не совесть, а сны о какой-
то мрачной, извращенной изнанке человечества». 

 

8 

  

 

А.Н.Бенуа. Эскиз декорации к спектаклю «Венецианский купец» В.Шекспира. 1920.

 

Портрет Александра Бенуа. 1924 г. Художник Г.С. Верейский. 

 

Приглашенный 

сначала 

только 

как 

художник 

«Царевича 

Алексея» 

Д.Мережковского, Бенуа постепенно изменил репертуар театра — Шиллер уступил место 
Гольдони и Мольеру. 

 

Сцены из спектакля «Царевич Алексей» Д.Мережковского. 1920.

 

 

 

  

Николай Федорович Монахов. Рисунок Кустодиева 18 (30) марта 1875. 

 

В  «Слуге  двух  господ»  К.Гольдони  (1921)  Бенуа  обостряет  прием  стилизации, 

помещая  венецианский  мир  века  маски  в  театральном  пространстве,  где  вместе 
сосуществуют  нарядная,  праздная  публика,  актеры,  разыгрывающие  жизнерадостную 
комедию  о  ловком  плебее Труффальдино,  жеманные  танцоры,  развлекающие  зрителей 
между  действиями.  Здесь  под  музыку Скарлатти и  Рамо  артисты  разыгрывали 
медлительные танцевальные пантомимические интермедии. 

Труффальдино  –  Н.Монахов  играл  не  стилизованную  маску  commedia dell

,

arte,  а 

реального  хитрого  слугу,  прикидывающегося  простаком.  Такое  решение  подсказал 
Н.Ф.Монахову  сам  Бенуа.  «Слуга  двух  господ»,  выдержавший  более  четырехсот 
представлений. 

 

9 

 

  

 

А. Бенуа. Эскиз костюма Труффальдино. А. Бенуа. 1905. Итальянская комедия 

 

В 1926 году Бенуа ставит свой последний спектакль в БДТ  —  «Женитьбу Фигаро» 

Бомарше.  Художник  «задумал  дать  преувеличенную  пышность  версальских  зрелищ,  на 
фоне  которых  Фигаро  беспощадно  разоблачает  ложь  и  фальшь,  которыми 
господствующий  класс  прикрывает  свою  духовную  нищету».  Спектакль  получился 
монументальным  и  пышным  —  занавес  и  кулисы  украшали  тяжеловесные  и  подробные 
рокайльные

 

завитки, залы поражали размерами, обилием декора, статичностью, и только 

костюмы сохранили легкость и непосредственность стиля Бенуа.

 

 

А.Н.Бенуа. Эскиз декорации. Эскизы костюмов к спектаклю «Женитьба Фигаро» П.Бомарше. 1926 

 

В этот период  в Большом драматическом театре художник В. Щуко оформил «Отелло». 

 

В.А.Щуко. Эскиз декорации к спектаклю «Отелло» В.Шекспира. 1920 

 

В  1919  году  романтизм  БДТ  выдвинул  на  смену,  как  тогда  казалось,  исчерпавшей 

себя  стилизации,  классическую  масштабность,  и  Щуко,  поразительным  образом 
оказавшийся  в  нужное  время  в  нужном  месте,  с  блеском  создал  образ  театра  большого 
стиля.  

 

10 

 

 

Иван Куликов «Портрет Владимира Щуко» (1878–1939). 1902  

 

Щуко стал первым художником БДТ, а «Дон Карлос» Шиллера, первый спектакль театра 
– его лучшей работой. В «Дон Карлосе» (режиссер А.Н.Лаврентьев) архитектурный стиль 
Щуко неожиданно приобрел образность и глубину, не потеряв своей зрелищности. Он, как 
и  другие архитекторы-неоклассики,  входил  в  «Мир  искусства».  Мощная,  циклопическая 
архитектура декорации, создавая изолированный от жизни мир, утверждала масштабность 
и трагедийный накал. Портал в виде каменной стены, прорезанной аркой и обрамленной 
по бокам башнями, оставался неизменным весь спектакль. 

 

 

Владимир Алексеевич Щуко

. Эскизы декорации к спектаклю «Дон Карлос» Ф.Шиллера. 1919.  

 

Картины сменялись внутри арки при помощи писаных задников; по воспоминаниям 

артиста  Г.М.Мичурина,  это  происходило  очень  быстро,  не замедляя хода  спектакля. 

Несмотря  на  небольшие  размеры  площадки,  художник  решал  эти  декорации  также 

монументально  и  лаконично  –  тяжеловесная  лепка  и  огромные  картины,  гигантский 

камин, драпировки с непомерным орнаментом и кистями в половину человеческого роста, 

решетки,  давящие  плафоны  существовали  в едином  эмоциональном пространстве  с 

суровой, неподвижной пластикой каменного портала.  

 «Масштабы  декорации  создавали  впечатление  беспомощности  человека,  его 

невозможности  опрокинуть  эти  давящие  своей  тяжестью  стены.  Казалось,  что 

человеческий крик никогда не может быть услышан, он потонет в них». 

Второй  спектакль Щуко на  сцене  БДТ  «Разрушитель  Иерусалима»  Д.Иернефельдта 

(1919;  режиссер  А.Н.Лаврентьев)  был  еще  более  зрелищным,  импозантным,  красочным, 

но  в  нем  романтизм  перестал  быть  стержнем  спектакля;  он  растворился  в  лавинах 

драпировок,  головокружительных  архитектурных  ракурсах,  ошеломляющих  зрителя 

живописных эффектах. Полнокровный, мощный романтизм «Дон Карлоса» превратился в 

красивые  романтические  одежды,  оторванные  от  его  сущности.  Картины  из  жизни 

Древнего  Рима  напоминали  грандиозные  оперные  постановки  времен  императорских 

театров.  

 

11 

 

 

В.А.Щуко. Слева эскизы декорации к спектаклю «Разрушитель Иерусалима» 

Д.Иернефельдта. 1919. Справа Эскиз декорации к спектаклю "Антоний и Клеопатра". 

Царская усыпальница. 

 

Следующей  постановкой  Щуко  в  БДТ  стал  шекспировский  «Отелло»  (1920; 

режиссер  А.Н.Лаврентьев).  Такого  количества  архитектурных  подробностей  у Щуко еще 
не было ни на сцене, ни в архитектуре. Он с восторгом рисует  «подлинные» мраморные 
колонны,  портики,  лестницы,  арки,  золоченую  лепку.  Это  торжественная  ода 
венецианской архитектуре.  

«Отелло»  стал последней  монументальной постановкой Щуко в  БДТ,  уже  в  1921 

году в  «Двенадцатой ночи» Шекспира (режиссер Н.В.Петров)  у художника на сцене нет 
ни  одной  архитектурно-исторической  постройки  –  только  две  площадки  со  ступенями, 
обозначающими  дворец Оливии и  замок  герцога Орсино.  Как  напоминание  о  прошлом 
зрелищном стиле Щуко, почти пустую сцену украшал расписной задник с орнаментами и 
гербами.  

В архитектурном творчестве Щуко придерживался принципов стилизации, вовлекая 

в «игру со стилями» итальянские ренессансные и русские классицистические традиции.  

 

Кузьма  Сергеевич  Петров-Водкин

  был  приглашен  в  БДТ  в  1923  году  для 

постановки «Бориса Годунова» А.С.Пушкина. Как и многие художники начала ХХ века, 
Петров-Водкин  тяготел  к  театру  (в  юности  он  увлекался  символистской  драматургией  и 
сам  писал  пьесы  в  духе Метерлинка).  Пространственные  поиски,  планетарность  его 
мировоззрения  резонировали  с  самыми  острыми  открытиями  в  области  сценического 
пространства.  В  «Борисе  Годунове»  художник,  казалось, наконец получил  возможность 
перенести  свою  пространственную  систему  в  театр,  но  спектакль  так  и  не  был 
осуществлен. 

Макрокосм  «Бориса  Годунова»  лаконичен  и  строг,  он  растворяет  в  своем 

пространстве  все  незначительное,  почти  не  интересуясь  предметным  миром.  Петров-
Водкин  отвергает  и  бытовые  подробности,  столь  ценимые  театром  натурализма,  и 
окрашенную  пассеизмом  историческую  деталь  спектаклей мирискусников.  Их  место 
занимают  пластические  и  цветовые  символы.  Так,  Россия  и  Польша  моделируются  в 
спектакле  как  пространственные  и  пластические  антиномии.  Открытому  простору 
московских  сцен  –  «власти  пространства  над  русской  душой»  (Бердяев)  –  противостоит 
замкнутый, сжатый объем в картинах польского акта; это и не пространство, а лишь его 
фрагмент, но зато человеку полностью подвластный. Строгому ритму  абстрагированных 
горизонтальных  и  вертикальных  плоскостей  в  русском  пространстве  контрастны 
криволинейные изгибы асимметричных драпировок, круглящиеся линии архитектуры, вся 
эта изысканная декоративность западного мира. 

 

12 

 

К.С.Петров-Водкин. Слева эскиз декорации «Царские палаты». Справа эскиз декорации 
«Келья в Чудовом монастыре» к спектаклю «Борис Годунов» А.С.Пушкина. 1923. 

 

К.С.Петров-Водкин. Эскизы костюмов Бориса и Карелы к спектаклю «Борис Годунов» 
А.С.Пушкина. 1923 

 

К.С.Петров-Водкин. Слева эскиз декорации «Замок воеводы Мнишека». Справа эскиз 
декорации «Ставка» к спектаклю «Борис Годунов» А.С.Пушкина. 1923. 

 

В  1926  году  в  БДТ  было  решено  поставить  «Блоху»  Е.И.Замятина  (режиссер 

Н.Ф.Монахов).  Художественное  оформление  было  предложено 

Кустодиеву.

  Художник 

подчиняет  лубочность  народному  театральному  зрелищу  –  балагану.  Лубочные  Тула, 
Петербург  и  Англия  –  не  отдельные  грандиозно-игрушечные  картины,  а  лишь  сменные 
пестрые  ситцевые  занавески  в  шумливом  и  волшебном  балагане.  Кустодиев 
структурирует  декорацию,  выстраивает  на  сцене  БДТ  единую  установку,  состоящую  из 
балаганного  деревянного  портала  и  примитивной  сцены,  выгороженной  полукругом 
деревянных  столбов.  Портал,  заклеенный  афишками  про  ученую  свинью  Катю,  чудо-
женщину с бородой – зазывающими на представление «Блохи», с подъемным балаганно-
роскошным  занавесом,  остается  неизменным  в  течение  всего  спектакля.  Здесь  девушки-
частушечницы  исполняют  современные,  хлесткие  интермедии,  здесь  же  комментируют 
зрелище нелепо разодетые «конферансье».